Детективы и Триллеры : Триллер : ЗАГОВОР СЕРЫХ МЫШЕЙ : Серж Брюссоло

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27

вы читаете книгу




ЗАГОВОР СЕРЫХ МЫШЕЙ

Лиз раздвинула занавески на кухне, обежала взглядом разбитые машины, окружавшие дом. Неужто и в самом деле Гудрун устроила себе гнездо в этой ржавчине? Лиз прищурилась, напрягая глаза, чтобы высмотреть стриженую головку среди нагромождения машин. Тщетно. Раздраженно передернув плечами, она вышла из дома.

Грязь на пустыре была жиже обычного. Подошвы погружались в нее с омерзительным хлюпаньем.

Лиз шла, глядя прямо перед собой, мысли теснились в ее голове. Она никак не могла отделаться от досадного ощущения, что ею манипулировали. Дэвид… Тропфман… Гудрун… Грета Ландброке. Лица накладывались друг на друга, сливаясь в одну анонимную маску с расплывчатыми чертами.

Серый автомобиль съехал с дороги, по диагонали пересек пустырь. Машина была старенькой, дешевой модели, с пятнами неоднотипной краски: ею замазывали дефекты кузова. Камуфляж в городском исполнении.

Машина подъехала к Лиз. За рулем сидела «сотрудница службы переписи» Грета Ландброке. Холодная улыбка тронула уголки ее губ. Она, казалось, говорила: «Ну да, миленькая, как видишь, я лишь простая переписчица!»

Сзади расположился худой и бледный мужчина с прической «ежиком», в пальто, застегнутом до подбородка. Своим узким лицом он напоминал проповедника. Грета Ландброке поставила машину на ручной тормоз, открыла дверцу и направилась к Лиз, пристально вглядываясь в нее.

— Садитесь на мое место, — тихо сказала она, — и не задавайте лишних вопросов. Он многим рискует, приехав сюда.

Лиз подбежала к машине, села на еще теплое место и положила руки на рулевую баранку, стараясь не оборачиваться на вжавшегося в угол заднего сиденья мужчину.

— Давайте побыстрее, — пробормотал он. — И вы, и я хотим одного: устранения мэра. Этой цели мы можем добиться, передав прессе бесспорные доказательства его преступной некомпетентности. Мне нужны весомые, осязаемые улики. Какой-нибудь уличающий предмет, к примеру. Свидетельства выживших не годятся. Правящая клика сделала все, чтобы дискредитировать их… Так что надеяться тут не на что.

— У вас есть идея? — спросила Лиз, раздраженная этой преамбулой.

Шмейссер прищелкнул языком и, поколебавшись, решился:

— «Кайзер Ульрих III» — большая пересадочная станция в центре подземной сети. Взрыв произошел меньше чем в ста метрах от нее. Вполне возможно, что уличающие предметы уничтожены. Если бы вам удалось установить местонахождение какой-то лаборатории, специального оборудования, мне было бы чем открыть досье. Это позволило бы показать все членам магистрата, составить официальный протокол. Понятно? Знаю, дело это темное. Мы ни в чем не уверены, а я посылаю вас на поиски чуда. Не скрою, вы подвергнетесь огромной опасности. Меня информировали, что по указанию мэра пираты заминировали уже много галерей.

— Знаю. Я тоже подумала о «Кайзер Ульрих III». Эта станция расположена глубже всех. Если от склада боевых газов и осталось что-нибудь, улики можно найти только на той глубине. Да и то, допустив, что не все погребено под илом.

— Считаете ли вы возможным отыскать их? У нас слишком мало времени.

Лиз покачала головой. Внутри машина была прокурена, застоявшийся запах табака вызывал недомогание. Не терпелось поскорее выйти из нее.

— Я изучила схему сети, — она провела указательным пальцем по окружности баранки, — и, кажется, выбрала маршрут, но придется прибегнуть к уловке.

— Какой?

— Не погружаться с законно открытого места, а взломать памятную плиту, как это делают пираты. Такой путь более прямой и краткий.

Следователь опять прищелкнул языком.

— Допустим, — согласился он. — А какая плита вас устраивает?

— Та, что под станцией «Вальтер-Вильгельм-плац», в конце Кранцштрассе.

— Вы с ума сошли! Это самая оживленная улица в городе! Тысячи людей увидят нас!

— Не уверена. Понадобятся фургон дорожной службы, строительные леса, брезент для ограждения. Предлог: полировка плиты и исправление фамилий, высеченных с орфографическими ошибками. Это в вашей власти?

— Да… Думаю, да… А другой станции вы не подыскали?

— Нет. Только «Вальтер-Вильгельм-плац». Это сократит мне путь, избавит от бесконечных блужданий. Приняв официальный маршрут, я рискую встретить другие бригады, возбудить любопытство.

— Сколько времени простоит эта фиктивная стройка?

— Несколько дней, два или три. Все зависит от состояния пролетов.

Шмейссер заворочался, кожа сиденья под ним заскрипела.

— Вам известно, что закон запрещает открывать обреченную станцию? Если обнаружится… Я полагал, что вы опуститесь под воду с вашей исходной точки.

— А сообщник мэра будет следить за компрессором? Нет уж, спасибо! Я не доверяю Конноли. Ко всему прочему, мне понадобятся часы, чтобы пройти весь путь! Придется преодолевать километры туннелей по одной из осей, наиболее часто посещаемой пиратами. И речи об этом быть не может! Мне нужен прямой доступ, короткая дорога.

— Согласен, согласен, — сдался чиновник. — Какая техническая помощь вам потребуется?

— Фургон с компрессором, несколько аквалангов, водолазное снаряжение, сверлильный инструмент.

— Водолазное снаряжение? — удивился Шмейссер. — Но почему вы не хотите погружаться, как пираты, с двумя баллонами за спиной?

— У баллонов ограниченное количество воздуха, я не желаю оказаться в ловушке между двумя обвалами. А с воздушным шлангом я смогу работать десять или пятнадцать часов, чтобы расчистить завал. Это выгоднее.

— Но шланг! Он будет следовать за вами! Если пираты заметят его, достаточно будет одного удара ножом, и вы пропали…

— Да, риск есть. Для уменьшения его я погружусь в шлеме с дополнительным клапаном впереди. К нему в случае необходимости я подключу запасной баллон.

— Вы продумали технические детали?

— Конечно, но мне нужны деньги. Грета будет следить за компрессором, Тропфман прикинется каменщиком, а Гудрун займется обеспечением безопасности операции. Это вас устраивает?

— Пожалуй. Когда вы начнете?

— К вечеру, вот только оправлюсь.

— Хорошо. Привлеките Гудрун в помощницы. А я предпочитаю не ставить в известность Грету и Тропфмана до начала операции. Откройте бардачок, там вы найдете конверт. На расходы вам хватит. Считаю, что мы не должны больше видеться.

Лиз протянула руку, откинула металлическую крышку. Все пространство бардачка занимал толстый пакет из крафта. Она взяла его, открыла дверцу и молча вылезла из машины. Грета Ландброке пошла ей навстречу.

— Когда будете готовы, позвоните мне в службу переписи, — уверенно сказала она. — Измените голос и запросите сведения о наследстве Гротте, не забудете?

Лиз пожала плечами. Все это попахивало дилетантством. Не хватало еще черных капюшонов с прорезями для глаз, чтобы играть в заговорщиков.

Автомобиль тронулся, обдав Лиз грязью. Чувствуя себя неважно, раздраженная, она пошла к дому. Открывая калитку ограды, она увидела Гудрун, восседавшую на обломках машин.

— Ну и как? — поинтересовалась та. — Видела петрушек? Это любители. Заговор возбуждает их, но они ничего не смыслят в насилии. Для них это абстрактное слово. Улица, смерть укладываются в их головах подобно телесериалу.

— Хватит паясничать. Ты мне понадобишься.

— Значит, ты играешь с ними, это решено?

— Да. Я полицейский, а не террористка. Мне нужна легальная поддержка.

Гудрун засмеялась.

— У тебя голова не в порядке, Лиз, это тебе помешает.

Девушка проигнорировала ее дерзкие слова.


Денег в конверте оказалось так много, что Лиз наняла грузовик-фургон и объехала продавцов подержанного водолазного снаряжения. Чтобы не вызывать подозрений, они проделали километров двести, останавливаясь в разных местах, чтобы купить редуктор, баллоны или одну из деталей снаряжения по списку, составленному Лиз. А вот компрессор пришлось поискать; девушка хотела приобрести небольшую, легкую в управлении модель, довольно простую, чтобы не напугать новичка. Грету Ландброке, в частности. Ближе к вечеру они обосновались в заброшенном сарае, и Лиз с резаком в кулаке взялась за медный шлем, собираясь вставить в него дополнительный клапан воздухозаборника. Работа очень тонкая, но она хотела убедиться в том, что в случае повреждения шланга быстро подсоединит вспомогательный баллон. Гудрун сидела в сторонке, поигрывая ножом со стопором, и с непроницаемым лицом посматривала на Лиз. За весь день она не сказала и десяти фраз.

С наступлением ночи Лиз сложила все в фургон и села за руль. Она хорошо поработала. Осталось только заполнить баллоны сжатым воздухом и провести несколько испытаний. Размышлять больше не хотелось, близость действий возбуждала ее.


Утром следующего дня Лиз позвонила Грете Ландброке, чтобы дать ей «зеленую улицу». Все должно произойти быстро, ибо время для них — наихудший враг. Каждый потерянный день — это несколько дополнительных мин, заложенных вдоль затопленных туннелей. Условились, что Тропфман в тот же вечер сам соорудит подмостки из строительных лесов, пока Лиз будет посвящать переписчицу в хитрости компрессора.


Сутки спустя памятная плита, закрывающая доступ на станцию «Вальтер-Вильгельм-плац», была обнесена со всех сторон непромокаемым брезентом с аббревиатурой Департамента общественных работ, плотно натянутым на каркас остальной улицы. Тропфман надел спецовку каменщика, и Лиз с тревогой отметила, что он более молчалив, чем обычно. Фургон с оборудованием поместили в центре площадки. Внизу стелы продавец зубной пасты киркой пробил отверстие метрового диаметра. Эта узкая дыра по диагонали уходила в направлении вестибюля затопленной станции. Достаточно было проползти пять минут, чтобы свалиться прямо в черную воду зала, где плавал мусор. Лиз оделась не мешкая. Из-за ограды до нее доносился гул улицы: гудки автомобилей, обрывки разговоров. Все это было нереально. Она сидела, пока Грета неумело закручивала гайки шлема. Потные руки секретарши скользили по резине шлангов. А сам Тропфман переступал с ноги на ногу, каскетку его покрывали пятна раствора, пачкавшего брови.

Когда все было готово, Лиз проползла в отверстие, стараясь не порвать надутый комбинезон. Оказавшись в воде, она попросила опустить ей на веревке лампу и рычаг. Первое погружение было пробным: следовало определить маршрут, проверить точность схемы.

Девушку приятно поразило, что пролеты доступны, их прочный свод обеспечивал легкость отступления. И все-таки она обнаружила обвал на уровне платформы. Отсюда до станции «Кайзер Ульрих III» было меньше километра. Если туннели не загромоздили потоки ила, она без труда продвинется к центральному карману сети. Лиз спрятала один вспомогательный баллон на девятиметровой отметке, а второй — рядом с карманом. Таким образом, если порвется комбинезон, у нее под рукой будет вспомогательное оборудование, чтобы достичь поверхности. Она обследовала подходы к туннелю, переполошив мириады серых рыб. Пошлепав хвостами по ее шлему, они рассеялись. И хотя наполовину заполненный потоком отвердевшего ила проход оставался доступным, Лиз с тревогой подумала, хватит ли шланга, чтобы пройти всю длинную галерею. На этот раз она не тащила за собой из бункера пуповину, предназначенную для бесконечной ходьбы, для напряженных экспедиций. Бобина, купленная два дня назад, хотя и в хорошем состоянии, не шла ни в какое сравнение с огромной катушкой Конноли.

Лиз решила подняться, сверилась с таблицей декомпрессий. Под водой она находилась уже час и опустилась на глубину 28 метров. Теперь ей нужно 30 минут, чтобы дойти до расчищенной лестницы, выдержать 7 минут на шестиметровой глубине и 64 минуты в трех метрах от поверхности. Очутившись на земле, она уложится в коэффициент 1, 9. Следует запомнить все это во время второго погружения. В конечном счете первая экскурсия оказалась удачной. Лиз выпустила из комбинезона воздух, чтобы легче было идти.


Выбравшись на поверхность, она была поражена нервозностью, царившей на мнимой стройке. Грета побледнела, Тропфман казался еще пьянее, и спазматический тик дергал его верхнюю губу с регулярными интервалами.

— Приходил какой-то тип из Департамента дорожных работ! — сообщила служащая переписи, освободив Лиз от шлема. — Ему нужно было разрешение, подписанное Шмейссером. Надеюсь, он не напишет рапорт. Вам еще долго?

Лиз пожала плечами.

— Он заглянул за ограду? — спросила она.

— Нет. Господин Тропфман сделал так, чтобы он не входил, но была слышна работа компрессора.

— Я заберу все инструменты и спрячу вспомогательные баллоны, — сказала Лиз. — Так что если вас прижмут или вам придется сматываться, я не останусь без воздуха.

— Но сколько времени вы проведете внизу? — жалобно спросила Грета.

— Не знаю! — отрезала Лиз. — До станции меньше километра. Все зависит от состояния туннеля. Думаю, шланга мне хватит. А когда я окажусь в кармане, неизвестно, что случится. Я могу наткнуться на орду дебилов, способных линчевать меня или помешать мне приблизиться! Успокойтесь. Я очень многим рискую, но мне нужна ваша выдержка. Понимаете?


Грета покачала головой, но она явно не воспринимала никаких доводов. Страх владел ею. «Любители…» — как сказала Гудрун.

Лиз глотнула кислорода, чтобы сократить время, предусмотренное ее выходным коэффициентом, и через полчаса снова погрузилась.

Проработав до предела допустимой безопасности, она сложила инструменты и баллоны на платформе, потом поднялась.


Было решено не покидать «стройку» во избежание диверсий. Поэтому все устроились на ночь в фургоне. Грета раздала сандвичи и пустила по рукам термос с кофе. С наступлением ночи обстановка стала еще более напряженной, и Тропфман начал прикладываться к бутылке. Гудрун оставалась невидимой. Лиз с тревогой спрашивала себя, наблюдала ли та за подходами к монументу или же, сочтя партию заведомо проигранной, убралась восвояси.

Спали они плохо в своих спальных мешках, в которые проникала сырость.

На рассвете Лиз растолкала Грету Ландброке и велела ей одеть себя. Секретарша посерела от страха, все у нее валилось из рук.

На этот раз Лиз потратила меньше двадцати минут, чтобы добраться до платформы. Таща за собой инструменты и блок баллонов, к которым добавила маску, ласты, глубинометр и фонарь, она направилась прямо к туннелю. Скопления ила затруднили продвижение, однако идти было можно не сгибаясь. Тучи испуганных рыб метались между ногами Лиз, наталкивались на ее шлем. Некоторые напарывались на инструменты, которые она держала в руке. За полтора часа Лиз прошла тысячу метров до кармана. Когда впереди показалось широкое отверстие, она поняла, что здесь ее странствия закончились. Грунт приподнялся, как и всякий раз перед воздушным мешком, и мутный желтоватый свет проник в туннель. Лиз прощупала канавки под стенкой. Найдя наиболее прочную, она положила в нее блок баллонов. Теперь оставалось самое трудное: войти в контакт с обитателями кармана и, если возможно, завязать диалог с ними…

Похолодев, она приблизилась к блестящему пятну поверхности. В тот момент, когда Лиз взбиралась на платформу, что-то обняло ее. Гибкие, неразрывные объятия. Нечто вроде эластичной клетки. Сеть! Вздрогнув от ужаса, Лиз поняла, что ее взяли в плен.


Содержание:
 0  Печальные песни сирен : Серж Брюссоло  1  НЕДРА АДА : Серж Брюссоло
 2  ГАЛЛЮЦИНАТОРНЫЙ ПСИХОЗ : Серж Брюссоло  3  УБИТАЯ СТАТУЯ : Серж Брюссоло
 4  ПРЯТКИ : Серж Брюссоло  5  ДРЯННАЯ ДЕВЧОНКА : Серж Брюссоло
 6  КАРМАННЫЙ ВОРИШКА ПУЧИН : Серж Брюссоло  7  ЛАБИРИНТ НЕНУЖНЫХ : Серж Брюссоло
 8  ПУДЕЛИ, ГОСУДАРСТВЕННАЯ ТАЙНА И ЗУБНАЯ ПАСТА : Серж Брюссоло  9  ПЕСНИ СИРЕН НА ТРИДЦАТИМЕТРОВОЙ ГЛУБИНЕ : Серж Брюссоло
 10  ГАЛЛЮЦИНАТОРНЫЙ ПСИХОЗ : Серж Брюссоло  11  ТАКАЯ НЕЖНАЯ КОЖА : Серж Брюссоло
 12  РАЗГЛЯДЫВАНИЕ ВИТРИН : Серж Брюссоло  13  БАРАБАН В ГОЛОВЕ : Серж Брюссоло
 14  ОСТРАЯ ЗУБНАЯ БОЛЬ : Серж Брюссоло  15  вы читаете: ЗАГОВОР СЕРЫХ МЫШЕЙ : Серж Брюссоло
 16  РЫБА С МЕДНОЙ ГОЛОВОЙ : Серж Брюссоло  17  МАРАФОН! МАРАФОН! : Серж Брюссоло
 18  ВЕЧЕР, СЛЕДУЮЩИЙ ДЕНЬ, ПОСЛЕДУЮЩИЕ ДНИ : Серж Брюссоло  19  КОРИДОР СТРАХА : Серж Брюссоло
 20  СМАЧИВАЮЩАЯ МОЧОЙ : Серж Брюссоло  21  НАДЗИРАТЕЛЬНИЦА : Серж Брюссоло
 22  НАЙДЕННЫЕ ВЕЩИ, ПОТЕРЯННЫЙ РАЗУМ : Серж Брюссоло  23  ИДИТЕ ПО СТРЕЛКЕ : Серж Брюссоло
 24  ПРОБУЖДЕНИЕ : Серж Брюссоло  25  БЕГЛЯНКИ : Серж Брюссоло
 26  РАЗНОЦВЕТНЫЕ ПУЗЫРЬКИ : Серж Брюссоло  27  Использовалась литература : Печальные песни сирен



 




sitemap