Детективы и Триллеры : Триллер : Яблочное бренди : Джеймс Чейз

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0

вы читаете книгу

Вы знаете, как это бывает, когда стоишь, подняв руку, а машины проносятся мимо, будто вас не существует на свете. Вы думаете: «О'кей, пропущу-ка я эту отару и дождусь грузовика». Потом вы шагаете на своих двоих, надеясь, что покажется хоть какой-нибудь грузовик, а его нет как нет.

Вот так случилось с Хини. Не то чтобы Хини был простофилей, он им не был. Судьба, или как вы ни назовете это вшивое невезенье, сдала ему карту из-под низа колоды. Он пошел на дело вместе с Джонни Фростом. Это было несложно. Хини проработал все детали, а это уже кое-что значило. Хини был ловкач по части деталей.

Все, что им следовало сделать, это войти в кафе, показать парню за прилавком пистолет, открыть кассу и смыться с деньгами. Хини знал, что этот малый отвозит наличность в банк каждую пятницу. В течение недели касса была здоровехонька и полнехонька. Парень был безумно привязан к этой своей системе, но потому-то Хини и Фрост и наживались на таких безумных парнях.

Вы думаете, что нельзя ошибиться, имея такую простую схему, как эта. И вы бы не ошиблись. Но Фрост забрал в свою дурацкую голову, как бы на этом не ошибиться. Он начал строить планы и строить из себя ловкача, пока Хини не надоело до чертиков.

Хини уверял его, что им всего только и надо ворваться, показать пистолет и собрать наличность. Не следует тянуть время, поскольку поблизости могут быть копы. Не надо выворачивать наизнанку одежду, чтобы вас не засекли, или проводить в жизнь какие-то другие дурацкие планы, какие придумывал Фрост.

Фросту не хотелось делать дело легким способом. Они все еще продолжали спорить, когда пустились в дорогу в Джефферсон-Сити. Наконец Хини рассердился, и вот тогда-то он вышел из игры. Фрост был крупным малым, и у него была машина. Он слушал Хини, слушал, а потом выбросил его из машины.

— О'кей, ловкач, — сказал он, со звоном включив сцепление, — гуляй, кати обруч. Я управлюсь с делом сам.

Хини был так зол, что дал ему уехать. В нем жила детская надежда, что его подбросит одна из блестящих машин, которые непрерывно с ревом проносились мимо. Так он добрался бы до Джефферсон-Сити и обошел этого наркомана.

Только после того как шестнадцатая машина проигнорировала его отчаянные сигналы, сомнение начало преобладать над оптимизмом. После того как его обдала пылью двадцатая машина, он сдался и решил дожидаться грузовика.

Он присел у обочины и закурил сигарету. Он ругательски ругал Фроста, вытаскивая из глубин сознания подходящие прозвища. Если он когда-нибудь столкнется с этим парнем, он ему покажет. Он подойдет к нему и поприветствует: «Хэлло, дружок», а потом продырявит ему кишки. Он будет стоять над ним и наблюдать, как этот тип отбрасывает копыта.

Сидя так, хмурый и злой, он заметил приближающуюся машину. Один взгляд на нее заставил его торопливо вскочить на ноги. Это была частная машина. Издали она сильно походила на похоронный катафалк.

«Этот парень меня не минует, — сказал себе Хини, выходя на середину дороги. — Сперва ему придется переехать через меня». Он начал энергично размахивать руками.

Когда машина подъехала, он увидел намалеванный впереди небольшой красный крест. На миг он почти отступил в сторону, но мысль о Фросте заставила его замереть на месте.

«Скорая помощь» хотела было свернуть, пошла юзом и остановилась. Небольшой паренек в белой куртке и фуражке опустил окно и взглянул с любопытством на Хини.

— Какая муха тебя укусила, приятель? — спросил, он. На рулевом колесе мирно покоились два могучих кулака.

Хини снял шляпу и вытер ею лицо.

— Черт! Я уж думал, вы просвистите мимо.

Паренек покачал головой.

— Тебе этот фургон не подходит, — сказал он. — Пойми меня правильно. Я бы тебя подбросил, но я на дежурстве, везу пациента.

Хини было наплевать, если бы даже он вез слонов. Хини собирался сейчас же уехать, раз уж ему удалось остановить нечто на четырех колесах.

— Оставь эти штуки, — бросил он резко, его узкое волчье лицо затвердело. — В кабине есть место. Мне не понадобится залезать в фургон.

Малыш снова покачал головой:

— Ну, никак нельзя, приятель. Я потеряю работу. Скоро подъедет кто-нибудь другой. Мне надо двигаться. Может, тебе надо закурить или что-нибудь в этом роде?

Хини обошел «скорую помощь», рванул дверцу и влез в кабину. Он с треском захлопнул дверцу и сел поудобней.

— Я еду, — сказал он коротко. — Отправляйся.

Малыш повернулся на сиденье лицом к Хини:

— Давай обойдемся без неприятностей. Я, может, и мал, да удал. Уматывай, пока цел.

Хини умел управляться с разговорами такого сорта. Он опустил руку в задний карман и достал пистолет. Он показал его малышу.

— Мне не надо быть удалым, — сказал он:

Малыш выпучил глаза:

— Черт!

— Вот то-то. — Хини спрятал пистолет. — Поехали.

Малыш включил передачу.

— Я потеряю работу, — выдавил он жалобно.

Хини откинулся на мягком сиденье.

— Ничего ты не потеряешь, — заверил он. — Ты довезешь меня до Джефферсона и кое-что приобретешь.

Они ехали в молчании несколько минут, потом Хини спросил:

— Тебя беспокоит пистолет, ведь так, приятель?

Малыш бросил на него быстрый взгляд.

— Конечно нет, — ответил он поспешно.

— Ты со мной в безопасности, — объяснил ему Хини. — Это всего лишь прием, который я применяю, когда кто-нибудь становится неподатливым. Я просто вытаскиваю пистолет. Может быть, когда-нибудь это причинит мне большую неприятность.

— Я не такой уж неподатливый, — сказал малыш, пожалуй, с горечью. — Мне нельзя было рисковать и скандалить с тобой.

Хини ухмыльнулся:

— Ты в порядке. Ты — разумный парень. Не так уже приятно пугать парней пистолетом. Можешь мне поверить, приятель. Уж я-то знаю. — Он нашарил сигареты у предложил парню закурить.

Когда они закурили, Хини спросил:

— Как тебя зовут, приятель?

Малыш посмотрел на него с подозрением.

— Джо, — сказал он с очевидной неохотой.

Хини ухмыльнулся:

— Хорошее имя для хорошего парня, а?

Джо ничего не ответил. Он продолжал вести машину. Хини некоторое время следил за дорогой, потом закрыл глаза и задремал. В кабине было жарко, поэтому он позволил себе ненадолго расслабиться. Затем любопытство заставило его спросить лениво:

— Слушай, Джо, а что случилось с этим пациентом?

— О, она сбрендила, — сказал Джо, наклонившись вперед, чтобы включить боковые фары.

Хини сел.

— Ты хочешь сказать — она сумасшедшая?

— Ага.

— Это здорово. Черт! Я не люблю сходить с ума.

Джо пожал плечами:

— Когда ты уже сумасшедший, то и возражать нечего. Вот сходить с ума — это плохо.

Хини обдумал это замечание.

— Ага, — произнёс он. — Полагаю, ты прав. — Он закурил следующую сигарету. — Сумасшедшие выводят меня из себя.

— К этому привыкаешь. — Джо опустил стекло, чтобы сплюнуть во тьму. — Вот буйных я не выношу.

— Она буйная? — спросил Хини с нездоровым любопытством.

Джо поколебался.

— Ага, — сказал он. — Мне не разрешается говорить о пациентах. — Он притормозил у заправочной станции. — Скройся из виду, приятель, — попросил он. — Мне надо все-таки думать о моей работе.

Хини откинулся назад.

— Мне бы сейчас выпить. Да, сэр, сию минуту, я выпил бы с удовольствием.

Лицо Джо просияло:

— Могу достать тебе что-нибудь, если у тебя есть гроши.

— Настоящей выпивки. Мне не нужно какое-нибудь пойло. Хочется настоящей выпивки.

— Конечно. Что ты скажешь про напиток Маккоя? Парень гонит его сам, прямо тут. Это будет стоить пару баксов, но это настоящее молоко тигра.

Хини полез в карман брюк и извлек два доллара.

— Возьми, — коротко сказал он.

Джо вылез из машины и пошел в конторку. Он вышел оттуда через несколько минут, неся керамический сосуд емкостью в галлон. Хини протянул руку и взял этот кувшин.

Джо стоял, наблюдая, как Хини вытаскивает пробку зубами и осторожно подносит кувшин ко рту. Потом Хини сделал большой глоток и моргнул. Он закашлялся и принялся растирать свое горло ладонью.

— Ага, — выпалил он, когда сумел перевести дух. — Этот Маккой в порядке.

Джо переминался с ноги на ногу, озабоченно поглядывая на кувшин. Но Хини не обращал на него внимания. Он сделал еще один долгий глоток и только тогда не спеша протянул кувшин Джо.

— Бог ты мой! — выдохнул он. — Эта штука дошла до самых моих пяток.

Джо любовно охватил кувшин и приклеился к нему ртом.

Прошла целая минута. Хини наклонился вперед.

— Эй! — крикнул он грубо. — Уймись! Эй! Отвали, слышишь?

Джо оторвался от кувшина с содроганием. Его глаза затуманились. Он возвратил кувшин.

— Довольно мило, — заявил он. — Прекрасная отрава.

Хини взглянул на Джо с восхищением.

— Ты верно наладился это пить? — спросил он.

Джо вытер рот тыльной стороной ладони.

— Ага, я вполне умею это пить. Но оно влияет на меня как-то тайком. Вдруг я р-раз… и отключаюсь.

Хини не слушал, он снова был занят кувшином.

Когда он закончил, Джо сказал:

— Пойду взгляну на мою пациентку, а потом мы рванем.

— Конечно, дай ей тоже выпить… Тяжело быть сумасшедшей.

Джо мотнул головой.

— Ей нельзя никакого питья. В том-то и беда у нее — слишком много было выпивки, — пояснил он, обходя «скорую помощь» и осматривая колеса. Расплатившись за горючее, он залез в кабину.

Хини спросил:

— Она в порядке?

— Ага, она спит, — ответил Джо, заводя машину.

Хини предложил ему кувшин:

— Глотни разок на дорожку, — сказал он.

Джо схватил кувшин и сделал долгий глоток. Он вернул выпивку с глубоким вздохом.

— Ну, приятель, — произнес он, надувая щеки, — это наверняка великий маленький вечер.

После пары дополнительных глотков Хини почувствовал себя таким веселым, что начал петь во весь голос.

Джо торопливо сказал:

— В этом фургоне нельзя петь.

Хини продолжал распевать, дирижируя зажатым в руке кувшином.

Джо испугался и остановил машину.

— Ради Бога, — взмолился он, — угомонись. Ты разбудишь мою пациентку, и тогда нас могут подвергнуть осмотру полицейские.

Хини разразился хохотом.

— Плюнь на это, Джо, — посоветовал он, делая еще один глоток из кувшина. — Не будь брюзгой. Держу пари, что ненормальной даме как раз может понравиться мой голос. Давай спой тоже.

Джо буркнул сердито:

— Прекрати. Никакой девчонке не понравится крик, какой ты поднимаешь… даже сумасшедшей.

Хини окаменел. Его улыбка превратилась в тяжелую злобную гримасу:

— Ага? Вот ты как? О'кей, ты, мягкобрюхий коротышка, мы спросим у нее, и ты сам увидишь.

Джо уперся.

— Черта с два мы это сделаем, — предупредил он твердо. — Ты утихомиришься, или я разозлюсь по-настоящему.

Хини протянул руку и отодвинул небольшую панель, отделявшую салон «скорой помощи» от кабины водителя. Он просунул голову в квадратное отверстие и воззрился, помаргивая, в полутемный салон. Он дотянулся до выключателя, и там вспыхнул яркий свет.

Джо повторил сердито:

— Угомонись, Этого нельзя делать.

Хини его не слушал. Он с любопытством глядел на койку, укрепленную в салоне. Кто-то лежал там под одеялом.

Он продвинулся ближе к койке.

— Эй! — позвал он. — Дайте-ка взглянуть на вас.

Фигура зашевелилась и медленно села. Хотя яблочное бренди добавило ему храбрости, он почувствовал, как холодок прошел у него по спине, когда она приподнялась. Его всегда пугали вещи, в которых он ничего не понимал. Сумасшествие пугало, пожалуй, больше всего. Он испытал чертовский шок, когда она села. Он смутно представлял ее себе старой и уродливой, потому что связывал безумство с увяданием.

На эту дамочку приятно было смотреть. Она была не только красива, но все было при ней. Цвет ее лица, сонная страсть в ее глазах, маленькие, полные, сильно накрашенные губы, мягкий, золотистый отблеск ее волос. Ее красота поразила Хини как удар. Он уставился на нее, его челюсть слегка отвисла, налитые кровью глаза остекленели.

— Ради Бога! — выговорил он еле-еле.

Она посмотрела на него с видом крайне озадаченным.

— Кто вы такой? — удивилась она и затем добавила торопливо: — Пожалуйста, выпустите меня отсюда.

Хини так смутился, что отпрянул назад и задвинул панель. Потом он вытащил платок и вытер повлажневшие ладони.

Джо раздраженно проворчал:

— Какого черта! Ты соображаешь, что делаешь?

Хини посмотрел на него с подозрением.

— Погоди минутку. Эта дама не больше спятила, чем я. Что за шутки?

Джо проговорил, запинаясь:

— Я не понимаю, о чем ты спрашиваешь. Я тебя предупреждал, что она не только сбрендила, но еще и чертовски опасна. Нельзя судить по тому, как дама выглядит. Не с прической у нее не все в порядке, а с рассудком. Сечешь?

Хини кивнул:

— Ага, я усек. — Он засунул руку в задний карман и достал пистолет. — Слушай, приятель, как получилось, что ты путешествуешь в компании с этой дамой?

Джо торопливо отвел глаза.

— Я согласился тебя подбросить. Это все, что может тебя интересовать. — Он хотел включить двигатель, но Хини вжал пистолет в его ребра.

— Подожди-ка, крысенок, — сказал он свирепо. — Выкладывай, а не то я затею что-нибудь.

Джо замялся:

— Должна была ехать санитарка, но ей захотелось отправиться на поезде с дружком. Ну, я и согласился на это, ради них. Это против правил, но они знали, что пациентка будет со мной в безопасности.

Хини ухмыльнулся:

— Ну ты и придумал! Слушай, да я мог бы сплести историю получше и к тому же вдвое быстрее. Я понял тебя, наркоманчик. Это никакой не фургон для перевозки психов. И ты никакой не перевозчик психов. Это похищение, да?

Джо выпучил глаза:

— Ты сумасшедший.

— Это ты так думаешь. Я хочу знать, что скажет этот вишневый пирожок. — Он отодвинул панель.

Девушка все еще сидела на койке. Сейчас она выглядела очень испуганной. Увидев его, она заговорила возбужденно:

— Выпустите меня! Пожалуйста! Я не сумасшедшая! Он мне все время твердит об этом, но это неправда. Вы верите мне?.. Разве я похожа на сумасшедшую?

Хини задумчиво похмыкал.

— Держи себя в руках, сестренка, — посоветовал он так мягко, как только мог. — Мне надо только договорить с этим парнем, а потом ты будешь… О'кей. Успокойся. Это уже недолго. — Он задвинул панель и посмотрел на Джо: — Ну, что ты теперь скажешь?

Джо развел руками.

— Да не слушай ты ее, — заговорил он лихорадочно. — Я же объяснял тебе, что она сбрендила.

Хини ухмыльнулся.

— Ты мне лапшу на уши не вешай, — сказал он. — Давай, крысенок, выкладывай все как есть. Эта дамочка никакая не сумасшедшая. Кто она такая? На кого ты работаешь?

Джо пришел в отчаяние. Пот градом катился по его лицу, а глаза побелели от страха.

— Ради Бога, только ничего не делай, — выдохнул он. — Я же говорю тебе, она спятила. Не выпускай ее. Я потеряю работу.

— Кто она такая?

— Мэри ван Драттен. Дочка банкира.

— Слушай, я слыхал об этом парне. У него никогда не было психованной дочери, но у него куча грошей. Какой выкуп, приятель?

— Никакого выкупа. — Джо заговорил спокойно и серьезно. — Ван Драттен засекречивает все это. Никто не должен знать, что его дочь сбрендила. Он пустил слух, будто она в Европе или еще где-то. Теперь до тебя дошло?

Наполовину Хини ему все-таки поверил. Его ум начал работать над другим вариантом.

— Очень хитро закручено. Слушай, Джо, люди так вот просто с ума не сходят. В чем тут дело?

Джо мотнул головой:

— Черт! Я не могу тебе сказать. Это мне будет стоить моей работы.

Хини прижал пистолет посильнее.

— Ты либо выложишь все, либо пройдешься пешком. Выбирай. Если это будет звучать разумно, я уберу машинку, и ты можешь забыть об этом, Но если ты не очистишь свою совесть, я воспользуюсь выпавшим мне случаем и выпущу даму — выбирай.

Джо застонал:

— Не делай этого. Говорю тебе — она опасна!

— Так же, как и Салли Ранд, так же, как и Мэй Уэст. Ну и что? — осклабился Хини. — Выбирай. Но помни, ты пойдешь пешком, если не признаешься.

Джо вытер лицо рукавом.

— Ты должен держать язык за зубами, — предупредил он. — Старик Драттен и сам спятит, если это выйдет наружу.

Хини поднял брови.

— Плохи были бы тогда мои дела, — сказал он с ухмылкой. — Вот уж не хотел бы; чтобы Драттен попал в переделку. Чертовски не хотел бы.

Джо с опаской поглядел во все стороны. Кругом было темно и тихо. Он проговорил хрипло:

— Она связалась с плейбоем.

Хини уперся в Джо недоверчивым взглядом:

— Какого черта ты мне это лепишь? Связь с плейбоями не делает женщин сумасшедшими.

— Ага? — Джо прищурил глаза. — Ну, так этот парень и довел ее до безумия. Он был извращенец, этот парень. По тому, что я слышал, он был настоящий негодяй. Однажды вечером он зазвал ее на свою квартиру и всякое с ней вытворял. Я не могу сказать тебе, что он делал, но можешь мне поверить — он обошелся с ней жестоко. Она выбежала оттуда голая с диким воплем и врезалась в полицейского. От нее страшно воняло. Коп задержал и этого парня, и его собаку…

— Его собаку? — переспросил Хини.

Джо неловко заерзал.

— Ага, у него была собака величиной со слона. — Он понизил голос: — Я полагаю, собака и довела ее до безумства.

Хини откинулся назад.

— Черт! — вырвалось у него.

— Вот как было дело. Они привели ее домой и ничего не могли с ней поделать. Она лишь сидела, нахохлившись, и не говорила ни слова. Я полагаю, старому Драттену пришлось нелегко. Потом она начала пьянствовать. Ей понадобился мужик. — Джо покачал головой. — Плохие пошли дела. Они держали ее под замком, подальше от мужиков. Но однажды на нее напал один из шоферов старика, будучи изрядно под парами. Конечно, она его поощрила. После этого они упрятали ее в частный приют. — Джо содрогнулся. — Она становится дурной, когда добирается до мужика. Она расправилась с ним. У этой дамы чертовский способ расправляться с мужиком. Когда она расправляется с ним, она расправляется с ним как следует.

Хини уже не слушал. Он строил планы. Черт! Совсем простая схема. Надо всего лишь отвезти дамочку к ее папочке, намекнуть старику обо всем этом, и он будет иметь легкий заработок до конца своих дней.

Он повернулся и посмотрел на Джо.

— Ну и вонь! — сказал он. — Я не поверил ни одному слову. Давай, выметайся и топай пешком.

— Ты двуличный сукин сын, — яростно выкрикнул Джо.

— Пошел вон, простофиля, — злобно оскалился Хини. — Убирайся, или я тебя пристрелю.

Джо поколебался, потом открыл дверцу и вылез на дорогу. Хини пересел на место водителя и завел машину.

— Успокойся, приятель, — бросил он на прощание, — тяжело будет только первые десять миль.

Покинув Джо, что-то яростно кричавшего ему вслед, Хини ехал некоторое время в прежнем направлении. Затем он свернул с шоссе на грязную дорогу. Проехав несколько миль, он решил, что теперь можно остановиться. Он отодвинул панель и просунул голову в салон.

— Эй, мисс Драттен, — позвал он. — Я полагаю, теперь вы в безопасности.

Она соскочила с койки и подошла к нему. На ней был темный вязаный костюм, юбка и жакет. Хини осмотрел ее фигуру. Он подумал, что эта дама, конечно, заслуживает внимания. Один ее фасад чего стоит.

— Вы хотите сказать, что я могу уйти? Я больше не увижу этого ужасного карлика?

Хини ухмыльнулся:

— Это так, детка. Я отвезу вас назад к вашему папе, как только вы дадите мне свой адрес.

Она посмотрела на него, все еще не веря.

— Я вас не знаю… кто вы такой? Я все еще ужасно напугана. — Ее темные глаза смотрели в его глаза, и он внезапно захотел ее так, как никогда прежде не хотел ни одну женщину. Ему захотелось прикоснуться к ней и притянуть ее к себе. Ему захотелось ощутить, как ее мягкость поддается ему.

Он окинул ее раздевающим взглядом. Предположим, она сумасшедшая, но это его не остановит, не помешает проявить к ней интерес. Она не сможет устроить с ним что-нибудь такое. Он был уверен в своей физической силе. Если она взбесится, он сможет постоять за себя. Ему страшно захотелось выпить. Запрокинув кувшин, он сделал долгий глоток. Напиток добавил ему храбрости, в чем он очень нуждался.

«Пропади все пропадом!» — подумал он и вылез из кабины. Он обошел карету «Скорой помощи», все еще с кувшином в руке. Какое-то мгновение он еще колебался, а потом отодвинул задвижку задней дверцы и повернул ручку. Дверца открылась, и он забрался в салон.

Она молча подошла к нему. У нее были медленные, почти ленивые движения. Он увидел, как двигались под шерстяной юбкой ее округлые бедра.

Он стоял у дверцы и смотрел на нее. Внезапно у него пересохло в горле. Черт! Эта дама потрясающе хороша. Тут, не может быть ошибки. Просто великолепна. Он отступил в сторону и потянул дверцу на себя, она закрылась со слабым щелчком.

В салоне было тесновато. Хини предложил:

— Садитесь, детка, и давайте познакомимся.

Она заметила у него в руке кувшин.

— Что это? — спросила она.

Хини сел и поставил кувшин на колено.

— Яблочное бренди, — сказал он, пристально наблюдая за ней.

Она села рядом с ним и положила руку на кувшин, как раз над рукой Хини.

— Яблочное бренди? — повторила она.

— Правильно. — Хини передвинул свою руку выше по кувшину.

На мгновение их руки соприкоснулись. Он ощутил прохладу ее кожи. Она расчетливо убрала руку и положила ее себе на колени. Хини перевел дух. Он собирался задать ей работу, даже если она будет орать во все горло.

Она улыбнулась ему. У нее оказалась очень милая улыбка.

— Я никогда раньше не пила яблочного бренди. Симпатичное название, не правда ли?

Рот Хини скривился в напряженной усмешке. Он встал и подошел к небольшому умывальнику. Он взял стакан, тщательно его помыл и наполнил из кувшина. Ладно, если она сумасшедшая и ее так тянет к выпивке, он рискнет и проделает свой эксперимент. Чем дольше он находился с ней, тем меньше думал о предупреждении Джо.

— Попробуйте, детка, — предложил он, — вы наверняка сочтете яблочное бренди крепким напитком.

Она взглянула на стакан, протянула руку, и снова ее тонкие пальцы коснулись его руки. Это подействовало на Хини, как удар тока. Содрогнувшись, он отошел к задней дверце, пристально наблюдая за ней.

Она поднесла стакан к губам.

— Какой приятный запах, — сказала она.

Запрокинув голову, так что он увидел ее белое горло, она начала пить. Хини стоял словно завороженный. Чистый спирт скользил по ее горлу как вода.

Хини сказал:

— Ради Бога… как вы это сделали?

Она протянула ему стакан:

— А это приятно. Я очень хочу пить. Можно еще немножко?

Он продолжал стоять, уставившись на нее.

— Это вас не обожгло? Черт! Это должно было вас обжечь!

Между ее бровями появилась маленькая морщинка.

— Можно мне еще? — В голосе прозвучал легкий оттенок раздражения.

Хини остро посмотрел на нее, поколебался и наполнил стакан. Потом он долго пил из кувшина сам. Напиток заставил его задохнуться и захлебнуться. Придя в себя, он увидел, что она держит у груди пустой стакан и глядит на кувшин. Он вставил в горлышко пробку и прижал ее кулаком до отказа.

— Не надо этого делать, — сказала она резко. — Я хочу еще.

Хини покачал головой. Он почувствовал внезапный прилив самоуверенности. Он больше ее не боялся. Ему было наплевать, насколько она безумна, он может с ней управиться в любом случае.

— Вы и так выпили много. — Он поставил кувшин у дверцы, подальше от нее. — Вам не следует пить слишком много.

Она положила руку на его плечо и близко наклонилась к нему. Ее дыхание, пахнущее сладковатым спиртом, овевало его лицо.

— Там осталось еще так много… Я хочу пить.

Хини придвинулся к ней. Она наверняка хотела его тоже. Его рука пробралась к ней за спину.

— Может, там, детка, и есть еще, но у нас впереди уйма времени, чтобы это прикончить.

— Но оно такое вкусное. — Она внезапно захихикала. — Оно мне кружит голову. — Она склонилась на его руку.

— Разумеется, оно вам кружит голову. — Он обнял ее, за талию, позволив своей руке утвердиться на ее бедре. Она посмотрела на его руку, потом бросила быстрый взгляд на его лицо. Он притянул ее к себе. — А что, у вашего папы много грошей, не так ли? — брякнул он, ожидая, что она отпрянет.

Она не шевельнулась.

— Почему вы спрашиваете об этом?

— Мне нравится беседовать о грошах. — Его рука переместилась выше, накрыв ее грудь. Он ощутил под рукой ее твердость и полноту. Она затрепетала и застыла. Хини продолжал говорить, стараясь, чтобы его голос звучал нормально. — Мне нравится слушать истории о мужиках с большим количеством грошей. Должно быть, прекрасное чувство дарить такой даме, как вы, все, что вам угодно, не заботясь, откуда берутся деньги, чтобы за это за все расплачиваться. — Он не задумывался над своими словами, он понимал, что сейчас надо без умолку разговаривать. Он чувствовал, как она расслабляется под его рукой. — Я был простофилей всю свою жизнь. Может быть, вы не понимаете, что это значит? — Он передвинул руку и ощутил вес ее груди.

Она скорчила гримаску.

— Какой вы несчастный, — произнесла она, немного приоткрыв полные губы. Тонкими длинными пальцами она охватила его запястье и попыталась убрать руку.

— Пусть остается, детка, это приятное чувство.

Она поколебалась, глядя в сторону, потом все-таки отвела его руку. Хини пробормотал заплетающимся языком:

— Вы милое дитя. Черт! Вы милое дитя!

Она беспокойно пошевелила своими длинными ногами.

— Вы не сказали мне, кто вы такой. — В ее голосе не было никакого интереса.

Хини повел руку вниз и подсунул под ее колени.

— Я покажу вам, как сесть поудобнее. — Он приподнял ее немного, и она теперь полусидела, полулежала на его коленях. Он ожидал, что последует сопротивление, но она лежала расслабленно, свесив руки по бокам. Он подумал: «Это легкая работа». — Так удобно? — спросил он, наклоняясь над ней. Она откинула голову, закрыла глаза и прошептала что-то, чего он не смог расслышать. Он грубо притянул ее к себе и накрыл ртом ее губы. Ее рот открылся, и он почувствовал ее дыхание. Ее руки охватили его шею, и она начала тихо стонать.

Его свободная рука скользнула по ее шелковистому колену, коснулась теплой гладкой плоти. Внезапно она обняла его и до боли прижалась своим ртом к его губам. Ему стало трудно дышать, он хотел освободиться, но она его не отпускала. Он оторвал от нее руки и попытался ее оттолкнуть, кровь стучала в его висках. Ее руки оплели его горло, как стальные ленты, лишив его легкие воздуха. Внезапно впав в панику, он начал сопротивляться, но не смог с ней совладать. Перед его глазами заплясали огоньки, он осознал, что она его душит, и он ничего не смог с этим поделать.

После полуночи их нашел Джо вместе с государственным патрульным. Патрульный остановил свою машину возле кареты «Скорой помощи», и они вышли наружу.

— Похоже, он сбежал, — сказал Джо, заглянув в кабину. Он забрался на сиденье, отодвинул панель и посмотрел в отверстие. Он воскликнул: — Господи помилуй! — и чуть не вывалился из кабины.

Патрульный посмотрел на него с удивлением:

— Что случилось?

Джо показал трясущейся рукой на карету «Скорой помощи».

— Я его предупреждал, но он мне не поверил.

Патрульный протиснулся мимо него и влез в кабину. Он оставался у отверстия несколько минут, потом медленно вылез наружу. Вид у него был неважный.

— Несчастный подонок, — произнес он с дрожью в голосе. — Несчастный подонок. Черт! Ей нельзя было так поступать. Я считаю, никакой даме не следует так поступать ни с каким мужиком. — Он сплюнул на дорогу. — Это же единственное удовольствие, какое несчастные парни могут себе позволить.


Содержание:
 0  вы читаете: Яблочное бренди : Джеймс Чейз    
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap