Детективы и Триллеры : Триллер : Глава 6 : Картун Дерек

на главную страницу  Контакты  ФоРуМ  Случайная книга


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17

вы читаете книгу

Глава 6

В девять утра министры собрались снова. А Баум в это время уже сидел в кабинете своего шефа. Президент все еще пребывал в настроении, опасном для окружающих, душевное состояние Жоржа Вавра было не лучше: его терзали недоверие к эксцентрическим методам Баума и мрачные предчувствия относительно их последствий. Зато сам Альфред Баум, устроившись с папкой бумаг на краешке одного из неудобных стульев в начальственном кабинете, являл собой воплощенную самонадеянность и прекрасное расположение духа.

– Так сложно, так рискованно, не люблю я эти выкрутасы, – тянул Вавр. – Ты же знаешь, Альфред, что простые методы расследования дают результаты быстрее всего. Самое надежное – поднять архивы да допросить кого надо…

– Совершенно согласен, – отозвался Баум. – Но раз уж мы отказались от мысли допрашивать членов Комитета обороны – и правильно сделали, я уверен, – то тем самым мы отказались и от надежды на простое решение. Значит, единственное, что нам осталось, – это мистификация. Я понимаю, что вам подобные методы не по вкусу. – Он усмехнулся и покачал головой, как бы говоря, что пугливое отношение Вавра к обходным маневрам несколько смешно.

– Ну так как поступим, Альфред?

– Конверт вместе со всеми вещами молодого человека уже в палате, – объяснил Баум. – У нас есть отличные снимки женщины, которая приходила к нему, назвалась его сестрой и оставила фальшивый адрес. Вчера мои люди ее упустили, но сегодня она от нас не скроется. Неудача пошла даже на пользу: мы приготовились как следует.

– А если все-таки она ускользнет?

Отвечать Баум не стал. Он составил план действий и на случай провала, но не хотел пока раскрывать свои карты. Если затеваешь дело, которое пугает твоего начальника, да, по правде сказать, и самому страшновато, то лучше уж посвящать его во все планы постепенно. Последовательно, одну за другой снимать оболочки, вроде как лук чистишь; на сегодня сказано достаточно.

– Не беспокойтесь, шеф, – сказал он. – Сеть сплетена прочная, девчонка не проскочит.

Вавр нехотя согласился, спросил:

– Что еще?

– Есть сообщения от одного из моих людей, которых я посылал на площадь Мобер. Прошлой ночью он там разыскал человека, который все видел и утверждает, будто фургон сбил мотоциклиста нарочно. Но официально подтвердить не соглашается. Говорит, на суде бы не поклялся. Поищем доказательства этого странного факта, а я пока откладываю его на потом.

При его сходстве с хомяком легко можно было представить факты, спрятанные у него за щекой, будто орехи.

– Мне звонил Вэллат, – вспомнил Вавр. – По поручению президента. Спрашивал, как движется дело. Я сказал, что движется. Ну и что он может доложить президенту? Пока докладывать нечего. Так когда же мы сможем доложить о ходе расследования? Скоро, – так я ему ответил. Я прямо-таки почувствовал, как он позеленел от злости на том конце провода, он копирует президента – его нетерпение и раздражительность. Альфред, надо спешить!

– Знаю, знаю! Сегодня же начинаем действовать.



Совещание у президента закончилось быстро и не дало ничего путного. Префект полиции доложил о двадцати семи инцидентах, случившихся в столице за последнее время, и высказал убеждение, что по всем признакам это дело рук левых экстремистов вроде группы Баадер – Майнкоф. Ответственность за некоторые из них взяли на себя какие-то подпольные организации, причем ни одна из них не была ранее известна. К сожалению, пока никаких версий. Конечно, это печально, однако он рассчитывает на спецподразделение по борьбе со взрывами; персонал его удвоен за счет опытных инспекторов и сотрудников юридического отдела в полном составе.

На вопрос о взрывных устройствах он ответил, что, судя по осколкам, они изготовлены вручную, скорее всего в какой-нибудь маленькой мастерской. По всей вероятности, во Франции, хотя не исключено, что и за границей. Известно, что террористов снабжают оборудованием в Голландии, Швейцарии, не говоря уж о средневосточных странах. Там хоть и за большие деньги, зато без хлопот можно приобрести взрывчатку и огнестрельное оружие. Если, конечно, все это не украдено. Хотя последнее время сигналов о кражах со складов или из магазинов, торгующих оружием, не поступало. Странно также, по его мнению, что ни одно из последних крупных ограблений не совершалось с помощью бомбы. Обычно волну взрывов террористы начинают с ограбления банка, чтобы добыть таким образом деньги на покупку оружия и содержание банды на тот период, пока она действует. Но в данном случае все иначе. Видимо, у террористов имеются другие источники.

– Где могут находиться эти источники?

– Ливия, Сирия… – Ответ прозвучал неопределенно.

– Вы хотите сказать, что поскольку опасность пришла из-за рубежа, то делом надлежит заняться контрразведке?

Префект, всегда ревниво отстаивающий прерогативы собственного ведомства, заметил свою ошибку.

– Нет, нет, господин президент. Я просто строил догадки. Можете быть уверены – я обращусь к Жоржу Вавру, если появится необходимость.

Президент не возразил, лишь записал что-то в блокнот, лежавший на столе. – Еще одна особенность нынешней кампании, – продолжал префект, – необычно высокий технический уровень исполнения. Во время подобных акций в других странах, например в Италии и Западной Германии, попытки иной раз не достигали цели: бомбы не взрывались или взрывались слишком рано. А во Франции всё срабатывает безукоризненно. Видимо, действуют первоклассные специалисты, и у них железная дисциплина. Похоже, они проходили подготовку в Ираке или в Ливии.

Префект продолжал излагать все, что знал, о самых тревожных точках, связанных с международным терроризмом. Его рассуждения перебил министр внутренних дел:

– А не причастны ли к этому анархисты? Как вы думаете?

Префект пожал плечами.

– Во время последнего рейда мы задержали двоих, но пришлось отпустить: прямых улик не обнаружилось. В политическом аспекте, я полагаю, тут вполне могут быть замешаны анархисты или маоисты. Если судить по выбору мишеней. После каждого полицейского рейда наступает затишье недели на две. Более того, за последние три месяца человек пятнадцать левых экстремистов, из числа самых известных, куда-то скрылись.

– Так, может, они скрылись, потому что полиция за ними охотится?

– Не исключено, но я бы объяснил это более существенными и тревожащими причинами.

– Меня все эти ваши тонкости не интересуют. – Президент был раздражен до крайности. – Я хотел бы услышать об арестах, для которых имеются основания. А префектура, похоже, специализируется на арестах лиц, виновных предположительно. Какие шаги вы намерены предпринять немедленно?

Префект принялся излагать свой план. Он состоял в том, чтобы включить в поиск больше сотрудников. Он уже дал распоряжение. Он уверен, что скоро полиция добьется решительного перелома. Необходимо призвать парижан быть начеку и сообщать обо всем, что вызывает хоть малейшее подозрение. Сегодня это прозвучит по радио и телевидению. К концу недели будут готовы соответствующие плакаты. Во всех общественных зданиях принимаются меры предосторожности.

– Подобный прилив энергии, – ядовито заметил президент, – был бы весьма кстати месяца три назад, а теперь он только лишний раз доказывает, что префектура действует вяло и нерешительно.

Снова это было не совсем справедливо, но и тут префект не стал возражать.

План префекта одобрили, обсудили, какими мерами можно успокоить население. Это было остро необходимо: пресса безумствовала, ее подстрекали крайние правые, которые использовали взрывы как дубинку против левых и центра. Шумели заодно и коммунисты, стремясь отмежеваться в общественном сознании от собственных, причинявших много хлопот левых, которых они величали отщепенцами и фиглярами. Мотивы же убийства Аристида Лаборда – генерального секретаря коммунистической партии – оставались совершенно непонятными.

В то же утро состоялось заседание политбюро компартии и был утвержден текст прощального слова над гробом павшего товарища, немедленно переданный в газеты. В надгробной речи была дана политическая оценка этого убийства: провокация реакционных сил, которые стремятся расколоть парламентское большинство и ослабить партию трудящихся. Но ни намека, о ком, собственно, идет речь – о крайних правых или крайних левых, поскольку составители текста понятия не имели, на каком конце политического спектра прозвучала автоматная очередь. «Объективно, – сказал по этому поводу один из членов политбюро, – это не имеет значения, поскольку и те, и другие льют воду на мельницу империалистов».

На заседании было решено через неделю созвать центральный комитет партии и выбрать нового генерального секретаря.

К обеду собравшиеся уже пришли к согласию по поводу избранника.



За последние двадцать четыре часа Альфред Баум проявил чудеса ловкости, чтобы сколотить солидную команду, состоящую из сорока пяти мужчин и женщин – сотрудников контрразведки и полиции, да еще полудюжины машин в придачу. Операцию развертывали с такой тщательностью и с таким дотошным вниманием к деталям, что Леон сказал со смехом среди своих: надо бы еще боевой вертолет включить, шефу подсказать, что ли…

Командный пост поместился в фургоне почтово-телеграфного ведомства, припаркованном возле больницы и оборудованном радиосвязью со всеми участниками слежки. Двое в этой машине должны были прослушивать все донесения, один из них – сам Баум. Если девица снова сядет на обратном пути в автобус, то важно, чтобы кто-то из преследователей оказался там заранее. Конечно, она может уехать и 73-м, и 192-м, причем в любом направлении. Значит, на предыдущих остановках должны дежурить полицейские и с той минуты, как она выйдет из клиники, ждать распоряжений по радио, будучи готовыми сесть в автобус.

На сей раз, впрочем, она может приехать и на машине, и, хотя преследовать ее на улицах будет чрезвычайно трудно, Баум был уверен, что его люди с этим справятся. У них достаточно машин, чтобы правильно расставить их поблизости от больницы. Всем участникам операции были розданы фотографии, сделанные накануне. В середине дня Баум еще раз кратко проинструктировал их и убедился, что все готово.

– Не допустите же вы, ребята, чтобы одна девчонка провела сорок пять оперативников из спецслужб, у которых есть самая современная радиоаппаратура и столько машин, – заключил он свой инструктаж. Баум и сам в это верил.

В половине второго он подъехал к клинике на служебном автомобиле и пересел в почтовый фургончик, который стоял там с самого утра. Остальные тоже были на своих местах.

– Все в порядке? – спросил он у тех, что дежурили в фургоне.

– Да, шеф!

Они проверяли связь с другими машинами, две из которых расположились возле автобусных остановок и могли бы известить агентов, стоящих на этих остановках, что им надлежит сесть в автобус. Фургон поменьше занял позицию у входа в клинику, чтобы сделать еще снимки. Леон снова облачился в серый форменный халат и занял свое место в качестве временного сотрудника стола справок. Баум через больничного администратора передал все необходимые распоряжения персоналу. Пациент так и не пришел в себя. Он пребывал в отдельной палате и был подключен к системе жизнеобеспечения. Его вещи находились в тумбочке рядом с кроватью, в кожаном ранце благополучно лежал конверт.

В двадцать минут третьего ко входу подкатил красный «рено» пятой модели, за рулем сидел молодой человек в темных очках. Из машины вышла блондинка, одетая точно так же, как накануне. «Рено» проехал еще несколько метров, туда, где полицейские именно на этот случай оставили место для стоянки. Номер его был записан.

Блондинка взбежала по ступенькам и толкнула дверь. В справочном окне она осведомилась о Гвидо Ферри.

– Мне велели прийти сегодня, – напомнила она молодому человеку – тому самому, который был очарован ею накануне. – Я его сестра.

– Все в порядке, мадемуазель, поднимитесь на четвертый этаж, в реанимационное отделение. – Он улыбнулся ей, но она не ответила на улыбку. «Красотка, но злючка», – решил он про себя.

На четвертом этаже она отыскала нужную палату.

– Я сестра Гвидо Ферри, могу я его повидать?

– Добрый день, мадемуазель Ферри, – приветствовала ее дежурная медсестра. – К сожалению, вчера мы не могли вас пропустить. И сегодня ваш брат без сознания. Тяжелая черепная травма. Он вас наверняка не узнает.

– Понимаю, – отозвалась посетительница. – Я ненадолго. Где он?

Медсестре показалось, что она вовсе не выгладит обеспокоенной. Правда, некоторые умеют скрывать свои чувства… Пока они шли по коридору, она сказала:

– Доктор знает, что вы пришли. Он зайдет, чтобы поговорить с вами.

– Хорошо.

Сестра пропустила девушку в палату и заботливо прикрыла дверь. Пациент лежал на спине, весь опутанный трубками, подключенными к приборам. По экрану дисплея бежали ритмичные волны – удары сердца. Посетительница посмотрела на его лицо и перевела взгляд на сложную аппаратуру. Подошла к тумбочке – это была единственная мебель в комнате, помимо кровати и стула. Перетряхнув пожитки парня, она без труда нашла то, что искала, и быстро переложила конверт к себе в сумку. Тут отворилась дверь и вошел доктор.

– Я проверяю вещи. – Она нисколько не смутилась.

– Травма чрезвычайно серьезна, сердце может отказать в любую минуту. – В голосе врача слышалось сочувствие. Она может справляться о здоровье брата по телефону – пусть звонит когда угодно. Пока нельзя обещать, что он вообще придет в сознание, а если выживет, то неизвестно, вернется ли к нему разум. Доктор ожидал взрыва отчаяния, слез, – каменное спокойствие посетительницы поразило его. Впрочем, может быть, она потрясена горем, в шоке…

– Можно мне еще побыть здесь?

– Понимаю, – отозвался доктор, – я вас оставлю. Только не трогайте ничего.

Дверь за ним закрылась. Посетительница достала из сумки целлофановый пакет и, подойдя к кровати, закрыла им рот и нос лежащего, перекрыв трубку. Сверху положила еще полотенце, лежавшее возле тазика. Потом отошла и встала так, чтобы видеть дисплей. Меньше чем через полминуты зеленые линии навеки прекратили бег…

Она положила полотенце на место, сунула в сумку целлофановый пакет и вышла. Проходя мимо дежурной сестры, не попрощалась, не поблагодарила. Медсестра, сидевшая у приборной доски в аппаратной, как раз пила кофе с приятельницей и обратила внимание на экран угловой палаты только спустя две-три минуты. Она выскочила в коридор, зовя дежурную. А блондинка тем временем уже спускалась в лифте, прижимая локтем сумку и гладя прямо перед собой.

Как только она появилась в холле, рука Леона дернулась, коснулась уха, и какой-то человек, с виду рабочий, вышел на улицу. При его появлении два автомобиля, стоявших поблизости, включили двигатели.

– Выходит из клиники, сейчас выйдет, – сказал Баум в нагрудный микрофон. Все машины были настроены на волну грузовика. – Машина, на которой она приехала, стоит, водитель на месте. Внимание, вот она!

При появлении на лестнице блондинки с сумкой через плечо заработала фотокамера.

– Спускается, поворачивает направо, к машине – увидела ее в десяти метрах от себя…

Девушка быстро дошла до машины, водитель, наклонившись, открыл дверь, она села, и они мгновенно отъехали.

– Едут по улице Дютен, – сообщил Баум, – в конце улицы им придется повернуть направо – там одностороннее движение, но Леопард пусть будет настороже: они, если что заметят, могут и налево повернуть, что им правила? Бобер, поезжай за ними, только не приближайся особо.

– Бобер – на Контроль. Вас понял. Конец связи.

– Контроль – Зебре. Сейчас проедут мимо вас. Пропустите на полсотни метров – и следом.

– Зебра – на Контроль. Вот они! Еду.

В этот момент красный «рено» повернул с улицы Дютен направо, как и положено. Бауму теперь его было не видно. По радио зазвучала торопливая речь:

– Зебра – на Контроль. Они опять повернули направо, на магистраль. Тут большое движение, мы их пока видим, но Лиса пусть подстрахует.

– Контроль – Лисе. Мимо вас проезжает красный «рено», за рулем мужчина, рядом с ним женщина. Двигайтесь за ними, не теряйте из виду. Вперед!

– Лиса – на Контроль. Вижу их в зеркале. «Рено» идет быстро. Еду за ними, машин тут чертова пропасть. Они впереди, между нами две машины. Направляемся к югу. Предупредите тех, кто впереди, в одиночку мы их упустим.

– Контроль – Бизону. Красный «рено», водитель мужчина, рядом женщина. За ними – Лиса. Включайтесь в погоню.

И тут произошло то, чего никто не ждал. «Рено» сбавил скорость, пристроился в хвост 73-му автобусу и, как только этот автобус подкатил к остановке, затормозил. Пассажирка выскочила и оказалась в автобусе в тот момент, когда автоматические двери уже почти закрылись.

– Лиса – на Контроль. Женщина пересела в 73-й, который идет в южном направлении. За кем ехать – за ней или за «рено»?

– Контроль – Лисе. Черт побери! За автобусом!

То же самое Баум приказал Бизону и трем другим машинам, стоявшим вдоль трассы. Держать под наблюдением «рено», который, нарушив правила, повернул влево и скрылся на большой скорости в боковой улице, было бессмысленно. Девица вроде бы избрала вчерашний маршрут, хотя могла выйти и на другой остановке. Ясно было одно – от преследования уходить она обучена. И никого нет в автобусе рядом с ней.

Баум проклинал себя, но тут же у него возникла идея.

– Контроль – Бобру. Прекратите преследование и отправляйтесь на Восточный вокзал. Морис пусть стоит в метро там, где ее вчера потеряли: на переходе. Она может выбрать именно этот маршрут, предполагая, что уж этого от нее не ждут.

– Бобер – на Контроль. Выполняем.

Девица наверняка чувствует, что за автобусом следят. Но если ребята сработают хорошо, то она успокоится: не позволят они ей ничего заметить. Все, что она делала до сих пор, – это меры предосторожности. Или, может, у нее просто воображение разыгралось? Что она может знать о содержимом конверта? Как ей догадаться, что это фальшивка, подкинутая ДСТ? С ее точки зрения, если бы уж полиция следила за ней, то ее арестовали бы прямо в клинике на том основании, что она оставила фальшивый адрес. И потом ее бы спросили насчет фальшивого удостоверения ее братца. Нет, по всей вероятности, девчонка, принимая меры предосторожности, просто следует правилам. А преследователи имеют четкую инструкцию: если видите, что она может скрыться, хватайте ее!

Да нет, вряд ли она догадалась, что за ней следят. Об этом редко кто догадывается. Даже агенты КГБ, уж на что тренированы, то и дело теряют бдительность. Потому только и попадаются. А эта просто тупо повторяет все, что делала вчера.

– Бобер – на Контроль. Автобус остановился напротив станции Луи Блан. Мы в потоке машин чуть позади. Вот она. Вышла, перебегает дорогу, скрылась в метро…

– Контроль – всем, кто недалеко от станции Луи Блан. Действуйте по плану, внимание!

Двое из машин – Лиса и Бобер – заскочили в метро секунд через двадцать. Им было известно, что преследуемая скорее всего поедет в сторону Порт Итали, но на тот случай, если она изменит маршрут, один из этих двоих побежал на противоположную платформу.

Тот, что направился в сторону Порт Итали, сложением напоминал Леона: грузный, и ходок никудышный. Как бы он ни спешил, но преодолеть бегом три марша вверх по ступенькам он был не в силах. Как ни старался, но на платформе ему мигнули хвостовые огни поезда, девчонки нигде не было. Агенту мгновенно представилось понижение в должности, перевод из ДСТ в обычную полицию. Господи, опять ходить в форме, участвовать во всяких там облавах и драках, да еще где-нибудь в провинции! Он чуть не разрыдался. Он не знал, что Баум предусмотрительно послал человека на Восточный вокзал, и был убежден, что девчонка смылась – всех перехитрила, чертова сука! Он просто опомниться не мог, его даже затошнило…

Он крикнул напарнику, стоявшему на противоположной платформе, чтобы тот шел к машине и передал новость. А он следующим поездом уедет на Восточный вокзал. Зачем – он и сам не знал. Никакой надежды не было, но вдруг… Все бывает. Каким-нибудь чудом он ее засечет и реабилитируется, спасется от мундира, от провинции…

Тем временем Ингрид ехала в первом вагоне предыдущего поезда, проехала Шато Ландон и сошла на Восточном вокзале, точно так, как накануне. Перескакивая через ступеньки, она быстро взбежала по лестнице и свернула в левый туннель, к платформе, откуда можно попасть на ее линию. Туннель был пуст: немногие пассажиры вышли из вагона и направились к выходу в город. У поворота она оглянулась: сзади никого! Неплохо. Все оказалось так просто – она же говорила! Никому другому нельзя было доверить такое задание. Все сошло гладко – это поддержит моральный дух остальных. Так надо – трудные задания выполняй сам. Постоянно доказывай им, что ты лучше, смелее, не им чета. Так ее учили в тренировочном лагере в горах Гарца. Множество раз повторяли – служи примером. Веди за собой, будь всегда впереди. Да, лучшие иногда падают, но каждому на смену придет полдюжины новых, закаленных и несгибаемых. Политически – и даже статистически – это логично. Так ее учили. Эта теория правильна, в этом Ингрид уверена. В туннеле за поворотом она увидела человека – он стоял, прислонясь к стене, будто ждал кого-то. Прямо в том месте, откуда расходятся в разные стороны две лестницы. Выглядит подозрительно. Похож на шпика. Дешевый темный костюм – в этакую-то духоту, тяжелые ботинки, стрижка немодная. Главное – лицо, как у полицейского. Внезапно вспомнила: вчера она как раз здесь стряхнула хвост. Вполне подходящее место, чтобы избавиться от преследования: за поворотом никто ничего не увидит. А на развилке взбежать по одной из лестниц и смешаться с толпой…

А может, он вовсе и не ее дожидается? Даже если он и шпик… Впрочем, ей-то что до этого? Ведь у него может быть инструкция арестовать ее тут же, а не следить за ней… Не дойдя метров пятнадцать до поворота, где стоял незнакомец, она решилась. Сняла сумку с плеча и на ходу стала что-то искать в ней. Подойдя, обратилась прямо к нему:

– Прикурить не дадите?

Агент – это был Морис – сунул руку в карман пиджака и уже протягивал ей зажигалку, когда рука девушки выскользнула из сумки, держа маленький пистолет с глушителем. Туннель все еще был пуст. Она поднесла оружие к голове собеседника, будто это было самое что ни на есть обычное дело, и дважды выстрелила в упор, целясь между глаз. Выстрелы были почти не слышны – на станции стоял обычный шум.

На лице Мориса проступило изумление, из отверстий между глаз хлынула темная кровь, колени подогнулись, и он стал медленно сползать по стене на грязный пол. К тому моменту, когда тело вытянулось неподвижно, убийцы рядом уже не было: она взбежала по лестнице, и толпа поглотила ее.

Грузный человек, прибывший следующим поездом, оказался на месте убийства, когда вокруг тела уже собралась кучка людей.

– Пропустите, полиция! – крикнул он. Узнав убитого, он испытал острое чувство горя и бессилия, почувствовал спазм в желудке и не заметил своих слез, неудержимо бегущих по лицу.



А Ингрид снова благополучно добралась до Фобур Сен-Дени, свернула в пассаж и быстро вошла в мастерскую.

– Ну как? – спросил хозяин.

– Нормально. А Серж вернулся?

– Только что.

– Избавился он от машины?

Хозяин кивнул.

– Отлично. Я переоденусь и пойду в штаб доложить. Оружие оставлю здесь, а ночью от него избавлюсь. Как ты думаешь, правильно?

– Ну раз ты так считаешь…

Она прошла в заднюю комнату, где ее ждал Серж.

– Я же говорила – никаких проблем, – похвасталась она. – Только пришлось застрелить чертова шпика. Просто на всякий случай. Он скорее всего и не за мной охотился, но так спокойнее. Мне нужен новый револьвер. Поищи, ладно? Ты знаешь, что мне нравится.

Через боковую дверь она вышла в грязную вонючую уборную, и тут ее несколько раз вырвало.


Содержание:
 0  Бесы в Париже : Картун Дерек  1  Глава 2 : Картун Дерек
 2  Глава 3 : Картун Дерек  3  Глава 4 : Картун Дерек
 4  Глава 5 : Картун Дерек  5  вы читаете: Глава 6 : Картун Дерек
 6  Глава 7 : Картун Дерек  7  Глава 8 : Картун Дерек
 8  Глава 9 : Картун Дерек  9  Глава 10 : Картун Дерек
 10  Глава 11 : Картун Дерек  11  Глава 12 : Картун Дерек
 12  Глава 13 : Картун Дерек  13  Глава 14 : Картун Дерек
 14  Глава 15 : Картун Дерек  15  Глава 16 : Картун Дерек
 16  Глава 17 : Картун Дерек  17  Использовалась литература : Бесы в Париже
 
Разделы
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 


электронная библиотека © rulibs.com




sitemap