Детективы и Триллеры : Триллер : Глава 16 : Ингер Фриманссон

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  4  6  8  10  12  14  15  16  17  18  20  22  24  26  28  30  32  34  36  38  40  42  44  46  48  50  52  54  56  58  60  61

вы читаете книгу




Глава 16

Уже в субботу Берит снова отправилась в Хэссельбю. Она купила бутылку испанского вина Grand Feudo и горшок с ростками крокусов, она не позвонила перед тем, как выехать, просто собралась и поехала.

День выдался туманный. Берит плюнула на автобус и решила пройтись пешком от конечной станции метро, по тропинке вдоль берега. Она чувствовала, как в ней нарастает ужас, но повернуть назад не могла.

* * *

Ночью ей привиделся кошмар. Тор потряс ее за плечо, разбудил.

– Это обычный кошмар? – спросил он. – Или все дело в твоем шефе?

Ей приснилось, что в издательстве устроили вечеринку, на которую собрались все и вся, и самое странное, была там и Жюстина. Во сне Берит была одета в невероятно элегантное платье, с глубоким декольте, с открытой спиной. Сроду она так не одевалась. Она бродила среди гостей, пытаясь хоть с кем-то поговорить, но ее будто никто не замечал.

Может, это действие «субрила», она продолжала принимать таблетки перед сном, теперь ей было трудно засыпать без них. А может, это воспоминания из детства всколыхнулись в ней.

Тор предложил съездить на остров Вате, заночевать там, он полагал, что морской воздух пойдет Берит на пользу.

– Я мог бы блинов нажарить. У нас вроде оставалось немного икры в морозильнике?

– Не хочется, – сказала Берит. – Я не могу сейчас, да и не хочу.

* * *

На льду стоял тонкий слой воды. Несколько уток опустились на лед и заскользили, не в силах остановиться. У пирса, где вода никогда не замерзала из-за стока отопительной станции, пришвартовался старый баркас. На набережной толпились какие-то мужики в темных куртках. Она с трудом разглядела название судна, «Сэр Вильям Арчибальд» из Стокгольма.

Издалека долетал какой-то неясный звук. Треск вертолета. Туман был слишком густой, она не могла разглядеть самого вертолета, но звук все приближался.

Жужжание вертолета напомнило ей постановку «Мисс Сайгон», которую она видела с подругами в Лондоне. У них были отличные места, только их здорово напугал неожиданно громкий звук вертолета в начальной сцене. Она помнила и финальную сцену, занавес, слепящий, бьющий прямо в лицо свет, многие плакали, пусть это и сентиментально, но так бесконечно грустно.

Потом они пошли в паб, и там Берит разговорилась с красивым молодым безработным, который упрямо называл ее мамочкой. Тогда, в пабе, ее это развеселило, она подыгрывала, удивляясь своему словарному запасу. На следующее утро ей захотелось поскорее вернуться домой.

Внезапно в тумане возникли два световых пятна, вертолетные прожекторы, треск перерос в грохот. Она почувствовала, как подступает паника – а вдруг он ее не увидит, вдруг приземлится именно здесь? Она отскочила, уткнулась прямо в снежный вал.

Огромная машина скользнула так близко, что ее окатило брызгами. Вертолет принадлежал морскому флоту. Он курсировал взад-вперед вдоль береговой линии, она видела, как пилот, перегнувшись, что-то высматривает внизу. Кто-то провалился под лед? Кто-то именно в этот момент, именно сейчас борется за жизнь в ледяной воде?

* * *

А может, Жюстины и дома нет. Эта мысль явилась, когда она поднялась на крыльцо и позвонила. Никто не открыл. Она немного подождала и снова позвонила. Из-за двери донеслось слабое шлепанье, она отступила на одну ступеньку вниз.

Жюстина была дома, одежда как жеваная, будто Жюстина в ней спала. На одной ноге – толстый шерстяной носок.

– Берит? – удивилась она.

– Да, это я... Могу я на минуту зайти? Или ты занята?

Жюстина отступила в сторону:

– Нет, проходи.

– Я тут цветы привезла и... вино. Я же весь твой глинтвейн в субботу выпила... Я подумала... зайду вот так... незваной гостьей.

– Ерунда! Раздевайся.

Жюстина направилась к кухне, и Берит заметила, что она хромает.

– Что с тобой стряслось?

– Ничего особенного, поскользнулась во время пробежки. Чистое безумие бегать зимой, теперь я понимаю. Но это скоро пройдет, мне уже лучше.

– Ты ничего себе не сломала?

– Нет. Эта нога у меня вообще слабая. Я частенько ее подворачиваю.

– Подворачиваешь?

– Когда в следующий раз навестишь меня, все уже будет о’кей. Тогда, может, на прогулку сходим. Посмотрим на старые места. На школу и...

– Ты сейчас ничем не занята? А то, может, отрываю тебя от чего-нибудь важного?

– Вовсе нет.

– Ты не против, если я ненадолго останусь?

– Совсем нет. Давай вина выпьем, а? Который час?

– Вообще-то я вино тебе принесла, я вовсе не собиралась вылакать его сама.

– Открой, пожалуйста, бутылку. Штопор в верхнем ящике. Устроимся в библиотеке, как в прошлый раз. Там уютнее всего.

Они поднялись по лестнице. Берит снова увидела афиши с карамельной фабрики Жюстининого отца, они висели вдоль стен на лестнице как и раньше, прошлое возвращалось.

– Помнишь, как ты нас пастилками «Санди» угощала? – осторожно спросила Берит.

– Может, и угощала.

– У тебя была прорва коробочек с пастилками.

– Да, папа вечно их приносил, мне они в конце концов до чертиков надоели. Захотелось, чтобы во рту появился другой вкус, кроме этих «Санди».

– Тебе можно было обзавидоваться... Папаша – владелец конфетной фабрики!

– Да ладно!

* * *

В библиотеке на подоконнике сидела птица. Она повернула к ним голову и испустила крик. Берит вздрогнула, едва не выронив бутылку.

– Ой, он тебя напугал?

– Ужасный крик...

– Он просто напоминает.

– Что напоминает?

– О себе. Чтобы мы не забывали про него.

– Разве ж такое забудешь. А он на тебя никогда не нападает?

– Нападает? Нет. С чего бы он стал нападать?

– Не знаю. Но я бы вряд ли доверяла дикому животному.

Жюстина забрала у Берит бутылку и налила им вина. Они подняли стаканы в знак приветствия и сделали по глотку.

– М-м-м, – промычала Берит. – Совсем неплохо. Вообще-то я многовато вина пью. Но это так вкусно, так хорошо на душе становится.

Снова послышался гул вертолета, казалось, он кружит прямо над домом. Птица захлопала огромными крыльями, завертела головой.

– Кто-то провалился под лед, – пояснила Жюстина.

– Откуда ты знаешь?

– Передали по местному радио.

– Ужас какой.

Жюстина кивнула:

– Такое каждый год случается. Дом мой так расположен, что я в курсе событий.

– А разве лед не слабоват, чтобы по нему ходить?

– Где-то он вполне крепкий, а где-то и тонковат. Людям не мешало бы быть поосторожнее. Да ведь полно же дураков.

Жюстина засмеялась и снова подняла бокал.

– Выпьем за них! – воскликнула она. – За дураков!

Чуть позже она спросила, что у Берит с работой.

– Как там, тебя уволили или нет?

– Издательство переедет в Лулео. Шеф говорит, что мы тоже можем за ним последовать. Но кому охота в Лулео переезжать?

– А у тебя есть выбор?

– Не знаю... Я ничего больше не знаю... Я по ночам спать не могу...

К глазам подступали слезы, от которых она слабела, становилась уязвимой.

– Ну вот, снова разнюнилась.

– Это все отчаяние, засевшее в тебе. Как и в каждом из нас...

Жюстина вытянула руку и заворковала. Птица немного потопталась на окне, потом, неуклюже взмахивая крыльями, подлетела к ней.

– Даже в птице, – добавила она. – Он тоскует по самке. Конечно, он этого не осознает, но что-то в нем растет такое, что делает его слабым, нежным. Скоро посветлеет, скоро весна придет. Тогда эта тоска вырастет до меланхолии, так бывает со всеми, пока мы живы.

– Жюстина... когда мы были маленькими...

Она уже не могла сдерживать слезы, голос ее дрожал.

Жюстина быстро сказала:

– Расскажи мне про своих мальчиков.

– Моих... мальчиков?

– Да. Какой жизнью они живут, эти молодые, у кого вся жизнь впереди? Впадают ли они когда-нибудь в уныние?

Берит достала из сумки упаковку бумажных носовых платков. Высморкалась, в голове у нее гудело.

– В уныние? Нет, я не думаю.

– Они работают?

– Они... оба учатся. Только не знают, кем хотят стать. Во всяком случае, в издательское дело они не пойдут, я им отсоветовала.

– А девушки у них есть?

Берит кивнула.

– Но они совсем из другого мира. Молодые, худые, красивые. Когда я на них смотрю, то особенно остро чувствую, что я из прошлого.

Жюстина посадила птицу на стол между ними. Та развернулась к Берит, вытянула шею и зашипела.

– Ой, Жюстина... не могла бы ты...

– Ты его боишься. И он чувствует это. Постарайся расслабиться.

Берит хлебнула вина и осторожно протянула руку. Птица разинула клюв, глотка у нее была большая и алая.

– Он меня насквозь видит, – прошептала она. – Я ему не нравлюсь.

– Вовсе нет. Не обращай на него внимания. Ладно, давай пересажу его.

Жюстина встала и захромала к книжной полке. Птица замахала крыльями, опустилась ей на руку. Жюстина поднесла ее к верхней полке, птица перепрыгнула туда и замерла, точно изваяние древней крылатой твари.

* * *

Скалы, круглая гора. Тело Жюстины. Куртка натянута ей на голову, у нее проклюнулись грудки, уже изрядные. Та девочка, приемная, оседлав Жюстину, стягивает с нее брюки. А потом вдруг все смешалось, потому что Жюстина вырвалась и побежала, но поскользнулась на склоне и упала прямо на каменные плиты.

И как они потом убегали, убегали.

– Мы ее убили.

– Бежим.

– С ума сошла, нужно кого-то позвать, мамашу ее, что ли.

– Нет, нет, бежим.

– Нельзя. Нужно позвать на помощь.

– Тогда сама будешь виновата, идиотка! Она нас заложит.

Герд, ее звали Герд, имя внезапно всплыло в памяти. Это Герд уговорила свернуть к этому дому.

– Скажем, что она споткнулась, что мы играли, а она просто упала.

Они изо всех сил жали на звонок. Звонили и звонили. И вот перед ними возникла Жюстинина мама, на голове бигуди. Она с недоверием смотрела на них. Сказала, что ей некогда.

Им пришлось ждать, пока она приведет волосы в порядок, они стояли в прихожей, пахло шампунем и дымом. Женщина сорвала с вешалки пальто, глянула на свою ногу.

– Черт, во что чулки превратились! Проклятье!

– Пойдемте, тетя... – Герд потянула ее за пальто, и как она осмелилась.

– Где это?

– Там, в скалах.

– Я же говорила, что нужно быть осторожной. Она никогда не слушает, и вы, должно быть, такие же неслухи.

Именно это слово. Неслух. Она ворчала и шла вперед, на ногах резиновые сапоги, на плечи накинуто пальто. Жюстина лежала на каменных плитах. Одежда в порядке, только куртка валялась рядом – с завязанными рукавами. Она смотрела на них, точно агнец.

– Только подумай, бутылку в два счета выдули, – сказала Берит. – Вообще-то я ее для тебя покупала, в подарок.

– Ты никогда не замечала, что теперь в бутылки гораздо меньше помещается, чем раньше?

Берит скомкала носовой платок, засунула в сумку.

– Замечала.

– В погребе еще вино найдется.

– И что с того?

– Тебе придется за ним сходить, я пока не могу туда спуститься.

– А ты уверена... нам это действительно нужно?

– Это слева, в той же комнате, где старый стиральный бак. Да ты сама увидишь.

Берит осторожно поднялась, ожидая, что птица среагирует на ее движения и накинется. Жюстина рассмеялась, и в ее смехе прозвучало нечто такое, чего Берит раньше не замечала.

– Господи, выглядишь так, будто у тебя живот скрутило. Не трусь ты так. Это же, черт возьми, всего лишь птица.

* * *

Но дело было не только в птице. Берит вернулась в прошлое, это была именно та лестница: они с Йилл, их двое, они сильнее, запах подчинения, унижения. Она вспомнила, что рассказывала девочка Жюстина про стиральный бак. Флора. Так звали женщину с накрашенными глазами, женщину-куклу, которая играла роль матери.

Бутылки с вином искать не пришлось. Они лежали на полке, именно там, где Жюстина и говорила. Внизу было темно, она не нашла выключатель. Она с испугом разглядывала бак, смотрела на него глазами маленькой девочки. Под баком располагалась дровяная печь, неужели она сажала ребенка в бак с водой и разжигала огонь? Сидеть там, чувствовать, как нагревается вода. Как она закипает.

Берит прижала бутылку к груди и кинулась наверх.

– Жюстина... нам нужно о многом поговорить, разобраться.

Жюстина покачала головой.

– Да! Ты должна меня выслушать, меня это гложет, покоя не дает.

В глазах у Жюстины появилось странное выражение.

– Ты хотела попросить меня перечеркнуть все, что было, правильно?

– Да...

– Ага, вечная загадка жизни: любовь, забвение и прощение.

– Примерно так, да, прощение или... примирение...

Жюстина глядела на нее, не произнося ни слова. Взъерошила волосы. Они встали дыбом. Потом хрипло и странно расхохоталась.

– Ты когда-нибудь вытащишь эту чертову пробку!


Содержание:
 0  Доброй ночи, любовь моя : Ингер Фриманссон  1  Часть 1 : Ингер Фриманссон
 2  Глава 2 : Ингер Фриманссон  4  Глава 4 : Ингер Фриманссон
 6  Глава 6 : Ингер Фриманссон  8  Глава 8 : Ингер Фриманссон
 10  Глава 10 : Ингер Фриманссон  12  Глава 12 : Ингер Фриманссон
 14  Глава 14 : Ингер Фриманссон  15  Глава 15 : Ингер Фриманссон
 16  вы читаете: Глава 16 : Ингер Фриманссон  17  Глава 17 : Ингер Фриманссон
 18  Глава 18 : Ингер Фриманссон  20  Глава 1 : Ингер Фриманссон
 22  Глава 3 : Ингер Фриманссон  24  Глава 5 : Ингер Фриманссон
 26  Глава 7 : Ингер Фриманссон  28  Глава 9 : Ингер Фриманссон
 30  Глава 11 : Ингер Фриманссон  32  Глава 13 : Ингер Фриманссон
 34  Глава 15 : Ингер Фриманссон  36  Глава 17 : Ингер Фриманссон
 38  Глава 19 : Ингер Фриманссон  40  Глава 2 : Ингер Фриманссон
 42  Глава 4 : Ингер Фриманссон  44  Глава 1 : Ингер Фриманссон
 46  Глава 3 : Ингер Фриманссон  48  Глава 5 : Ингер Фриманссон
 50  Глава 2 : Ингер Фриманссон  52  Глава 4 : Ингер Фриманссон
 54  Глава 6 : Ингер Фриманссон  56  Глава 2 : Ингер Фриманссон
 58  Глава 4 : Ингер Фриманссон  60  Глава 6 : Ингер Фриманссон
 61  Использовалась литература : Доброй ночи, любовь моя    



 




sitemap