Детективы и Триллеры : Триллер : 16. : Дмитрий Грунюшкин

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26

вы читаете книгу




16.

Электронная мелодия из трех нот резала мозг. Казалось, она гремит на весь вымерший вагон. Алексей зажал трубку у уха ладонью, но от этого для него она стала казаться еще громче. Эта проклятая мелодия играла уже в пятый раз, никак не давая соединения с абонентом.

– Черт! – раздраженно ругнулся Леха, и в этот момент пошли долгожданные гудки.

Один. Второй. Третий. Пятый.

– Ну, бери же трубку! – взмолился Никифоров.

– Коростелев, слушаю, – раздался в динамике мутный голос.

– Колька, ну, наконец-то! – чуть не запрыгал от радости Леха.

– Кто это?

– Я, Никифоров!

– Кто? – не понял Николай.

– Конь в пальто! – осерчал Леха. – Просыпайся, полковник! Портос это!

– Никифор, ты что ли? – Далеко в Москве Николай Коростелев сел на кровати, и потер глаза. – Блин, ты знаешь, сколько сейчас? Второй час ночи, между прочим!

– Молчи, Коля! Слушай меня внимательно! Времени очень мало.

– Ты откуда звонишь? – спросил Атос, увидев на определителе незнакомый номер с иногородним кодом.

– Да помолчи ты! – чуть не закричал шепотом Леха. – Слушай меня!

– Ну, – сдался Коля. – Говори.

– Слушай – и сразу верь, понял?! Объяснять и доказывать у меня нет ни времени, ни возможности. Я нахожусь в поезде. По всей видимости, поезд захвачен террористами. Людей согнали в середину состава. Мне удалось ускользнуть…

– Ник, послушай, – перебил Коростелев. – Ты скажи мне… Ты трезв?

Алексею показалось, что его со всего маху ударили под дых. В голове противно зазвенело, и язык присох к небу. Чтобы ответить, ему понадобилось несколько секунд. Он постарался, чтобы в голосе не проскочили его чувства.

– Коля, я не пью уже больше полугода.

– Ну, прости, просто… Ты говоришь какую-то…

– Фигню, – продолжил Никифоров. – Коля, у меня очень мало времени. Сейчас ты за секунду должен решить – ты мне веришь или нет. Если да, тогда тебе придется выслушать очень странные вещи и сделать очень странные дела. Решай. Веришь?

Жена яростно зыркнула на Николая, пробормотала что-то ругательное, и раздраженно завернулась в одеяло с головой. Николай поднялся, стараясь не скрипнуть пружинами кровати, и на цыпочках вышел с трубкой на кухню.

– Верю, – решился он.

– Поезд предположительно захвачен террористами. Поезд четыреста девяносто девять. Я ушел. Сейчас в хвосте поезда. Вагоны пустые. Все либо в середине, либо в голове поезда. Одного боевика я выбросил на ходу с крыши. Пока они, похоже, про меня не знают.

– Твою мать… – только и смог сказать Николай.

Майор Жердев подбежал к Трофимову, закатывая вечно красные «компьютерные» глаза.

– Беркут на связи, товарищ генерал.

Он явно хотел еще что-то добавить, но не решился.

Геннадий Михайлович подумал секунду, и решил не выводить сеанс связи на «громкую». Что-то ему подсказывало, что приятного в этом разговоре будет мало, и его не обязательно слышать всем членам оперативного штаба, у которых сейчас и так дел по самую макушку.

– Докладывайте, – раздался в трубке голос Храмцова, как только Трофимов представился.

– Больших изменений в обстановке пока нет, – начал Трофимов, но Храмцов тут же его перебил.

– Я уже пол-России пролетел, а у вас никаких изменений! – звенящим от сдерживаемой ярости голосом произнес он.

Трофимов до хруста сжал кулаки. Политика Храмцова прослеживалась все отчетливее – весь подготовительный период операции выдать за преступную бездеятельность регионалов, а потом принять жесткое решение, все последствия которого поставить в вину именно нерасторопным и боязливым подчиненным.

– Объект в данный момент следует через первую транзитную станцию, – ледяным тоном доложил Трофимов. – После ее прохода террористы обязались отсоединить от состава один вагон с заложниками. Группа антитеррора уже на подлете. Карантинные группы будут в квадрате через пять минут. На все транзитные станции высланы подразделения армейцев и милиции для оцепления. Железнодорожникам дана команда обеспечить беспрепятственное движение состава. Сейчас ведется работа по установлению пятидесятикилометровой санитарной зоны по ходу движения поезда.

– Личности террористов установлены?

– Предварительно есть данные на четверых подозреваемых. Но они, по всей видимости, ложные. Ибо все четверо прописаны в одном месте – в Подмосковье. И ни на одного из них нет данных в нашей картотеке.

– У вас есть какие-то каналы получения информации о положении внутри захваченного объекта?

– Пока нет. Только то, что они сами нам говорят.

– Черт знает что! – раздраженно сказал Храмцов. – Товарищ генерал-майор, вам надлежит подготовиться к радикальному решению вопроса. Дежурное звено штурмовиков готово к вылету.

– Но, товарищ генерал-лейтенант, мы еще не исчерпали возможности другого решения проблемы.

– Мы не должны пустить их к Уралу! Не говоря о том, чтобы позволить им прорваться на европейскую часть страны. Если вы боитесь, этот приказ отдам я.

– До того момента, как вы официально примете руководство оперативным штабом, вся ответственность за операцию лежит на мне. И распоряжения могу давать только я. И, думаю, в связи с угрозой ядерного взрыва, команда на уничтожение объекта может быть отдана только с ведома первого лица государства.

– Какого ядерного взрыва? – цинично усмехнулся Храмцов. – У нас есть только голые слова террористов. Никаких подтверждений. Это обычный блеф. Жду ваших докладов. Отбой.

Трофимов бросил трубку, будто она была раскаленной. Руки подрагивали от злости. Вот так вот. Угроза не подтверждена, и жизни трех сотен людей рассматривают как обычный потенциально опасный объект, который должен быть уничтожен.

– Товарищ генерал, – опасливо сказал Жердев. – Зафиксирована попытка телефонной связи с объекта.

– Что? – обернулся Трофимов.

– Из поезда кто-то кому-то звонит. Вызываемый абонент в Москве.

– Черт возьми! – разъярился Геннадий Михайлович. – Почему вы до сих пор не контролируете их связь? Бандиты спокойно общаются по телефону с кем хотят, а вы тут сопли жуете!

Жердев поспешно отошел, почесывая затылок. Подозвал своего помощника, и распорядился:

– Отрубите сотовую связь в зоне прохода поезда.

– Товарищ майор, – остолбенел помощник. – Это же коммерческая связь. Они нас с дерьмом съедят.

– Подавятся. Выполнять!

– Слушай внимательно, Коля! Ты должен сейчас срочно добраться до ФСБ, и сообщить им то, что я тебе сказал. Я в поезде. Информации у меня пока почти никакой, но я постараюсь ее добыть. Ты все понял?

– Да, понял, – без особого энтузиазма ответил Николай. – Леха, слушай…

В трубке раздались короткие гудки. Коростелев отнял ее от уха, и положил на стол. Происходящее казалось нелепым розыгрышем. Леха всегда любил разные приколы. Но это было слишком даже для него. Николай плюнул в сердцах, и начал быстро одеваться. Если то, что сказал Леха, правда, то времени терять нельзя. Ну, а если неправда… Мало тогда никому не покажется.

Никифоров с удивлением посмотрел на замолчавшую трубку мобильного телефона. «Нет сети» – оповещал экран. Что за ерунда? Только что была полная «лестница» силы сигнала, за окном еще мельтешили дома станционного поселка. И вдруг – нет сети? Связь что ли заблокировали? Ох, как не вовремя!

В «детском» вагоне сгущались тучи. Молоденький террорист с тонкими усиками неотрывно следил за Ольгой. Он привалился к поручню в коридоре напротив открытой двери купе, и беззастенчиво разглядывал ее с циничной ухмылкой. Ольга не знала, куда себя девать. В ней нарастало раздражение этим наглым юнцом, но она не решалась ответить на его вызов.

– Чего уставился? Женщин никогда не видел?

Светлана гневно посмотрела на мальчишку, притрагиваясь к разбитой губе. Только таким образом бандиты смогли ее убедить, что все происходящее – всерьез.

Тагир презрительно посмотрел на выскочку, и ничего не ответил, снова вернувшись к разглядыванию белокурой красавицы.

– Точно не видел, – ехидно констатировала Кобра. – У вас же только с женой можно. А до свадьбы как? Отец рассказывает, куда что вставлять? Или на баранах тренируетесь? Хотя, я слышала, у вас и мужики друг с другом потренироваться не прочь.

– Света, перестань, – умоляюще прошептала Ольга. – Не нарывайся.

Уши Тагира налились кровью, а кожа на скулах побелела. Он сквозь зубы процедил:

– Меня просили никого не убивать. Но ради тебя, сука, я нарушу приказ. Ты поняла, тварь?

– А еще говорят, джигиты не могут грубить женщине, потому что она чья-то мать! – презрительно хмыкнула Светлана.

– Так то женщине, – засмеялся проходивший мимо второй боевик – мышцатый верзила в безрукавке, которого звали Рамзаном. – К тебе, вобла, это не относится.

Раунд остался за Рамзаном, потому что Кобра не нашлась, что ответить. Но Тагиру от этого легче не стало – он-то словесную перепалку проиграл вчистую, сорвавшись на унижающую мужчину ругань с бабой.

Рамзан дефилировал по коридору, поглядывая в открытые двери купе, где сидели дети постарше, нахохлившиеся, как птицы под дождем.

– Дай сюда, – потребовал он у мальчишки в некрасивых очках с толстой оправой, показывая на складной швейцарский нож на столе.

– Это отец подарил, – казалось, на холке пацана шерсть встала дыбом.

– Новый подарит, – отмахнулся Рамзан. – Сейчас вам оружие не нужно. Дай сюда!

Сосед по купе не стал дожидаться грозы, и передал бандиту нож. Мальчишка в очках гневно посмотрел на ренегата, но ничего не сказал.

Террорист потерял интерес к мальчишкам и подошел к соседнему купе. Там было интереснее. Четыре девчонки жались к стене, натянув на себя одеяло до самого носа. Но этим Рамзана было не обмануть. Под одеялами пятнадцатилетние девчонки прятали вполне уже созревшие тела. Рамзан плотоядно оскалился.

– А ну, уберите одеяла! Кто знает, что вы там прячете!

Три девочки послушно опустили покрывала, оставшись перед взглядом Рамзана в одних футболках. Четвертая, девочка с толстой русой косой, зажмурилась, и помотала головой.

– Подойди ко мне, – потребовал Тагир, поманив пальцем Ольгу.

Злость требовала выхода. А в этой пышноволосой блондинке было что-то не то. Она уверенно говорила с этим тупым Ахматом, чуть ли не ставила ему условия. И сейчас она прятала глаза, но он чувствовал – она НЕ БОИТСЯ!

– Не нужно этого, – ответила Ольга, быстро посмотрев на Тагира.

– Почему? – засмеялся юнец.

Взгляд красивой блондинки стал твердым.

– У меня есть муж и сын.

– Ну и что?

– Мой муж воевал в Чечне, – отчеканила Ольга, пристально глядя в глаза мальчишки. Она страшно рисковала, но уже не могла себя сдерживать. – Он воевал с мужчинами. И никогда не позволял себе даже смотреть на их женщин. Тронуть женщину врага – говорил он – значит не уважать его. А если ты не уважаешь своего врага, значит и сам не достоин уважения. И еще он привез оттуда один обычай – никогда не прощать оскорбления. Как это у вас говорят – если обидчик умер, за обиду ответит его род? Кровная месть. Только так.

Светлана с удивлением смотрела на подругу, но Ольга не замечала этого. Да, эти слова говорил Сашка, ее добрый и веселый Сашка, возвратившись из первой командировки на войну. Из второй он не вернулся. Но сейчас она говорила об Алексее. Два этих мужчины, которые подружились там, на войне, слились в ее сознании в одного. И она не сомневалась – то, что когда-то говорил Сашка, сделает и Алеша.

Тагира передернуло, как кота, на которого вылили ведро холодной воды.

– Не трогайте меня! – донесся из коридора отчаянный девичий крик и звонкий шлепок.

Ольга подскочила на месте, но Кобра оказалась быстрее. Она буквально вышибла Тагира из дверного проема, и, как была в ночной сорочке, ринулась по коридору на крик.

Из девчачьего купе вывалился Рамзан, держась за щеку. Светлана бросилась на него, как разъяренная кошка, но добежать не успела. Тагир вскинул пистолет, и выстрелил ей в спину.

Светловолосый парень в камуфлированной спецовке и кирзовых сапогах лежал возле самого ручья, уткнувшись лицом в траву. Толстяк в десантной «горке» устало присел рядом с телом, и горько вздохнул. Миша был его лучшим оперативником, работавшим, как это сейчас модно говорить, под прикрытием. Для осуществления его последнего внедрения пришлось потратить больше года. Задание и в самом деле оказалось последним. Миша его выполнил. И сейчас отдыхал рядом с результатом своей работы.

Опер в натовском камуфляже протянул руку, чтобы перевернуть тело.

– Ничего не трогать! – рявкнул оперативник в армейском «комке», Гарифуллин.

– Но надо же… – начал, было, «натовец».

– Не надо, – отрезал «армеец». – Вы знаете, что такое «градусник»?

– Нет.

– Это когда под труп, обычно под мышку, кладут гранату со снятой чекой. А нам тут сейчас взрывы совсем не нужны.

«Натовец» покряхтел, молча соглашаясь с доводами.

Опер-технарь в форме коммерческого образца присел над большим ранцем необычного вида. Незадолго до смерти Миша успел установить в него маячок.

– Ну что? – через плечо поинтересовался толстяк, доставая из пачки сигарету.

– Она, – лаконично сообщил технарь. – На первый взгляд все с ней нормально. Элементов неизвлекаемости не вижу. Взрыватель настроен на радиоинициацию.

– То есть?

– То есть, когда им будет нужно, они нажмут далеко отсюда кнопочку – и тут вырастет гриб.

– Твою мать, – ошарашено вздохнул «натовец».

– Отключить можешь? – равнодушно спросил старший группы.

– Без базару. Только надо немного покумекать на предмет сюрпризов. И вы, это, отошли бы подальше, а?

Толстяк переглянулся с «армейцами», посмотрел снисходительно на «натовца», и все вместе расслабленно засмеялись.

– Михей, ты еще курить мне тут запрети. Или окоп лежа предложи выкопать. Если эта хрень рванет, то даже вертолетчикам за второй сопкой мало не покажется. Так что давай, крути свои гайки. А мы пока за тебя помолимся.

Вертолет тенью скользил почти над самыми верхушками деревьев. Свист его винтов не был слышен в поезде, заглушенный стуком колес. Его пока никто не видел, но времени оставалось мало – на севере небо было еще темным, и вертолет с погашенными бортовыми огнями терялся на его фоне. Но на востоке уже разрасталась бледно голубая синь.

Майор Быстров и его бойцы вглядывались в светящуюся окнами гусеницу, медленно ползущую по земле. Там люди, заложники. И звери, которые прикрываются ими.

– Первый, я вышел на исходную. Наблюдаю объект, – доложил командир группы.

– Расстояние? – Трофимов навалился на стол обеими руками и встал.

Вот оно. По загривку пробежала боевая дрожь, и в крови запенился адреналин. Прямой контакт. Противник перестал быть невидимкой. Теперь схватку можно было начать в любую минуту. Вопрос только в том, чтобы выбрать момент.

– Тысяча – тысяча двести.

– Видите, что внутри?

– Фактически, нет, – признался Быстров.

Даже мощные приборы наблюдения со стабилизацией были бесполезны – на таком расстоянии движение винтокрылой машины, вибрация ее корпуса не позволяли что-либо рассмотреть толком.

– Увеличьте скорость. Обгоните их на пару-тройку километров, и высадите наблюдателей на придорожных строениях в двух местах. Нам нужно получить хоть какую-то информацию. Их подберет карантинная группа.


Содержание:
 0  Под откос : Дмитрий Грунюшкин  1  1. : Дмитрий Грунюшкин
 2  2. : Дмитрий Грунюшкин  3  3. : Дмитрий Грунюшкин
 4  4. : Дмитрий Грунюшкин  5  5. : Дмитрий Грунюшкин
 6  6. : Дмитрий Грунюшкин  7  7. : Дмитрий Грунюшкин
 8  8. : Дмитрий Грунюшкин  9  9. : Дмитрий Грунюшкин
 10  10. : Дмитрий Грунюшкин  11  11. : Дмитрий Грунюшкин
 12  12. : Дмитрий Грунюшкин  13  13. : Дмитрий Грунюшкин
 14  14. : Дмитрий Грунюшкин  15  15. : Дмитрий Грунюшкин
 16  вы читаете: 16. : Дмитрий Грунюшкин  17  17. : Дмитрий Грунюшкин
 18  18. : Дмитрий Грунюшкин  19  19. : Дмитрий Грунюшкин
 20  20. : Дмитрий Грунюшкин  21  21. : Дмитрий Грунюшкин
 22  22. : Дмитрий Грунюшкин  23  23. : Дмитрий Грунюшкин
 24  24. : Дмитрий Грунюшкин  25  25. : Дмитрий Грунюшкин
 26  Использовалась литература : Под откос    



 




sitemap