Детективы и Триллеры : Триллер : 19. : Дмитрий Грунюшкин

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26

вы читаете книгу




19.

– Что-то давно встречных не было. – Салман задумчиво глядел в окно, прижавшись к нему лбом. – Скучно тут. Лес, лес, лес… Как тут жить?

– Смотри, как бы спецназ тебя не развеселил, – хмуро ответил Руслан, наблюдая, как вдалеке над этим «скучным» лесом скользит тень Ми-8. А где-то за ним угадывалась горбатая черточка еще одного, боевого вертолета огневой поддержки Ми-24. И Дикаев не знал, какую из вертушек ему больше опасаться. «Крокодил» Ми-24 мог врезать по составу НУРСами, но Руслан надеялся, что чекисты не пойдут на это. А в «восьмерке», естественно, сидит группа волкодавов из антитеррористического спецназа. Движущийся состав для них тяжелая цель, но они и не на такое способны.

– Салман, посади зенитчиков на крышу. Как только вертолеты попытаются приблизиться – сразу пусть открывают огонь.

– Понял, командир!

– Думаешь, сунутся? – озабоченно спросил Бек.

– Сунутся. Только не знаю, когда. На Урал они нас постараются не пустить. Поэтому пора их начать опережать.

– Ибрагим?

– Рано. Это тяжелая артиллерия. У нас тут журналистка есть. Для начала сделаем этот ход.

Наташа не с первого раза смогла набрать нужный номер. Дело даже не в том, что дрожали пальцы. Она его забыла. Не могла вспомнить даже первые цифры. Это было невероятно – у нее отличная память на цифры! И этот телефон она набирала сотни раз. Но вот вышибло из головы, хоть плачь.

В полной прострации она тыкала по клавишам мобильника, изображая, что ищет нужный номер в памяти, хотя его никогда там не было. Мишка не имел привычки проверять ее телефон, но так ей было спокойней.

– Долго еще? – в третий раз спросил Руслан.

И в этот раз в его голосе было уже не нетерпение, а неприкрытая угроза. И номер тут же вспомнился.

– Вот, нашла! – обрадовалась девушка. – Ой, сорвалось.

Палец снова заскользил по клавишам, играя смертельно опасную мелодию. Вместо того, чтобы просто позвонить Артуру – тому самому редактору-новостийщику – она отправила ему MMS, сообщение-картинку. А вместо «открытки» прикрепила к ней снимок, который сделала в вагоне-ресторане. Она даже не видела, что у нее тогда получилось. Оставалось лишь верить собственному опыту и надеяться, что в кадр попало именно то, что ей было нужно. Она отдавала себе отчет, что если ее игра раскроется, то она много раз позавидует тому толстому штабному офицеру-артиллеристу, которого расстреляли в самом начале эпопеи. Отдавала, но ничего не могла с собой поделать. Всю свою жизнь она ходила по лезвию, и ни разу не оступалась. Не могла же удача отвернуться от нее именно сегодня!

– Ты что там делаешь? – повысил голос Руслан.

Наталья собрала все самообладание в кулак, чтобы не выдать себя голосом.

– Да, блин, сигнала нет никакого! Срывается постоянно! Вот, дозвонилась! Лишь бы проснулся и был не пьяный.

Руслан презрительно скривился. Сам он не пил ни грамма, и пьющих считал чем-то вроде плохо дрессированных животных. Им нельзя доверять, потому что они не всегда могут отвечать за свои действия.

Долго, неимоверно долго длились гудки. Наконец в трубке раздался невнятный заспанный голос.

– Да, я слушаю.

– Артур, это я, – быстро сказала Наташа.

– Наталь, ты что, с ума сошла? Ты знаешь, сколько сейчас времени?

– Не перебивай, Артур! У меня очень важное дело!

– С мужем поругалась, что ли? – хмыкнул Артур. Даже по телефону было слышно, что он потягивается.

– Перестань перебивать! – рявкнула Наталья. – Я сейчас в поезде. Поезд захвачен террористами. Они требуют пропустить их в Москву…

– И там хотят врезаться на поезде в Кремль, – засмеялся Артур.

– Не смейся, идиот! – разозлилась Наташа уже всерьез. – Напротив меня сейчас сидят два человека с автоматами. И, между прочим, целятся в меня!

– Ты что, серьезно? – голос редактора изменился. Раньше Наташа так никогда с ним не разговаривала.

– Да! Серьезней некуда! Поезд захвачен уже много часов назад. И раз ты ничего еще не знаешь, значит, в ФСБ не хотят предавать огласке эту информацию. Они хотят решить все втихую. Ты понимаешь, что это значит?

– Скажи ему про бомбу! – потребовал Руслан.

– И знаешь, почему они не хотят огласки? Потому что в поезде бомба! Атомная бомба! Они просто уничтожат поезд со всеми пассажирами, лишь бы про нее никто не узнал.

– Тааак… – Артур лихорадочно соображал, что делать. – Я сейчас что-нибудь придумаю, не отключайся.

Он убрал трубку от уха, сжал ее в кулаке, и принялся постукивать ей по зубам. Фантазия у Натальи была богатой. Но она использовала ее исключительно для анализа, предугадывая самые невероятные варианты событий. И никогда не врала. Значит, сейчас у него в руках новость, которая может сделать его не просто известным в области журналистом, а известным на весь мир!

У Артура были хорошие завязки в среде телевизионщиков и новостийщиков самых разных каналов и агентств. Он решал, на кого сейчас выйти. Би-Би-Си? Евроньюс? Си-Эн-Эн? Кто заплатит больше?

Индикатор телефона мигал красно-синим огоньком, сообщая о приходе «эмэмэски». Артур досадливо скривил губы. Кому еще приспичило?

– Хорошо, Наташ, я тебя понял, – сказал он, решившись. – Я знаю, кому продать новость. Тебя не забуду.

– Если не веришь мне – позвони в ФСБ. Они в курсе.

– Да верю я тебе, верю.

– Нет, ты позвони – и убедись сам. У тебя же есть там знакомые! – настойчиво повторила Наташа.

Артур удивленно приподнял брось. Не слышит она его что ли?

– У тебя же в телефоне есть нужный номер, я помню! – продолжала напирать Наташа, будто отвечая на его вопрос, хотя он молчал. – Ты проверь, никуда он не делся. Посмотри в телефоне, позвони в ФСБ и проверь!

– Хорошо, Наташ, – успокоил ее Артур, хотя по-прежнему ничего не понимал. – Я все сделаю. Тебе можно будет перезвонить?

– Вряд ли, – вздохнула Наталья, посмотрев на Руслана. – Мой телефон будет у них. Если только они меня пригласят. А ты позвони, не стесняйся, с тебя не убудет.

– Все, заканчивай разговор!

Руслан отобрал трубку и нажал отбой. Он внимательно посмотрел ей прямо в глаза.

– Зачем ты сказала ему позвонить фээсбэникам?

Наталья выдержала взгляд и спокойно ответила:

– Если он позвонит им, они поймут, что журналистам все известно. И побоятся что-то с нами делать. Потому что пока он выйдет на западных журналистов, пока они ему поверят, пока подготовят новость к выходу. Час пройдет. А за это время многое может случиться. А мне жить хочется.

– Хорошо, – кивнул Дикаев. – Если ты меня обманула – ты пожалеешь.

Он сказал это безо всякой угрозы. Просто проинформировал. И от этого равнодушия Наталью передернуло, будто по позвоночнику провели напильником…

…Артур выключил телефон, и сел на разобранную постель. Голая девица, молоденькая журналистка, которая решила, что такой путь на экран короче, недовольно посмотрела на него.

– Кто еще в такую рань?

– Лежи, помалкивай, – отмахнулся Артур.

Что-то было не так. Чего она так привязалась с этим ФСБ? Проверь телефон, там есть нужный номер… Что-то было в этих словах, чего он пока не понимал.

Трубка продолжала сигналить индикатором. Артур чертыхнулся, и нажал кнопку – он терпеть не мог непрочитанных писем и сообщений, всегда ему казалось, что именно в них самое важное.

Он несколько секунд тупо таращился на экран мобильника. Снимок был не слишком четким, видно было, что снимали вслепую, возможно – из-под полы. Но не понять, что на нем, было невозможно.

– Твою мать! – выругался он, вложив всю душу. – Ты все испортила!

Ясное решение теперь имело два взаимоисключающих варианта. Теперь было понятно, почему Наташа так усиленно педалировала тему звонка в ФСБ. Этот снимок должен оказаться именно там. И очень срочно.

Но тогда прости-прощай шанс прославиться!

– Твою мать! – еще раз с чувством сказал Артур.

Одной рукой он натягивал на себя джинсы, а другой искал в списке контактов телефона нужный номер.

– Что скажешь, Родион Егорыч? – Трофимов сидел, сцепив руки в замок. Он решил не секретничать, и вывести разговор на «громкую». – Все плохо?

– Ничего приятного я тебе не скажу, – вздохнул Миронов.

Геннадий Михайлович поймал себя на неуместной мысли, что восхищен современной техникой. Голос товарища из динамиков звучал так достоверно, что казалось – Миронов находится прямо перед ним.

– Ну и ладно, не для того тут поставлен, чтоб приятности выслушивать. Выкладывай.

– Мои люди нашли одно «изделие».

– Как?

– Результат долгой разработки, тебе это сейчас не нужно. Местный бандит, ингуш, Ибрагим Даккашев, который был на ней, сейчас в розыске. Один мой парень погиб. Изделие «пушечного» типа было полностью боеготовым. Заложено в глухом районе тайги. Инициатор настроен на сигнал по радио. Как только он пошлет его – мы тут же накинем сеть.

– Черт, – сплюнул Трофимов.

Разумеется, надеяться на то, что слова террористов о бомбе – чистый блеф, не приходилось. Но так хотелось, чтобы это было именно так!

– Прости, что расстроил.

– Ничего. Если что новое будет – сразу…

– Разумеется.

За столом стало тихо. Все смотрели на Трофимова. Рамович испуганно, милиционер Прудников растерянно, Забелин сочувственно.

– А что значит – «пушечного» типа? – неожиданно тонким голоском поинтересовался Рамович, лишь бы нарушить это страшное молчание.

Трофимов посмотрел в сторону майора Жердева. Тот с готовностью проинформировал, стараясь загладить свой прокол со связью:

– Это значит древнего типа взрывное устройство с боевым элементом на основе урана-235. Пятидесятикилограммовый урановый «мячик», да еще обычной взрывчатки столько же, если не больше. Каменный век.

– Каменный век? – с надеждой спросил Прудников.

– К сожалению, каменный век ядерных технологий, – мрачно разочаровал его Забелин. – Как минимум тридцать килотонн. Так, мелочь, пятьсот вагонов тротила. К тому же жутко «грязная».

Прудников машинально полез за сигаретами. Трофимов требовательно протянул руку.

– Ты же не куришь? – напомнил милиционер, переходя на ты.

Трофимов только отмахнулся. Он «завязал» лет двадцать назад, и до сих пор не срывался, в каких бы экстремальных ситуациях не бывал. А таких ситуаций в его жизни хватало. Но нынешняя не шла ни в какое сравнение с прошлыми. Он затянулся несколько раз, крепко, до легкого звона в ушах, и раздавил окурок в пепельнице.

– Георгий Андреевич, – обратился он к Забелину. – Ты человек военный, в этих делах разбираешься получше меня. Чем это нам грозит?

– Взрыв, ты имеешь в виду? Число жертв и характер разрушений сильно зависит от того, где рванет. От простого бабаха, до настоящей катастрофы.

– Я о другом. Как отзовется несанкционированный взрыв на военной обстановке в международном плане?

Забелин остро глянул на Геннадия Михайловича, кашлянул, скосив глаза сначала на Прудникова, потом на Рамовича.

– Не кашляй, – подбодрил его Трофимов. – Члены оперативного штаба автоматически получают «верхний» уровень доступа. Чтобы принимать верные решения – и нести за них ответственность – нужно иметь полную информацию.

Командующий округом еще немного помедлил, решаясь.

– Все очень хреново, Геннадий Михалыч. Очень. У нас уже много лет действует мораторий на ядерные испытания. Но наши заморские друзья от этого менее пристально за нами следить не стали. А особенно за этим районом. Здесь объектов полно. И они про них знают. Так что атомный взрыв будет засечен непосредственно в момент его произведения.

– Ну и что? – подал голос Рамович.

– А вот что. Любые происшествия на ядерных объектах автоматически приводят к повышению уровня боеготовности СЯС вероятного противника…

– Чего? – не понял уже Прудников.

– Стратегических ядерных сил. Видишь ли, в любую ракету, прежде, чем ее запустить, нужно ввести полетное задание. Обычно в нее уже заложено несколько целей, но перед стартом из них выбирается конкретная. То есть, в нормальном состоянии это заряженное, но не взведенное и не наведенное ружье. При повышенной готовности его наводят и взводят расчеты. А вот спустить курок может только первое лицо государства либо лица, его замещающие на законном основании. Если у нас шарахнет, то в состояние повышенной готовности перейдут СЯС обеих сторон. Их – потому что засекут не продекларированный взрыв. Наши – потому что расценят это, как вероятное нападение. Несложно догадаться, какие цели будут туда введены. Первые по списку, потому что об ином не поступило распоряжений – ни у нас, ни у них.

– Представляю себе ситуацию, – проговорил Трофимов. – Два вооруженных мужика, ненавидящих друг друга, сидят в кабаке лицом к лицу. И тут у одного из них случайно стреляет пистолет. Через мгновение оба уже целятся друг в друга из своих «Кольтов». И не дай Бог у кого-то из них сдадут нервы…

– Очень точно, – подтвердил Забелин. – Тут еще такой момент… Если первое лицо одного государства предупредит первое лицо второго государства, что на его территории произойдет ядерный взрыв, то этот второй, говоря языком Геннадия Михайловича, руку на пистолет положит, но выхватывать его не будет. Но вы представляете себе этот скандал? Наш президент во всеуслышание заявляет, что у него сперли ядерную бомбу какие-то бородатые с зелеными повязками. Нас же с потрохами сожрут! Как мне кажется, нам пока удается избежать утечки информации. Но это, как ни странно, нам играет и в плюс, и в минус. С одной стороны, у нас есть шанс замять ситуацию без скандала, не подорвав имидж страны. С другой – если нам не удастся разрешить проблему, то скандал будет такой, что Никита Сергеич Хрущев с его Карибским кризисом мальчиком покажется. Но и тут есть свой плюс!

– Какой? – голос Рамовича был полон страдания.

– Про нас напишут во всех учебниках истории!

– Тьфу! – сплюнул в сердцах Прудников.

– В общем, вариантов у нас нет, – подвел черту Трофимов. – Либо мы тихо, но с блеском выигрываем эту партию, либо…

– Не надо «либо», – попросил Забелин.

– Сам не хочу, – с кавказским акцентом вздохнул Трофимов.

«Зачем я его отпустил?!» – клял себя последними словами Алексей. – «Сумасшедший мальчишка! Его же там разорвут на части!»

Как бы ни был нужен террористам этот мальчик, все равно никто ему не поверит, что его охранник сам выпал из поезда.

Сквозь вагонный шум, который ухо уже воспринимало как почти тишину, донесся новый непривычный звук. Такой знакомый постукивающий свист. Пару секунд Леха даже не мог сообразить, что это. Да это же вертолет!

Он уже видел их в окно – мелкие головастики, скользящие где-то далеко, на пределе видимости. И вот они уже приблизились так, что шум их винтов перекрывает грохот поезда. Это означало, что власти перестали скрывать свое присутствие. Вернее, даже не присутствие – все равно их было видно – а свое желание не быть заметными. Власти решили не скрывать свои мускулы.

Появление вертолетов в непосредственной близи было последней каплей. Руслан был готов к тому, что его начнут обкладывать и давить, но рассчитывал, что это случится позже. Как минимум, после прохода узловой станции и отцепления второго вагона с заложниками. Слишком рано федералы почувствовали себя расслабленно.

– Свяжи меня с этим… – Руслан сплюнул. – С генералом. Хочу кое-что ему сказать.

Салман покорно кивнул головой, и начал набирать номер на спутниковом телефоне.

– Значит, говоришь, сам выпал?

Витя испуганно вжался в стену, когда Дикаев навис над ним, прожигая бешенными глазами.

– Ну, не я же его выкинул, – еле слышно выдавил он.

– Откуда мне знать? – оскалился Руслан.

– Да он больше меня в два раза! И я в это время на другой лестнице висел. Сам не знаю, как удержался! Последний вагон же, его мотает, как хвост собачий! Ему нужно было рукоятку расцепа дернуть. Вот он, наверное, и дернул ее слишком сильно. И не удержался. Я даже крика не слышал. Только вылез в тамбур – а его там нет. Правда, не вру я! Честное слово!

Руслан сгреб его форменную рубашку на груди, и подтянул поближе. Витя боялся даже вздохнуть.

– Ты пока пригодишься, – еле слышно прошептал ему прямо в лицо Руслан. От этого шепота в ушах Соколова зазвенело. – Но упаси тебя Аллах меня обмануть! Ты не умрешь просто так. Ты умрешь страшно! Веришь мне?

Витя судорожно кивнул. Он верил.

– Руслан! – Салман протянул трубку. – Связь.

– Слушай меня, генерал, – без предисловий заявил террорист. – Я делаю то, что обещал. Почему ты не делаешь?

– Мы выполняем все, что ты говоришь, Руслан, – мягко ответил Трофимов. – Мы делаем невозможное. Летом дороги забиты, но мы смогли расчистить тебе зеленую улицу. Тепловозы, которые ты хочешь, уже почти готовы. Что не так?

– Вертолеты! – выкрикнул Руслан. – Вертолеты не так! Убери вертолеты! Почему они здесь?

– Вертушки тебя сопровождают и охраняют с воздуха…

– Ты считаешь меня идиотом?!

– Нет, Руслан, не считаю, – увещевал Трофимов. – Вертолеты идут перед тобой, чтобы, не дай Бог, на дороге не оказалось препятствий. Кроме того, ты же отцепляешь вагоны не в городе. А людей надо сразу принять, оказать помощь, эвакуировать. Это можно сделать только с помощью вертолетов.

– И для этого тут крутятся «крокодилы»?

– Что было, то и послали.

– Убери вертолеты, генерал! – заорал Руслан, теряя терпение. – Убери, или я не ручаюсь!

– Ты знаешь правила игры, Руслан, – голос Трофимова стал жестким. – Я не могу выпустить тебя из поля зрения. Штурм движущегося поезда с вертолетов невозможен, и ты это понимаешь. Поэтому не стоит волноваться.

– Я не волнуюсь, генерал, – зло усмехнулся террорист. – Это тебе нужно волноваться. Похоже, ты решил со мной поиграть. Я тебе сейчас докажу, что ко мне нужно относиться серьезно. Помнишь, я говорил тебе про сюрприз? Сейчас я тебе его преподнесу!

– Ты говоришь про Ибрагима и его игрушку? – снисходительно поинтересовался Трофимов. – Не стоит беспокоиться. Мы их уже нашли. Они уже не представляют для нас угрозы. – Руслан побелел и чуть не раздавил в кулаке трубку телефона. Но Трофимов постарался подсластить пилюлю. – Но нет худа без добра, Руслан. С одной стороны, мы испортили тебе сюрприз. С другой стороны – мы теперь точно знаем, что ты не блефуешь. Так что, сам понимаешь, штурмовать тебя мы не будем.

– Зря ты меня недооцениваешь, генерал, – едва сдерживая ярость, процедил Дикаев. – Не забывай, что у меня несколько сотен заложников.

– Я об этом не забываю ни секунды, – смиренно проговорил Трофимов, но не смог удержать в себе гнева. – Только поэтому вы еще живы.

– Разговор закончен, генерал, – сплюнул Руслан. – Готовь тепловозы. И ты знаешь, что моя бомба – настоящая. Не советую делать глупости. Моя жизнь и жизнь моих бойцов принадлежит Аллаху. А жизнь твоих людей – принадлежит мне.

Дикаев дал отбой, и победоносно посмотрел на соратников. Он закончил разговор на мощной эмоциональной ноте. Но сам прекрасно понимал, что этот раунд он «слил» вчистую.

– Не слишком ты на него накатил, Геннадий Михалыч? – неуверенно спросил Прудников.

Трофимов крякнул, поджал губы.

– Есть немного, – согласился он. – Надо было немного спесь с абрека сбить, а то совсем распоясался.

Но на душе было нехорошо. Нельзя давать волю чувствам. В руках «абрека» десятки пассажиров, ни в чем не повинных мирных людей. И руки эти уже в крови. Опрос освобожденных заложников показал, что уже погибло несколько человек. Причем, одного офицера расстреляли чисто в порядке устрашения, безо всякой причины.

К Прудникову подбежал помощник и вручил листок бумаги. Все сразу посмотрели на него – в такой ситуации могли поступать только донесения, связанные с делом. А любая информация сейчас была на вес золота.

Милиционер потер узловатым пальцем длинный тонкий нос, подергал себя за ухо.

– Ну, не томи! – не выдержал Забелин.

– Тут по нашим каналам информация поступила, – задумчиво начал Прудников. – Коллеги из соседней области сообщили. В этом поезде едет некий Хазрат Энверов, по кличке Хоза-Черный. Как сейчас принято выражаться – авторитетный бизнесмен.

– Это мы знаем, – разочарованно протянул Трофимов. – Мне наши уже сообщили. В Саудовскую Аравию едет, мощам пророка поклониться. С ним охранник.

– А что в одном вагоне с ним едет киллер, тоже сообщили? – прищурился Прудников.

– Что за киллер? – не понял Забелин.

– Не знаем пока. Оперативная информация. Кто-то из бандюков слил своему куратору, что вслед за Хозой едет человек, промышляющий заказными убийствами. В том же вагоне. Сдается мне, не на экскурсию в Кремль он собрался.

– Час от часу не легче, – рассерженно вздохнул Трофимов. – Ты бы, Борис Борисович, что-нибудь полезное сказал. А то от твоей информации головной боли только добавляется! Эдгар Филиппович, как там насчет тепловозов? Готовы?

Рамович вздрогнул, когда к нему обратились. В этой компании он, матерый хозяйственник, жесткий руководитель, чувствовал себя неуверенно, как пятиклассник, затесавшийся на гулянку выпускников.

– Да, все готово. Ваших уже посадили. Можно отправляться.

– Как лучше сделать – отправить вашу сплотку им навстречу, или наоборот, вывести из города в другую сторону, чтобы они прошли станцию насквозь, и уже там состыковались?

– И так, и так плохо, – понурился Рамович. – Узловая станция, огромное количество путей и стрелок. А хозяйство старое, изношенное. На шестидесяти километрах в час вылетят они там где-нибудь. Как пить дать – сойдут с рельсов!

– А что делать? – раздраженно бросил генерал. – Мы же ни остановить их не можем, ни по воздуху перебросить. Мимо станции никак не проедешь!

– Ну, почему? – пожал плечами железнодорожник. – Можно по обводной ветке пустить.

– По какой еще обводной?

– Вокруг города есть обводная ветка. Старая, правда, но иногда используется, чтобы станцию в пиковый сезон разгрузить.

Трофимов несколько секунд разглядывал Рамовича испепеляющим взглядом. Тот съежился в кресле, опустив глаза. Геннадий Михайлович сдержал чувства, и сказал почти ласково:

– Эдгар Филиппович, дорогой вы мой, не держите в себе, сразу рассказывайте все, что хоть как-то касается дела, хорошо?

– Ага, – обрадовался Рамович.

– А теперь БЫСТРО дайте распоряжение насчет этой обводной ветки!

– Есть, – вскочил толстяк. – Надо будет сплотку выслать навстречу поезду, на ответвлении остановиться, перевести стрелку, и двинуться назад уже по ней. Это, правда, лишних пятьдесят километров будет…

– Вот и отлично, действуйте! Лишнее время нам сейчас как раз на руку.

Майор Жердев нетерпеливо приплясывал возле стола, всем видом показывая, что у него важные сведения.

– Ну, что у тебя, диверсант? – усмехнулся Трофимов.

– Связь восстановлена! – радостно доложил Жердев. – И еще мы все-таки перехватили настоящий сигнал террористов. Они действительно через спутниковую связь выходят.

– То есть, теперь мы и сами можем им позвонить?

– Так точно! – сиял Жердев.

– Молодец, исправился, – похвалил генерал.

– А может нам лучше этому нашему омоновцу звонок сделать? – предложил Прудников.

Трофимов посмотрел на Забелина. Тот с сомнением покачал головой.

– Во-первых, вариант подставного мы пока исключить не можем. А во-вторых, если он действительно тот, за кого себя выдает, то мы не знаем, в каком он сейчас положении. Своим звонком мы можем ему навредить. Так что, я бы не спешил.


Содержание:
 0  Под откос : Дмитрий Грунюшкин  1  1. : Дмитрий Грунюшкин
 2  2. : Дмитрий Грунюшкин  3  3. : Дмитрий Грунюшкин
 4  4. : Дмитрий Грунюшкин  5  5. : Дмитрий Грунюшкин
 6  6. : Дмитрий Грунюшкин  7  7. : Дмитрий Грунюшкин
 8  8. : Дмитрий Грунюшкин  9  9. : Дмитрий Грунюшкин
 10  10. : Дмитрий Грунюшкин  11  11. : Дмитрий Грунюшкин
 12  12. : Дмитрий Грунюшкин  13  13. : Дмитрий Грунюшкин
 14  14. : Дмитрий Грунюшкин  15  15. : Дмитрий Грунюшкин
 16  16. : Дмитрий Грунюшкин  17  17. : Дмитрий Грунюшкин
 18  18. : Дмитрий Грунюшкин  19  вы читаете: 19. : Дмитрий Грунюшкин
 20  20. : Дмитрий Грунюшкин  21  21. : Дмитрий Грунюшкин
 22  22. : Дмитрий Грунюшкин  23  23. : Дмитрий Грунюшкин
 24  24. : Дмитрий Грунюшкин  25  25. : Дмитрий Грунюшкин
 26  Использовалась литература : Под откос    



 




sitemap