Детективы и Триллеры : Триллер : 25. : Дмитрий Грунюшкин

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26

вы читаете книгу




25.

Теплый ветер волной пробегал по никогда не кошеной траве, ласково, по-матерински шевелил спутанные волосы. Солнце ласкало подставленное небу лицо. Где-то вверху заливалась невидимая пичуга, и тысячи непуганых кузнечиков гремели вокруг своим скрипичным концертом. Пахло то тяжелой медовой сладостью с луга, то смоляной прохладой от близкого темного ельника. Когда изменчивый ветерок задувал со стороны железной дороги, до ноздрей долетали запахи пережженного масла, мазута, запах горячего железа.

Поезд отдыхал после безумной скачки, как конь, отпущенный в поле. Двигатели были заглушены, но механизмы продолжали жить. По ним время от времени пробегала дрожь, что-то вздыхало в утробе, потрескивало и постукивало.

– А почему вы всегда в маске? – докапывался до Быстрова неугомонный Максим. – Кого-то боитесь?

– Наоборот, – хмыкнул спецназовец. – Это чтобы нас боялись. Когда у человека нет лица, он вызывает подсознательный страх. Это, конечно, очень маленькая деталь, но мы не сбрасываем со счетов даже мелочи.

– А сейчас вы кого пугаете?

Быстров засмеялся, и стянул с головы маску.

– Да забыл совсем, она же как вторая кожа.

Без маски он оказался совсем молодым, чуть старше тридцати, улыбчивым и веснушчатым.

– Во, так лучше! – оценил мальчишка. – Я пойду в тепловозе посижу, ладно?

– Тебя как звать-то, майор? – спросил Быстров Никифорова, когда пацан убежал.

– Леха.

– А я – Санька! – осклабился спецназовец, и от души хлопнул по протянутой ладони. – В Москву?

– Ага. Только теперь тут, наверное, тормознут. Следствие там, дознание, показания, то да се…

– Эт точно. Зато можно будет знакомство отметить. Я отличные кабачки знаю.

– Да я же не пью.

– А что, без водки уж и посидеть никак? Я тоже не пью. Причем, не завязывал – просто не пью и все. Даже не начинал.

В ухе Быстрова залепетал наушник. Он прижал его, выслушал, и радостно сообщил:

– А пацан-то, проводник, живой! Ранение опасности для жизни не представляет. Так что орден я ему все-таки выхлопочу.

– А мужики из ресторана? – с надеждой спросил Леха.

Быстров сокрушенно покачал головой.

– Никого. Шесть тел. Хазрата твоего опознали. По часам. Что тебя томит, дружище? Все ведь хорошо кончилось. Я же вижу!

Алексей задумчиво вырвал травинку, откусил ее, гоняя во рту.

– Что-то не так, Саня. Что-то не складывается. Я, конечно, не оперативник, и не следователь, но, мне кажется, что-то во всей этой истории не выписывается.

– Давай абрека допросим? – предложил Быстров, и тут же подозвал к себе скованного наручниками боевика. – Как звать?

– Салман, – не изображая из себя молодогвардейца, с готовностью сказал пленник.

– А фамилия, поди, Радуев, да? – заржал майор.

– Почему Радуев? – пожал плечами террорист. – У чеченцев Салман – частое имя.

– Так то у чеченцев, – прищурился Алексей. – А из тебя чеченец – как из хрена – долото.

Хитрые глазки Салмана забегали по сторонам.

– Я хочу знать, что вы задумали, – бесцветным голосом потребовал Никифоров. – Про бомбу можешь не петь. Не было у вас никакой бомбы. Тогда зачем вы захватили поезд?

– Аллахом клянусь – не знаю ничего!

– Салман, или как тебя там, ты не крути, плохо кончится.

– Лех, он не скажет ничего, – сокрушенно развел руками Быстров. – Мелкая сошка. На хрен он нам нужен? Там еще один пленный есть, чего надо – у него следаки выяснят. А этого в расход.

– Как в расход? – аж подпрыгнул Салман. – Я же пленный.

– Херенный! Какой ты, на хер, пленный? Пленные бывают на войне, когда две армии дерутся. А ты погань подноготная! Ты с мирняком воюешь, баб да детишек убиваешь! Ты вне закона! – Быстров разошелся не на шутку. Он вскочил на ноги и с перекошенным лицом орал в морду бандиту. – Ты тварь паскудная, понял! У собак прав больше, на них закон о защите животных распространяется. А тебя нет на этом свете! Понял, сучара?! Я с чеченами воевал, мы друг друга убивали. Друг друга – понимаешь ты? Друг друга, а не баб с детьми! А ну встань, тварюга!

Быстров за шкирку, как щенка, вздернул боевика на ноги.

– Вы не убьете! – заверещал Салман, которому показалось, что уже все, пронесло, он один, как всегда, вышел из ада живым. – Вас засудят!

– Хрен! – зло засмеялся спецназовец. – Ты слышал, как я докладывал? Противник уничтожен, взрывное устройство обезврежено. Ты про пленных что-нибудь слышал? А ну пошел в вагон, урод!

– Зачем? – перепугался Салман.

– За деревом! Твои, мля, братья по оружию там валяются. Значит и тебе туда дорога.

– Не надо! – Салман грохнулся на колени. – Не надо! Все скажу! Правда! Только я знаю мало!

Быстров кивнул Алексею, мол, твоя очередь, а сам спокойно отошел и закурил.

– Зачем вы ехали в Москву? – присел возле трясущегося боевика Никифоров.

– Не знаю. Не ехали мы в Москву. Где-то раньше должны были сойти. Все знали только Руслан и Бек. Руслан раньше лагерем подготовки командовал. Всех оттуда знал. Когда вторая война началась, чеченцы остались, а мы разошлись. Разные люди, из разных мест, – слова сыпались из боевика, как из прохудившегося мешка. – Я из Кабарды, абхазы были, узбеки, татары, даги, всякие были. Даже вьетнамец один был. Он нас собрал два месяца назад. Сказал – дело есть. Нужно поезд захватить, а потом по дороге сойти. Денег хорошо пообещал.

– Где сойти?

– Сказал, как узловую по объездной ветке пройдем – потом еще две станции, и тогда расходиться. Все, больше ничего не знаю, Аллахом клянусь!

– Клянись, – презрительно сплюнул Алексей. – Он тебя на том свете за это на свинарник работать пристроит.

Он оттолкнул Салмана, подошел к Быстрову, и сел рядом.

– Ну что, все узнал?

– Саня, тут нечисто! – Леха возбужденно схватил его за коленку. – Я своим ментовским нутром чую! Смотри! Они с самого начала вели себя вызывающе, как будто специально привлекали внимание. Если им надо бомбу в Москву доставить – сидели бы тихо. А еще лучше другим путем доставили бы. Вся эта шушера – их вслепую пользовали, как мясо. Но даже мелкота помирать не собиралась. Да и бомба была не настоящая!

– И что это значит?

– Отвлекающий удар! Вы когда на штурм идете – вы же гранату бросаете с другой стороны, не откуда пойдете, так?

– Ну да.

– Здесь то же самое, только погромче. Думаю я, такой шум подняли, чтобы под его прикрытием соскочить.

– А зачем поднимать шум, чтобы соскочить, если можно просто не светиться? – не понял спецназовец.

– Не знаю, причин может быть миллион. Например, нужно хвост совсем отрубить, если человек известный. Тот же Руслан – похоже, не самая мелкая фигура, ему бы демонстративно помереть! А когда много шума и куча трупов – самое время…

Они одновременно пришли к одной мысли.

– Кабак!

Леха подскочил к Салману.

– Кто в ресторане был, когда все началось?

– Там три или четыре наших было, – затараторил пленный. – А перед самым началом Руслан туда еще Бека послал!

– Твою мать! – в один голос воскликнули майоры.

– Вызывай вертушку! – Леха ткнул пальцем в небо, где как раз подлетала «восьмерка» спецназа.

Вертолет шел высоко. Никифоров с Быстровым маячили за спиной пилота, вглядываясь в зеленое море внизу. Железнодорожные пути тонким шрамом рассекали тайгу. Возле состава суетились маленькие, как муравьи фигурки людей.

– Смотри! – Леха вытянул руку, указывая едва заметную аномалию в сплошном зеленом ковре. Не просека, не прогал – скорее, это было похоже на неглубокую складку на одеяле. Но складка эта была прямой. Таких линий не бывает в природе. И складка эта вела от железной дороги вглубь лесного массива.

– Думаешь, дорога? – крикнул Быстров.

Леха неопределенно пожал плечами. Спецназовец постучал по плечу пилота, и указал на цель. Тот кивнул головой, направляя машину.

Это действительно была лесная дорога, почти не видная с воздуха. Густые заросли надежно ее скрывали, смыкаясь кронами. Лишь в нескольких местах деревья чуть расступались, показывая в прореху колеи проселка.

Вертолет по-прежнему шел на большой высоте, чтобы не показываться тем, кто мог ехать по этой дороге, и не спугнуть их свистом винтов.

– Хрен тут чего разглядишь, – пожаловался Быстров.

И будто в ответ ему, меж деревьев что-то сверкнуло.

– Вон они! – воскликнул Алексей. – Лобовое стекло блестит.

Быстров прищурился, оценивая ситуацию. Если сейчас спуститься прямо на машину, их заметят, и сбегут в лес. А тут целую дивизию можно спрятать.

– Дуй вперед! – скомандовал он. – Надо обогнать их километров на пять, и там устроить засаду.

– Я тут не сяду, – помотал головой пилот. – Деревья мешают. Придется десантироваться по фалу.

– Сможешь?

Леха усмехнулся, мол, фигня вопрос.

Вертолет пошел на снижение по широкой дуге. Летчик четко вывел машину в нужную точку и завис над дорогой. Леха перекрестился, и вслед за Быстровым скользнул вниз. Как только оба коснулись земли и отцепили фалы, вертолет снова взмыл в небо и ушел подальше, чтобы не привлекать внимания.

– Нормальное место, – огляделся майор.

Для засады, действительно, лучше не придумать. Плотная подросль подступала к самой дороге. Вернее, к двум мало наезженным залитым водой колеям. На звание дороги эта «трасса» не тянула.

– Ну, что, занимаем позиции с обеих сторон, – предложил Алексей. – Как появятся – бьем по колесам…

– Тихо-тихо! – остудил его пыл Быстров. – Развоевался! Ты не на войне, старик. А ну как это лесник к своей сторожке пробирается? А ты ему из автомата по колесам. Запаришься потом рапорта писать. Давай-ка попроще. Ты в кустах. А я выйду и остановлю их для досмотра.

– А если… – с сомнением начал Леха.

– А вот ты и страхуй, чтобы никаких если не было.

Время тянулось, как сосновая смола. Лес звенел от комаров и мошкары. Они лезли в нос, в глаза, в уши. Быстров сидел на пеньке и спокойно помахивал веточкой. Лехе приходилось терпеть – он не должен был выдавать свое присутствие раньше времени. Он уже начинал нервничать. Может, ему показалось, что внизу была машина? Или они прозевали ответвление дороги, и сейчас впустую тратят время?

Но вот, наконец, сквозь заросли послышалось подвывание мотора. Алексей передернул затвор и затаился. Еще через пять томительных минут на прогал выполз заляпанный грязью по самую крышу потрепанный джип. Быстров, не вставая с пенька, поднял руку, приказывая остановиться.

Машина замерла, но никто из нее не вышел. Чертыхнувшись, майор тяжело поднялся и ленивым шагом гаишника на хлебной трассе направился к внедорожнику. Леха напрягся, пытаясь рассмотреть через грязные стекла, кто находится в салоне. Расслабленная походка спецназовца Алексея не обманывала. Он видел, что рука Быстрова лежит на спуске автомата, и он в любой миг готов отпрыгнуть в сторону и открыть огонь.

Но, видимо, тех, кто был в машине, это тоже не обмануло. Автоматная очередь грохнула прямо через лобовое стекло. Пули ударили Быстрова в грудь, опрокинув в грязную колею.

Опоздал! Леха нажал на спусковой крючок, распоров длинной очередью борт машины. Джип дернулся, сдавая назад, но тут же засел в залитой гнилой водой болотине. Никифоров еще парой коротких очередей засадил по колесам. Впрочем, это было излишним – в такой грязи скорость машины была бы не выше скорости пешехода.

Никифоров вскочил и, путаясь в кустарнике, бросился к внедорожнику. Из передней двери прямо в грязь вывалился человек, тут же упал на колено – видимо, задело пулей. Он увидел Алексея, вскинул свой автомат и открыл огонь. Леха прыгнул в сторону, уходя от пуль, перекатился, и уже прицельно прошил противника. Тот дернулся, ударился о борт автомобиля спиной, и обмяк.

С другой стороны машины кто-то пыхтел, вытаскивая из салона какой-то груз. Леха оббежал машину, увидел спину убегающего, и нажал на спуск. Автомат щелкнул бойком, но выстрела не последовало – Леха расстрелял все патроны. Перезаряжать не было времени. Никифоров одним скачком взлетел на подножку джипа, потом на капот, и уже оттуда рысью бросился на спину противника, сбив его в грязь.

Автомат выпал из рук убегавшего. С минуту они возились, стараясь добраться до оружия. В какой-то момент Леха передумал, и, привстав, несколько раз крепко долбанул человека кулаком по голове. Тот вскрикнул, извернулся, и врезал Лехе локтем в лицо. Алексея это только разъярило. Он в бешенстве схватил противника за шкирку, и рывком повернул к себе.

– Ты?

Леха остолбенел, увидев, с кем сражался. Хазрат, уже переодевшийся в камуфляжную куртку и штаны, воспользовался его замешательством, и сильно ударил сначала в живот, а потом в висок. Леха упал на колени, ловя «звездочки». Хазрат добавил ему ногой, отскочил в сторону и схватил автомат.

Он вскинул оружие, собираясь прикончить проигравшего. Но в этот момент звонко щелкнул выстрел. Хазрат взвыл, выронил «Калашников», и схватился за простреленное плечо. Быстров еще несколько секунд целился из пистолета, приподнявшись на локте, а потом опустил табельный «Макаров», и снова упал в свою колею.

Тащить Саню Быстрова далеко Леха не решился, только выволок его аккуратно из колеи, и прислонил к дереву. Быстров клялся и божился, что рана пустяковая, но его бледное лицо не внушало особого оптимизма. Большую часть пуль бронежилет удержал, но расстояние было слишком мало, и одна пуля таки проломила преграду и вошла в тело, порядком потеряв свою силу. Но и просто силы удара автоматной очереди с пятнадцати метров обычно хватает, чтобы повредить все внутренние органы.

– Херня, Леха! – уговаривал его Быстров. – У нас особая броня, не как у пехоты! Космические технологии, блин. Повезло, что этот урод стреляет хорошо. Кучно уложил, все в броню. Был бы разброс побольше, отстрелил бы он мне мою башку. А я к ней привык уже, она мне дорога как память.

Перевязочных пакетов с собой у них не было. Аптечки в машине тоже не оказалось. Никифоров, как мог, заткнул кровоточащую дыру на боку товарища, и пошел оказывать помощь связанному Хазрату. По дороге он задержался возле «урода». Длинные волосы, монгольская бородка, раскосые глаза, теперь мертвые. Несомненно, это и был Бек.

– Слушай! – горячо зашептал Хазрат, когда Леха начал заматывать его плечо обрывком материи. – Ты не понимаешь, что ты делаешь! Надо уходить отсюда! Я тебя в долю возьму!

– В какую еще долю? – раздраженно буркнул Алексей. Ему противно было смотреть на этого человека, который обманул его в самых лучших чувствах. Настоящий мужик! Как же! Тварь обычная, бандюган.

– Слушай сюда! Там, в машине, видишь – металлический кейс. В нем – твоя жизнь. Моя жизнь. Новая жизнь!

– У тебя крыша поехала, – отмахнулся Алексей.

– Да что же ты за идиот-то такой! Я эту тему три года разрабатывал! Там редкоземельный металл! Он в сотни раз дороже золота! В сотни! А там несколько килограммов. Китайцы мне за него миллиард дают, понимаешь ты, дубина ментовская?! Миллиард!!!

– Дурак ты, – усмехнулся Леха. – Грохнут они тебя на границе, и чемодан себе заберут. Как Остапа Бендера.

– Точно идиот. Парень, это другие игры. Тут не накалывают. Это очень крупная игра, государственная. Я за это кучу народу положил, жизнь свою налаженную под откос пустил. Понимаешь?

– Ты лучше скажи – это ты всю эту байду с террористами и атомной бомбой устроил? Ну, не хочешь – не говори. Я пойду у Бека поспрошаю.

– Бек не скажет. Он со мной впополаме. Это вообще наполовину его идея. И связь с китайцами он организовал.

– Тогда у Руслана, когда вернемся.

– Да Руслан твой пешка! Разменная фигура! – ухмыльнулся Хазрат. – Я его даже в дело не до конца посвятил. С него люди и работа требовались. В принципе, он все выполнил. Актер! Когда он про великий Джамаат орал, я аж сам чуть не поверил. Он даже бомбу поначалу хотел настоящую везти, да я отговорил. У него же шахиды отмороженные, не дай Бог кому из них и правда взбредет в голову рвануть.

– А ты, значит, под шумок слинять собирался? А что такой хитрый да шумный путь нашел? По тихому никак нельзя было?

– Эх, мальчик, ни хрена ты не понимаешь, – снисходительно улыбнулся Хазрат. – Это не просто очень большие деньги. Это стратегический материал. Одна его горсть может революцию в науке совершить. И в космосе, и в военных делах. За него чекисты жопу на британский флаг порвут. Отыщут хоть на Луне. Не, я должен умереть гарантированно. Чтобы никто не только не искал, но даже и думать про это не мог!

– Я одного не пойму… Тебя же, вроде, опознали среди трупов…

– Назар… – вздохнул Хазрат. – Вот его мне жалко. Хороший был мужик. Правильный. Его бы с собой взять. Только не пошел бы он. А так и группа крови у нас с ним одна, и сложение, и зубы я ему у своего же дантиста подлечил, так чтоб карточки одинаковые были. И пуля в нем нужная сидит. Менты же в курсе, что со мной в одном вагоне киллеры ехали, – Хазрат хихикнул, наслаждаясь своей игрой, тем, как он все ловко придумал. – Все у нас рассчитано, даже где газ в вагоне-ресторане рвануть.

– Там ведь люди были, в вагоне, – задумчиво заметил Никифоров. – Не увел бы их спецназ – ты бы кабак вместе с людьми рванул.

Хазрат только хмыкнул.

– Ну что, решай! Время дорого.

– А чего решать? – удивленно посмотрел на него Леха. – Зачем мне твоя треть? Я себе все заберу. А тебя грохну. Ты же все равно уже умер.

Хазрат прищурился. Вот такой разговор уже в конструктивном русле. Такую логику он понимал.

– Взять-то ты возьмешь. Только продать не сможешь. Нет у тебя связей. Так что нам теперь только вместе. А треть – потому что нас трое, если Бек еще не помер. В равную долю беру, мужик!

– Да ты сдурел, – презрительно скривился Леха. – Совсем от жизни оторвался. Я ж не гаишник. ОМОН взяток не берет.

Он встал, сплюнул под ноги, и пошел к своему новому другу, настоящему мужику Сашке Быстрову.

– Сука ментовская! Скотина! – визжал Хазрат, скребя ногами сибирскую грязь.

– Заткнулся бы ты, а? – обернулся Алексей. – А то ведь и правда верну тебя в царство мертвых. Ты ведь там уже прописан.

Он плюхнулся на землю рядом с Быстровым.

– Сигареты есть? – слабым голосом попросил спецназовец.

– Тебе сейчас только курить, – усмехнулся Леха.

Они посидели молча.

– Слушай, а давай, когда из больнички выпишут, все-таки накатим по стаканчику? – предложил Быстров.

– Пуркуа бы и не па? – пожал плечами Леха. – Нам с тобой либо звезды на погоны кинут, либо на грудь какую цацку. Не в молоке же их замачивать.

– А на свадьбу пригласишь? – хихикнул Быстров. – Да ты не красней, я же видел, как она на тебя смотрела. Верное дело!

– Был бы ты не раненый, я б тебе такую свадьбу показал! – замахнулся Леха.

За кронами деревьев нарастал, приближался свист вертолетных винтов. В стороне, привалившись к дереву, злыми слезами плакал Хазрат.  


Содержание:
 0  Под откос : Дмитрий Грунюшкин  1  1. : Дмитрий Грунюшкин
 2  2. : Дмитрий Грунюшкин  3  3. : Дмитрий Грунюшкин
 4  4. : Дмитрий Грунюшкин  5  5. : Дмитрий Грунюшкин
 6  6. : Дмитрий Грунюшкин  7  7. : Дмитрий Грунюшкин
 8  8. : Дмитрий Грунюшкин  9  9. : Дмитрий Грунюшкин
 10  10. : Дмитрий Грунюшкин  11  11. : Дмитрий Грунюшкин
 12  12. : Дмитрий Грунюшкин  13  13. : Дмитрий Грунюшкин
 14  14. : Дмитрий Грунюшкин  15  15. : Дмитрий Грунюшкин
 16  16. : Дмитрий Грунюшкин  17  17. : Дмитрий Грунюшкин
 18  18. : Дмитрий Грунюшкин  19  19. : Дмитрий Грунюшкин
 20  20. : Дмитрий Грунюшкин  21  21. : Дмитрий Грунюшкин
 22  22. : Дмитрий Грунюшкин  23  23. : Дмитрий Грунюшкин
 24  24. : Дмитрий Грунюшкин  25  вы читаете: 25. : Дмитрий Грунюшкин
 26  Использовалась литература : Под откос    



 




sitemap