Детективы и Триллеры : Триллер : Глава 26 : Стивен Хантер

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45  46  47

вы читаете книгу




Глава 26

Они стояли под палящими лучами на невысоком выжженном солнцем пригорке. На востоке высилось замысловатое сооружение с башнями, мансардами и пристройками, напоминавшее белокаменный сказочный город. То была тюрьма Макалестер. На западе виднелись пустынные оклахомские холмы, а неподалеку, на пригорке, – два унылых камня.

– Они, что ли? – спросил Боб. – Ты притащил меня сюда, чтобы показать вот это?

– Да, – торжественно сказал Расс. – Это то, что осталось от единственного сына Джимми Пая. То, что сохранилось на земле от событий 23 июля 1955 года.

Камни торчали в нескольких футах друг от друга. Надпись на одном гласила: «Лэймар Пай. 1956 – 1994». «Оделл Пай. 1965 – 1994», – было нацарапано на втором.

– Его двоюродный брат, – пояснил Расс. – Сын брата Джимми Пая. Неизлечимый идиот. Содержался в психушке, где до него никому не было дела. Видишь, что такое гены Паев.

– Расс, я ничего не вижу, кроме двух могильных камней на голом холме, затерявшемся посреди Оклахомы. Кладбище из дурацкого вестерна да и только.

– Но это же так очевидно, – возразил Расс. – Неужели не понимаешь? Здесь все налицо – убийство, семья выродившихся монстров, преемственность поколений. Оклахомско-арканзасские «Братья и К°".

– Сынок, уж не знаю, что ты имеешь в виду, но, если тебе станет легче после того, как ты, глядя на могилу, скажешь: «Да, он умер, его больше нет», я буду только рад.

Расс бросил на Суэггера сердитый взгляд.

– Ты кричишь по ночам, Расс, – продолжал тот. – Иногда по два, по три раза. Вопишь, призывая то Лэймара, то отца. Психика у тебя нарушена. Тебе нужна помощь специалиста. У нас в пехоте тебя бы отослали к капеллану. И я тоже тебе советую показаться кому-нибудь.

Расс покачал головой.

– Со мной все в порядке. Просто хочу довести это дело до конца.

– Дело-то ведь не в твоих отношениях с Лэймаром Паем. Твой отец, слава Богу, об этом позаботился, верно? Лэймар убит, похоронен и точка. Это тебе подарок от отца. Он подарил тебе дальнейшую жизнь.

– А себя наградил любовницей, разрушив семью.

– Расс, все не так просто, как тебе представляется. Жизнь – сложная штука.

– По-моему, все ясно как Божий день, – с горечью отозвался юноша.

– Слушай, я вот что думаю. Как будут развиваться события, одному Богу известно. В любую минуту все может перевернуться с ног на голову. Ты готов к неожиданностям? А то оставайся здесь, в Макалестере. На автобусе доберешься до Оклахома-Сити, вернешься на свою прежнюю работу. Пиши там себе спокойненько книгу, а я, как узнаю что-то новое, сразу сообщу.

– Нет, это моя идея. Это же я втянул тебя. Значит, вместе будем расхлебывать.

– Ладно. Как скажешь, Расс.

Они стали спускаться с холма. К ним, махая рукой, приблизился чернокожий смотритель тюремного кладбища – заключенный на привилегированном положении, которое он заслужил образцовым поведением.

– Ну как, нашли, что искали?

– Да, сэр, – ответил Боб.

– Вы ведь навещали могилу Лэймара Пая, да?

– Верно. Ты знал его? – поинтересовался Расс.

– Что-о-о вы, не-е-ет, – испуганно протянул негр, словно опасался, что нарушил табу. – Нет, Лэймар не дружил с братвой. Злой был очень и подлый. В одном ему надо отдать должное: храбрый был мужик. В каталажке никому спуску не давал, а когда пришла пора с жизнью прощаться, погиб геройски. Двух полицейских убил.

– На самом деле, одного, – поправил негра Расс. – Второй выжил.

– Ну да, рассказывай, – недоверчиво хмыкнул смотритель.

До грузовика оставалось пройти футов пятьдесят. Они спустились с холма, и белокаменная тюрьма исчезла из виду.

– Садись за руль, – скомандовал Боб.

Расс занял место водителя.

– Возвращаемся на шоссе №40?

– Нет, черт побери. – Боб развернул карту. – Назад поедем по живописной дороге. Мне нужно кое-что обдумать. Доезжаем до Хоторна, потом до Талихины. Дорога там очень симпатичная, ведет через горы в Блу-Ай. Талиблу называется. Тебе понравится. К ужину будем дома.

***

К полудню Ред представил свой план полета по курсу 240° в юго-юго-западном направлении в сторону Оклахома-Сити. Еще полчаса ушло на то, чтобы заправить «Цесну-225», а потом десять минут пришлось ждать разрешения на взлет, поскольку в это время заходил на посадку «Американ игл», следовавший в Форт-Смит из Далласа; его приземления ожидали в 12.45. И вот наконец Ред в воздухе.

Самолет, подчиняясь пилоту, плавно отжимавшему ручку управления, быстро набирал высоту, а попав в восходящий воздушный поток, взмыл вверх еще стремительнее. На высоте семь тысяч футов, гораздо ниже уровня воздушных трасс гражданской авиации, Ред выровнял машину и полетел на юго-запад, к вздымающимся на горизонте зеленым холмам горной гряды Уошито. Первый отрезок пути он без труда преодолел за двадцать минут. Земля внизу стелилась голубым маревом, сквозь которое смутно вырисовывались едва различимые округлые возвышенности.

Ред был неплохим пилотом и любил летать, наслаждаясь одиночеством, ощущением власти над сложной машиной. Безусловно, сохранение равновесия в воздухе – сугубо механический процесс, но в нем всегда таилась непредсказуемость. Жизнь пилота зависит исключительно от его мастерства, и Реду нравилось быть хозяином своей судьбы. К тому же, поднимаясь в воздух, он с особенной пронзительностью сознавал свою значимость и могущество, поскольку личный самолет – это прерогатива богатых.

В десяти милях к северу от Блу-Ай Ред опустился до четырех тысяч футов, и рельеф сразу обозначился четче. Он без труда различил две параллельные дороги – шоссе №270 и №88, тянувшиеся в западном направлении от Блу-Ай, который с высоты представлял собой скопище костяшек домино, кубиков, карт и игрушек, разбросанных в долине. По мере его удаления на запад город постепенно исчезал из поля зрения, и вскоре внизу виднелись только две автодорожные полосы, рассекавшие горы и долины. Машин было мало.

Ред потянулся к радиоприемнику, переключился на режим безопасной связи в системе цифрового кодирования и ввел код, выбранный им из семисот двадцати квадриллионов возможных вариантов, – тот самый код, на который был настроен радиоприемник де ла Ривьеры на земле. Теперь можно не бояться радиоперехвата.

Ред взял микрофон и нажал кнопку вызова.

– На связи «Воздух». Прошу ответить.

Радиоприемник затрещал, и вскоре сквозь шипение прорезался голос де ла Ривьеры с едва заметным испанским акцентом.

– Слышу вас хорошо. Прием.

– Хороший расширитель, – отозвался Ред. – Слышимость отличная. Без проблем установили?

– Да, сэр. Один из ребят служил связистом в армии.

– Замечательно. Сообщите, где находитесь.

– Я вижу вас. Вы только что пролетели надо мной. Я располагаюсь на обочине дороги на границе Оклахомы. Со мной в машине трое ребят. Две другие группы находятся милях в двадцати пяти впереди, прямо на перекрестке шоссе №259 и №1.

– Что это за группы?

– Мы их называем «Альфа» и «Бейкер». Моя машина – «Чарли». Я – «Майк».

– «Альфа» и «Бейкер», вы на связи?

– Да, сэр, – прозвучал в радиоприемнике другой голос.

– Видите меня?

– Вижу вас на горизонте. Вы находитесь в нескольких милях от нас.

– Хорошо. Я курсирую на бреющем полете до Талихины и обратно. Все время буду на этом участке. Как только замечу цель, сразу сообщу и поведу в вашу зону. Увидите меня, – значит, он едет.

– Есть, сэр.

Ред снизился еще на тысячу футов. С высоты своего положения он прекрасно различал тип и цвет машин, двигающихся по горной дороге, но их марки определить не удавалось. Ред стал высматривать зеленый пикап с одним некрашеным крылом. Допустим, он заметит похожий автомобиль и поведет его в засаду. А вдруг окажется, что в нем путешествует какая-нибудь скромная мексиканская семья или группа школьниц, следующих в Литл-Рок на концерт группы «Перл Джем»? Ага, у него же есть бинокль «Цейс» 10x50 – самый лучший из тех, что можно отыскать в Форт-Смите. В такой прибор с высоты трех тысяч футов машины видны как на ладони. Он не ошибется.

Ред полетел дальше, наслаждаясь ощущением свободы; в нем проснулся азарт охотника. Вдалеке в левой стороне, футов на тысячу выше, он заметил реактивный «Лир», очевидно направлявшийся в Даллас; все остальное воздушное пространство оставалось незанятым. Дорога внизу тоже была относительно пустынна: вдоль гребня зеленых гор полз микроавтобус с туристами, чуть дальше – несуразный автофургон, а вон катят две легковушки, на обочине стоит черно-белый автомобиль оклахомской дорожной полиции – то ли ловит лихачей, то ли просто дремлет на солнышке. Ред переключился на частоту линейного патруля оклахомской полиции: пустая болтовня, ничего примечательного.

Приближаясь к перекрестку №259, он снизился до высоты две тысячи пятьсот футов: вдруг придется подавать сигнал. В общем-то это чересчур низко, а нарекания со стороны Федерального управления гражданской авиации ему ни к чему. Правда, самолетов, слава Богу, нигде не видно. Внизу сверкает на солнце блестящая лента дороги. Ред пролетел до Талихины. Пусто.

Так, теперь назад. Он развернул машину и, поднявшись до четырех тысяч футов, полетел вдоль автомагистрали к месту засады. Надо еще раз обследовать дорогу – вдруг прозевал что. Нет, зеленого грузовика не видно.

– Так, ребята, – вновь вышел на связь Ред. – Пока ничего. У вас как дела?

– Все по-старому, – ответил Ривьера.

– Полиция не докучает?

– Еще ни одного легавого сегодня не видели, сэр.

Ред глянул на часы: 15.30. Где же они, черт побери? Значит, все его труды насмарку? Неужели ошибся?

Он заложил вираж влево, снизился до двух тысяч футов и вновь впился глазами в шоссе. Поток машин почти иссяк. Только… не может быть…

Зеленый грузовичок.

Ред опустился еще чуть ниже.

Пикап.

Он пролетел над грузовиком и взял рацию.

– Вижу возможную цель. Вижу возможную цель.

– Следую вашим указаниям, «Воздух».

– Хорошо. Только еще раз проверю.

Ред резко накренил машину влево: левое крыло провалилось вниз, правое взметнулось вверх, земля наклонилась, оглушительно взревел мотор. Самолет, стремительно рассекая воздух, сделал круг и оказался по правую сторону от дороги. Увидев впереди грузовик, Ред выровнял машину и сбросил обороты: рев мотора слышно за несколько миль, не стоит предупреждать их о грозящей опасности.

Ред нагнал пикап и, переключив управление в режим автопилота, навел на дорогу бинокль.

Зеленый пикап. Некрашеное левое переднее крыло. «Додж».

«Ну все, попались!»

Плавно развернувшись на 180°, он взял курс на юг, которым следовал минуты две, специально отдаляясь от цели, чтобы не вызвать подозрений. Ред затарабанил пальцами по ноге. Две минуты сорок секунд. Все, тянуть больше нельзя. Он вывел мотор на полную мощность.

Ред, обливаясь потом, развернул самолет по восходящей влево, набирая высоту.

– «Воздух» вызывает «Майка». «Воздух» вызывает «Майка». Как слышите? Прием. – Дай Бог, чтобы он не вышел из зоны их радиовидимости.

– Слышу вас хорошо, сэр, – раздался в радиоприемнике голос де ла Ривьеры.

– Возможная цель подтверждена. Они сейчас в двадцати милях к западу от перекрестка номер двести пятьдесят девять. Движутся в вашу сторону. Ждите их примерно в пятнадцать пятьдесят пять.

***

– Я вот что думаю, – заговорил Расс. – Это, так сказать, предположение. Выслушаешь?

Боб молчанием выразил согласие. Они как раз миновали перекресток №259 и теперь катили по щебеночно-асфальтовой дороге с односторонним движением под названием Талиблу. Она пролегала по гребню Уошито. Оклахомский участок дороги, в этот час пустынный, отличался неухоженностью: под колесами хрустел песок, клубилась пыль. С обеих сторон обрывы – не отвесные, но достаточно крутые, а внизу, также с обеих сторон, глубокие зеленые долины. Справа вздымались менее высокие хребты Джек-Форкс, Кьямэчис, Уайндинг-Стеэрс. Сознание Боба зарегистрировало какой-то едва уловимый посторонний шум, природа которого была ему не ясна, и потому он просто от него отмахнулся.

– Валяй, – дал добро Боб.

– Авторы фильмов и книг никогда не оперируют таким приемом, как случайное стечение обстоятельств. Никто не станет тратить деньги на то, чтобы посмотреть или прочитать, как какой-то парень ни с того ни с чего вдруг узнает что-то или что-то такое ни с того ни с чего вдруг случается с ним.

– Ну да. А «Форрест Гамп», по-твоему, разве не из подобного дерьма слеплен?

– Нет, нет, я имею в виду вообще. «Форрест Гамп» – исключение. Нельзя…

– Расс, я просто пошутил. Где твое чувство юмора?

– Ну ладно. – «Пошутил, как же». – Тем не менее, в жизни совпадения – пусть нелепые, глупые на первый взгляд, – время от времени случаются. Насколько я понял, примерно в том районе, где погиб твой отец, тогда проводились испытания по снайперской программе сухопутных войск с использованием приборов ночного видения. Так, может, это все-таки был не заговор; может, он погиб попросту в силу вот такого бессмысленного, нелепого стечения обстоятельств.

– То есть ты хочешь сказать, что все это подстроил Форрест Гамп? – расхохотался Боб.

Расс с досады протяжно выдохнул и продолжал:

– Допустим, зону испытаний патрулировала группа солдат, и они заблудились, сбились с маршрута, а когда стали выбираться, услышали стрельбу. В оптический прицел деталей не рассмотреть. Они поняли только, что один парень убил двух других и сел в машину, собираясь уехать. Может, снайпер просто не совладал со своими инстинктами: спустил курок и привет.

– Неувязочка получается, – возразил Боб. – Он был на дереве. Только там мог сидеть, иначе ничего не увидел бы сквозь заросли кукурузы. Да и отверстие от пули овальное.

Расс кивнул. «Проклятье! Тоже мне умник выискался!»

– Ну хорошо, хорошо. Давай рассуждать по-другому. В то время, как тебе известно, мировоззрение несколько отличалось от нынешнего. Прежде всего пресса меньше давила на военных, а они все представляли себя в роли крестоносцев, искореняющих коммунизм. Это же теперь не секрет, что на несчастных гражданах, которые ни о чем не догадывались, испытывали воздействие радиации от взрыва атомной бомбы, средства бактериологической войны, ЛСД и прочую гадость. Может, и это было нечто вроде испытания: им требовалось проверить оружие на человеке. Они стали выслеживать Джимми и Буба, зная, что этих парней можно убить безнаказанно, а по ошибке пристрелили твоего отца.

– Неплохо, – промолвил Боб, поразмыслив с секунду. – Эта версия более правдоподобная, но неверная.

– Почему неверная?

– Сейчас объясню. Помнишь того невысокого паренька на фотографии, имя которого запамятовал Прис?

– Да.

– Запамятовал, как же. Я знал этого мерзавца. И любой, кто встречался с ним, потом уж его никогда не забывал.

– Кто он такой?

– Френчи Шорт. Сотрудник ЦРУ. Ковбой. В период моего второго срока меня временно прикомандировали к группе ЦРУ, действовавшей у границ Камбоджи. Я проводил разведывательные операции. Это была группа особого назначения – ГОН. Все очень опасные ребята. Френчи тоже там околачивался, воевал в Камбодже вместе с неким китайцем-наемником по имени Нунг и офицером морской пехоты Чарди, который был начальником штаба. Френчи возомнил себя Лоуренсом Камбоджийским. Он был из породы тех заносчивых ублюдков, которым не писан никакой закон. Он ставил себя выше и законов, и службы, и управления. И даже выше войны, будь она проклята. Просто так уж случилось, что он работал на нас, вообще-то он готов был работать на кого угодно. Высокие идеи, принципы, мораль – на это ему было плевать; его занимал сам процесс осуществления определенной задачи. Я все это рассказываю для того, чтобы вновь задать вопрос, который уже ставил раньше: кто мог столь быстро и профессионально спланировать операцию, связав в единую цепочку преступный мир, Джимми Пая, тщательно подготовленное ограбление, дерзкий уход от полиции и в итоге смерть моего отца, истинные причины которой так для всех и остались тайной? На такое способны только два, от силы три человека на всем белом свете. Один из них – Френчи Шорт. Тем более, что он как раз и специализировался на операциях подобного рода. В пользу этого говорит еще одно обстоятельство.

– Какое?

– Когда меня отозвали из ГОНа и я возвращался в большой мир, Френчи отвел меня в сторону и попросил переправить ему пятьсот комплектов боеприпасов для оружия, которое не состояло на вооружении действующей армии.

– Я не…

– У него в кобуре, пристегнутой поверх маскировочного костюма, лежал автоматический кольт. Я сначала думал, что это такой же пистолет, как у меня, – калибра сорок пять. Не тут-то было. Это оказался «Супер-38». Френчи сказал, что обожает эту модель: убойная сила такая же, как у сорок пятого, а отдача гораздо меньше; и патронов в магазин вмещается больше. «Оружие профи», как он выражался.

– Ну и ну, – присвистнул Расс.

– Это более чем…

Боб внезапно замолчал.

Самолет. Точно. Мерный рокот самолета, летящего достаточно низко, относительно далеко – мотор жужжит, как муха, и все.

– Продолжай, – попросил Расс.

– Заткнись.

– Что т…?

– Не оглядывайся, машину веди ровно – не убыстряй ход и не замедляй. Теперь главное – сохранять спокойствие, – скомандовал Боб.

Сам он тоже не оглядывался. Вместо этого закрыл глаза и напряженно вслушивался, пытаясь выделить звук мотора самолета среди разнообразных шумов – тарахтения собственного грузовика, гудения ветра, гула колес. Постепенно ему это удалось.

Боб, лениво зевая, медленно повернул голову.

Справа, примерно в миле от шоссе, висел в воздухе белый самолет, – возможно, «Сессна». Такие малютки делают в час по двести сорок миль. А этому что мешает? Или с востока дует ураганный встречный ветер, или же пилот специально держится параллельно шоссе, не обгоняя пикап.

– Когда налицо единственный человек во всей Америке, – вновь заговорил Боб, – способный организовать подобную операцию, и при этом он – большой поклонник модели «Супер-38» – оружия, из которого стрелял Джимми, говорить о совпадении было бы неуместно. Нутром чувствую, что это Френчи постарался. Проклятый цэрэушник. Уверен, это он слепил всю операцию – быстро, толково, комар носу не подточит – и от начала до конца контролировал ее осуществление. Причем не обязательно по заказу управления. Скорей всего, для кого-то еще. Для какого-то весьма влиятельного лица. Это я тебе гарантирую.

Боб быстро глянул в окно. Самолет лениво разворачивался.

– Ну ладно, теперь все встало на свои места, да? Ты нашел ответ на вопрос, который тебя мучил. Теперь все в порядке, верно?

– Да, черт возьми, все в порядке, – позевывая отозвался Боб, – если, конечно, не считать того, что мы угодили в засаду.

***

– «Воздух» вызывает «Альфу» и «Бейкера», – говорил в микрофон Ред, ведя самолет на восток на высоте две тысячи пятьсот футов. Он опять сбросил скорость почти до минимума, рискуя в любую минуту рухнуть вниз.

– «Альфа» на связи, – зазвучал в радиоприемнике голос.

– А «Бейкер» где?

– Э… да… я тоже здесь. Просто подумал, что, раз он вам ответил, значит, вы знаете, что и я на связи.

– Свои предположения оставь на потом. На мои вопросы отвечать четко. Понял?

– Да, сэр, – виновато отозвался «Бейкер».

– Значит, так. Включайтесь в погоню. Он милях в четырех впереди вас. Едет со скоростью около пятидесяти миль в час. Полицейских нет, другого транспорта тоже. Сейчас наберите полный ход. Я наблюдаю за дорогой, и по моему сигналу сбавьте скорость до пятидесяти пяти. Он не должен заметить, что вы гонитесь за ним. Ясно?

– Да, сэр.

– Тогда вперед, черт побери.

– Есть, сэр.

– «Майк» и «Чарли», оставайтесь на месте. Он приближается к вам. Перехват примерно через четыре минуты. Когда «Альфа» и «Бейкер» нагонят его, по моему сигналу в игру вступаете вы. Как понял, «Майк»?

– Вас понял, сэр.

Ред оглядел дорогу. Два седана, за которыми тянулся пыльный шлейф, неслись по шоссе со скоростью более ста миль в час, стремительно приближаясь к грузовику, двигавшемуся гораздо медленнее.

– Уф, кровью запахло. Смерть чую. Все складывается отлично. «Альфа», вы с приятелем почти у цели. Продолжайте сближаться. Еще немного. Так. Все, сбавить ход. «Майк», теперь ты и «Чарли». Пошли. Не быстро – миль пятьдесят пять. Перехват через две минуты. Начали.

Кто-то случайно нажал кнопку микрофона, и из радиоприемника до Реда стали доноситься странные звуки – напряженное потрескивание, резкие щелчки, будто кто-то размеренно включал и отключал телевизор. Так это же дыхание парней, сообразил Ред, дыхание парней, собирающихся открыть огонь. А щелчки – это лязг затворов. Они приводят в боевую готовность оружие.

***

Расс захлебывался словами, будто напрочь утратил контроль над своей речью. И голос ему не подчинялся – стал визгливый, писклявый, почти как у девчонки.

– Может, остановимся? Встанем на обочине и вызовем полицию? Здесь где-нибудь есть поворот? Может, нам…

– Сиди спокойно. Не жми на газ и не замедляй ход. За нами две машины. Держу пари, впереди нас тоже поджидают. А вверху, справа, самолет – координирует операцию. Нас собираются взгреть, причем как следует.

Боб заерзал на своем сиденье, но Расс видел, что он пытается достать что-то, не меняя положения. Глянув в зеркало заднего обзора, Расс заметил, как из-за поворота выехали два автомобиля.

– Правило номер один – главное и единственное, – ровно произнес Боб. – Не удирать, а прикрываться. Вылезаешь из грузовика – и сразу за переднее колесо прячешься, за двигатель. Иначе их пули достанут тебя сквозь машину.

Рассу не хватало дыхания, сердце, словно отяжелев, оглушительно громыхало.

– Я не могу. Мне страшно.

– Ничего с тобой не случится, – успокаивал парня Боб. – Наши дела не так плохи, как тебе кажется. Их много, и они рассчитывают застать нас врасплох, что дает нам определенные преимущества. Мы нападем первыми – в этом наше спасение. Нанесем такой мощный удар, так стремительно, что они света белого не взвидят, пожалеют, что не выбрали себе другую профессию.

Впереди из мерцающего солнечного марева выскочили две машины. Первым шел черный потрепанный пикап, за ним на расстоянии пятидесяти ярдов следовал седан. Расс опять глянул в зеркало заднего обзора: два автомобиля, хотя и не неслись как бешеные, уверенно их нагоняли. Он различил в головной машине четыре крупных застывших профиля.

– Не смотри на них, парень, – предупредил Боб, наконец вытаскивая из-за сиденья то, что искал. Расс боковым зрением определил, что это карабин Мини-14 и бумажный пакет, из которого Боб выудил нечто компактное, – как оказалось, короткоствольный автоматический пистолет 45-го калибра. Он быстро сунул «коммандер» под ремень справа и вновь стал шарить в пакете.

Расс уставился на дорогу. Грузовик приближался, сократив расстояние до четверти мили. Через несколько секунд он будет рядом.

– Где он? – свирепо спрашивал себя Боб, роясь в пакете. В его скрипучем голосе слышался откровенный страх, что напугало Расса гораздо сильнее, чем приближающиеся машины.

«Что он там ищет?» – в отчаянии думал юноша.

***

Ред наблюдал, как внизу разворачивается созданный им сценарий. Главное – правильно рассчитать время, а время он рассчитал с точностью до секунд. «Майк» с де ла Ривьерой и следовавший за ним «Чарли» с четырьмя парнями шли навстречу Суэггеру со скоростью около сорока миль в час. «Альфа» и «Бейкер» уверенно нагоняли его сзади. Они будут примерно в пятидесяти ярдах от Суэггера, когда де ла Ривьера спихнет его грузовик с дороги.

– Хорошо идете, «Альфа» и «Бейкер», – пропел в микрофон Ред. – «Майк», продолжайте в том же духе. Они взяли его в кольцо! Сработает!

Ред втянул в легкие воздух. Кровь забурлила.

– С Богом, muchachos, – скомандовал де ла Ривьера. – Сохранять спокойствие. Действовать хладнокровно, по плану. Я вижу тебя, «Альфа». Идешь отлично. Еще раз быстро проверили оружие, – чтоб обоймы были полные, стволы не болтались, предохранители сняты. Абсолютное спокойствие, ледяное, muy glace, ледяное спокойствие. Наш час настал. Все идет отлично.

Автомобили сближались.

Они выехали на ровный участок дороги. По обеим сторонам росли невысокие разлапистые белые дубы с красновато-лиловой листвой, будто бы подернутой инеем, а за деревьями сразу же вздымались хребты.

***

– Теперь слушай внимательно, – с ожесточением в голосе заговорил Боб. – Этот грузовик намеревается спихнуть нас с дороги. За долю секунды до того, как он поравняется с нами, ты переключаешься на вторую скорость и боком таранишь этого гада. Таким образом мы пролетаем вперед, а он отрезает от нас тех двух малюток, что едут сзади. Затем резко крутишь влево и врезаешься в задок машины, которая едет за грузовиком. Всмятку ее, чтоб этих пижонов встряхнуло как следует. Все так же резко крутишь влево и жмешь на тормоз. Нас протащит через дорогу, и мы остановимся на обочине. В этом случае у нас будет путь для отступления. Нырнем в деревья и, если придется, спрячемся в горах. Ясно? Вылезаешь из пикапа с моей стороны и рвешь влево, за переднее колесо. Держи пакет. Будешь подавать мне обоймы. Не зевай: как только увидишь, что я расстрелял одну, сразу подаешь следующую, пулями ко мне, так, чтобы я мог, не мешкая, вогнать ее на место и дальше стрелять.

– Да, сэр, – отозвался Расс, судорожно пытаясь запомнить указания Боба, опасаясь, что не запомнит, и одновременно удивляясь, что у них уже есть план. При этой мысли страх исчез. Боб, казалось, тоже успокоился.

– Главное – спокойствие. Спокойствие, – твердил он.

– Я спокоен, – ответил Расс. И он не лгал.

– Ага, вот она, эта хреновина. – С этими словами Боб вытащил из пакета длинный изогнутый магазин – не такой, как другие; сверху торчал патрон с красным наконечником.

Грузовик уже наезжал на них. Решительный момент наступил.

– Что это? – только и успел спросить Расс, перемещаясь из реальности в мир замедленного действия. Щелк! Боб вогнал в карабин обойму и опустил затвор.

– Сорок патронов с трассирующими пулями М-196, – донесся до Расса его голос. – Разнесем этих гадов к чертовой матери.

***

Ред в трепетном возбуждении наблюдал с воздуха, как разворачивается тщательно подготовленная им операция. Кренясь влево, он увеличил тягу двигателя и, словно чайка, закружил над дорогой в предвкушении восхитительного зрелища. Вот наконец машины столкнулись, – точно так, как он рисовал в своем воображении, будто по волшебству.

Но, кажется, что-то не совсем…

До чего же там все стремительно. И пыль. Пыль столбом. Ни черта не…

Хаос, неразбериха. Ред наблюдал боевые схватки только в кино, а в фильмах всегда все ясно и понятно. Для того их и ставят, – чтобы показать наглядно. А здесь ничего не разобрать. Содом, столпотворение. Совершенно новый сюжет.

От радиоприемника тоже толку мало. Сплошь нечленораздельные крики, странные шумы.

– О нет, черт…

БАМ! Резкий удар металла о металл.

– Боже, что…

– Смотри, стреляет, он…

– О черт, горим. Господи, горим!

– Меня ранило, я ранен, ранен, черт побери…

– Горим, горим!

БЕРЕГИ-И-И-И-И…

Реда оглушил пронзительный вопль. Он поморщился, пытаясь сообразить, что происходит, а потом увидел внизу фонтан огня и понял, что рация в машине расплавилась.

***

Началось. Крыло грузовика с фарой, таращившейся, словно циклопий глаз, надвигалось на него, будто падающий дом, но Расс в ту же секунду переключил коробку передач, надавил на педаль, и их пикап рванулся вперед. Незадачливый таранщик попытался увернуться, но не справился с управлением. Его грузовик отлетел назад и опрокинулся, подняв столб пыли. Левая рука Боба легла на руль и крутанула влево. Пикап, подпрыгнув, ударился о машину, следовавшую за грузовиком, и, жутко сотрясаясь, продолжал разворачиваться на тормозах, пока наконец не остановился, свесившись над кюветом.

Рассу казалось, что он столкнулся с призраками: перед глазами проплывали искаженные яростью оцепеневшие лица. Они были очень близко, в соседней машине, и в то же время бесконечно далеко, где-то в другом измерении. Рты перекошены, выпученные глаза похожи на фаршированные яйца. Потом и машина, и лица слились в единое вихревое бесформенное пятно, исчезнувшее в облаке пыли.

Расс заморгал. Кажется, он должен что-то делать.

– Вон из машины, чтоб тебя! – рявкнул Боб.

Расс сорвал с себя ремень безопасности, радуясь, что был пристегнут, и скользнул на сиденье Боба, который уже выскочил из пикапа. Вспомнив про боеприпасы, Расс прихватил вверенный ему мешок и быстро сполз под защиту переднего колеса, где, приняв стойку стрелка, недвижно сидел Боб. Но сам Расс не мог сидеть пригнувшись. Он должен все видеть.

Зрелище, представшее взору юноши, поразило и потрясло его несказанно.

Черный пикап лежал колесами вверх в клубах пыли, перегораживая дорогу. За ним стояли боком только что с трудом затормозившие два автомобиля, преследовавшие Боба с Рассом. Судя по всему, между ними произошло столкновение – задняя машина врезалась в головную.

Седан, ехавший за грузовиком, тоже при торможении развернулся боком, чтобы не налететь на перевернувшийся пикап. Он замер почти напротив Расса.

На мгновение воцарилась ужасающая тишина.

Мужчины в автомобилях растерянно копошились, выискивая цель, которой не оказалось там, где она должна была быть.

За спиной Расса Боб открыл огонь.

Даже при ярком свете дня были видны трассы пуль, прокладывающих короткую дорожку к близкой мишени. Расс будто наблюдал удивительный физический эксперимент: в воздухе сверкали прямые, словно прочерченные по линейке, раскаленные линии. А может, это просто оптический обман? Боб за секунду сделал три выстрела, метясь в низ стоявшей напротив машины. Во что он стреляет? Явно не в людей. Боб целил поверх заднего колеса, и Расс…

Пули пробили бензобак. Раздался оглушительный взрыв. Машину охватило пламя. Во все стороны полетели искры. Все вокруг было охвачено огнем. Расса обожгла испепеляющая волна, и ему на мгновение показалось, что с неба льется огненный дождь. В реве бушующего пламени слышались крики. На Расса мчался пылающий фантом, рухнувший посреди дороги.

Краем глаза юноша заметил движение в стороне: одна из машин, гнавшихся за ними, пытается объехать перевернутый грузовик.

– Объезжают, объезжают! – завопил он.

Его крик еще не стих, а Боб уже обстреливал седан. Трассирующие пули, с жутким свистом рассекая горячий воздух, превратили лобовое стекло неприятельской машины в россыпь жемчужных крупинок. Автомобиль, потеряв управление, нырнул в кювет, подняв фонтан грязи.

– Магазин! Магазин! – заорал Боб.

Расс плюхнул ему в ладонь обойму с двадцатью патронами, как и было приказано, пулями к нему. Боб вставил ее в карабин как раз в тот момент, когда на них понеслась, изрыгая пулевой дождь, третья машина. Боб, почти не целясь, разнес лобовое стекло наглеца, а оставшиеся патроны расстрелял по окнам и дверцам. Машина промчалась мимо по прямой, будто сидевшие в ней думали не о выполнении задания, а только о том, как бы улизнуть из переделки целыми и невредимыми. Ярдов через сто, словно опомнившись, что везет мертвецов, седан ринулся в кювет, накренился и заглох посреди покалеченных белых дубов.

И сразу наступила оглушающая тишина, нарушаемая лишь потрескиванием сухого ветра и шипением огня.

– Боже, ухлопал всех до одного, – изумленно произнес Расс, но Боб уже стоял рядом, держа наготове пистолет. Заметил что-то подозрительное. Из разбитой машины, завалившейся в кювет, выбрались два парня с автоматами. Они стали подниматься по насыпи, но Боб, занимавший выгодную позицию, молниеносно открыл огонь из пистолета, выбросив вперед руку так быстро, что взгляд Расса зафиксировал просто какое-то неясное пятно. Один из нападавших попытался навести на Боба свое оружие, но не успел. Боб застрочил из пистолета, как из автомата. В воздухе промелькнули шесть пустых гильз, и оба парня повалились на землю, словно тряпичные куклы. Один из них, великан в дорогом спортивном костюме, распластался на спине, устремив в небо пустой немигающий взгляд; на трикотажной рубашке расплывалось темное пятно. Рассу бросилась в глаза необычная деталь: шею громилы опоясывал шрам, словно кто-то прошелся по ней цепной пилой – хотел снести голову да передумал.

Опять затишье. Боб перезарядил пистолет.

Расс огляделся.

– Боже мой. – Сразу вспомнился телевизионный репортаж о Дороге смерти в Кувейте, обезображенной бомбами «Африканских кабанов» и «Черных ястребов». Четыре искореженных автомобиля, один из них вверх колесами, трупы, лужи крови, осколки стекла, брошенное оружие.

– Ну, что скажешь на это, сволочь?! – заорал Боб, обращаясь к белому самолету, который в полумиле от них делал вираж на небольшой высоте, поворачивая на юг.

– Всех уложил, – повторил Расс. – Должно быть, человек двадцать прикончил.

– Да нет, десять. Они были профессионалы. Знали, на что шли. Пойдем глянем, что там в машине. Нет ли чего интересного.

Боб зашагал к перевернутому грузовику. Пахло бензином.

Боб открыл дверцу, и они заглянули в машину.

На сиденье в несуразной позе, свидетельствовавшей о повреждении какого-то жизненно важного органа, лежал седой латиноамериканец крепкого телосложения. На нем был дорогой костюм и шелковая рубашка с расстегнутым воротом. Судя по неестественному наклону головы, шея у него была сломана. Черты красивого лица искажала невыносимая боль; от природы оливковая кожа приобрела пепельно-серый оттенок. Он дышал тяжело, глаза стеклянные.

Боб направил на раненого пистолет. Тот расхохотался, взгляд его ожил. В левой руке он сжимал зажигалку.

– В гробу я тебя видал, парень, – прохрипел латиноамериканец. – Мне и так конец, придурок. – В голосе мужчины слышался ритмичный кубинский акцент. – Сейчас вот щелкну моим «биком» и вместе взлетим на небеса.

– Она не взорвется, дружище, загорится только.

– Пошел к черту!

– Кто в самолете? – требовательно спросил Боб.

Кубинец опять расхохотался, сверкнув ослепительно белыми зубами, и шевельнул свободной рукой. Расс вздрогнул, но Боб не стал стрелять. Оба смотрели, как рука кубинца, пару раз застыв в воздухе, – очевидно, он боролся с болью, – дотянулась до ворота и рванула рубашку. Обнажившуюся грудь украшала богатая татуировка.

– Что это значит? – поинтересовался Боб.

– Я из кубинских контрреволюционеров, norteamericano cabrono. Меня даже Кастро не смог сломать в тюрьме, а ты, puta, думаешь, что я стану перед какой-то деревенщиной болтать? – Кубинец рассмеялся.

– Храбрый ты мужик. Молодец, – похвалил Боб, убирая в кобуру пистолет, и обратился к Рассу:

– Пошли отсюда.

– Эй, – окликнул Боба кубинец. – А ты, приятель, тоже будь здоров. Крепкая у тебя кишка. Ты cubano! Может, это Дези Арнес заделал твою мать, когда твой отец гонялся за козлами?

– Не думаю, – отозвался Боб. – У нас не было телевизора.

Они повернулись и пошли прочь. Мучения кубинца кончились, когда они садились в свою машину. Черный пикап загорелся, обдав Боба с Рассом волной жара.

***

Уже почти стемнело, когда Ред приземлился на аэродроме Форт-Смита. Он поставил самолет в ангар и отправился на автостоянку, где его ожидали в машине два верных телохранителя – наблюдательные ребята с бесстрастными, непроницаемыми лицами. Ред сел в «мерседес» и поехал домой.

– Как прошел день, дорогой? – поинтересовалась мисс Арканзас-86.

– Нормально, – ответил он. – Были кое-какие неувязки, но в общем вполне нормально.

Вместе с двумя младшими ребятами Ред посмотрел видеофильм «Черная красавица» – дети обожали эту картину, да и ему, что уж кривить душой, фильм тоже нравился.

Отправив детей спать, он переключил телевизор на программу новостей. Сенсацией дня стало, разумеется, вооруженное столкновение между торговцами наркотиками, происшедшее на дороге Талиблу в Оклахоме, всего лишь в ста милях от Форт-Смита. На месте перестрелки обнаружены десять трупов и четыре фунта чистого кокаина. Представитель Оклахомского департамента полиции сообщил, что власти выясняют обстоятельства происшествия, но в необгоревших трупах опознаны члены преступных организаций Майами, Далласа и Нового Орлеана, за каждым из которых числится множество тяжких преступлений с применением насилия. Предполагается, что на красивейшей дороге Оклахомы одной из преступных группировок была устроена засада для перехвата партии наркотиков, закончившаяся открытой схваткой.

– Слава Богу, никто из мирных граждан не пострадал, – завершил рассказ полицейский.

Только досмотрев до конца информационную передачу и убедившись, что дети заснули, Ред решился открыто взглянуть в лицо фактам и признать, что у него большие неприятности. Суэггер оказался достойным противником, самым опасным из тех, кто когда-либо угрожал его благополучию, а за те десять лет, что прошли со времени гибели отца, ему многие пытались мешать, но он расправился со всеми.

Теперь нужно придумать нечто очень хитрое, очень тонкое, иначе он потеряет все. Ред обвел взглядом комнату. Что станется с его детьми, от первого брака и от второго, если Суэггер возьмет над ним верх? При этой мысли Ред похолодел от ужаса.

Он осушил один за другим два бокала виски. Зажужжал сотовый телефон.

Ред выслушал отчет Пека и перезвонил.

– Сейчас он ушел? – уточнил он.

– Да, сэр. Какие будут указания?

– Пек, я должен знать, что он вынюхал. Можешь проникнуть к нему в кабинет?

– Да, сэр.

– Давай. Посмотри, что это за бумаги. Ничего не упусти. Я хочу знать, что ему известно. Понял?

– Да, сэр.

– Сюрпризы мне больше не нужны.

Ред отключился. Пора бы в постель, однако мисс Арканзас-86, хоть у нее и натуральные груди, сегодня его не привлекала.

Он снял трубку и вызвал на дом смазливую чернокожую проститутку. В данный момент это больше соответствовало его настроению.


Содержание:
 0  Невидимый свет : Стивен Хантер  1  Глава 2 : Стивен Хантер
 2  Глава 3 : Стивен Хантер  3  Глава 4 : Стивен Хантер
 4  Глава 5 : Стивен Хантер  5  Глава 6 : Стивен Хантер
 6  Глава 7 : Стивен Хантер  7  Глава 8 : Стивен Хантер
 8  Глава 9 : Стивен Хантер  9  Глава 10 : Стивен Хантер
 10  Глава 11 : Стивен Хантер  11  Глава 12 : Стивен Хантер
 12  Глава 13 : Стивен Хантер  13  Глава 14 : Стивен Хантер
 14  Глава 15 : Стивен Хантер  15  Глава 16 : Стивен Хантер
 16  Глава 17 : Стивен Хантер  17  Глава 18 : Стивен Хантер
 18  Глава 19 : Стивен Хантер  19  Глава 20 : Стивен Хантер
 20  Глава 21 : Стивен Хантер  21  Глава 22 : Стивен Хантер
 22  Глава 23 : Стивен Хантер  23  Глава 24 : Стивен Хантер
 24  Глава 25 : Стивен Хантер  25  вы читаете: Глава 26 : Стивен Хантер
 26  Глава 27 : Стивен Хантер  27  Глава 28 : Стивен Хантер
 28  Глава 29 : Стивен Хантер  29  Глава 30 : Стивен Хантер
 30  Глава 31 : Стивен Хантер  31  Глава 32 : Стивен Хантер
 32  Глава 33 : Стивен Хантер  33  Глава 34 : Стивен Хантер
 34  Глава 35 : Стивен Хантер  35  Глава 36 : Стивен Хантер
 36  Глава 37 : Стивен Хантер  37  Глава 38 : Стивен Хантер
 38  Глава 39 : Стивен Хантер  39  Глава 40 : Стивен Хантер
 40  Глава 41 : Стивен Хантер  41  Глава 42 : Стивен Хантер
 42  Глава 43 : Стивен Хантер  43  Глава 44 : Стивен Хантер
 44  Глава 45 : Стивен Хантер  45  Глава 46 : Стивен Хантер
 46  Глава 47 : Стивен Хантер  47  Использовалась литература : Невидимый свет



 




sitemap