Детективы и Триллеры : Триллер : 12 : Патриция Хайсмит

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45

вы читаете книгу




12

Было без нескольких минут девять. Затянувшиеся сумерки на глазах превращались в ночь, и жилой квартал, застроенный хиленькими на вид деревянными домиками, был погружен во тьму, разве что здесь и там горели лампочки над парадным входом, освещая людей, сидевших на досках качелей или прямо на ступеньках крыльца.

— Стой, приехали, — сказал Бруно водителю. Угол Колледж-авеню и Магнолия-стрит, номера за тысячу. Дальше он двинулся пешком.

На тротуаре застыла маленькая девочка, уставившись на него во все глаза.

— Привет, — нервно произнес Бруно, как бы предлагая ей посторониться.

— Здрасть, — ответила девочка.

Бруно посмотрел на одно из освещенных крылечек: тучный мужчина обмахивался веером, две женщины сидят на качелях. Либо он был пьянее, чем думал, либо ему должна улыбнуться удача. Но у него возникло предчувствие, что номер 1235 не подведет. Более подходящий для Мириам район трудно было вообразить. Если он ошибется, то попытает счастья по другим адреса. Список-то в кармане. Веер в руках у мужчины напомнил ему о жаре, хотя его и без того лихорадило с самого наступления вечера. Он остановился и закурил сигарету, отметив с радостью, что руки совсем не дрожат. Полбутылки, принятые после обеда, избавили его от похмелья и привели в ровное доброе настроение. Со всех сторон доносилось стрекотание цикад. Было так тихо, что он услышал, как за два квартала водитель переключил скорости. Из-за угла вышла компания парней, у Бруно екнуло сердце: вдруг один из них окажется Гаем? Не оказался.

— Ну и м…ак ты! — произнес один из парней.

Другой в ответ:

— Ни хрена, я ей выложил, мол, не дам всякому разэдакому, который своих же ребят облапошивает…

Бруно презрительно глянул им вслед. Ну и язык, как с другой планеты. Гай говорит совсем на другом языке.

На отдельных домах Бруно не мог отыскать номер. Вдруг он не найдет 1235? Но когда он дошел до дома, номер 1235 бросился ему в глаза, обозначенный оловянными цифрами над парадным крыльцом. От одного вида этого дома у него медленно и сладко зашлось сердце. Гай, верно, частенько взбегал по этим ступенькам, подумалось ему, и уже одно это выделяло дом среди соседних. Дом был маленький, как и все остальные в квартале, вот только желтую краску снаружи явно требовалось обновить. Сбоку к дому вела подъездная дорожка, перед домом была чахлая лужайка, у тротуара присел на колесах старенький шевроле типа седан. Свет горел в двух окнах — внизу на первом этаже и в угловом на втором — в комнате Мириам, решил Бруно. Но почему он не знает наверняка?! Гай, видимо, и в самом деле рассказал ему недостаточно.

Начиная нервничать, Бруно пересек улицу и немного прошел назад. Остановился, повернулся и уставился на дом, кусая губы. На улице не было ни души, и лишь над одним крыльцом, в угловом доме, горел свет. Он не мог понять, откуда доносятся тихие звуки радио, — из дома Мириам или из соседнего, где на первом этаже горели два окна. Можно было, конечно, пройти по подъездной дорожке и взглянуть на 1235 сзади.

В соседнем доме над парадным крыльцом вспыхнула лампочка. Бруно встрепенулся. Из дома вышли мужчина и женщина, женщина села на качели, мужчина сошел на дорожку. Бруно отступил, укрывшись за коробкой гаража.

— Если не будет персикового, возьми фисташковое, Дон, — услышал он голос женщины.

— Я бы взял ванильное, — пробормотал Бруно, прикладываясь к фляжке.

Он вопрошающе уставился на желтоватый дом, перенес тяжесть на отставленную назад ногу и почувствовал, как что-то уперлось в бедра: нож, он купил его на остановке в Биг-Спрингс, охотничий нож с лезвием в шесть дюймов[11] в ножнах. Ему бы не хотелось пускать его в дело без крайней необходимости. Ножи вызывали у него какое-то непонятное отвращение. А от револьвера много шума. Как он будет действовать? Ее внешность подскажет. Ой ли? Он думал, что вид дома что-то подскажет, но тот ничего не подсказал, хотя Бруно по-прежнему чувствовал, что дом — тот самый. Неужели это знак, что дом все-таки не тот? А вдруг его спугнут до того, как он выяснит? Нет, Гай мало ему рассказал, в самом деле мало! Он быстренько приложился еще разок. Только без паники, она все испортит. У него подгибались колени. Он вытер о ляжки потные ладони и провел по губам дрожащим языком. Из нагрудного кармана он вытащил листок с адресами Джойсов и повернулся к уличному фонарю. Все равно мало света, прочесть невозможно. Может, лучше пойти проверить по другому адресу, вернуться он всегда успеет?

Он подождет минут пятнадцать, может быть, с полчаса.

Еще в поезде он решил, что лучше всего будет напасть на нее на улице, так что главное было — оказаться с ней рядом. На этой улице, например, было почти темно, а под деревьями — так именно то, что нужно. Он предпочел бы действовать голыми руками или стукнуть ее чем-нибудь по голове. Он понял, насколько возбужден, лишь почувствовав, что его тело, следуя за воображением, стало дергаться вправо и влево, словно он уже в нее вцепился. Время от времени он вспоминал о том, как обрадуется Гай, когда дело будет сделано. Мириам превратилась в проблему, маленькую и трудную проблему.

Из освещенной комнаты на втором этаже дома 1235 — он был в этом уверен — донесся мужской голос и смех, следом — улыбчивый женский голос.

— Может, хватит, а? Пожалуйста! Ну по-жа-а-луйста.

Возможно, голос Мириам. Ребячливый и тягучий, но вместе с тем и звучный, как звук натянутой струны.

Свет мигнул и погас, Бруно не успел отвести глаз от темного проема окна. Тут над крыльцом вспыхнула лампочка и из дома вышли трое — двое мужчин и женщина, Мириам. Бруно затаил дыхание и врос в землю. Ее волосы отливали рыжим, он это заметил. Мужик, что побольше, тоже был рыжим, — может, ее братец? Взгляд Бруно разом вобрал сотню подробностей: плотная коренастая фигурка, туфли без каблуков, готовность и легкость, с какими она повернулась к одному из спутников.

— Дик, ты и вправду думаешь, за ней надо заехать? — спросила она тонким голоском. — Вроде как уже поздно.

Кто-то приподнял край шторы в окне первого этажа.

— Солнышко! Возвращайтесь не очень поздно!

— Хорошо, мамуля.

Они направились к шевроле.

Бруно шмыгнул за угол и поискал глазами такси. Как же, поймаешь его в этом городе мертвых! Он припустил бегом. Не бегал он вот уже много месяцев, но чувствовал себя отлично.

— Такси! — крикнул он в пустоту, но тут заметил такси, рванулся и нырнул в машину.

Он заставил водителя описать круг и въехать на Магнолия-стрит так, чтобы оказаться в хвосте шевроле. Шевроле уже не было. Со всех сторон их обступила тьма, но далеко впереди Бруно заметил в тени деревьев красные огоньки стоп-сигналов.

— Вперед!

Огоньки застопорили перед светофором, такси успело их отчасти нагнать, Бруно убедился, что это шевроле, и с облегчением откинулся на спинку сиденья.

— Куда едем? — спросил водитель.

— Вперед! — приказал Бруно и затем, когда шевроле свернул в сторону широкого проспекта. — Направо.

Он балансировал на краешке сиденья. Кинув взгляд на обочину, он заметил указатель «Крокетный бульвар» и улыбнулся. Он слышал, что Крокетный бульвар — самая широкая и длинная улица в Меткафе.

— Как звать этих, к кому вы едете? — спросил шофер. — Может, я их знаю?

— Минуточку, минуточку, — ответил Бруно, непроизвольно начиная выдавать себя за кого-то другого, притворившись, что старается разобраться в бумажках, которые вытащил из внутреннего кармана вместе с листком с записью о Мириам. Он сдавленно хихикнул — это было так забавно, ведь он чувствовал себя эдакой бестолковой деревенщиной, которая сама не знает, куда сунула нужный адрес. Он нагнул голову, чтобы водитель не заметил ухмылки, и машинально полез в карман за фляжкой.

— Включить освещение?

— Ни-ни, спасибо. — Он глотнул обжигающей жидкости. Шевроле выехал на бульвар, и Бруно велел таксисту ехать прямо.

— Но куда?

— Заткнись и кати вперед! — заорал Бруно фальцетом, срываясь от волнения.

Водитель покачал головой и прищелкнул языком. Бруно кипел от злости, но они держались следом за шевроле. Бруно решил, что погоне не будет конца и что Крокетный бульвар, судя по всему, тянется через весь Техас. Дважды шевроле пропадал, и дважды они его нагоняли. Бруно начал волноваться: он просто не мог висеть на хвосте у шевроле, если тот выедет из города или вообще покатит по сельской дороге. Но тут над бульваром выросла огромная яркая арка. «Добро пожаловать в Царство Радости на озере Меткаф» — гласила надпись из лампочек. Шевроле нырнул под арку и въехал на стоянку. Впереди между деревьями мелькали разноцветные огоньки, слышатся перезвон карусельной музыки. Парк с аттракционами! Бруно пришел в восторг.

— Четыре деньги, — сообщил водитель кислым голосом; Бруно сунул ему в опущенное стекло пятерку.

Он подождал, пока Мириам, два ее приятеля и девчонка, которую они прихватили по пути, прошли через турникет, и двинулся следом. Напрягая зрение, он пытался как следует рассмотреть Мириам при свете фонарей. Хорошенькая, она чем-то напоминала полненькую студентку, однако ее красота явно второго сорта, решил Бруно. Красные носочки с красными туфлями привели его в бешенство. И как только Гай мог на такой жениться? Тут ноги у него подкосились, и он встал как вкопанный: никакая она не беременная! От глубокой растерянности он даже прищурился. Почему он не заметил с первого взгляда? Впрочем, беременность, возможно, еще не должна обозначиться. Он крепко прикусил нижнюю губу. Учитывая ее полноту, талия у нее казалась даже тоньше положенного. Может, это сестра Мириам? Или она сделала аборт. Или у нее был выкидыш. Мисс Выкидыш! Как поживаете? Живо, сестричка! Узкая серая юбка облегала маленькие полные бедра. Он шел за ними, держась на одном и том же расстоянии, как под гипнозом. Уж не приврал ли Гай про беременность? Нет, Гай не стал бы врать. Мысли Бруно опровергали одна другую, он вконец запутался и вглядывался в Мириам, напряженно вытянув шею. Он не успел толком обдумать положение, как в голове у него само собой сложилось заключение: если ребенка почему-то не будет, тем больше оснований ее устранить — ведь Гай не сможет получить развод. К настоящему времени она, скажем, вполне могла оправиться после аборта.

Она остановилась перед цыганкой, которая бросала какие-то мелкие предметы в большой круглый аквариум. Вторая девушка рассмеялась, всем телом прижимаясь к рыжему парню.

— Мириам!

Бруно подпрыгнул на месте.

— Иду! — отозвалась та и подошла к ларьку, где торговали замороженным кремом. Все взяли по порции. Бруно ждал с утомленной улыбкой, поглядывая вверх на расцвеченную лампочками арку колеса обозрения и крохотных людей, что покачивались на скамеечках в черном небе. Далеко между деревьями он заметил отблеск фонарей на воле. Парк был что надо. Ему захотелось прокатиться на колесе обозрения. Он чувствовал себя великолепно, не спешил, не дергался и не нервничал. На карусели заиграли вальс «Наш Кейси пошел с рыжеватой блондинкой…». Ухмыляясь, Бруно перевел глаза на рыжие волосы Мириам, их взгляды скрестились, но ее скользнул дальше, он был уверен, что она его не заметила, однако допускать такого не следует. Накатившая волна беспокойства заставила его хихикнуть Мириам отнюдь не казалась умной, решил он, и это его тоже позабавило. Он мог понять, почему Гай ее ненавидел. И он, Бруно, тоже ненавидел ее, ненавидел всеми фибрами души. Может, она наврала Гаю про ребенка, а Гай такой честный, он поверил! Сучка!

Когда они двинулись дальше со своим кремом, он выпустил резиновую длиннохвостую птичку, которую вертел в пальцах, запустив руку в ящик к продавцу воздушных шаров, повернулся и купил другую, ярко-желтую. Размахивая палочкой, к которой ее привязал продавец, и прислушиваясь к тонкому резиновому попискиванию, что издавал хвост, он снова почувствовал себя ребенком. Маленький мальчик, которого вели родители, потянулся к его птичке, и Бруно хотел было отдать ему шарик, но передумал.

Мириам с приятелями вошли в большой, залитый светом павильон, где производилась посадка на колесо обозрения, а также располагалась масса буфетных стоек и мелких аттракционов. Над головой «русские горы» трещали пулеметными очередями. Раздались лязг и рев — кто-то ударом кувалды загнал красную стрелку на самый верх силомера. Ему подумалось, что он бы не возражал пристукнуть Мириам кувалдой. Наблюдая за Мириам и тремя другими, он прикинул, ощущают ли они его присутствие, и с уверенностью решил, что нет. Если не получится сегодня, ни в коем случае нельзя позволить, чтобы они его заметили. Но он почему-то был убежден, что сегодня получится. Так или иначе, а возможность подвернется. Это его ночь! Прохладный вечерний воздух обтекал его струями, словно он резвился в какой-то водной стихии. Он размахивал палочкой, водя птицу широкими кругами. Он любил Техас, родной штат Гая! Все тут выглядели счастливыми и полными сил. Он позволил Мириам и ее спутникам на минутку затеряться в толпе, а сам отхлебнул из фляжки. Затем пустился вдогонку.

Они глазели на колесо обозрения, и он понадеялся, что они решат на нем прокататься. Где-где, а в Техасе не мелочатся, подумал Бруно, с восхищением разглядывая колесо. Такого большого он еще не видел. Внутри колеса синие лампочки образовывали узор в виде пятиконечной звезды.

— Попробуем, Ральф? — взвизгнула Мириам, запихивая в рот остатки крема и прикрывая губы рукой.

— А ну его, неинтересно. Может, покатаемся на карусели?

И все отправились. Карусель напоминала залитый светом город посреди темного леса, частокол никелированных шестов, между которыми кишмя кишели зебры, кони, жирафы, зубры, верблюды, стремящиеся вверх или вниз, у некоторых шеи изогнуты дугой над платформой, другие остановлены в прыжке или беге и застыли, словно в безнадежном ожидании седоков. Бруно тоже застыл, не в состоянии отвести от карусели восхищенных глаз даже для того, чтобы взглянуть на Мириам, с трепетом внимая музыке, которая обещала: вот-вот все придет в движение. Он ощущал, что сейчас должно повториться какое-то давнее восхитительное детское переживание, которое оживили и привели на грань воспоминания сиплые глухие звуки парового органа — каллиопы, — прошитые струнным аккомпанементом и перебиваемые громом ударных.

Гуляющие выбирали себе зверей. А Мириам и ее дружки снова принялись за жратву, причем Мириам угощалась воздушной кукурузой из пачки, которую держал для нее Дик. Свинья! Бруно тоже проголодался. Он купил себе сосиску, а когда снова посмотрел в их сторону, они уже поднялись на платформу. Он нашарил мелочь и побежал. Он выбрал того коня, какого хотел, — ярко-синего, с задранной головой и открытой пастью; и — надо же так повезти! — Мириам и ее приятели пробрались между шестов вплотную к нему. Мириам и Дик оседлали жирафу и коня прямо перед ним. Сегодня ему сопутствует удача! Сегодня ему бы сидеть за игорным столом!

Но преодолел — та-та-дум.

Тот липучий припев — та-та-дум.

Он начнет — БУМ! бег марафонский — БУМ!

Бруно любил эту песню, и мама тоже любила. Музыка заставила его втянуть живот и сесть в седле по-военному. Он весело сунул ноги в стремена. Что-то хлопнуло его по затылку, он угрожающе обернулся, но это просто двое каких-то парней устроили шуточную возню.

Они медленно тронулись под воинственную мелодию «Вашингтонского почтового марша». Выше, выше, выше взлетал он на своем коне, и ниже, ниже, ниже опускалась Мириам на своей жирафе. Мир за границами карусели расплылся в смутное пятно с прожилками света. Бруно зажал вожжи в одной руке, как его учили на уроках игры в поло, а в другой держал сосиску, от которой откусывал.

— Эге-ге-е-е-й! — заорал рыжий парень.

— Эге-ге-е-е-й! — заорал в ответ Бруно.

— Кейти, — Мириам наклонилась вперед, обхватив жирафу за шею, и ее серая юбка натянулась на круглых ягодицах, — видишь того парня в ковбойке?

Бруно поглядел и увидел парня в ковбойке. Бруно подумал, что тот немного похож на Гая, и, пока он об этом думал, он пропустил, что сказала о парне Мириам. В ярком освещении он заметил, что Мириам усыпана веснушками. В нем нарастала волна отвращения к ней, и ему уже расхотелось прикасаться к ее мягкой, влажной и жаркой плоти. Что ж, нож ведь у него при себе, а это чистый инструмент.

— Чистый инструмент! — ликующе выкрикнул Бруно, поскольку в этом гвалте его все равно нельзя было расслышать. Его конь находился у края платформы, а рядом, ближе к центру, располагалось двойное сиденье в виде лебедей, которое осталось незанятым. Бруно плюнул на сиденье. Он вышвырнул остатки сосиски и вытер измазанные горчицей пальцы о конскую гриву.

— «Наш Кейси пошел с рыжеватой блондинкой, оркестр сыграет им ва-а-альс», — страстно затянул кавалер Мириам.

Все подхватили, в том числе и Бруно. Пела вся карусель. Эх, если б у них было что выпить! Всем бы не мешало выпить!

— «Он так нализался, что чуть не взорвался, — ревел Бруно, едва не срывая глотку, — а крошка от страха трясла-а-сь».

— Эй, Кейси, — проворковала Мириам Дику и открыла рот, чтобы поймать кукурузу, которую он пытался туда забросить.

— Га-га! — крикнул Бруно.

Вид у Мириам с открытым ртом был безобразный и идиотский, словно ее душили и лицо ее успело покраснеть и раздуться. Ему было нестерпимо глядеть на нее, и он, продолжая склабиться, отвел глаза. Карусель постепенно остановилась. Он надеялся, что они останутся по второму разу, но они сошли и, взяв друг друга под руки, направились к дрожащему отражению огней на воде.

Бруно задержался под деревьями, чтобы еще раз быстренько приложиться к почти пустой фляжке.

Те взяли напрокат лодку. Мысль о гребле по ночному холодку привела Бруно в восторг. Он тоже взял лодку. Озеро казалось большим, черным, если не считать дрожащих бликов на поверхности и кишащих дрейфующих лодок, в которых обнимались парочки. Бруно подобрался к их лодке достаточно близко и разглядел, что на веслах сидит рыжий парень, а Мириам с Диком обжимаются и хихикают на задней скамейке. Бруно согнулся, в три сильных гребка обставил их лодку и выпустил весла из рук.

— Заглянем на остров или просто так поплаваем? — спросил рыжий.

Бруно нетерпеливо сгорбился на скамейке, выжидая, чтобы те наконец решили. Из укромных уголков на берегу до него доносились, как из разгороженных темных комнатушек, шепоты, приглушенные звуки транзисторов, смех. Он опрокинул фляжку и высосал последние капли. Что будет, если он сейчас возьмет и крикнет «Гай!»? Что бы сказал Гай, если бы мог его сейчас видеть? Возможно, Гай и Мириам встречались на этом самом озере — и даже в той самой лодке, где сейчас сидит он. В руках и в икрах приятно покалывало от выпивки. Окажись Мириам здесь, рядом, в одной с ним лодке, он бы с удовольствием погрузил ее головой в воду. И не отпускал. Здесь, в темноте. Полный мрак, луны — и той нет. Вода коротко всплескивала о дно лодки. Бруно вдруг скорчился, до того ему стало невтерпеж. С лодки Мириам послышался чмокающий звук поцелуя. Бруно тут же его передразнил, сопроводив страстным стоном. Чмок-чмок! Там его, должно быть, услышали, потому что дружно рассмеялись.

Он пропустил их лодку мимо и неспешно погреб следом. На него надвинулось нечто большое и черное, здесь и там исколотое вспышками спичек. Остров. Похоже, настоящий рай для любителей обжиматься. Мириам, возможно, снова займется сегодня своим любимым делом, подумал Бруно и хихикнул.

Когда та лодка причалила, он отгреб на несколько ярдов в сторону, вылез на берег и подтянул свою лодку носом на какое-то бревнышко, так, чтобы ее легко было отличить от всех прочих. И снова он преисполнился чувством цели, на этот раз еще более сильным и настоятельным, чем в поезде. И двух часов не прошло, как он в Меткафе, а вот уже на острове с нею вместе! Он через брюки прижал нож к бедру. Если ему удастся оказаться с ней один на один и зажать ей рукою рот — нет, вдруг сумеет укусить? Он передернулся от отвращения, представив ощущение ее слюнявых губ у себя на ладони.

Они медленно шли в гору по неровной земле к купе деревьев; он так же медленно поднимался следом.

— Тут не сядешь, трава вон какая мокрая, — захныкала девица по имени Кейти.

— Хошь, я пиджак подстелю? — предложил парень.

Господи, подумал Бруно, ну и тупое же оно, это южное произношение!

— «Как иду я с моей деткой по медовой тропке…» — затянул голос в кустах.

Ночные шорохи. Насекомые. Цикады. Прямо в ухо запел москит. Бруно со всего маха хлопнул по уху, и в ухе громко зазвенело, заглушая голоса.

— …Отвали.

— Ну почему мы никак не присядем? — проворчала Мириам.

— Потому, что негде, и смотри не наступи во что не нужно!

— Дружно во что не нужно, девочка! — рассмеялся рыжий.

Так что они в конце концов надумали, черт их возьми? Как они ему надоели! Карусельная музыка звучала устало и словно издалека, хорошо была слышна только гитара. Вдруг они развернулись и двинулись ему навстречу, ему пришлось податься в сторону, будто он идет по своим делам. Он запутался в каких-то тернистых зарослях и выбирался из них, пока они проходили мимо. Тогда и он пошел следом, теперь уже под гору. Ему показалось, что он различает запах духов Мириам, впрочем, возможно, и не ее, а второй девушки, — приторный и отталкивающий, как запотевшая ванная.

— …а сейчас, — сообщил транзистор, — осторожно приближается к противнику… Леон… Леон… наносит Крошке сильный удар правой в челюсть ивытолькопослушайтечтотворится! — Рев толпы.

Бруно заметил в кустах парня с девушкой; они катались по траве, словно тоже вступили в поединок.

Мириам остановилась на пригорке перед спуском, ярдах в трех от него, остальные спустились вниз к реке. Бруно скользнул поближе. Отсветы отраженных в воде огней выхватили из темноты силуэт ее головы и плеч. За весь вечер он ни разу не подходил к ней так близко.

— Эй! — шепнул Бруно, и она обернулась. — Вы ведь Мириам, верно?

Теперь она смотрела ему в лицо, но едва ли могла его видеть.

— Да. А вы кто такой?

Он шагнул ей навстречу.

— По-моему, мы с вами где-то встречались, — нагло обронил он, вновь ощущая запах ее духов. Мерзкая тепловатая черная клякса. Он рванулся к ней с такой сосредоточенной яростью, что запястья — он выбросил руки вперед — стукнулись одно о другое.

— Слушайте, а что вам…

Его пальцы сомкнулись у нее на горле, оборвав последнее слово и удивленное восклицание. Она покачнулась. Его тело, казалось, стало твердым как камень, он услышал скрежет собственных сжатых зубов. Она испустила горлом скребущий звук, но на вопль ее не хватило — слишком крепка была хватка. Сделав подножку, он на нее повалился, и они упали на землю, бесшумно, только слегка шорохнув зелень. Пальцы его впивались все глубже, и он мирился с мерзкими конвульсиями ее тела, вжимая его в землю своим, чтобы не позволить ей встать и тем самым заставить подняться его. Горло под его пальцами разбухало и раскалялось. «Ну хватит, хватит, хватит!» — внушал он. И голова перестала метаться. Он был уверен, что душил достаточно долго, но хватки не ослабил. Оглянувшись, он убедился, что все спокойно. Когда он разжал пальцы, ему показалось, что на горле у нее должны остаться такие же глубокие вмятины, как в куске теста. Но тут она перхнула, словно прокашливаясь, это было ужасно, как оживающий труп, и он опять навалился на нее всей своей тяжестью, приподнявшись на коленях и сжав пальцы в последней хватке, так что они едва не сломались. Собрав все оставшиеся силы, он пустил их в руки. А если и этого будет мало? Он заскулил от отчаяния. Но она лежала спокойная и обмякшая.

— Мириам? — позвала Кейти.

Бруно вскочил и, спотыкаясь, бросился в гору, но сразу свернул налево, в ту сторону, где оставил лодку. Придя в себя, он обнаружил, что оттирает что-то с рук носовым платком. Не что-то, а слюну Мириам. Он бросил платок на землю и тут же его поднял: платок-то с монограммой. Значит, он соображает! Потрясающее ощущение! Дело сделано!

— Ми-ри-ам! — уже с ленивым раздражением в голосе.

А если он ее не прикончил, если она оклемалась и начала говорить? Эта мысль едва не сбила его с ног, и, сбегая по косогору, он с трудом сохранил равновесие. Свежий ветер встретил его у воды. Лодки он не увидел и готов был прыгнуть в первую попавшуюся, но взял себя в руки и, пройдя пару ярдов налево вдоль берега, — нашел свою — носом на бревнышке.

— Да она в обмороке!

Бруно оттолкнулся от берега, быстро, но без ненужной спешки.

— Эй, кто-нибудь, помогите! — всхлипнув, позвала подружка.

— Господи! Да… На помощь!

Паника, прозвучавшая в мужском голосе, передалась Бруно. Он несколько раз лихорадочно взмахнул веслами, но очнулся и бросил весла, предоставив лодке самой скользить по темной воде. Иисусе Пресветлый, ему-то чего бояться? Его-то и в голову никому не придет преследовать.

— Эй!

— Господи, да она мертвая! Позовите же хоть кого-нибудь!

Вопль девушки словно разрядил долгое безмолвие и странным образом подвел черту под всей историей. Прекрасный вопль, подумал Бруно со странным безмятежным восхищением. До станции он добрался спокойно, причалил следом за какой-то другой лодкой. Не торопясь, подчеркнуто не торопясь, расплатился с контролером.

— Там, на острове-то, — с придыханием сообщил кто-то возбужденным голосом из другой лодки, — говорят, померла девчонка!

— Померла?

— Вызовите полицию!

За спиной у него раздался топот бегущих ног.

Бруно лениво потащился к выходу. Слава Богу, он так надрался, или так измотан, или что еще, но может идти так медленно! Однако, когда он выходил через турникет, его обуял трепещущий неодолимый страх, который, впрочем, сразу же схлынул. Никто даже не взглянул на него. Чтобы придать себе силы, он сосредоточился на том, как ему хочется выпить. Впереди по дороге горели красные огни, похоже, бар, и он прямиком к ним направился.

— Неразбавленного! — бросил он бармену.

— Откуда вы взялись, сынок?

Бруно на него воззрился. Двое мужчин справа от него тоже смотрели на бармена.

— Я просил шотландского.

— Мы здесь спиртным не торгуем, приятель.

— Здесь считается территория парка? — голос у него сорвался на фальцет.

— Спиртным не торгуют во всем штате Техас.

— Тогда налейте вон того! — Бруно кивнул на бутылку хлебной водки, стоящую на стойке перед мужчинами.

— Угощайтесь. Раз уже парню так невтерпеж, — сказал один из мужчин, налил водки в стакан и пододвинул к Бруно.

Пойло по-техасски драло горло, но восхитительно грело желудок. Бруно предложил заплатить, но мужчина отказался.

Послышался вой приближающейся полицейской сирены.

Вошел мужчина.

— Что там такое? Несчастный случай? — спросил кто-то.

— Я ничего не видел, — равнодушно обронил тот.

Брат мой! — подумал Бруно, оглядывая того с головы до ног, но подходить к нему и заводить разговор, по всей видимости, не следовало.

Он чувствовал себя прекрасно. Мужчина все предлагал выпить, и Бруно пропустил три порции одну за другой. Поднимая стакан, он заметил на руке развод; извлек носовой платок и спокойно вытер кожу между большим и указательным пальцами. След оранжевой губной помады Мириам. В слабо освещенном баре он был едва заметен. Бруно поблагодарил мужчину за водку, не спеша вышел в ночную тьму и пошел по правой стороне дороги, высматривая такси. У него не было желания оглянуться на огни парка. Он уже и думать забыл про парк, сказал он самому себе. Прошел трамвай, Бруно нагнал его и вскочил на ходу. Ему понравился залитый светом салон, он перечитал в нем все объявления. Какой-то мальчонка вертелся на сиденье через проход. Бруно перебросился с ним несколькими словами. У него все время возникало желание позвонить Гаю и с ним повидаться, но Гая, понятно, здесь не было. Бруно хотелось как-то отпраздновать это событие. Можно было бы еще раз позвонить матери Гая, позвонить просто так, но, если подумать, это едва ли разумно. Только это одно и омрачало ему вечер — невозможность увидеться с Гаем или хотя бы поговорить, написать письмо. Со всем этим придется повременить. Гая, разумеется, будут допрашивать в полиции. Но он свободен! Дело сделано, сделано, сделано! В приступе благодушия он взъерошил мальчишке волосы.

Мальчишка сперва обалдел, но затем улыбнулся в ответ на приветственную ухмылку Бруно.

Но вокзале, откуда поезда отправлялись в Атчисон, Топеку и Санта-Фе, он купил верхнее место в спальном вагоне на поезд, отбывающий в половине второго ночи; у него оставалось полтора свободных часа. Все было в полном ажуре, и он был невероятно счастлив. В закусочной рядом с вокзалом он купил пинту виски и наполнил фляжку. Он подумал, не отправиться ли взглянуть на дом Гая, взвесил все «за» и «против» и решил, что может себе это позволить. Он уже было направился к стоящему у двери мужчине спросить, как туда добраться (такси исключалось, он это понимал), когда вдруг осознал, что хочет женщину. Никогда еще ему так сильно не хотелось женщины, и этот факт доставил ему невероятное удовольствие. В Санта-Фе ему ни разу не захотелось, хотя Уилсон пару раз и свел его с бабами. Он вильнул в сторону под самым носом у человека к которому направлялся, сообразив, что лучше будет осведомиться у таксиста из тех, что ловят пассажиров на улице. Его била дрожь, до того он нуждался в женщине! Совсем не та дрожь, что бывает с похмелья.

— Я не знаю, — заявил водитель с непроницаемым веснушчатым лицом, который стоял, привалившись к крылу машины.

— То есть как это?

— А так — не знаю, и все.

Бруно раздраженно отошел.

Другой шофер оказался покладистей. На обороте фирменной карточки он написал для Бруно адрес и пару имен, хотя это было так близко, что смешно было брать такси.


Содержание:
 0  Случайные попутчики : Патриция Хайсмит  1  2 : Патриция Хайсмит
 2  3 : Патриция Хайсмит  3  4 : Патриция Хайсмит
 4  6 : Патриция Хайсмит  5  7 : Патриция Хайсмит
 6  8 : Патриция Хайсмит  7  9 : Патриция Хайсмит
 8  10 : Патриция Хайсмит  9  11 : Патриция Хайсмит
 10  вы читаете: 12 : Патриция Хайсмит  11  13 : Патриция Хайсмит
 12  14 : Патриция Хайсмит  13  15 : Патриция Хайсмит
 14  16 : Патриция Хайсмит  15  17 : Патриция Хайсмит
 16  18 : Патриция Хайсмит  17  19 : Патриция Хайсмит
 18  20 : Патриция Хайсмит  19  21 : Патриция Хайсмит
 20  22 : Патриция Хайсмит  21  23 : Патриция Хайсмит
 22  24 : Патриция Хайсмит  23  25 : Патриция Хайсмит
 24  27[19] : Патриция Хайсмит  25  28 : Патриция Хайсмит
 26  29 : Патриция Хайсмит  27  30 : Патриция Хайсмит
 28  31 : Патриция Хайсмит  29  32 : Патриция Хайсмит
 30  33 : Патриция Хайсмит  31  34 : Патриция Хайсмит
 32  35 : Патриция Хайсмит  33  36 : Патриция Хайсмит
 34  37 : Патриция Хайсмит  35  38 : Патриция Хайсмит
 36  39 : Патриция Хайсмит  37  40 : Патриция Хайсмит
 38  41 : Патриция Хайсмит  39  42 : Патриция Хайсмит
 40  43 : Патриция Хайсмит  41  44 : Патриция Хайсмит
 42  45 : Патриция Хайсмит  43  46 : Патриция Хайсмит
 44  47 : Патриция Хайсмит  45  Использовалась литература : Случайные попутчики



 




sitemap  

Грузоперевозки
ремонт автомобилей
Лечение
WhatsApp +79193649006 грузоперевозки по Екатеринбургу спросить Вячеслава, работа для водителей и грузчиков.