Детективы и Триллеры : Триллер : Глава семнадцатая : Джеймс Холл

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31

вы читаете книгу




Глава семнадцатая

Ирвин Макман расхаживал взад-вперед по своей трехметровой гардеробной комнате. Милберн наблюдал за ним, стоя в дверях гардеробной и потирая кожу вокруг повязки телесного цвета, прикрывавшей его глаз.

— Да скорее же. Давай просто оденемся как туристы.

— Это ты можешь одеться как турист, — ответил Ирвин. — На большее у тебя воображения не хватит.

— Да на Ки-Уэсте никого больше нет, кроме туристов, конков и педиков. И из них мне ближе всего туристы.

— А вот это как раз то, что надо, — сказал Ирвин, порывшись среди плотно висящей одежды и вытащив вешалку с кожаными шортами. — Я купил их в Провинстауне, в этом прикольном магазине для педиков. Это как раз подойдет.

Ирв натянул шорты поверх красных плавок-бикини. Он повернулся и стал позировать перед Милберном, выставил одно бедро, прижал подбородок к плечу, выразительно похлопал ресницами.

— Я никуда с тобой не пойду, если ты не прекратишь этот цирк.

— Все еще только начинается, приятель.

— Я не буду переодеваться, — сказал Милберн.

Его волосатый живот нависал над поясом теннисных шортов. Теннисные шорты! Что за сцена — Милберн, пытающийся отбить мяч. В спортивном клубе его прозвали «Ходячим Землетрясением».

Милберн сказал:

— Это глупо, черт возьми. Неужели ты думаешь, что эта девчонка охотнее расстанется с деньгами, если ты с ног до головы вырядишься в кожу? Либо она отдаст нам три тысячи, либо мы ее замочим. И совершенно ни к чему устраивать спектакль.

— Видишь ли, Милберн, именно этим мы и отличаемся. Ты рассуждаешь слишком прямолинейно: шлюшка должна нам денег, и мы просто заберем их, раз, два, три. Твое линейное сознание вяжет тебя по рукам и ногам. Я же двигаюсь семимильными шагами, прыжок, еще прыжок — и я уже далеко впереди.

Ирв ослабил усеянный шипами собачий ошейник на своей шее. Он так и сяк примерил кожаную фуражку, сдвинул ее набекрень, чуть ли не на ухо. То что надо. Вид маскарадный, но пугающий.

— Эта Рики, скоро она будет богатой дамой. Насколько я понимаю, ей понадобится хороший финансовый консультант, один из этих извращенцев из «Меррил Линч», специализирующийся на управлении курортным хозяйством.

— Да ты рехнулся, приятель. Совсем рехнулся. Никто, даже самая расчудесная шлюха на свете, не отдаст остров какому-то чудаку, покупающему одежду в зоомагазине. Здесь ты хватил через край.

— Ладно, Джойс Бразерс,[31] что ты рекомендуешь?

— Я же сказал, поедем туда и либо получим наши три тысячи, либо шлепнем эту сучку. Любым способом, мне на это наплевать. Оденемся как капитаны или как хотя бы наполовину нормальные люди, закатимся в пару-тройку баров, завтра потусуемся на нудистском пляже, смешаемся с воскресной толпой, подставим члены солнышку, а потом вернемся домой. Приятная увеселительная прогулка. Никаких извращений. К черту это голливудское дерьмо.

— Ну, хорошо, дружище. Как хочешь. — Ирв ухватился за этот план, снял ошейник, фуражку, кожаную жилетку. — Возможно, ты прав. В этом есть резон.

Милберн в удивлении уставился на приятеля, он даже испугался, что тот так быстро с ним согласился. На минуту почувствовал что-то вроде угрызений совести. Но потом решительно закивал головой и засопел. Ирву уже давно пора начать прислушиваться к его мнению.


Лоран поблескивал в темноте, Сара быстро поворачивала штурвал. Она на несколько градусов отклонилась от верного курса и теперь исправляла ошибку. Что за чудесный инструмент этот лоран, компьютеризованный компас. Он показывал ее точное местоположение, но от этого, черт возьми, ей не становилось легче.

По крайней мере, она была далеко от берега. Больше всего она боялась сесть на мель у самого берега. Кейт показывала ей, что нужно делать — вести судно прямо на маяк Кэрисфорт, так чтобы корма была на одной линии с фонарем на причале. Но ошибиться было очень легко, и нос яхты дважды наткнулся на границу канала. Сару спасло только то, что она шла на небольшой скорости.

Встреча, как обычно, должна была состояться в два часа ночи. Сегодня нужные координаты — 14201 и 30718. Не координаты, а как там их называла Кейт? Временные промежутки, линии положения, места, где пересекаются радиосигналы. Каждая точка на земном шаре имела свои координаты лорана, весь земной шар был оплетен плотной паутиной радиосигналов. Невозможно совсем потеряться, если имеешь в своем распоряжении этот маленький компьютер стоимостью семьсот долларов. Но, черт побери, одно дело — знать, где ты находишься, и совсем другое — точно знать, где тебе нужно быть.

Нужно было пройти десять километров от Гарден Коува до Элбоу, а затем еще тридцать километров в открытое море, выравнивая курс путем совмещения светящейся центральной линии с линией местоположения яхты. Это было похоже на видеоигру, во всем был оттенок чего-то нереального. Ей нужно было попасть туда, где расстилалась голубая бездна, пройти более семидесяти километров, четыреста морских саженей. Четыреста морских саженей. И невероятная глубина. Она парила примерно в километре над земной корой, поддерживаемая мощным капризным течением Гольфстрима.

Она дала себе час форы. Выйдя в море в полдевятого, она могла бы проделать этот путь, если б все шло гладко, за два с половиной часа, двигаясь на скорости пятнадцать узлов. Она доберется до нужного места и будет ждать, запуская двигатель только для того, чтобы корректировать положение яхты. Бросить якорь на такой глубине, конечно же, невозможно. Чтобы принять груз, понадобится полчаса. Она могла бы вернуться обратно к пяти часам. Но это не входило в ее планы. Она остановится у Кэрисфорт-рифа, разбросает приманку и закинет пару удочек. Как будто ловит люцианов или окуней, да какая разница. Поулыбается перед камерами. И вернется на берег под покровом дня.

Эта часть плана была придумана Кейт. Агентству по борьбе с наркотиками редко удавалось обнаружить большие корабли, разгружающие товар, поэтому в последнее время они избрали другую стратегию. Они укрывались недалеко от берега и следили за яхтами, которые причаливали ночью. В три часа утра, с выключенными огнями.

Возвращение под покровом дня стало их с Кейт изобретением. Это было как в рассказе Эдгара По про письмо. Оставьте письмо на самом видном месте, и его никто не найдет. Рыболовное судно, команда которого всю ночь ловила рыбу у рифов, а утром разгружала улов у собственного причала, не вызывало абсолютно никаких подозрений.

Сара глотнула джина из обтянутой кожей фляжки, которая раньше принадлежала ее отцу. Положила фляжку на приборную панель рядом с «кольтом» 357-го калибра. Пистолет имел еще более символическое значение, нежели все остальное. Если Кейт была убита из-за того, что они занимались контрабандой наркотиков, то он не сможет спасти Сару.

Она не знала, все ли в порядке на этот раз. Ведь Сара не поддерживала регулярных контактов с их старым клиентом Хорхе Палацио. Просто каждые две недели она получала небольшой конверт с координатами лорана, отправленный по почте из Майами. Когда наступало время встречи, иногда на борту оказывался Хорхе собственной персоной, иногда нет. Ей просто придется ждать здесь до тех пор, пока не покажется пятнадцатиметровое судно для ловли креветок. Если сделка сорвется, она поймет это только сегодня ночью.

Хорхе Палацио оказался ее подзащитным пару лет тому назад. Это было обычное дело. Она уже не помнила, какие из прав Хорхе были нарушены во время ареста. Зато отметила, что он отличался от других наркоторговцев, которых ей доводилось защищать. Хорхе никогда не позволял себе и тени насмешки в адрес американской системы правосудия. Он не сразу поверил, когда Сара сообщила ему о том, что он свободен. Оставил ей номер телефона, по которому его всегда можно найти, если ей вдруг понадобится его помощь. Сара сохранила этот номер.

Но, возможно, у какого-нибудь колумбийского наркобарона появились возражения против способа, который избрал Хорхе для того, чтобы отблагодарить Сару, — против разбазаривания товара. Если это так, то Кейт убили именно из-за этого. И тогда вполне вероятно, что Хорхе уже тоже мертв. Но сейчас, когда осталось всего две недели до того, как решится судьба «Порта Аламанда», Сара была вынуждена рисковать. У нее не было времени, чтобы выйти на других поставщиков травки. Единственным утешением был кольт.

Конечно, она могла остаться дома. Но Сара никогда не уходила из кинозала до окончания сеанса, какой бы тупой, скучной или жестокой не оказалась картина. И, в любом случае, она должна закончить это дело ради памяти Кейт, даже если это отдаляло ее от достижения ее собственной цели. К этому можно было вернуться и позже. Торн никуда не денется.

Как бы там ни было, ей нужно все как следует обдумать. Все так запуталось, на движущий ею мотив наслоились прочие чувства. Она хорошо умела отделять чувства от необходимости вершить правосудие. Неважно, нравится тебе человек, или ты ненавидишь его. Твоя работа — найти какую-нибудь зацепку, которая откроет дверь его камеры. Сара думала, что в ней полностью отсутствует сентиментальность. Но теперь она встречается с этим человеком, бывает у него дома и даже может долгое время не вспоминать о том, кто он такой, что он совершил, и почему она здесь.

В Майами у нее были друзья, которых она могла бы взять с собой сегодня ночью. В основном, приятели, с которыми она вместе обедала. Они годились для обмена язвительными шутками по поводу работы, клиентов, нудной канцелярщины. Годились для того, чтобы выпить с ними пива и съесть салат. С парой парней она встречалась, а одному из них — из офиса прокурора штата — однажды даже чуть не открыла душу. Но он занервничал, услышав, как изменился ее голос. В его планы это не входило.

Да, славный бы из него получился помощник. Она представила себе эту сцену. Привет, Стэнли, не хочешь ли совершить небольшой ночной круиз? В ночь с пятницы на субботу. Немного физической нагрузки, ветер, бьющий в лицо, неплохая маржа прибыли. Способ пощекотать себе нервы — одно из развлечений, принятых в Южной Флориде.

И вот она была в открытом море совершенно одна. От Кейт уже, возможно, остался только прах, развеянный восточным ветром. А Сара, вдыхая морской воздух, глотая джин, готовилась к тому, что теперь настал ее черед.

Сара не знала, было ли хорошим знаком, что судно для ловли креветок появилось на полчаса раньше. Она смотрела на приближающиеся к ней огни. На безоблачном небе красовался серп луны, на поверхности воды была легкая зыбь. Пока корабль приближался, Сара попыталась получше пристроить кольт. Засунула его за пояс шортов, прикрыв рубашкой, потом выставила рукоятку пистолета на обозрение. Засунула за пояс сзади, как в полицейских сериалах. Потом решила не прятать пистолет. Они должны видеть его, знать, что просто так она им не дастся. По крайней мере, они попытаются побыстрее с ней разделаться.

Она смотрела на подошедшее судно. Какой-то корабль. Для Сары это слово всегда означало нечто внушительное. Это судно было всего на три метра длиннее «Пламенного сердца», но гораздо шире и с большей осадкой. Обычно экипаж состоял из трех человек. Один оставался у штурвала, пока двое других опускали сеть с баулами. Они опускали ее груз в два приема. Пятьдесят баулов. Затем один из них спускался на борт яхты, вынимал баулы из сети, большую часть складывал в рубке, а остальные — в ящики со льдом на кокпите.

Если на борту был Хорхе, она обменивалась с ним несколькими фразами, если нет — они просто быстро разгружали товар, а когда сеть опускалась во второй раз — принимали спортивную сумку. Сара стояла у поручня правого борта, высматривая людские фигуры на палубе корабля.

Она пыталась уловить малейшие отклонения от обычной схемы. Она не станет ждать, что будет дальше, если что-то пойдет не так, как всегда, скажем, она услышит незнакомый голос, или кто-то попытается спуститься на борт до того, как будет опущена первая часть груза. «Пламенное сердце» стояло на холостом ходу, в любую минуту готовое сорваться с места, но ей пришлось бы сначала избавиться от канатов, при помощи которых они швартовали яхту к борту корабля. Это был бы критический момент, момент крайней опасности, если бы возникла необходимость отдать швартовы, чтобы пуститься в бегство. Если б она знала какой-нибудь легко развязывающийся узел, которым она могла бы привязать их швартовы к своим крепительным уткам.

Капитан корабля дал задний ход, чтобы подойти к правому борту яхты. На левом борту корабля показалась какая-то темная фигура. Этот человек бросил ей трос. Сара поймала его, но конец хлестнул ей по глазам.

Лихорадочно моргая, чтобы сдержать слезы, она привязала трос к крепительной утке на корме. Пробираясь на нос яхты, она не спускала глаз с темной фигуры на корабле. Он бросил ей второй трос, она закрепила его. Затем обмотала его вокруг крепительной утки и крепко затянула, даже не пытаясь сделать узел слабее. Теперь она была связана с этим кораблем. Будь что будет. Теперь уж не сбежать. Глупо было даже думать об этом. Единственной возможностью обезопасить себя было не являться на встречу. Наивно думать, что пистолет мог бы остановить людей, которые задумали ее убить.

Она поднялась на ноги и двинулась вдоль планшира в сторону кокпита, держась за металлический поручень. Теперь она даже не смотрела на них. Она ощущала присутствие корабля, ее боковое зрение и слух напряженно работали, но она не поворачивала голову в их сторону. Действовала как обычно, с чувством собственного достоинства. Она пыталась представить себе, как вела себя Кейт перед самой смертью, какую позу она приняла, какие эмоции себе позволила, когда поняла, что ее ждет.

Когда Сара возвращалась на кокпит, ее напускное спокойствие было нарушено визгом лебедки. Она отступила назад и прижалась к двери рубки. Нащупала пистолет за поясом. Ее охватил панический страх, когда случайно она задела курок. Сара отпустила рукоятку пистолета и шагнула в рубку.

Громко скрипела лебедка, разматывающая трос, на котором в открытую дверь рубки опускали груз. Вместе с грузом спускался мужчина. Это было что-то новое. Сара поставила палец на предохранитель.

Она отступила в глубину рубки, подняла кольт, прицелилась, потом опустила руку с пистолетом на случай, если это лишь незначительное отступление от обычного сценария, что-то новое, но не представляющее опасности.

— Капитан? — раздался мужской голос с испанским акцентом.

— Я здесь.

— Кто это? — теперь пришла его очередь насторожиться.

Оказалось, что достаточно самой малости, чтобы все полетело в тартарары, чтобы тишину ночи прорезали револьверные выстрелы. Даже когда все шло по плану, доверие держалось на тоненькой ниточке.

— Сара. Это Сара.

— Добрый вечер, адвокат.

Это был Хорхе. Хорхе, спустившийся на скрипящем тросе.

Но она продолжала нервничать. Все меняется, думала Сара. Хорхе тоже мог измениться. Из искреннего, благодарного, любезного, подчас даже утонченного человека превратиться совсем в иного. Сара часто обманывалась в других Хорхе — парнях, которые в тюрьме были так податливы, раболепны, но которые могли стать злобными и резкими, набрасываясь на нее без предупреждения. В конце концов Хорхе преуспевал в той сфере бизнеса, где было полно параноиков с автоматами. Глупо было бы позволить приятному голосу убаюкать себя.

— Вы сегодня одна?

— Да, — ответила Сара, все еще стоя в дверях. Револьвер был вне поля его зрения.

— А ваша подруга? Заболела? — Хорхе медленно приближался к ней, позади него раскачивалась сеть с блестящими черными баулами.

— Нет, — сказала Сара. — Ее убили. — Бросила эту фразу прямо ему в лицо, чтобы проследить за его реакцией.

Он остановился. Быстро оглянулся на корабль. Теперь, в приглушенном свете прожекторов корабля, она видела его вполне отчетливо. Усталое выражение лица, напряженная поза.

— Убили, — повторил он. Оценивая возможные последствия для себя.

Один из членов экипажа по-испански окликнул его с корабля, Хорхе повернулся и что-то ответил.

— В этой зоне есть другие суда. Мы всю ночь за ними наблюдаем.

— Они преследуют вас?

— Возможно, — ответил он.

— Мне нужно знать, — сказала Сара. — Все пошло наперекосяк? Мне угрожает опасность?

— Я ничего такого не слышал, — сказал он.

— Если бы кто-то не хотел, чтобы вы имели дело со мной, вы бы узнали об этом?

— Когда убили эту женщину?

— В понедельник. Ночью в понедельник.

— Тогда я бы уже знал об этом. Нет, — ответил он. — Поверьте мне, никто не стал бы беспокоиться из-за такого небольшого количества марихуаны. Это никому не интересно.

Сара почувствовала, как ее рука, сжимавшая пистолет, расслабилась, пальцы заныли от напряжения.

— Вашу подругу убили не из-за этого, — сказал он. — Что это за количество? Никто и пальцем не пошевелил бы. — Он повернулся и провел рукой по сети. — А теперь за работу. Сегодня много заказов.

Сара сказала:

— Еще одна партия, Хорхе. Это все, что мне нужно. Во вторник ночью, в это же время. Договорились? Тридцатого?

— Си, столько, сколько хотите, адвокат. Это очень урожайный год. Если вам понадобится еще, мы найдем для вас еще.


Сара на самом деле поймала рыбу. Она не знала, что с ней делать, как снять ее с крючка. Это была красивая рыбина, с голубыми полосками, идущими вдоль желтого туловища. Было субботнее утро, солнце только что взошло. Рыба отчаянно сопротивлялась, пока Сара тащила ее из воды: извивалась и билась. Сара морщилась во время этой борьбы, а теперь, когда рыба лежала на палубе, ей стало стыдно.

Она знала, что разыгрывает весь этот спектакль для каких-то невидимых зрителей, которых, возможно, и не существовало. Для кого-то, кто мог издалека наблюдать за ней в бинокль и по ее гримасам понять, что она не умеет ловить рыбу.

На ней была темно-зеленая куртка Кейт и ее кепка с длинным козырьком. Когда солнце поднялось высоко, она надела солнечные очки Кейт. Теперь она сидела с рыбой на коленях в одежде Кейт и смотрела на это спокойное море глазами Кейт. Было уже двадцать шесть градусов, но ей все никак не удавалось согреться. Она дрожала от собственной смелости, сидя здесь, под солнцем с таким запасом марихуаны, которого хватило бы, чтобы целый месяц снабжать ею весь Майами.

Ее добыча лежала в ящике для рыбы, истекая кровью и хватая ртом воздух. Она била плавниками, и Сара поежилась в своем кресле. Выбрав мертвую креветку, Сара насадила ее на крючок и забросила удочку в сторону темного рифа. Леска прочертила в воздухе плавный полукруг, и Сара закрыла дужку лескоукладывателя, представив себе, как наживка медленно опускается в яркий мир рыбы и кораллов, стараясь сделать все так, как учила ее Кейт. Все только для прикрытия, в надежде, что ее обман не потребует принести в жертву еще одну рыбу.

Вокруг нее уже четверть часа крутилась какая-то яхта, довольно далеко, так что она могла рассмотреть только ее цвет. Яхта была красная. Суда береговой охраны были серыми и голубыми, поэтому Сара не слишком обеспокоилась. Но все же посматривала в ее сторону. Вот яхта повернула на восток, двигаясь по направлению к ней, затем снова стала отдаляться, повернула на юг, затем снова на север. Сара подумала, что это может быть троллинг или какой-то другой способ рыбной ловли. Она не разбиралась в этих вещах.

Какое-то время яхта двигалась в одном направлении, на восток, солнце было прямо за ней, так что Сара не могла как следует рассмотреть судно. Она смотала катушку одного из удилищ, готовясь к быстрому бегству. Ее креветки не было. Сара вставила удилище в держатель за креслом, а затем смотала леску на втором удилище почти до края борта. Бросила беглый взгляд на восток. Красной яхты не было видно.

Она чувствовала запах травки. В воздухе был разлит сладковатый травяной аромат — как на итальянской кухне во время приготовления обеда. Наверно, четвероногие сотрудники Агентства по борьбе с нар котиками, там, на берегу, выли в своих загородках, поднимали головы, пытались прорыть лаз, чтобы выбраться наружу. Пятьдесят баулов, обернутых в полиэтилен, внутри ящиков-холодильников, и все равно сильный, вызывающий головокружение запах был повсюду.

Она снова села в кресло и посмотрела на часы. Полвосьмого. Грузовик «Морепродукты Саброса» подъедет к дому Кейт в одиннадцать. Кейт предпочитала возвращаться ровно к одиннадцати, чтобы свести к минимуму промежуток времени до разгрузки. В этом сказывалась свойственная ей пунктуальность. В пунктуальности заключалось спасение. Когда на борту яростно бился марлин, все должно быть в полном порядке, на своих местах.

Яхта оказалась рядом с «Пламенным сердцем» всего через несколько секунд после того, как она услышала ее приближение. «Пламенное сердце» обдало сильной волной, и Сара увидела, как один из больших ящиков, доверху заполненный марихуаной, сдвинулся с места, готовясь проделать длинный путь по палубе.

Это была океанская гоночная яхта, возможно «Сигарета», одна из вульгарных, легкомысленных яхт, на которые засматривались ее коллеги, когда те с ревом проносились мимо прибрежного ресторанчика. Именно такую яхту выбрали бы себе торговцы кокаином или бездельники, которым ничего не стоит отправиться позавтракать на Бимини. Молодежь, которая развлекается тем, что пересекает Гольфстрим, распугивая морских свиней, днем устремляясь на Багамы и возвращаясь в Майами к ужину.

Эта яхта была красного цвета, на борту было двое. Коротышка в пляжной одежде и толстяк с повязкой телесного цвета на глазу, тоже одетый как курортник. Они просто стояли и пялились на нее, пока нос их судна со стуком не ударился о корму ее яхты. Она почувствовала, как ее сердце забилось чаще. Грудная клетка напряглась. Они слишком долго выжидают, подумала она. Как будто в чем-то не уверены.

— Приготовиться к досмотру, — крикнул коротышка.

— Даже не подумаю, — ответила она, не размышляя.

Он открыл бумажник и показал серебряную карточку: «Агентство по борьбе с наркотиками, специальная группа вице-президента».

— Я рыбачу, — сказала Сара. — Она знала, что это звучит неубедительно, но что ей, застигнутой врасплох, оставалось делать? — У вас есть ордер на обыск?

Так, это уже лучше.

— Нам не нужен ордер. — Он вытащил из-под приборной панели большой автоматический пистолет.

— Вы не подниметесь на борт моего судна, не имея на то веских оснований. — Она встала, отступая в сторону рубки, где лежал спасительный кольт.

— Мы поднимаемся на борт. — Но он не сдвинулся с места.

Толстяк с повязкой что-то зашептал ему. Возможно, они были новички, не уверенные в себе, раньше не встречавшие такого сопротивления. Может, у нее действительно были какие-то права, о которых она и не догадывалась. Она не знала правил досмотра в открытом море. Но блеф был одним из основных инструментов в юриспруденции.

— Я свяжусь со службой береговой охраны, чтобы узнать, есть ли в этой зоне суда агентства. — Сара зашла в рубку, продолжая наблюдать за ними.

Взяла микрофон так, чтобы им были видны ее действия. Не включила его. Подождала. Стала говорить. Снова сделала паузу. И все время не спускала глаз с этой парочки. Потом произнесла:

— Конец связи.

Слова прозвучали фальшиво.

— В этой зоне агентов нет, — заявила она этим двоим. — Я имею законное право не пускать вас на борт.

Коротышка с темными курчавыми волосами, в зеркальных очках, подвел гоночную яхту еще ближе к «Пламенному сердцу», наклонился вперед, разглядывая Сару. Он что-то сказал толстяку через плечо. Толстяк направился к заднему сиденью. Поднявшаяся после них волна залила заднюю палубу Сары, потревожила ее рыбу, которая, задыхаясь, в последний раз ударилась о стенки ящика.

Сара сидела в своем кресле и смотрела, как они удаляются. Имя их яхты было высечено золотыми буквами: «Безупречное исполнение».


— Тупица. — Ирв больно ущипнул Милберна за грудь, на секунду перехватив штурвал «Скараба» левой рукой.

— Блин, я подумал, это привидение.

— Я же говорил тебе, — сказал Ирв. — Неужели ты думаешь, что если я кого-то пристрелил, то он восстанет из мертвых и через неделю отправится на рыбалку?

— Но это та же яхта. Та же чертова яхта. А женщина выглядела совсем как та.

— Приятель, тебе нужно сделать операцию по пересадке мозга.

Они шли на скорости сорок узлов. Разрезая водную гладь, проходя вблизи от лодок, рыбачивших у рифов. На них бросали злобные взгляды, некоторые крутили пальцем у виска. Они миновали маяк, где бросили тех медсестер из Мичигана.

— Но она была похожа на ту. Та же одежда, тот же рост.

— Но на семьдесят пять лет моложе.

— Мне до сих пор жутковато.

— Да, кстати, насчет старушки. У нас назначена встреча с ее наследницей. Давай-ка отправимся туда. — Ирв надавил на рычаг дросселя, пытаясь выжать еще пару узлов из больших «мерсов».


Содержание:
 0  Под покровом дня Under Cover of Daylight : Джеймс Холл  1  Глава первая : Джеймс Холл
 2  Глава вторая : Джеймс Холл  3  Глава третья : Джеймс Холл
 4  Глава четвертая : Джеймс Холл  5  Глава пятая : Джеймс Холл
 6  Глава шестая : Джеймс Холл  7  Глава седьмая : Джеймс Холл
 8  Глава восьмая : Джеймс Холл  9  Глава девятая : Джеймс Холл
 10  Глава десятая : Джеймс Холл  11  Глава одиннадцатая : Джеймс Холл
 12  Глава двенадцатая : Джеймс Холл  13  Глава тринадцатая : Джеймс Холл
 14  Глава четырнадцатая : Джеймс Холл  15  Глава пятнадцатая : Джеймс Холл
 16  Глава шестнадцатая : Джеймс Холл  17  вы читаете: Глава семнадцатая : Джеймс Холл
 18  Глава восемнадцатая : Джеймс Холл  19  Глава девятнадцатая : Джеймс Холл
 20  Глава двадцатая : Джеймс Холл  21  Глава двадцать первая : Джеймс Холл
 22  Глава двадцать вторая : Джеймс Холл  23  Глава двадцать третья : Джеймс Холл
 24  Глава двадцать четвертая : Джеймс Холл  25  Глава двадцать пятая : Джеймс Холл
 26  Глава двадцать шестая : Джеймс Холл  27  Глава двадцать седьмая : Джеймс Холл
 28  Глава двадцать восьмая : Джеймс Холл  29  Глава двадцать девятая : Джеймс Холл
 30  Глава тридцатая : Джеймс Холл  31  Использовалась литература : Под покровом дня Under Cover of Daylight



 




sitemap