Детективы и Триллеры : Триллер : 19 : Джон Хоукс

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45  46

вы читаете книгу




19

Около десяти утра группа проехала Лимерик. Габриель вел машину аккуратно, не нарушая правил. Но вся осторожность исчезла, стоило ему покинуть пределы города. Странник надавил на педаль газа, и их небольшая синяя машина понеслась по двухполосной дороге к западному побережью Ирландии.

В обычной ситуации Майя села бы рядом со Странником, чтобы следить за дорогой и предупреждать об опасностях. Однако она не хотела, чтобы подопечный видел ее лицо и читал мысли. Когда Майя жила в Лондоне, женщина, с которой она вместе работала, постоянно жаловалась, что парни не умеют замечать перемен в настроении у подруг. Габриель обладал именно такой способностью, однако сейчас это Майю пугало.

Пока группа ехала через Ирландию, спереди рядом с Габриелем сидела Вики, а Майя устроилась на заднем сиденье с Элис. Между собой и девочкой Арлекин поставила барьер в виде сумки с продуктами. Элис постоянно тянулась к Майе, раз даже коснулась пальчиками выступающей из-под свитера рукояти ножа — контакт показался Арлекину чересчур личным.

Машину арендовал Линден — на деньги со счета подставной компании в Люксембурге. Он купил дешевую цифровую видеокамеру и пластиковые сумки с логотипом «МОНАРХ-ТУРЗ. С НАМИ ВЫ ПОВИДАЕТЕ МИР», чтобы группа походила на туристов. Вики сразу завладела камерой и постоянно что-нибудь снимала из окна автомобиля, повторяя: «Холлису понравится».

В Адаре они остановились, чтобы заправиться. Потом проехали зеленые фермерские поля и дальше — по узкой горной дороге. Пейзаж без деревьев напомнил Майе шотландские горы. Габриель вел машину мимо скал, кустарника, вересковья и отдельных пурпурных пятнышек рододендрона, росшего вдоль дренажной трубы.

Перевалив через гребень, беглецы увидели вдали Атлантический океан.

— Отец там, — прошептал Габриель. — Я знаю.

Возражать никто не посмел.


Прошло уже несколько дней, как Майя и Габриель воссоединились, но личной беседы не получалось. Было странно видеть Габриеля коротко стриженным — он выглядел сильнее, даже чуть жестче, но развил ли далее способности Странника? С самой встречи Габриель только и твердил, что об острове, увиденном на фотографии в подвале монастыря, мол, отправляться туда нужно немедленно. Линден, не скрывая раздражения, поглядывал на Майю, словно та — мать, вырастившая неразумное дитя.

Стоило засобираться в Ирландию, как Габриелю в голову пришла новая блажь. Ему, видите ли, непременно нужно было попрощаться с новыми друзьями, у которых он прожил последние несколько недель в доме на южном берегу.

— В дом со мной войдет только Майя, — предупредил Странник. — А вы, — обратился он к Линдену, — останетесь снаружи. Смотритесь так, будто хотите кого-то убить.

— Надо будет — убью, — ответил француз. Но когда их фургон подъехал к Боннингтон-скуэр, Линден все же остался в машине.

В старом доме пахло жареным беконом и вареной картошкой. В передней комнате ужинали трое молодых людей и сурового вида девушка-подросток с короткой стрижкой. Габриель представил Майю. Та кивнула в знак приветствия Джаггеру, Себастьяну, Роланду и Льдинке. Когда Габриель сообщил, что вечером покидает город, Джаггер поинтересовался:

— У тебя все нормально? Помощь нужна?

— За мной могут прийти. Будут спрашивать — скажете, я встретил девчонку и уехал с ней на юг Франции.

— Заметано. Счастливо. Помни: у тебя здесь друзья, на которых можешь рассчитывать.

Неся пожитки в картонной коробке, Габриель с Майей вернулся в фургон.

Два дня группа пряталась в доме неподалеку от Страдфорда. Линден тем временем искал информацию по Скеллиг-Колумба. Узнал он только, что в шестнадцатом веке святой Колумба основал на острове монастырь. Этого ирландского святого знали также под именем Колум Килле — он был апостолом, который пришел проповедовать языческим племенам Шотландии. В 1990-х на месте руин старого монастыря орден бедных кларисс отстроил новую обитель. Паром на остров не ходил, поэтому монахини чужаков не принимали.


За горами начиналась прибрежная дорога, идущая между известняковой скалой и океаном. Где-то вдалеке на болоте работала торфяная фреза, выкапывающая «кирпичи» спрессованной травы времен ледникового периода.

Повсюду виднелись пруды, текли ручьи. Дорога шла вдоль изгибов речки. Группа свернула на юг, к рыбацкой деревушке Портмаги. По обеим сторонам от дороги расположилось десятка два домов. Они напомнили Майе детские рисунки: серый шифер — вместо волос, по два оконца — вместо глаз, выкрашенная красным дверь — рот, а рядки горшочков с белыми цветами — зубы, обнаженные в улыбке.

Группа остановилась в деревенском пабе. Бармен сказал, что на остров ходит только капитан Фоули; на звонки он отвечает редко, но по вечерам сидит дома. Вики осталась заказать комнаты, а Майя с Габриелем вышли прогуляться — они наконец остались наедине. Вроде ничего необычного, однако Майя поймала себя на том, что вспоминает их встречу в Лос-Анджелесе. Тогда оба отнеслись друг к другу настороженно, приняв роли Странника и Арлекина с большой долей сомнения.

На окраине деревни стоял знак с грубой надписью: «КАПИТАН Т. ФОУЛИ — ПРОГУЛКИ НА КАТЕРЕ». Они спустились по грязной подъездной дорожке к домику с белеными стенами, и Майя постучала в дверь.

— Входите уже да перестаньте стучать! — прокричал изнутри мужской голос. Майя с Габриелем прошли.

Пол усеивали поплавки для удочек, а среди остатков садовой мебели на пильных козлах громоздилась алюминиевая гребная лодка. Мусор сюда будто стащили со всей Западной Ирландии. Габриель пошел вслед за Майей по коридору, вдоль стен которого выстроились кипы старых газет и сумки, полные алюминиевых банок. Ближе ко второй двери стены сужались.

— Джеймс Кили! — прокричал все тот же голос. — Если это ты, лучше сразу проваливай!

Распахнув дверь, Майя вошла в кухню. В одном углу стояли электрическая плита и мойка, полная грязной посуды. В середине комнаты старик чинил сеть. Увидев гостей, он улыбнулся, обнажив потемневшие от никотина и крепкого чая кривые зубы.

— И кто же это пожаловал?

— Я Джудит Стрэнд, а это — мой друг Ричард. Мы ищем капитана Фоули.

— Вы его нашли. Чего хотите?

— Нанять лодку для четырех пассажиров.

— Ну, это-то легко. — Капитан Фоули оценивающе посмотрел на Майю, прикидывая, сколько удастся содрать денег. — Аренда на полдня обойдется в три сотни евро. На весь день — пятьсот. Да, и жрачку тащите свою.

— Я на одной фотографии видел остров Скеллиг-Колумба, — сказал Габриель. — Думаю, вы сможете нас туда отвезти?

— Я доставляю монахиням продукты. — Порывшись в куче хлама на столе, капитан отыскал трубку из терна. — Однако ваша нога на этот остров не ступит.

— В чем же проблема? — спросил Габриель.

— Проблем нет, но туда нельзя посторонним. — Капитан Фоули набил трубку табаком, который взял из треснувшей сахарницы. — Остров принадлежит Республике, сдан в аренду святой церкви, а живут на нем монахини ордена бедных кларисс. И в одном все — правительство, церковь, монахини — согласны: никому на Скеллиг-Колумба нельзя. Это заповедник морских птиц, которым служительницы веры никак не мешают — потому что постоянно молятся.

— А если с ними договориться…

— Пока епископ не подпишет разрешение, и вы не ткнете меня носом в эту бумажку, я вас на остров не повезу. — Фоули выдохнул в лицо Габриелю облако сладковатого дыма. — Все, точка.

— А после точки — новое предложение, — сказала Майя. — Плачу тысячу евро, и вы отвозите нас на остров, чтоб мы переговорили с монахинями.

Обдумав услышанное, капитан произнес:

— Это могло бы быть возможно…

Майя коснулась руки Габриеля и подтолкнула к двери.

— Думаю, есть смысл поискать другого капитана.

— Я хотел сказать, это даже более чем возможно, — быстро поправился Фоули. — Приходите завтра на причал к десяти утра.

Они покинули дом. Майе казалось, будто она попала в барсучью нору. Темнело. В ветвях и под деревьями стала сгущаться тьма.

Жители деревни давно сидели по домам, готовили ужин. Сквозь кружевные занавески пробивался свет. Кое-где на крышах из труб шел дым. Габриель отвел Майю в парк через дорогу и оставил ее на ржавой скамейке, а сам отошел к берегу. Отлив обнажил песчаную полосу, покрытую плавником и мертвыми водорослями. Опускаясь за горизонт, солнце стало похожим на размытую каплю света, упавшую в воду.

— Отец на острове, — сказал, вернувшись в парк, Габриель. — Я уверен. Кажется, будто он говорит со мной.

— Может, и так. Но мы не знаем, зачем твой отец бежал именно в Ирландию. Должна быть причина.

Габриель подошел к Майе и опустился рядышком на скамью. В темноте они сидели так близко, что Майя слышала дыхание Странника.

— Почти стемнело, — сказал Габриель. — Почему ты не снимаешь очки?

— Привычка.

— Разве не ты говорила, что из-за привычек мы становимся предсказуемы?

Сняв с Майи очки, Габриель отложил их в сторону, посмотрел девушке прямо в глаза. Арлекин будто осталась совсем безоружной, беззащитной и голой.

— Не смотри на меня, Габриель. Мне неловко.

— Но мы же нравимся друг другу. Мы друзья, разве нет?

— Нет, между нами не может быть дружбы. Я защищаю тебя и, если понадобится, отдам за тебя жизнь.

Габриель посмотрел на океан.

— Я не хочу, чтобы за меня умирали.

— Мы все знаем, на что идем.

— Пусть, но за случившееся отвечать мне. Когда в Лос-Анджелесе ты сказала, что я могу оказаться Странником, я представления не имел, чем все обернется. Теперь у меня к отцу столько вопросов… — Габриель покачал головой. — Знаешь, я ведь не верил, что отец погиб. Бывало, в детстве перед сном я лежал на кровати и мысленно разговаривал с ним. Потом это вроде прошло… А сейчас… сейчас это чувство усилилось.

— Габриель, твоего отца на том острове может и не быть.

— Тогда буду искать дальше.

— Если Табула узнает, что мы ищем Мэтью, они этим воспользуются. Будут оставлять мнимые следы и подсказки, чтобы заманить нас в ловушку.

— Мне выпал шанс, и я им воспользуюсь. Тебе со мной идти не обязательно. Если с тобой что-то случится, я этого не переживу.

Майе вдруг показалось, что за спиной встал Торн и шепчет: «Не доверяй никому. Не влюбляйся». Сильный, уверенный в себе, отец был самым важным человеком в ее жизни.

«Черт, будь он проклят, — вдруг подумала Майя. — Украл мой голос. Не дает говорить за себя».

— Габриель, — прошептала Майя. — Габриель…

Голос прозвучал мягко, будто у потерявшегося ребенка, который уже не верит, что его когда-то найдут.

— Все хорошо. — Габриель взял ее за руку. Солнце совсем уже село, осталась лишь тонкая полоска света на горизонте. Рука Странника была теплая. Майя ощутила, как охладевает — будто истинный Арлекин — ко всему, что есть в жизни, кроме Габриеля.

— Я всегда буду рядом, что бы ни случилось, — пообещала она. — Клянусь.

Габриель поцеловал ее. А когда Майя обернулась, то увидела приближающиеся темные силуэты.

— Майя! — позвала Вики. — Элис тревожится. Хочет, чтобы вы оба пришли…


Ночью шел дождь, а утром на море лег плотный туман, подступающий к границам бухты. Майя надела кое-что из вещей, прикупленных в Лондоне: шерстяные штаны, зеленый кашемировый свитер и кожаный плащ на зимней подкладке.

Позавтракав, все вышли из паба и направились к пристани. Фоули грузил в лодку мешки с торфом и коробы с продуктами и чистой одеждой. Торфом, пояснил капитан, монахини топят печь. Еще моряк сказал, что единственный источник воды на острове — дождь. Вода стекает по скалам в специальные водосборы; хватает ее только для питья, но не для стирки.

У лодки имелась открытая часть, куда вытаскивали сеть с уловом; ближе к носу — капитанская рубка, в которой можно было спрятаться от ветра. Оказавшись на лодке, Элис пришла в восторг и, едва отчалили, поспешила ее исследовать.

Закурив трубку и выдохнув в сторону пассажиров несколько облачков дыма, Фоули произнес:

— Посмотрите на обычный мир. — Он ткнул большим пальцем в сторону зеленых холмов. — И туда… — Капитан указал на запад.

— Край света? — спросил Габриель.

— Вот именно, малыш. Святой Колумба и его монахи искали самое отдаленное место на западе Европы, следуя по карте того времени. Конечную остановку, скажем так.

Лодка вошла в туман, будто вплыла в середину огромного облака. Доски блестели от влаги, на стальных тросах, державших антенну, повисли капли воды. Лодка поднималась и опускалась, взрезая носом белые шапки волн. Элис, до того спокойно стоявшая на корме, вдруг подбежала к Майе. Девочка возбужденно указывала на тюленя. Тот плыл рядом с лодкой, провожая путников, будто пес — чужаков, замеченных на заднем дворе.

Постепенно туман стал рассеиваться, показались кусочки неба над головой. Повсюду кружили птицы: буревестники, пеликаны и белые олуши с черными кончиками крыльев. С отплытия прошел час, лодка проходила мимо острова Литтл-Скеллиг, служившего гнездовьем олушам. Тысячи птиц летали вокруг голой белой скалы.

Прошел еще час, прежде чем показался Скеллиг-Колумба. Выглядел он в точности как на фотографии в Тайбернском монастыре: два зазубренных пика погруженного в воду горного хребта. Остров был покрыт кустарником и вереском. Ни монастыря, ни других построек Майя не видела.

— Где вы нас высадите? — спросила Майя.

— Терпение, мисс. Сейчас мы заходим с запада, но с южной стороны есть небольшая бухточка.

Держась подальше от скал, Фоули подвел лодку к двадцатифутовому пирсу на стальных сваях, за которым начиналась бетонная площадка, окруженная забором из проволочной сетки. Заметный издалека знак с красно-черной надписью сообщал: остров — охраняемая экологическая территория, вход куда запрещен для всех, кто не получил письменного разрешения епархии графства Керри. На краю площадки темнели запертые ворота, а за ними каменная лестница уходила вверх по склону горы.

Капитан Фоули выключил двигатель, и волны сами поднесли лодку к пристани. Там Фоули забросил петлю на выступающую часть одной из свай. Майя, Вики и Элис сразу же выбрались на бетонную поверхность пирса, Габриель остался помочь капитану выгружать ящики и мешки с торфом. Подойдя к воротам, Вики коснулась медного замка.

— Что дальше? — спросила девушка.

— Здесь никого, — ответила Майя. — Думаю, надо подняться на гору к монастырю.

— Капитану Фоули идея не понравится.

— Я заплатила ему только половину. К тому же Габриель не покинет остров, пока не выяснит хоть что-нибудь об отце.

Подбежав к краю платформы, Элис указала наверх — к пристани спускались четыре монахини: черные платья, белые апостольники и воротнички (подпоясывались монахини узловатыми веревками, как и монахи францисканского ордена — от него орден бедных кларисс и произошел); ветер трепал края черных шерстяных покровов, в которые кутались монахини. Увидев чужаков, первые три из них остановились, сгрудившись на лестнице. Четвертая, шедшая последней, осталась стоять несколькими ступеньками выше.

Вынеся на площадку два мешка с торфом, капитан Фоули бросил их у ворот.

— Не нравится мне это, — сказал он. — Та высокая — настоятельница, она тут всем заправляет.

Одна из монахинь взбежала по ступеням к аббатисе и, получив распоряжение, поспешила вниз к воротам.

— Что происходит? — спросил Габриель.

— Конец делу, малыш, — ответил капитан. — Они не желают вас видеть.

Фоули снял вязаную шапочку, обнажив лысину, подошел к воротам и, слегка поклонившись, тихонько заговорил с монахиней. Потом, крайне удивленный, быстренько вернулся к Майе.

— Простите, мисс, за все, что говорил прежде. Настоятельница просит вас подняться в часовню.


Аббатиса ушла. Монахини взяли мешки с торфом и стали подниматься по лестнице. Майя, Габриель, Вики и Элис пошли следом. Капитан Фоули остался у лодки.

Лестницу построили в шестом веке монахи, которые приплыли на остров со святым Колумбой. Испещренный черными прожилками серый известняковый склон порос лишайником. На высоте не было слышно, как шумит океан, зато среди острых камней вовсю гулял ветер, волновал траву, чертополох и щавель. Скеллиг-Колумба походил на развалины некогда огромного замка.

Морские птицы куда-то пропали. Только вороны, каркая, кружили над головами.

Достигнув вершины, группа спустилась на северный склон. Вниз уходили каскадом три уступа — каждый пятьдесят футов шириной. Первый уступ занимали маленький садик и два водосбора. На втором расположились постройки, сложенные из камня без раствора. Они походили на ульи с деревянными дверьми и круглыми окнами. Часовня разместилась на третьем уступе — она напоминала перевернутую лодку длиной шестьдесят футов.

Вики и Элис остались с монахинями, а Габриель с Майей спустились к часовне. Внутри за дубовой дверью они увидели алтарь с простым позолоченным крестом, позади которого были три окна. Настоятельница, по-прежнему кутаясь в покров, стояла у алтаря спиной к вошедшим, сложив ладони. Молилась. Габриель закрыл за собой дверь. Теперь было слышно только, как ветер со свистом проходит сквозь щели в каменной кладке.

Чуть приблизившись к аббатисе, Габриель произнес:

— Простите, мэм, мы только что прибыли на остров и хотим поговорить.

Разжав ладони, аббатиса медленно опустила руки. Было в этом жесте нечто одновременно изящное и опасное. Майя тут же потянулась к ножу. «Нет, — хотелось ей крикнуть. — Нет». А монахиня, развернувшись, метнула нож. Черный клинок вонзился в дверь в футе над головой Габриеля.

Заслонив собой Странника, Майя достала свой метательный нож, вскинула руку… И тут узнала аббатису — ирландку пятидесяти с лишним лет: зеленые глаза горели жестоким, безумным огнем, из-под апостольника выбилась прядь рыжих волос, а большой рот изогнулся в презрительной улыбке.

— Ты всегда такая медлительная? Или не ожидала меня здесь увидеть? — произнесла женщина. — Несколькими дюймами ниже — и твой дружок был бы мертв.

— Это Габриель Корриган, — ответила Майя. — Странник, как и его отец. Ты его чуть не убила.

— Убила бы, если б захотела.

Габриель взглянул на нож.

— Кто вы, черт побери?!

— Это матушка Блэссинг. Одна из выживших Арлекинов.

— Ну конечно же… Арлекин… — Последнее слово Габриель произнес с презрением.

— Я знала Майю еще ребенком. Научила проникать в здания. А она всегда стремилась походить на меня, однако ей, видимо, еще многому предстоит научиться.

— Что ты тут делаешь? — спросила Майя. — Линден говорил, ты погибла.

— Именно этого я и добивалась. — Сняв покров, матушка Блэссинг аккуратно сложила его. — Когда Торн попал в западню в Пакистане, я поняла, что среди нас — предатель. Твой отец не поверил. Кто же предал нас? Знаешь, Майя?

— Шеперд. Я убила его.

— Отлично. Надеюсь, он долго мучился. Я прибыла на остров четырнадцать месяцев назад. Когда здешняя аббатиса умерла, меня сделали временной настоятельницей. — Ирландка снова ухмыльнулась. — Бедные клариссы живут просто и праведно.

— Вы испугались, — сказал Габриель, — и спрятались тут.

— Глупышка. Особого впечатления ты не производишь. Возможно, тебе следует пройти через барьеры еще несколько раз? — Подойдя к двери, матушка Блэссинг выдернула нож и спрятала его в ножны, скрытые под складками одежды. — Видишь алтарь у окна? В нем спрятан освещенный манускрипт. Говорят, написан самим святым Колумбой. Мой Странник хотел изучить его, и я последовала за ним на этот осколок холодного камня. С жаром кивнув, Габриель шагнул навстречу ирландке.

— А вашего Странника звали…

— Конечно же, Мэтью Корриган. Он здесь. Я охраняю его.


Содержание:
 0  Чёрная река The Dark River : Джон Хоукс  1  Действующие лица : Джон Хоукс
 2  Вступление : Джон Хоукс  3  1 : Джон Хоукс
 4  2 : Джон Хоукс  5  3 : Джон Хоукс
 6  4 : Джон Хоукс  7  5 : Джон Хоукс
 8  6 : Джон Хоукс  9  7 : Джон Хоукс
 10  8 : Джон Хоукс  11  9 : Джон Хоукс
 12  10 : Джон Хоукс  13  11 : Джон Хоукс
 14  12 : Джон Хоукс  15  13 : Джон Хоукс
 16  14 : Джон Хоукс  17  15 : Джон Хоукс
 18  16 : Джон Хоукс  19  17 : Джон Хоукс
 20  18 : Джон Хоукс  21  вы читаете: 19 : Джон Хоукс
 22  20 : Джон Хоукс  23  21 : Джон Хоукс
 24  22 : Джон Хоукс  25  23 : Джон Хоукс
 26  24 : Джон Хоукс  27  25 : Джон Хоукс
 28  26 : Джон Хоукс  29  27 : Джон Хоукс
 30  28 : Джон Хоукс  31  29 : Джон Хоукс
 32  30 : Джон Хоукс  33  31 : Джон Хоукс
 34  32 : Джон Хоукс  35  33 : Джон Хоукс
 36  34 : Джон Хоукс  37  35 : Джон Хоукс
 38  36 : Джон Хоукс  39  37 : Джон Хоукс
 40  38 : Джон Хоукс  41  39 : Джон Хоукс
 42  40 : Джон Хоукс  43  41 : Джон Хоукс
 44  42 : Джон Хоукс  45  43 : Джон Хоукс
 46  Использовалась литература : Чёрная река The Dark River    



 




sitemap