Детективы и Триллеры : Триллер : Глава 39 : Петр Катериничев

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44

вы читаете книгу




Глава 39

Думы – думами, а дело – делом. Мысли тем и хороши, что рукам не мешают. Поэтому, продолжая даже не размышлять – пропускать череду слов, образов, представлений через сознание, Корсар, повинуясь извечному мужскому инстинкту, перехватил за ушко ящик, другой рукой две из четырех наполненных канистр, что пыталась одновременно передвигать Ольга, и пошел по проходу. Признаться, ящик был тяжеленный; но поскольку его нужно было не нести, а волочь… Или – волочить? Лучше – тащить по полу. В общем, как правильно – неведомо, а только пыль, скопившуюся в этом подвале за полтора столетия и слежавшуюся в мелкую, микроскопическую взвесь, они подняли, и вокруг висел теперь плотный и грязный туман. Ориентироваться, куда идти, можно было лишь по едва уловимому свету впереди и – дробному грохоту пулемета.

Но Корсар и этими вопросами не задавался. Смотрел время от времени на Ольгу Белову, но молчал: вопросов у него слишком много, чтобы он мог их сейчас задать… И на некоторые она просто не захочет или не сможет ответить. Тогда – зачем?

Неведомо как, но Ольга сама словно телепатически уловила мысли Корсара, произнесла, откашлявшись и задыхаясь:

– Это – не мы… Наша цель – пробуждение скрытых возможностей… людей… Сохранение… Веры… Традиции… А они…

– Кто – вы? Кто – они?

Ольга только отмахнулась:

– Объяснять слишком долго. И непонятно будет.

– А ты попробуй… Спешить нам, как я понимаю, осталось недолго.

Ольга вскинула на него взгляд, и он прочел в нем такую тоску и боль, что Корсару стало даже стыдно. Совестно. Но – понятно. Если живешь… лет триста – то как-то привыкаешь. И мысли – «что потом», после смерти – вставали, конечно, но столько раз отодвигались на второй и третий планы, что… Выражение «привык жить» – как раз для таких. То, что посвященные живут долго или очень долго, не болеют и не умирают от «естественных причин», называемых старостью, – он понял давно. И недавно, когда Корсар воочию увидел «смерть Ивана Ильича», точнее – убийство, он понял главное: их ряды тоже редеют: от случайных или, напротив, неслучайных несчастных случаев, от шальных или – направленных недрогнувшей рукою «простого смертного» – стрел, копий, пуль, сабель, топоров, бутылочных сколов…

– Извини, – пробормотал смущенно Корсар. – Скажи только, кто против вас?

– «Группа товарищей». Со Сталиным, с Берией было легче, даже с Лениным и Троцким, с этими – невозможно ни о чем говорить… Ты в книге все угадал правильно. Бандиты, отставники спецслужб… Наркотики, бойцы-гладиаторы, бойцы-«торпеды» – серийный выпуск на заказ, с гарантией… Очень большие доходы…

Ольга остановилась, смахнула упавший на глаза локон, выдохнула горько:

– Деньги застят им души…

– Для тебя это – новость? Что такие люди – есть и их немало?

– Митя, пожалуйста…

– Каждый мало-мальски мыслящий помнит: три воли в человеке как бы переплетены: Божья воля, воля человеческая и злая воля врага лукавого.

– Не читай мне мораль… сейчас.

– Если человек только по своему хотению поступает – не заметит, как воля вражья подменит его волю, подольстится к нему, благом прикинется, – жестко закончил Корсар, добавил: – И это – не мораль. Это – жизнь.

– Или – смерть, – тихо и довольно равнодушно произнесла Ольга.

– Кто из ваших руководит?

– Если я назову имя – что это тебе даст, Митя?

– Знание. А «знание – сила». Фрэнсис Бэкон сказал. Лорд-хранитель печати и лорд-канцлер. «Это – вам не мелочь по карманам тырить».

– А это кто сказал?

– «Сиплый».

– Хорошо, что не Фрэнсис Дрейк. Ладно, слушай и услышь: некогда его считали Родионом Христиановичем Боуром, шведом, перешедшим на службу Петру после Нарвы и в Полтавском сражении буквально разгромившим кавалерию Карла.

– Вот как…

– Я сказала: «считали». Он просто выдавал себя за Боура. А на самом деле…

– «Был чекист, майор разведки и прекрасный семьянин…» Зачем вам был нужен я?

– Найти и – покончить с ним.

– А сами?

– Нас осталось двое. Всего двое. Я и Волин.

– Подождите, а «конница из-за холма»? «Чапаев» ваш – где? Если уж противники понаделали себе гоблинов со змеиными зрачками, то где – ваша гвардия, несокрушимая и легендарная?!

– У нас – нет.

– Вы что, идеалисты?

– Вовсе нет. Просто привыкли решать проблемы простыми средствами.

– С помощью знакомых политиков? Военных? Руководителей спецслужб?

– И так тоже. Всегда получалось.

– Почему теперь не получилось?

– Увлеклись… исследованиями. И – упустили ситуацию.

– Тогда остается, говоря высоким штилем… героически погибнуть?

– Митя, твои шутки…

– Да какие шутки?! Я слышу по грохоту очередей – «врагу не сдается наш гордый «варяг», академик Волин. Но – насколько его хватит?

– Бог знает. Нужно уничтожить документы. Все. Тогда они – ничего не получат. И все будет – не зря.

– В этой жизни ничего не зря, но многое – напрасно.

За разговором они дошли до узкой лесенки, ведущей наверх. Но сверху в подвал не лился никакой свет: просто отсветы от пулеметной стрельбы – экономные, в несколько выстрелов очереди, были частыми и, как показалось Корсару, очень «конкретными».

– А ведь он строго прицельно бьет, – озадаченно сказал Корсар.

– И «сверхспособности» тут ни при чем. Просто в сорок втором он оборонял Сталинград. Вот с таким вот «дегтяревым».

– Зачем ему было так рисковать?

– Так карта легла, – улыбнулась одними губами Ольга. – Бывает.

Корсар втянул по лесенке ящик; в каменном пакгаузе, он же – «лаборатория алхимика», он же – «долговременная огневая точка», все «нужное» уже было сложено в кучу таким образом, чтобы сгореть без остатка… Ольга тщательно вырывала газеты из толстых «корочек» с надписью «дело» и, взлохматив, укладывала в грудки. Потом – пошла кругом, поливая все бензином. А все сработанное из иного материала – дымящейся кислотой.

Неожиданно в одну из стен пакгауза ударило разом несколько гранат, одна за одной; кирпич выдержал, пошла трещина, в нее нападавшие вогнали еще безоболочечную гранату, получился проем, сквозь который не только снайпер, но и просто хороший стрелок мог положить здесь всех.

Корсар мельком огляделся, приметил пулемет Калашникова, знакомый ему до последней шпонки, свой АКСУ забросил далеко за спину, установил сошки: раз уж вы, ребята, сами позаботились о приличной амбразуре, то и получите по счетам… Он дал длинную, патронов в десять очередь по приближающимся к пакгаузу черным фигурам. Экономить патроны смысла не было: у стены был ящик со снаряженными дисками и рожками – на сто и сорок пять патронов соответственно. Стреляй – не хочу!

– Горит в сердцах у нас любовь к земле родимой… И смертный бой ведем за честь родной страны… – услышал он хрипловатый, но очень наполненный и неожиданно красивый баритон Волина – между треском очередей, подхватил:

– Пылают города, охваченные дымом, гремит в седых лесах суровый бог войны!

Корсар приник к прикладу и выдал прицельную, но щедрую порцию свинца по попытавшимся подняться и, прикрывая друг друга огнем, продвинуться вперед фигурам…

Потом замер, дважды крутнулся, как угорь на сковородке: сначала выбросив обратно успевшую залететь в пробоину «слезоточивую» гранату, потом – «обрубив концы по флангам»: те нападавшие, что решили, что они в «мертвой зоне» и пулеметной огонь их не достанет, встали, почти в полный рост и – были срезаны, сметены жестокими, кинжальными очередями – в упор!

– Артиллеристы, Сталин дал приказ! Артиллеристы, зовет Отчизна нас!

Ни жалости, ни сожаления Корсар не испытывал; не испытывал даже того сурового азарта, что был, когда они с Буровым из засады встречали караван духов… Сейчас было что-то другое. Будто он на самом деле не просто работал – воевал с врагами своей Родины и – за будущее своей Родины. Впрямую. Как на Великой Отечественной.

– Из сотен грозных батарей, за слезы наших матерей, за нашу Родину – огонь! Огонь!!!

Еще одна коробка патронов расстреляна вчистую; Корсар быстро поменял магазин, почувствовал на себе взгляд, обернулся. Ольга смотрела на него пристально, так, словно старалась запомнить навсегда… И еще – у Корсара было ощущение, что такой ее взгляд он просто… помнит. Наверное, ему нужно было подойти к ней, сказать что-то ободряющее, но он понимал, что их положение – всех троих – практически безнадежно. Если даже Сашка Буров сумел где-то затаиться и ударит с тыла – его сомнут и расстреляют в течение минуты-двух. Такое впечатление, что нападавших было не менее полуроты: полновесной, укомплектованной, «без дураков». И пока они не расколошматили два оконца и двоих защитников пакгауза – только по собственной торопливости и нерадивости или спешке их руководства.

И еще – Корсар увидел, как обугливаются груды документов под дымящейся кислотой – серной, соляной, – этого он определить не мог… И еще почувствовал запах бензина – все вокруг было залито им: действительно, он вытекал из обширной цистерны-резервуара, а вовсе не из канистр… В канистрах, как понял Корсар, была та же кислота и предназначалась она не для уничтожения бумаги.

«Все», – возникла в мозгу Корсара фраза, да так и застыла чеканно, не желая уступать место никакой иной мысли, понятию или образу. «Все, все, все…» Словно в подтверждение этому предчувствию в амбразуру легко влетела осколочная граната из подствольника, закрутилась на полу волчком… Одним прыжком Корсар смел Ольгу на пол, накрыл собой; взрыв в замкнутом помещении ударил по перепонкам, осколки с воем пронеслись над их телами, вгрызаясь в кирпичные стены… Волин грузно упал с высокого табурета, осколок располосовал плечо и руку… Несколько пуль веером вонзились в потолок, выбивая из сводов кирпичную труху… Кое-где занялись ручейки керосина, но огонь отчего-то двигался лениво, как бы нехотя…

Они так и встали; Дима продолжал обнимать девушку – легко, бережно. Ольга с Волиным обменялись мимолетным взглядом, но Корсар этого не заметил. Наоборот, ему стало отчего-то спокойно. Полностью. Никакой неопределенности, никаких неясностей не осталось… А губы сами собою шептали молитву, какой научила Корсара бабушка Маруся, когда ему и четырех годков от роду не было: «Ангеле Божий, хранителю мой святый, на соблюдение мне от Бога с небес данный! Прилежно молю тя: ты мя днесь просвети, и от всякаго зла сохрани, ко благому деянию настави, и на путь спасения направи».

Ольга вдруг прильнула на мгновение к Корсару, обняла, невесомыми пальцами опустив ему что-то плоское во внутренний карман кожаного реглана, мягко коснулась губами щеки, прошептала в самое ухо:

– Прощай, Митя… я так и не смогла тебя забыть… И ты – помни…

Он хотел что-то ответить, но горло отчего-то перехватило, а в следующую секунду он уже летел вниз по лесенке – от резкого, сильного толчка Ольги, – в подвал, из которого они так недавно поднялись…

Немного оглушенный падением, он поднял глаза и увидел, как над ним закрылся тяжелый металлический люк. Потом – услышал странный шелест, и сквозь щели в люке увидел блики яркого и яростного огня – почти белого, подобного молнии… Ни о чем не думая, он побежал пригнувшись по подземному ходу, но увидел вал малинового пламени, несущийся ему навстречу со стороны дома; Корсар замер, метнулся в какой-то едва заметный боковой проход, протиснулся кое-как, замер, вжавшись в стену… Огненный смерч заполнил собою всё пространство… Зажмурившись, он почти не дышал. Да и нечем было дышать, кроме огня и гари… смежив ресницы, плотно прикрыв сомкнутые веки рукавом и предплечьями, Корсар видел прямо перед собой огненно-желтые яркие круги… И словно слышал топот тысяч и тысяч конских копыт, сотрясающих собою землю…


Содержание:
 0  Корсар. Наваждение : Петр Катериничев  1  Глава 2 : Петр Катериничев
 2  Глава 3 : Петр Катериничев  3  Глава 4 : Петр Катериничев
 4  Глава 5 : Петр Катериничев  5  Глава 6 : Петр Катериничев
 6  Глава 7 : Петр Катериничев  7  Глава 8 : Петр Катериничев
 8  Глава 9 : Петр Катериничев  9  Глава 10 : Петр Катериничев
 10  Глава 11 : Петр Катериничев  11  Глава 12 : Петр Катериничев
 12  Глава 13 : Петр Катериничев  13  Глава 14 : Петр Катериничев
 14  Глава 15 : Петр Катериничев  15  Глава 16 : Петр Катериничев
 16  Глава 17 : Петр Катериничев  17  Глава 18 : Петр Катериничев
 18  Глава 19 : Петр Катериничев  19  Глава 20 : Петр Катериничев
 20  Глава 21 : Петр Катериничев  21  Глава 22 : Петр Катериничев
 22  Глава 23 : Петр Катериничев  23  Глава 24 : Петр Катериничев
 24  Глава 25 : Петр Катериничев  25  Глава 26 : Петр Катериничев
 26  Глава 27 : Петр Катериничев  27  Глава 28 : Петр Катериничев
 28  Глава 29 : Петр Катериничев  29  Глава 30 : Петр Катериничев
 30  Глава 31 : Петр Катериничев  31  Глава 32 : Петр Катериничев
 32  Глава 33 : Петр Катериничев  33  Глава 34 : Петр Катериничев
 34  Глава 35 : Петр Катериничев  35  Глава 36 : Петр Катериничев
 36  Глава 37 : Петр Катериничев  37  Глава 38 : Петр Катериничев
 38  вы читаете: Глава 39 : Петр Катериничев  39  Глава 40 : Петр Катериничев
 40  Глава 41 : Петр Катериничев  41  Глава 42 : Петр Катериничев
 42  Глава 43 : Петр Катериничев  43  Эпилог : Петр Катериничев
 44  Использовалась литература : Корсар. Наваждение    



 




sitemap