Детективы и Триллеры : Триллер : Глава 1 : Маршалл Кэрп

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  5  10  15  20  25  30  35  40  45  50  55  60  65  70  75  80  85  90  95  100  105  110  115  120  125  130  135  140  145  150  155  160  165  170  174  175

вы читаете книгу




Глава 1

Эдди Элкинс легкой походкой шел по бульвару Фантазий. Костюм белого кролика демонстрировал чудеса вентиляции, и Эдди, находившийся внутри костюма, наслаждался свежим ветерком.

Нечего и говорить, что стоял апрель, самый приятный месяц в Калифорнии. В июле и августе в кроличьем костюме будет невыносимо жарко, но Эдди не пугали подобные перспективы. Оно того стоило.

Шесть недель назад Эдди, прибегнув к обману, подлогу и взятке, получил лучшую в мире работу. Он стал Кроликом Трынтравой, самым знаменитым мультяшным персонажем из всех, кого за свою долгую жизнь породил Дин Ламаар. Иными словами, суперзвездой парка развлечений «Фэмилиленд», созданного Ламааром.

Эдди фланировал по безразмерному тематическому парку, приветливо махая лапой попадавшимся по пути малышам. Время от времени какой-нибудь отвязный подросток делал в его адрес неприличный жест, но большинство детей любили Кролика.

А он любил детей. То есть до такой степени любил, что, в соответствии с законом Меган,[1] был обязан отметиться в полиции Лос-Анджелеса, дабы последняя могла уведомлять добропорядочных налогоплательщиков о перемещениях Эдди в пространстве.

Однако Эдди не отметился. Прежде отмечался, а тут не стал. В Бостоне он подчинился правилам, и что? Ирландский недоносок, живший напротив, заблокировал его машину, располосовал шины да вдобавок положил собачьего дерьма в почтовый ящик Эдди. Эдди пытался объяснить ирландцу, что маньяки-психопаты и законопослушные ребята вроде Эдди, которые и мухи не обидят, – это две большие разницы, но кто его слушал?

А потом Эдди совершил непростительную ошибку – сказал «привет» десятилетнему сыну соседа. В ту же ночь окно его спальни прошили две пули.

Эдди переехал в Род-Айленд и отметился в полицейском участке славного города Вунсокета. В Род-Айленде было полегче – никто не хотел убивать Эдди; правда, никто не хотел и принимать его на работу. По крайней мере на ту работу, на которую Эдди претендовал. В конце концов его взяли продавцом в магазин, торгующий снаряжением для пейнтбола, и у Эдди появилась масса времени, которое он проводил в размышлениях о превратностях судьбы.

Эдвард Уоррен Эллисон родился в Трентоне, штат Нью-Джерси, окончил университет Рутгерса по специальности «английская литература», никогда не увлекался ни спортом, ни женщинами (хотя с четырьмя все же переспал). Говорили, что он похож на Бадди Холли или по крайней мере что Бадди выглядел бы как Эдди к тридцати шести годам, если бы не авиакатастрофа. Эдди специально, для усиления эффекта, носил очки в черной роговой оправе.

Он честно пытался изменить свое отношение к детям, особенно после первого приговора. Ему попался толковый психотерапевт, однако остановиться было не так просто, как выходило со слов врачей. Эдди вовсе не хотел причинять детям боль – ну так от ласки и не больно. Промаявшись в Род-Айленде три месяца, он решил, что в большом городе легче будет найти хорошую работу. Особенно если не отмечаться в полицейском участке.

Эдди перебрался в Лос-Анджелес. Получить новую фамилию и новое удостоверение личности оказалось проще, чем он предполагал. Эдди не один был такой умный – в Сети уже имелось целое Сообщество Завязавших. Ближайшим другом Эдди стал некто ВэндиЗЗЗ, которому Эдди чуть не каждый день слал электронные письма.

Вэнди был разведен и имел двоих детей. Вот уже двенадцать лет он занимал должность директора школы в Теннесси. «И я так же мыкался, пока не сделал новое удостоверение личности», – не уставал Вэнди твердить своему другу по переписке.

Так Эдди Эллисон превратился в Эдди Элкинса. Он подыскал себе чистенькую квартирку и стал позиционировать себя в точном соответствии с инструкциями Сообщества Завязавших. Усилия были вознаграждены коренным переломом – новые друзья рассказали Эдди о Калео.

Энтони Калео был законченным, и при этом незаменимым подлецом. Работал он не кем-нибудь, а менеджером по персоналу в «Фэмилиленде». В обязанности Калео входило проверять информацию о соискателях. Не то чтобы Калео беспокоила судьба Завязавших, скорее его беспокоила собственная обеспеченная старость. Эдди участие Калео обошлось в шесть тысяч баксов.

За эту скромную сумму Калео снял подозрения с фальшивого резюме Эдди и подготовил последнего к похожему на допрос собеседованию с Марджори Макбрайд. Так Эдди получил работу своей мечты.

В первый же день Эдди зашел в костюмерную. Мелкая болтливая мексиканка по имени Прови (если верить бейджику) помогла Эдди напялить белый и пушистый костюм Трынтравы, предусматривавший в том числе широченные штаны, сшитые в доходчивой красно-бело-синей гамме. Прови щебетала о своем о девичьем, но Элкинс ее почти не слышал – он ликовал.

Подумать только, теперь Эдди – Кролик Трынтрава! Фигура более узнаваемая, чем президент Соединенных Штатов. А то и сам папа римский. Дети будут в прямом смысле на нем виснуть. За такое большинство знакомых Эдди не пожалели бы левого яичка.

– Элкинс?

Эдди открыл глаза. Прови частым гребнем расчесывала белые и пушистые кроличьи лапы. Голос же принадлежал типу росточком с Дэнни де Вито и с мускулатурой Арнольда Шварценеггера. Помятое лицо и коротко стриженные седые волосы намекали на полтинник с хвостиком, в то время как тело, облаченное в черное трико и черный плащ, выдавало чемпиона колледжа по реслингу.

– Я – Данте, твой инструктор, – произнес коротышка. – Давай-ка посмотрим, какой из тебя Трынтрава. Погоди, голову пока не надевай. Пройдись.

Прови нанесла последний штрих гребнем и посторонилась. Элкинс сделал глубокий вдох, бодро тронулся с места – и зацепился мысом одной огромной лапы за пятку другой лапы. Тотчас напомнила о себе сила тяготения, и Элкинс плюхнулся пятой точкой на хлопчатобумажный хвост, а хвостом – на прорезиненный коврик. Прови разразилась писклявым «ай-ай-ай».

– Вот почему я велел тебе не надевать голову сразу, – объяснял Данте, помогая Элкинсу подняться. – Этак на вас голов не напасешься.

– Моя собственная голова, выходит, никого не волнует? Могли бы и предупредить.

– А смысл? Чем больней упадешь, тем быстрей научишься, – возразил Данте. – Ты какой размер обуви носишь?

– Десять с половиной.

– Теперь тебе придется носить кроличьи лапы двадцать четвертого размера и восемнадцать фунтов меха в придачу. Давай тренируйся. – И Данте отошел к стене.

Элкинс доковылял до инструктора и обратно, изловчившись не упасть.

– Ну как?

– Впечатляет, сказал бы я, будь у тебя мышечная дистрофия в последней стадии, – ответил Данте. – Да успокойся: все неплохо, только живости не хватает. Ты должен прыгать, а не ковылять. – И Данте запрыгал по комнате. – Не волнуйся.

К концу смены ты у меня будешь пируэты выделывать не хуже Нуриева.

По прошествии десяти часов Данте сказал:

– Завтра я научу тебя ориентироваться в парке. Затем мы перейдем к Правилам обращения с детьми. Тут ошибок не прощают. Детей нельзя пугать, нельзя ронять, а главное, нельзя трогать в неположенных местах.

Они тренировались на куклах. Эдди ничего не стоило не трогать кукол в неположенных местах. В последний день занятий Данте представил ученика приземистой круглолицей женщине с копной грязно-желтых волос, дюжиной крохотных золотых сережек по обеим сторонам головы и глазами, не оставлявшими сомнений в том, что пространство между двумя шеренгами сережек девственно-чисто.

– Познакомься: Норин Стубьяк, – сказал Данте. – Она будет твоим наблюдателем.

Калео об этом предупреждал, но Эдди изобразил счастливое неведение:

– Кем-кем она будет?

– Каждому персонажу полагается личный наблюдатель. На всякий случай. Например, на тебя может напасть группа подростков. А Норин будет тут как тут.

Эдди изобразил улыбку.

– Значит, вы мой телохранитель. А пушка у вас есть? Норин произвела носом всхрюк, который Эдди идентифицировал как смешок.

– Свои идейки, Элкинс, прибереги для кого другого, – вмешался Данте. – У Норин имеется рация. Если на тебя нападут, она немедленно свяжется с охраной.

Эдди догадался: Норин приставлена шпионить. Перспектива всю дорогу находиться под присмотром Эдди не приколола, однако очень скоро он понял, что Норин – персона в высшей степени инертная, дважды разведенная и залежавшаяся на складе законченных лузеров. Мечта, а не наблюдатель. Стубьяк, решил Эдди, в переводе с польского означает «бестолочь». Впрочем, одно качество Норин с лихвой компенсировало все ее недостатки – отвлечь девушку было как делать нечего.

Эдди стал каждые несколько дней покупать своему наблюдателю небольшие подарки: то диск, то набор заколок для потравленных перекисью волос, то флакон ее любимой туалетной воды «О де Уолл-март». Порой Эдди казалось, что Норин догадывается о причинах его щедрости, а иногда он думал, что такие умственные потуги ей не по силам. Как бы то ни было, Норин молчала.

Несколько недель, прошедших со дня вступления Эдди в должность, были самыми счастливыми в его жизни. Четырежды в день, наряженный Кроликом Трынтравой, он появлялся на проспекте Роликовых Коньков и направлялся к Городу Непосед. Именно там играли малыши. В тот день Эдди заметил прелестного китайчонка лет шести, ну, может, семи. Самый возраст. Мальчик был немного смущен, однако вовсе не испуган.

Эдди помахал китайчонку. Китайчонок помахал в ответ. Эдди изобразил несколько неуклюжих кроличьих па. Китайчонок улыбнулся. Эдди прошелся, нарочно заплетая огромные кроличьи лапы. Китайчонок засмеялся.

Эдди протянул руки в белых пушистых рукавицах, и мамочка сама толкнула сыночка в объятия Трынтравы. Эдди просунул левую лапу между ног китайчонка, а правую положил ему на затылок. Розовым кроличьим носом он коснулся крохотного вздернутого носика и был вознагражден еще одним заливистым смешком мальчика и счастливым возгласом мамочки.

Папочка тем временем потянулся за фотоаппаратом.

– Не могли бы вы чуть отступить, чтобы в кадр поместился и памятник? – произнес папочка на неожиданно чистом английском.

Нежа в кулаке крохотные гениталии, Эдди пошел к тридцатифутовому бронзовому Дину Ламаару, при определенном освещении действительно проявлявшему некоторое сходство с покойным. Папочка сделал снимок. Затем еще один. «Вот и на моей улице праздник», – думал Эдди, пристраивая левую лапу так, чтобы большой палец оказался между половинок сливочно-карамельной попки.

«Работать Кроликом, – развивал мысль Эдди, – в сто раз лучше, чем крутить баранку школьного автобуса. И зарплата – мама не горюй, и весь пакет льгот, да еще родители сами вручают тебе своих отпрысков, чтобы ты щупал у них промежности».

Жить Эдди оставалось меньше часа.

Следующие двадцать минут Эдди провел в Городе Непосед, затем они с Норин направились к туннелю, который вел в Кроличью Нору – подземное Зазеркалье, скрытое от глаз посетителей «Фэмилиленда». На поверхности земли находился мир сказок; под землей была суровая действительность, воплощенная в сотнях миль электрокабеля, водопроводных и канализационных трубах и, конечно, бессчетном количестве раздевалок, кафешек, туалетов, душевых и прочих помещений для шести тысяч двухсот работников, благодаря которым сказки оживали.

До конца рабочего дня оставалось еще полчаса, а Эдди хотелось курить. Не успели они с Норин войти в туннель, как он стащил кроличью голову.

– Мне нужно кое-что сделать, прежде чем переодеваться, – сказал Эдди. – До завтра, Норин.

– Спокойной ночи, – как всегда невпопад отвечала Норин. – Еще раз спасибо за диск.

Эдди всего за два доллара отрыл на блошином рынке старый фильм с участием Брэда Питта.

– Не стоит благодарностей, – скромно улыбнулся Эдди. – Я же знаю, как он тебе нравится.

Вся территория Кроличьей Норы считалась зоной, свободной от табачного дыма, но Эдди знал местечко, где можно было покурить без страха зафиксироваться камерами видеонаблюдения. Он сделал несколько поворотов в соответствии с коленцами водопроводных труб и с наслаждением уселся на прохладный пол, выложенный керамической плиткой. Монструозная кроличья голова расположилась поодаль. Эдди достал «Мальборо» и зажигалку, глубоко затянулся, откинулся на толстенную трубу и медленно, с наслаждением выпустил кольцо дыма.

Последнее свое кольцо дыма.

Удавка взялась бог знает откуда и врезалась ему в шею. Эдди попытался крикнуть, но из легких ничего не вырвалось. Эдди попытался вдохнуть, но в легкие ничего не ворвалось.

Тридцать семь секунд спустя Эдди Элкинс, он же Эдвард Эллисон, насильник, совратитель малолетних, судимый педофил, поимел последнее в своей жизни – мысль.

«Боже, я был так счастлив! Почему именно сейчас?»

У него хватило ума не подумать: «Почему именно я?»


Содержание:
 0  Фабрика кроликов The rabbit factory : Маршалл Кэрп  1  вы читаете: Глава 1 : Маршалл Кэрп
 2  Глава 2 : Маршалл Кэрп  5  Глава 5 : Маршалл Кэрп
 10  Глава 10 : Маршалл Кэрп  15  Глава 15 : Маршалл Кэрп
 20  Глава 20 : Маршалл Кэрп  25  Глава 25 : Маршалл Кэрп
 30  Глава 30 : Маршалл Кэрп  35  Глава 35 : Маршалл Кэрп
 40  Глава 40 : Маршалл Кэрп  45  Глава 45 : Маршалл Кэрп
 50  Глава 50 : Маршалл Кэрп  55  Глава 55 : Маршалл Кэрп
 60  Глава 60 : Маршалл Кэрп  65  Глава 65 : Маршалл Кэрп
 70  Глава 70 : Маршалл Кэрп  75  Глава 75 : Маршалл Кэрп
 80  Глава 58 : Маршалл Кэрп  85  Глава 63 : Маршалл Кэрп
 90  Глава 68 : Маршалл Кэрп  95  Глава 73 : Маршалл Кэрп
 100  Глава 78 : Маршалл Кэрп  105  Глава 83 : Маршалл Кэрп
 110  Глава 88 : Маршалл Кэрп  115  Глава 93 : Маршалл Кэрп
 120  Глава 98 : Маршалл Кэрп  125  Глава 103 : Маршалл Кэрп
 130  Глава 108 : Маршалл Кэрп  135  Глава 113 : Маршалл Кэрп
 140  Глава 81 : Маршалл Кэрп  145  Глава 86 : Маршалл Кэрп
 150  Глава 91 : Маршалл Кэрп  155  Глава 96 : Маршалл Кэрп
 160  Глава 101 : Маршалл Кэрп  165  Глава 106 : Маршалл Кэрп
 170  Глава 111 : Маршалл Кэрп  174  Глава 115 : Маршалл Кэрп
 175  Использовалась литература : Фабрика кроликов The rabbit factory    



 




sitemap  

Грузоперевозки
ремонт автомобилей
Лечение
WhatsApp +79193649006 грузоперевозки по Екатеринбургу спросить Вячеслава, работа для водителей и грузчиков.