Детективы и Триллеры : Триллер : Глава 11 : Макс Коллинз

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14

вы читаете книгу




Глава 11

Когда Темперанс Бреннан увидела резиденцию Раймонда Гианелли, она поняла, что поразивший ее размерами дом Винсента по сравнению с этим монстром может претендовать разве что на звание сарайчика для садовых инструментов.

Дом располагался в тихом фешенебельном районе Форрест-парк, и только высокая каменная стена вокруг здания могла напомнить о деятельности, которой занимался хозяин дома. Во внутреннем дворике прогуливались вооруженные охранники со специально обученными собаками, – здесь, в отличие от дома Винсента, все были на своих местах.

Возле ворот двое одетых в черное «шкафов» неприветливо уставились на Бусса и Бреннан, но, ознакомившись с удостоверениями личности, позволили им проехать.

Бусс завел машину на большой двор, находившийся у главного входа, где их ожидала еще одна группа парней в черном, – антиподов группы быстрого реагирования.

Агента ФБР и антрополога провели в обшитую панелями красного дерева комнату, служившую хозяину кабинетом.

Размеры стола как минимум втрое превышали общепринятые. Возле стола стояло огромное кожаное кресло, подавляющее своими габаритами.

Два стула для посетителей были повернуты к столу, и Бреннан внезапно почувствовала себя провинившейся школьницей, которую вызвали в кабинет строгого директора.

Вошел Раймонд Гианелли, одетый в строгий деловой костюм. Его лицо казалось маской безразличия, когда он уселся в кожаное кресло и, не поздоровавшись, произнес:

– Что на этот раз, специальный агент Бусс?

Лицо Бусса было серьезным, в глазах его не было ни малейшей враждебности.

– Это задание не доставляет мне удовольствия, мистер Гианелли, несмотря на характер наших с вами отношений… Мы прибыли, чтобы сообщить вам о том, что ваш сын Винсент убит.

Гианелли не двинулся с места, выражение его лица совсем не изменилось.

– Как?

Бреннан открыла было рот, чтобы ответить, но Бусс дотронулся до ее руки, и она промолчала.

Ответил Бусс:

– Это имеет какое-то значение?

Гангстер скрестил руки на груди и немного подался вперед:

– Вы прекрасно знаете, что имеет. Не валяйте дурака, агент Бусс.

Бусс молчал.

Гианелли приподнялся с кресла и повысил голос:

– Как погиб мой сын?

Бреннан не выдержала и заговорила. Ее тон был сухим и сугубо профессиональным.

– Его пытали. Мы не знаем, как долго это продолжалось. Потом его голова была отделена от туловища. Во время этой процедуры он был еще жив. Я сожалею.

Бусс нахмурился, явно недовольный ее вмешательством, но Гианелли только кивнул и сказал:

– Благодарю вас.

Затем он обратился к Буссу:

– Кто она?

– Доктор Бреннан. Антрополог. Иногда она помогает нам с расследо…

– Вы могли бы многому у нее научиться.

Голос Гианелли был по-прежнему ровным, но если слушать внимательно, можно было уловить в нем появившуюся дрожь. Он продолжил:

– У нее прекрасная манера правдиво отвечать на вопросы.

– В этом ей не откажешь, – согласился Бусс.

– Где сейчас мой мальчик? Я хочу его увидеть.

– Нет, сэр, – вмешалась Бреннан, – я бы вам не советовала.

Гианелли прожег ее взглядом. Сейчас его лицо превратилось в маску боли и ярости.

– Я сам хочу его увидеть, понятно вам?

– Вы имеете на это право, – ответил Бусс.

Раймонд Гианелли поехал с ними – без телохранителей, без вооруженной охраны, без адвоката. Его сопровождали только Бусс и Бреннан.

Они приехали к моргу Кук-Кантри, в который отправили останки Винсента.

У входа в помещение морга, в холодном, выкрашенном зеленой краской коридоре, они подождали, пока появятся работники морга, которые должны были сопроводить их на опознание.

Вскоре они очутились по другую сторону стеклянных дверей в конце коридора, и два бледных, одетых в зеленые халаты санитара вкатили накрытую простыней тележку.

Бреннан хотела бы знать, как Гианелли объяснил себе странную выпуклость простыни на том месте, где должна была находиться голова трупа.

В то время как скелет лежал на каталке, голова была поставлена на обрубок шеи, и это заставляло простыню неестественно вздуваться.

Один из сотрудников морга сдвинул простыню, чтобы голова была видна посетителям.

Раймонд Гианелли вскинул руку ко рту, с его губ сорвалось страшное, неразборчивое бормотание. Он, конечно же, многое повидал на своем веку, и его жизнь была полна незаконных действий самого разного плана, но такое зрелище было слишком тяжелым даже для него.

Простыня сдвинулась дальше, и Бреннан увидела, как Гианелли перевел взгляд на скелет.

Затем его глаза закрылись, по щекам заструились слезы, и Раймонд Гианелли, – который безжалостно убивал и приказывал убивать Бог знает какое количество людей, – сделал такое движение, будто собирался рухнуть в обморок.

Бреннан и Бусс машинально подхватили его под руки и вывели из морга в близлежащий парк. Гианелли содрогнулся и присел на скамейку, беззвучно оплакивая сына.

– Мы скорбим о вашей утрате, – миролюбиво сказал Бусс.

Гианелли вскинул на агента внезапно ставшие бешеными глаза:

– Да что вы говорите? Берите пример с леди: не стоит мне лгать. Вам приятно видеть моего сына мертвым, и вы рады до безумия, что одним Гианелли в мире стало меньше!

Тон Бусса не изменился.

– Родители не должны хоронить своих детей.

Бреннан хотела вмешаться, потому что реплика Бусса могла быть воспринята как оскорбление, а не как выражение сочувствия, но, к ее удивлению, эти слова подействовали на пожилого мужчину успокаивающе.

Он просто закрыл лицо руками, стараясь унять свою боль.

Назад они ехали в молчании. Гианелли на заднем сиденье полностью ушел в свои мысли, Бреннан думала о том, что гангстер старой закалки после такого потрясения наверняка попытается устроить кровавую бойню.

Когда они свернули к дому Гианелли, он сказал:

– Я хочу заключить сделку.

Бусс покачал головой.

– Я сочувствую вашему горю, мистер Гианелли, но ничего не изменилось. Я уже сказал вам, сэр, что вы упустили свой шанс договориться со мной. Я предлагал вам сделку в тот день, во время допроса. Вы отказались.

Бреннан не могла поверить собственным ушам. Она начала что-то говорить, но взгляд Бусса убедительно посоветовал ей не встревать в разговор.

Он явно чего-то добивался.

Она осторожно бросила взгляд назад, на Гианелли. Тот сидел, обхватив себя руками, опустив лицо и сильно наклонившись вперед.

– Я ведь многое могу рассказать, – выдавил он из себя. – Я могу сдать вам всех, кто работает в этом городе. Могу рассказать не только о нашей семье – обо всех.

– Вы не сможете отомстить всем, – ответил Бусс. – Вы хотите использовать меня как оружие возмездия… но я в такие игры не играю.

Глаза Гианелли вспыхнули, ноздри раздувались.

– Для вас все это просто гребаная игра, не так ли, фэбээровский козел?

Бусс не ответил.

Он припарковал машину возле дома Гианелли. Один из охранников подошел, чтобы открыть для босса дверцу автомобиля… Но что-то остановило его. Наверное, Гианелли жестом отослал охранника, показывая, что хочет остаться наедине с гостями.

Что бы там ни было, Бреннан этого не заметила.

Наконец Бусс заговорил:

– Я вижу только один выход из сложившейся ситуации. Согласны?

– Согласен.

– Ваша проблема в том, Гианелли, что я могу избавиться от ваших недругов и без вашей помощи… И от вас тоже, если уж на то пошло… Разве что у вас есть для меня нечто важное. То, до чего я сам не докопаюсь. Если вы готовы сообщить мне эту информацию, мы договорились. Если нет – нам больше не о чем разговаривать.

Долгое время Гианелли сидел, не произнося ни слова. Когда он наконец заговорил, Бреннан удивилась тому, как ровно и спокойно звучал его голос.

– Я понял, чего ты хочешь, Бусс.

– Действительно?

– Ты хочешь узнать имя парня, который навел нас на Мюсетти. Хочешь вычислить крысу.

– Я слушаю.

Гианелли откинулся на спинку сиденья.

– Можно считать, что сделка состоялась?

Не оборачиваясь, Бусс сказал:

– Для вас наступили тяжелые времена, Раймонд. Но мы сможем вас защитить. Мы поместим вас в элитное, так сказать, учреждение. Там не будет ваших коллег. И никто не прижмет вас в душе, разве что какому-то проворовавшемуся конгрессмену очень приспичит.

– Насмешил.

– Отдайте мне предателя в ФБР, и я выйду на всех остальных. Смерть вашего сына не останется безнаказанной. Поделитесь с нами информацией, и убийцы окажутся за решеткой.

Гианелли вздохнул, и в этом вздохе была печаль и сожаление.

– Это самое трудное дело с тех пор, как я вынужден был убрать Стиви. Мюсетти и я, мы росли вместе, наши отцы очень дружили… Мы были лучшими друзьями, командой. И прошли так всю жизнь… Пока не появился мудак, который начал забивать ему голову дерьмом. Он убеждал Стиви, что я хочу от него избавиться… Это была полная чушь, – я любил Стиви. Но он предал меня… предал нашу семью, предал моего мальчика… Пусть Винсент и не был совершенством, но я его любил. И не смог простить предательства. А Винсент просто взбесился.

– Я понимаю, – сказал Бусс.

– И все равно, я не собирался убивать Стиви, я хотел с ним договориться. Я позволил вам убрать его с глаз долой, чтобы спасти сына… Но этот сучий потрох, этот ублюдок, который накрутил Стиви против меня, он вовсе не хотел, чтобы все прошло тихо. Именно этот урод рассказал нам, где прячут Мюсетти. Я с удовольствием отдам его тебе, Бусс.

Бреннан не отрываясь смотрела на Бусса. Он дышал тяжело и выглядел напряженным, но продолжал таращиться сквозь ветровое стекло, молча и даже не глядя на собеседника.

Гианелли выдержал паузу и сказал:

– Специальный агент Роберт Дилан.

Бусс кивнул, как будто услышал вчерашнюю новость.

Бреннан же чуть не упала в обморок.

Дилан?!

Она покосилась на Бусса – он что, верит этому? Вот так, без доказательств?

Словно услышав ее мысли, Гианелли сказал:

– У меня достаточно улик для вас. Я арендую банковскую ячейку, там находятся кассеты с записями наших разговоров. Ублюдок о них не знает. Они понадобятся?

– Да. – Бусс наконец повернулся к своему собеседнику. – Я пришлю к вам человека, вы вместе поедете в банк, мистер Гианелли, и заберете оттуда улики. И получите все, о чем мы договорились.

Гианелли кивнул.

Бусс сказал:

– Дайте мне время выкинуть крысу из наших рядов, и мы снова поговорим. Я приеду сюда.

Гианелли сделал почти неуловимый жест, и к машине тут же подскочил охранник. Он открыл дверь и придержал ее, на сей раз без запинок.

Проследив за тем, как постаревший на глазах глава организованной преступности скрылся в доме, Бусс медленно развернул машину и поехал в сторону центра города.

Бреннан не могла молчать ни минуты.

– Ты что, веришь ему?

Бусс искоса глянул на нее:

– Какой ему смысл лгать?

– Он лжец. И хочет отомстить за смерть сына.

– Последняя часть предложения верна, но с первой ты просчиталась, Бонз. Гианелли кто угодно, только не лжец. Он живет в собственном мире и играет по его правилам. Каждое его слово – на вес золота. Для него это дело чести.

– Значит, ты ему веришь?

– Трудно ему не поверить. Несмотря на то что он совершил за все эти годы, сейчас Гианелли играет на стороне ФБР.

Она нахмурилась.

– Трудно себе это представить.

– Думаешь, его враги успокоятся после смерти Винсента?

– Ох. Нет, конечно нет.

– Так что Раймонд получает двойную выгоду. И, как ты и сказала, помимо всего прочего он хочет отомстить за сына.

Они медленно ехали в потоке машин, направляясь к офису Бусса.

Он продолжил:

– Чего я не сказал открытым текстом, так это того, что сейчас Гианелли нужна защита. Если уж их враги добрались до Винсента, они доберутся и до него. И он и я знаем это, так что говорить об этом вслух необязательно.

– Защищаешь ранимое мужское самолюбие от горькой правды в присутствии женщины?

Бусс кивнул.

– Гианелли принадлежит к людям старой закалки.

– А Дилан? Ты что, подозревал его и раньше?

– Вообще-то… да.

– И ты ни разу об этом мне не сказал?

Бусс улыбнулся самодовольной мальчишеской улыбкой. Бреннан мысленно зашипела.

– Бонз, у меня не было ничего, кроме подозрений. Ни улик, ни состава преступления. И я должен был тебе признаваться в своих подозрениях? Тебе, ученому? Ни за что.

Она откинулась на сиденье. Сегодня все слишком часто переворачивалось с ног на голову.

Пока Бреннан обдумывала происшедшее, Бусс связался с Вулфолком и объяснил ему сложившуюся ситуацию. Разговор был на удивление коротким… Значит, с Вулфолком он своими подозрениями делился, и еще как…

К тому времени как они добрались до офиса, Вулфолк уже отследил счета Дилана, связался с банком и – через два часа, когда в банке побывал Гианелли – оформил изъятие кассет и документов с уликами из банковской ячейки. Теперь у них было достаточно информации, чтобы всерьез взяться за Дилана.

Следом за двумя агентами Бреннан прошла в кабинет Дилана.

Начальник Бусса и Вулфолка – уже бывший – как всегда выглядел скроенным из квадратов: квадратные челюсть, плечи, туловище… Дилан сидел за столом, который был гораздо меньше, чем в кабинете Гианелли. На нем был ладно сидящий темный костюм, рубашка в бело-голубую полоску с белым воротничком и желтый галстук.

– Какие новости с полей? Что накопали на болоте? – спросил он.

Бусс ответил ему стандартной формулой:

– Вы имеете право сохранять молчание. Все, что вы скажете…

– Какого черта? – взвился Дилан.

– Вы поняли ваши права, Роберт?

– Конечно, понял. А теперь я требую объяснений, Бусс!

– Раймонд Гианелли сдал нам тебя, Роберт. Похоже, у него начались проблемы с того момента, как кто-то отрезал голову его сыну и ободрал его тело до костей. Так что папочка решил завести друзей в ФБР. И отдал мне… тебя.

– И ты поверил этому сукину сыну?! – взревел Дилан, вставая и в бешенстве сжимая кулаки.

Вулфолк вытащил папку с бумагами.

– Мы отследили твои деньги, Роберт.

Бусс добавил:

– И получили аудиокассеты.

– Какие еще аудиокассеты?!

Бусс неприятно улыбнулся.

– Не хочу забегать вперед. На допросах ты их не раз прослушаешь.

– Черт побери, да это же подстава! Это что, расплата за все те годы, что я горбатился в этой вшивой конторе?

– Расплата, – заметил Бусс, – это очень подходящее слово. Сядь, Роберт. Я хочу, чтобы ты уяснил, в чем дело.

Когда Бусс закончил говорить, злость Дилана куда-то испарилась. Он сжался в кресле, как будто изо всех сил старался стать как можно более незаметным, а то и провалиться сквозь землю.

В голосе Бусса не было ни ехидства, ни юмора, когда он сказал:

– Просто прими это, Боб. Ты изрядно облажался в самом начале.

Дилан только затравленно фыркнул.

Бреннан почувствовала, что она что-то пропустила. В самом начале? Что он имеет в виду?

– Я понял это, когда наши агенты не пострадали при налете на Мюсетти. Это ведь ты запретил трогать наших ребят, верно? Включил такое условие в сделку. Собирался остаться лояльным по отношению к Бюро?

– Иди ты к черту, Бусс.

– Для чего ты это делал? Просто ради денег?

Но с этого момента Дилан, видимо, решил воспользоваться своим правом хранить молчание. И молчал, даже когда Вулфолк надел на него наручники и вывел из кабинета.

Что касалось Темперанс Бреннан, теперь она могла с чистой совестью бежать в свою лабораторию, к восьмисотлетнему коренному жителю Америки, который ждал ее возвращения…

Но ее планам не суждено было сбыться до следующего утра, поэтому, когда солнце коснулось горизонта, они вместе с Буссом вернулись к дому Гианелли-старшего на Форрест-парк.

– Ты действительно думаешь, что он все еще там? – спросила она, когда они прибыли на место.

– Ему некуда больше идти. Кроме того, за его домом наблюдают.

– Ах.

– И к тому же за ним будут охотиться, куда бы он ни подался. Даже если он сбежит в Тибет и залезет на Эверест, его все равно найдут и убьют.

– Кстати, к Эвересту проще добраться с юга, через Непал.

– Буду знать, – улыбнулся Бусс.

Как он и предполагал, Гианелли ждал их в своем кабинете. Он надел черную рубашку с открытым воротом и черные брюки. Со времени их последней встречи он, казалось, постарел на десять лет.

Старый гангстер стоял возле единственного окна и вглядывался куда-то вдаль, поверх темнеющих деревьев.

– Вы готовы ехать? – спросил Бусс.

– Решили свои проблемы?

– Дилан под следствием.

– Тогда я готов ехать.

Постояв немного в молчании, Гианелли повернулся к ним лицом. Его щеки были мокрыми от слез.

– Я никогда не одобрял эту его затею со скелетами… Я думал, что это немного чересчур. Слишком экспрессивно, понимаете? Но я старался уважать его решения, ведь мальчик пытался встать на ноги, выйти наконец из моей тени… Он сказал, что, если отвлечь вас делом серийного убийцы, вы от нас отвяжетесь.

– Так и случилось, – сказал Бусс. – Мой начальник Дилан снял меня с дела Мюсетти и поручил расследовать заварушку со скелетами.

– Я так и думал. Может быть, мальчик действительно знал, что делает?

– Но откуда Винсент узнал о существовании Джордженсена?

Гианелли грустно улыбнулся.

– Бусс, в этом городе без нашего ведома никто даже пукнуть не смеет. Парень убивал извращенцев, так кому какая разница? Обществу было на это абсолютно наплевать. А мой мальчик всегда интересовался серийными убийцами, изучал их… Не знаю уж, зачем ему это понадобилось… И никогда уже не узнаю…

Бреннан отметила про себя слово «извращенцы». Как многие другие люди старой закалки, Гианелли был добрым католиком и считал гомосексуализм грехом. Все поколения Гианелли выросли с четкой системой ценностей…

Внезапно она многое поняла о Гианелли. Такого, чего не замечала раньше.

Даже если Раймонд Гианелли любил своего сына, как только может любить отец своего ребенка, этому человеку не было никакого дела до человеческой жизни вообще.

Бреннан подумала, что Винсент определенно был психопатом, но он скорее всего получил это по наследству, и все его неприглядные качества вовсе не были пробелом в воспитании, наоборот, они с детства тщательно культивировались, чтобы потом он смог занять свою нишу в этой жизни.

Улицы Чикаго, да и весь мир, смогут вздохнуть свободнее, когда этих двоих не станет.

Бреннан знала, что Бусс засадит Гианелли за решетку до конца его дней, а это значит, что с улиц исчезнут дюжины нанятых им убийц. Ее тошнило от этого дела, и причина была даже не в жутком состоянии Винсента Гианелли, которого она обнаружила…

Счет трупов, выкопанных на Инлэнд Марш, пошел уже на десятки, и ее команде понадобятся месяцы работы, чтобы идентифицировать всех жертв.

Немного утешало лишь то, что на этот раз убийцы не уйдут от наказания.

– Винсент должен был занять мое место… – со скорбью в голосе сказал Гианелли. – Продолжить дело семьи… Но как и любой другой, кто хочет продвинуться по карьерной лестнице в нашей Организации, он должен был пройти боевое крещение. И этим крещением стал Стюарт.

Бусс нахмурился.

– Вы хотите сказать, что Винсент собственноручно убил Мюсетти?

– Да, – сказал старик, пытаясь скрыть грустную, но гордую улыбку. – Даже сыну Раймонда Гианелли нужен был свой скелет в шкафу.


Содержание:
 0  Захоронение : Макс Коллинз  1  Пролог 1944 год : Макс Коллинз
 2  Глава 1 Наши дни : Макс Коллинз  3  Глава 2 : Макс Коллинз
 4  Глава 3 : Макс Коллинз  5  Глава 4 : Макс Коллинз
 6  Глава 5 : Макс Коллинз  7  Глава 6 : Макс Коллинз
 8  Глава 7 : Макс Коллинз  9  Глава 8 : Макс Коллинз
 10  Глава 9 : Макс Коллинз  11  Глава 10 : Макс Коллинз
 12  вы читаете: Глава 11 : Макс Коллинз  13  Послесловие : Макс Коллинз
 14  Использовалась литература : Захоронение    



 




sitemap