Детективы и Триллеры : Триллер : Глава 31 : Джон Коннолли

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  4  6  8  10  12  14  16  18  20  22  24  26  28  30  32  34  36  38  40  42  44  46  48  50  52  54  56  58  60  62  63  64  65

вы читаете книгу




Глава 31

Полицейский участок выглядел так, будто выдержал нападение небольшой армии. Передние окна были почти полностью разбиты, дверь изрешетили пули. Эйнджел отворил ее, впуская нас, и осколок стекла звякнул об пол. Рядом с Эйнджелом стоял Уолтер.

— А сейчас мы поедем искать Калеба, — заявил Луис.

Но я отрицательно покачал головой.

— Сейчас на дорогах будет полно полиции. Я не хочу, чтобы ты и Эйнджел попались на глаза копам.

— Фигня! — громко возразил Луис.

— Нет. И ты это знаешь. Если тебя здесь застукают, не помогут никакие объяснения. В любом случае — это наше с Уолтером дело личного характрера. Пожалуйста, уезжайте.

Луис помедлил минуту с ответом, словно собирался с мыслями. Однако потом все же кивнул.

— Тонто! — позвал он Эйнджела. — Мы уезжаем.

Эйнджел выказал полную готовность, и они вдвоем направились к «меркурию». Уолтер и я стояли рядом и смотрели им вслед. Готов поклясться, что я был в состоянии продержаться еще час, ну, максимум — полтора. Потом же просто не мог не отключиться.

— Мне думается, я знаю, где искать Эллен, — сказал я. — Ты готов туда ехать?

Уолтер кивнул.

— Если она еще жива, нам придется кое-кого убить. Иначе нам не отбить ее у них.

— Ну, раз надо, так надо.

Я внимательно посмотрел на него. Похоже, Уолтер был искренен.

— Ладно, поехали, — подытожил я. — Лучше бы тебе сесть за руль. Я сегодня что-то не в форме.

Мы оставили машину где-то на расстоянии полумили от жилища Мида Пайна и подошли к дому с тыла, прячась за деревьями. Свет в доме горел в двух местах: светилось одно окно на первом этаже и другое — наверху, где помещалась, видимо, спальня. Когда мы приблизились к границе участка, то никаких иных признаков жизни не заметили.

На участке стоял маленький сарай с крышей, покрытой листами ржавеющего железа. Виднелись следы, полузанесенные снегом. Кто-то здесь недавно проходил. И мотор грузовика на ощупь был еще не остывшим. От сарая несло смрадом разлагающейся плоти. Я придвинулся к углу сарая, потянулся и осторожно снял засов. Он скрипнул, но негромко. Дверь открылась, и запах стал сильнее. Я взглянул на Уолтера: в его взгляде постепенно угасла надежда. Я велел ему оставаться на месте, а сам проскользнул в сарай.

Смрад ощущался так сильно, что у меня стали слезиться глаза; вонь, казалось, пропитывала мою одежду. В одном углу стоял длинный морозильник. Его изъела ржавчина, которая проделала дырки по всему корпусу, обмотанному отсоединенным проводом. Свободный конец провода болтался, как неприкаянный хвост. Я сжал зубы и приподнял крышку...

Внутри лежало скрюченное тело: босые ступни, синий комбинезон, одна рука с гниющими пальцами неуклюже вывернута, другая придавлена телом. Лицо распухло, глазницы уже стали белыми. Однако это явно было лицо старого человека. Холод все-таки затормозил процесс разложения, и я смог признать Мида Пайна, которого видел ранее на фото в ресторанчике. Мида Пайна, который погиб, чтобы Калеб Кайл смог занять его место и терпеливо поджидать появления Билли Перде. Под телом Пайна я заметил черную шерсть и хвост: останки собаки.

Позади меня послышался скрип петель, и в сарай медленно, с опаской вошел Уолтер. Его глаза проследили направление моего взгляда. На лице Уолтера отразилось явное облегчение, которое он испытал, увидев тело старика.

— Тот пожилой мужчина с фотографии?

— Да, это он.

— Тогда Эллен еще жива.

Я лишь молча кивнул. Есть вещи и похуже, чем гибель от руки убийцы. Потаенной частью своего сознания Уолтер это тоже понимал...

Когда я тихонько открыл входную дверь дома и проник в большую кухню, то сразу почувствовал кислый, застоявшийся запах. Из мешка для мусора, прислоненного к стене, невыносимо воняло. Я готов был поспорить, что отходы не выносили больше недели.

Уолтер тоже зашел в дом и двинулся направо, прижимаясь спиной к стене и держа под прицелом столовую, которая соединялась с кухней через полуоткрытую дверь. Я направился налево и, двигаясь таким же образом, проверил гостиную, затем сделал жест в сторону лестницы. Уолтер направился туда первым, скользя вдоль стены и изо всех сил стараясь, чтобы ступеньки не скрипнули; пистолет он держал обеими руками.

На первой лестничной площадке была дверь в ванную комнату, двумя ступеньками выше — дверь в первую спальню. Постели давно никто не заправлял, на комоде и на полу — остатки испортившейся еды. Признаки того, что здесь недавно побывали, отсутствовали: никакой одежды, обуви, дорожных сумок. Именно в этой комнате горел свет.

Эллен Коул лежала на кровати в другой спальне. Ее руки кто-то привязал к каркасу кровати. Глаза и уши девушки были перетянуты черными тряпками, с каким-то тряпьем под ними, чтобы она не могла нормально ни видеть, ни слышать. Рот закрывал пластырь, посередине которого проделали дырочку. Тело укрывали два одеяла. Рядом с кроватью на маленькой тумбочке стояла пластиковая бутылка с водой с воткнутой в горлышко трубочкой.

Когда мы вошли, Эллен даже не шевельнулась. Однако стоило нам приблизиться, как она что-то почувствовала. Уолтер протянул руку, чтобы дотронуться до нее, но она со слабым криком в испуге шарахнулась. Я осторожно снял с девушки одеяла: Эллен была раздета до белья, но внешние повреждения отсутствовали. Я оставил ее и Уолтера вдвоем, а сам отправился проверить третью спальню. Она тоже пустовала, но, судя по всему, в кровати недавно спали. Когда я вернулся, Уолтер, осторожно придерживая голову Эллен, снимал с нее повязки. Она часто моргала и щурилась, хотя находилась в относительно темном помещении. Потом разглядела отца — и заплакала.

— Кругом пусто, — доложил я, после чего подошел к кровати и перерезал веревки на руках девушки своим перочинным ножом, пока Уолтер снимал пластырь с лица Эллен. Она рыдала, привалившись к нему всем телом. В куче вещей у окна я нашел ее одежду.

— Помоги ей одеться, — сказал я Уолтеру.

Эллен все еще не проронила ни слова. Но когда Уолтер натянул на нее джинсы, я взял девушку за руку и постарался обратить ее внимание на себя:

— Эллен, их двое?

Эллен ответила не сразу. Немного погодя она кивнула:

— Двое, — голос девушки звучал неестественно хрипло после долгого молчания. Очевидно, в горле у нее пересохло. Я подал ей бутылку с водой, и она сделала маленький глоток через трубочку.

— Они как-то мучили тебя?

Она отрицательно покачала головой и снова заплакала. Я обнял ее. Потом отстранился, когда Уолтер стал надевать на нее свитер. Он придерживал ее за плечи и помогал встать, но ноги ее с непривычки подломились.

— Это ничего, милая, — утешал он дочь, — мы тебе поможем спуститься.

Мы уже почти спустились вниз, когда раздался звук открываемой входной двери.

У меня в очередной раз свело мышцы живота. Мы замерли. Но больше никаких звуков не услышали. Я сделал Уолтеру знак, чтобы он оставил Эллен на лестнице. Попытайся мы спускать ее дальше, это точно встревожило бы того, кто сейчас был внизу.

Входная дверь была распахнута настежь, ветер заносил в нее хлопья снега. Когда мы приблизились к последней ступеньке лестницы, правее меня неясная тень скользнула в сторону кухни. Я обернулся к Уолтеру и приложил палец к губам.

На фоне дверного проема перемещался, не поворачивая головы в нашу сторону, молодой мужчина — с ним я встречался во время моего первого посещения этого дома — Каспар. Как теперь стало понятно, сын Калеба. Я с усилием проглотил слюну и двинулся вперед с поднятой рукой, давая этим знак Уолтеру оставаться на месте, у входной двери. Досчитал до трех и шагнул в кухню, держа пистолет наготове.

В кухне никого не оказалось, но дверь, ведущая в столовую, сейчас была распахнута настежь. Я отпрянул назад, чтобы предупредить Уолтера, и в то же мгновение заметил, как за его спиной мелькнула тень и в сумерках блеснуло лезвие ножа. Он обратил внимание на тревожное выражение моего лица и уже двинулся с места, однако нож взлетел и опустился на его левое плечо. Он выстрелил назад из-под левой руки, но нож поднялся и опустился снова, на этот раз полоснув его резким ударом наискось, когда Уолтер уже падал. Каспар сильно толкнул Уолтера в спину, и голова последнего с громким стуком ударилась о перила. Уолтер упал на колени и на руки, кровь залила ему лицо, и взгляд стал тяжелым, как бы удивленным.

Каспар повернулся ко мне, держа нож в правой руке лезвием вниз. На бедре у него темнело отверстие — свежая рана от пули, и на грязных штанах быстро расплывалось кровавое пятно. Однако он, похоже, не замечал боли: резко сгруппировался и кинулся на меня через весь коридор, оскалив зубы, с ножом наготове.

Я выстрелил Каспару в грудь; он остановился и зашатался. Приложил руку к ране и удивленно рассматривал кровь на ладони, как будто не мог поверить, что в него выстрелили. Затем злобно уставился на меня, склонив голову набок, и сделал шаг вперед, изготовившись к нападению вновь. Я выстрелил еще раз. На этот раз пуля попала ему прямо в сердце, и Каспар упал навзничь; его голова ударилась об пол почти рядом с Уолтером, который изо всех сил пытался привстать, хотя бы на четвереньки. С лестницы послышался крик Эллен, и я увидел, что она ползком спускается по ступенькам к отцу.

Ее крик спас мне жизнь. Когда я, очнувшись от оцепенения, поворачивался к ней, то успел расслышать резкий свистящий звук за своей спиной и заметить чью-то чужую тень на полу передо мной. В тот же миг что-то больно задело мне плечо: клинок лопаты просвистел мимо моего лица буквально на расстоянии нескольких дюймов. Я ухватился левой рукой за черенок, одновременно нанеся удар правым локтем.

И почувствовал, что попал нападавшему точно в челюсть. Используя лопату как рычаг, я отбросил нападавшего к себе за спину и сделал подножку. Он споткнулся об мою ногу, не удержал равновесия и упал на колени. Нападавший оставался на коленях лишь несколько мгновений, после чего поднялся на ноги и повернулся ко мне лицом, четко выделяясь на фоне темного дверного проема.

Наконец-то я, удостоверился: передо мной действительно был Калеб Кайл. Он больше не притворялся немощным, скрюченным артритной болью старикашкой — стоял прямой, высокий, худой, но жилистый, в синих джинсах и такой же рубашке. Да, он мог считаться пожилым человеком. Однако, я буквально физически ощущал его силу, ярость, способность и желание причинять боль и страдания: все это исходило от него волнами, подобно печному жару. В глубине его расширенных ненавистью глаз, казалось, тлел красный огонь. Я тут же вспомнил злобный огонек в глазах Билли Перде. И подумал о молодых женщинах, повешенных на дереве, о той боли, что выпало им испытать от рук Калеба Кайла, о своем деде, которого всю жизнь преследовали кошмары. Какие бы мучения ни пережил сам Калеб Кайл, он стократ выместил их на окружающем его мире.

Калеб взглянул на мертвого сына у своих ног, перевел взгляд на мое лицо. И его ненависть окатила меня новой волной. В глазах старика засветился глубокий, злобный ум. Он манипулировал всеми нами, десятилетиями избегая поимки. И на сей раз ему почти удалось исчезнуть. Однако теперь это стоило ему жизни сына. Что бы ни случилось потом, сегодня возмездие настигло Калеба: малую часть долга он уже заплатил — за несчастных мертвых девушек, оставленных висеть на дереве, за Джуди Манди, которую, я был в этом уверен, именно он утащил в глухомань Великих Северных лесов.

— Нет... — выдохнул Калеб. — Нет!

Я начинал понимать, почему он так безумно хотел, чтобы у него родился мальчик. Если бы Джуди родила девочку, то в приступе ярости Калеб мог бы убить ребенка. И попытался бы еще раз зачать мальчика. Он хотел того же, что и многие мужчины на земле: увидеть свое подобие, лучшую часть самого себя, продолжающуюся в другом человеческом существе. Кроме того, он жаждал видеть продолжение именно мерзкого и уродливого в себе — способности и дальше пожирать чужие жизни.

Калеб Кайл сделал шаг вперед. Я поднял пистолет.

— Назад! — приказал я. — Держи свои руки так, чтобы я мог их видеть.

Он покачал головой, сделав тем не менее несколько шагов назад и разведя руки в сторону. Калеб не смотрел на меня, глаза его были накрепко прикованы к телу сына; переместился поближе к Уолтеру, который сидел, прислонившись здоровым правым плечом к стене, с лицом, залитым кровью. В невредимой правой руке он удерживал пистолет, но никак не мог сконцентрироваться. Было заметно, что боль сильно мучает его. Сам я тоже, скажем так, пребывал не в лучшей форме. К этому времени Эллен еще оставалась на лестнице, и я сделал ей останавливающий жест рукой, добавив на словах, чтобы она там и находилась. Она замерла. Но я услышал ее плач.

Калеб снова заговорил:

— Ты умрешь за то, что сделал с ним, — он презрительно сплюнул на пол. И сосредоточил все свое внимание на мне. — Я тебя запросто разорву на части голыми руками. А потом буду глумиться над потаскушкой, пока она не сдохнет. Брошу ее тело в лесу, чтобы его сожрали дикие звери...

Я ничего не отвечал на его угрозы, только предупредил возможные действия:

— Давай двигай назад!

Мне вовсе не хотелось оказаться слишком близко к нему: ни в коридоре, ни на крыльце. Он по-прежнему был опасен. Я сознавал это, даже держа его под прицелом.

Калеб продолжил отступление: он медленно спускал по ступеням, пока не оказался во дворе. Снег сыпался на его обнаженную голову, на вытянутые в стороны руки; свет из окна заливал его, и я смог разглядеть торчавшую из пояса за спиной рукоятку пистолета.

— Повернись! — громко приказал я. — Встань боком ко мне.

Он не шевельнулся.

— Повернись! Или я прострелю тебе ногу, — пока я не был готов его убить.

Он хмуро взглянул на меня. Потом все-таки повернулся направо.

— Протяни руку назад. Большим и указательным пальцем возьми пистолет за рукоятку и отбрось его от себя.

Он проделал эти манипуляции, забросив пистолет в обрезанные розовые кусты за крыльцом.

— А сейчас медленно поворачивайся лицом ко мне.

Он подчинился.

— Так вот ты каков, Калеб Кайл.

Он ухмыльнулся — серый ледяной паразит, пожирающий жизни.

— Калеб Кайл — это просто имя, парень. Оно ничем не хуже других, — он снова сплюнул. — Ты все еще дрожишь?

— Ты старик, — ответил я, — тебе самому впору бояться. Этот мир будет судить тебя строго. Но не так строго, как тот, другой.

Он открыл рот в ухмылке: за зубами клокотала слюна.

— Твой дедушка боялся меня, — проронил он, — а ты похож на него. Выглядишь напуганным.

Не ответив на колкость, я вместо этого бросил взгляд на мертвого Каспара.

— Вот лежит твой убитый сын. Его мать — Джуди Манди?

Калеб оскалил зубы и сделал чуть заметное движение, словно собирался броситься на меня. Я немедленно выстрелил ему под ноги. Пуля взметнула снег с грязью и остановила его.

— Не смей! — пригрозил я. — Лучше скажи: ты прикончил Джуди?

— Клянусь, я увижу тебя подохшим, — прошипел он.

Калеб уставился на труп Каспара; желваки на его скулах заходили ходуном, когда он стиснул зубы, чтобы преодолеть раздирающую его боль... Он походил на изображение какого-то древнего демона: жилы на шее набухли, как тросы; обнажились длинные желтые зубы.

— Я прибрал эту тварь, чтобы размножаться, когда подумал, что мой пацан потерян для меня навсегда.

— Тварь? Она что — мертва?

— Не понимаю, какое тебе до этого дело. Она истекла кровью, когда родила мне парня. Я так и бросил ее подыхать, потому что больше в ней не нуждался.

— Так... А сейчас — назад!

— Я пришел сюда за своим парнем. За тем парнем, которого, как я думал, потерял. Эта старая шлюха забрала его у меня. Шлюхи и сукины сыны прятали от меня парня.

— И ты их всех убил?

Он гордо кивнул головой:

— Всех, кого нашел.

— А Гарри Чут, инспектор леса?

— Нечего ему было сюда соваться. Я не щажу никого, кто переходит мне дорогу.

— Даже собственного внука?

Глаза Калеба блеснули: в них на секунду мелькнуло нечто вроде тени сожаления.

— Промашка вышла. Просто попался под руку... Да он был слабачок. Не выжил бы там, куда мы собирались.

— Тебе некуда идти, старик. Они забирают твой лес. Ты же не сможешь убивать каждого встречного.

— Я знаю места. Всегда найдется место, куда можно будет податься.

— Больше нет таких мест. Осталось только одно приготовленное специально для тебя.

Краем уха я услышал шорох от движения на лестнице: Эллен не послушалась меня и приблизилась-таки к Уолтеру. Надо было это предвидеть.

Калеб бросил взгляд через мое плечо:

— Твоя, что ли?

— Нет.

— Вот дерьмо-о! — протянул он. — Я видел тебя, углядел в тебе твоего деда. Но, наверно, мои глаза подвели меня, когда я связал ее с тобой.

— Ты собирался прихватить и ее как материал для размножения?

Калеб покачал головой:

— Она предназначалась для парня. Для обоих парней... Да пошел ты, мистер Паркер! Пошел ты на хрен за то, что сделал с моим пацаном!

— Нет, — спокойно возразил я, — это тебя ко всем чертям собачьим. — Я прицелился из пистолета ему в голову.

Позади меня что-то невнятно простонал Уолтер. Эллен выкрикнула своим странным, надтреснутым голосом:

— Берд!

Нечто холодно и твердое коснулось сзади моей головы. Голос Билли Перде произнес:

— Если ты сейчас нажмешь на спуск, это станет последним движением в твоей жизни.

На секунду я растерялся. Потом медленно ослабил нажим на спусковой крючок, убрал с него палец и поднял пистолет повыше, чтобы показать, что я понял суть его требования.

— Ты знаешь, что с этим делать.

Я поставил пистолет на предохранитель и оружие на крыльцо.

— На колени! — приказал Билли.

Когда я опустился на колени, боль в боку стала нестерпимой. Билли неслышно переместился и встал передо мной; пистолет Уолтера он засунул себе за пояс штанов, а в руках держал «ремингтон». Перде расположился теперь так, чтобы держать в поле зрения и меня, и Калеба.

Калеб Кайл смотрел на Билли с восхищением: после того, что случилось, после всего, что он сделал, его сын наконец-то вернулся к нему.

— Убей его, мальчик, — заговорил Калеб. — Он убил твоего брата. Пристрелил его, как собаку. А он ведь твой родственник. Кровь за кровь, ты понимаешь.

На лице Билли отразилась масса противоречивых эмоций, в основном — самых жестких. На меня уставилось дуло ружья:

— Это правда? Он мне родственник?

Он спрашивал, автоматически усваивая лексику старика.

Я молчал. Ноздри Билли раздулись от гнева. Он молниеносным движением ударил меня в голову рукояткой-прикладом. Я упал ничком и услышал смех Калеба:

— Ха-ха! Вот так вот, мой мальчик, пристрели этого сукиного сына... Смех стих. Калеб сделал шаг к нам.

— Я вернулся за тобой, сынок. Я и твой брат, мы пришли за тобой. Мы услышали о мужчине, которого ты нанял, чтобы найти меня. Твоя мама прятала тебя от меня, но я упорно искал. И вот пропавший ягненок нашелся.

— Ты? — спросил Билли мягким, изумленным голосом, которого я никогда прежде у него не слышал. — Ты мой отец?

— Я твой папа, — подтвердил Калеб и улыбнулся. — А теперь скорей приканчивай его за то, что он сделал с твоим братом, с братиком, которого ты никогда теперь не узнаешь. Убей его за это!

Я поднялся на колени, опираясь на костяшки пальцев, и проговорил:

— Ты спроси, что он сделал, Билли. Спроси, что случилось с Ритой и Дональдом.

Глаза Калеба загорелись мстительным огнем:

— Ты, мистер, заткнись! Твое вранье все равно не отдалит от меня моего мальчика!

— Спроси его, Билли, спроси: где Мид Пайн? Как умерли Шерри Ленсинг и ее семья? Ты спроси, Билли.

Калеб вихрем взлетел по ступеням на крыльцо и правой ногой ударил меня в челюсть. Я почувствовал, что он выбил мне зуб: рот наполнился кровью и болью. А нога уже снова поднималась для удара.

— Престань! — резко произнес Билли. — Отстань от него.

Я взглянул на парня — и боль у меня во рту показалось сущей ерундой по сравнению с той мукой, которая отразилась в его глазах.

В глазах Билли горела неизбывная боль — бесконечное страдание от потерь и заброшенности, от каждодневного противостояния всему миру, причем этот мир каждый раз в итоге оказывался победителем; от бесчисленных попыток жить жизнью без прошлого и будущего, с одним только лязгающим, перемалывающим кости настоящим. И сейчас будто привычная пелена спала с глаз, давая возможность воочию убедиться: еще есть возможность осуществить свои чаяния — его папа вернулся за ним! Боль, которую этот человек причинял другим, мерзости, учиненные им, — все ведь сделано исключительно ради любви к своему сыну.

— Пристрели его, Билли. И покончим с этим, — повторил Калеб.

Однако Билли не шелохнулся. Стоял, опустив голову, ни на кого не глядя. По-видимому, он сейчас смотрел куда-то глубоко внутрь себя, где все, чего он боялся и чего жаждал, переплелось и перепуталось.

— Убей его! — злобно прошипел Калеб. (Билли машинально поднял дробовик.) — Делай как тебе говорят! Слушай меня, ведь я твой отец...

В глазах Билли что-то вспыхнуло и погасло, словно умерло.

— Нет, — проговорил он, — ты мне никто.

Прогрохотал выстрел; из-за отдачи рукоятка-приклад «ремингтона» ударила Билли в плечо. Калеб Кайл согнулся пополам и отшатнулся назад, как от сильнейшего удара в живот. На его рубашке сразу расплылось темное пятно, а из разорванной сырой плоти стали вываливаться, как кольца гидры, кишки. Калеб не устоял на ногах и упал навзничь; его руки судорожно прижимались к животу, безуспешно пытаясь прикрыть дыру в самом центре естества. Спустя мгновение он медленно, преодолевая мучения, встал на карачки и непонимающе уставился на Билли. Губы Калеба обвисли, кровь пузырилась между зубами. И все его лицо выражало смесь боли и недоумения: после стольких мытарств, после пережитого — и собственный сын поднял на него руку!

Я услышал звук, говоривший о том, что еще один заряд досылают в патронник; увидел, как расширились зрачки и округлились глаза Калеба. Затем лицо старика вдруг исчезло — теплая красная рука скрыла от меня окружающий мир, где призрачный свет зарождавшегося нового зимнего дня безудержно проникал в явь, словно мысли Бога.

* * *

В центральной части Темной Лощины раздавался вой сирен, который далеко разносился в холодном воздухе, как завывания смертельно раненного зверя. Я посмотрел на часы: двенадцатое декабря, ноль часов сорок пять минут.

Прошел ровно год с того дня, как не стало моих жены и дочери. Уже год их не было среди живых.


Содержание:
 0  Темная лощина : Джон Коннолли  1  Пролог : Джон Коннолли
 2  Книга 1 : Джон Коннолли  4  Глава 3 : Джон Коннолли
 6  Глава 5 : Джон Коннолли  8  Глава 7 : Джон Коннолли
 10  Глава 9 : Джон Коннолли  12  Глава 11 : Джон Коннолли
 14  Глава 1 : Джон Коннолли  16  Глава 3 : Джон Коннолли
 18  Глава 5 : Джон Коннолли  20  Глава 7 : Джон Коннолли
 22  Глава 9 : Джон Коннолли  24  Глава 11 : Джон Коннолли
 26  Книга 2 : Джон Коннолли  28  Глава 15 : Джон Коннолли
 30  Глава 17 : Джон Коннолли  32  Глава 19 : Джон Коннолли
 34  Глава 21 : Джон Коннолли  36  Глава 23 : Джон Коннолли
 38  Глава 25 : Джон Коннолли  40  Глава 13 : Джон Коннолли
 42  Глава 15 : Джон Коннолли  44  Глава 17 : Джон Коннолли
 46  Глава 19 : Джон Коннолли  48  Глава 21 : Джон Коннолли
 50  Глава 23 : Джон Коннолли  52  Глава 25 : Джон Коннолли
 54  Книга 3 : Джон Коннолли  56  Глава 29 : Джон Коннолли
 58  Глава 31 : Джон Коннолли  60  Глава 28 : Джон Коннолли
 62  Глава 30 : Джон Коннолли  63  вы читаете: Глава 31 : Джон Коннолли
 64  Эпилог : Джон Коннолли  65  Использовалась литература : Темная лощина



 




sitemap