Детективы и Триллеры : Триллер : Глава 10 : Джон Коннолли

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45  46  47  48  49

вы читаете книгу




Глава 10

Мексиканец лежал среди обломков стола, сброшенные простыни, запутавшиеся вокруг его ног, напоминали обрывки савана. Одна из банок открылась, и белая краска заливала тело. Кровь, еще движимая биением его медленно затухающего сердца, пульсируя, выливалась из отверстия в груди и смешивалась с краской. Правая рука с растопыренными пальцами касалась стены, напоминая паука на кирпичной кладке. Это он пытался дотянуться до черепа, лежащего на алтаре.

— Муэртесита, — сказал он еще раз, но теперь уже прерывистым шепотом. — Реза пор ми.

Луис и Эйнджел появились в дверном проеме.

— Вот дерьмо, — сказал Луис. — Я же велел тебе не убивать его.

Пыль до сих пор не осела, все так же заволакивая комнату, и содержимое тайника еще не открылось ему. Луис опустился на колени подле умирающего человека. Правой рукой он сжал лицо мексиканца и повернул его голову к себе.

— Скажи мне, скажи, где она.

Глаза мексиканца были устремлены куда-то вдаль. Его губы продолжали двигаться, повторяя это странное заклинание на его родном языке. Он улыбнулся, как если бы взгляд его поймал что-то невидимое для остальных, там, где порвалась ткань земного существования и где в образовавшуюся щель он увидел наконец свою награду или свою кару. Только его одного ожидавшее, только ему одному ведомое теперь. Мне показалось, я заметил удивление в его немигающем взгляде и страх, но глаза уже начали терять яркость, веки обвисли.

Луис сильно хлопнул умирающего по щеке. В правой руке Луиса появилась маленькая фотокарточка Алисы. Я не видел такой раньше и задумался, откуда у него этот снимок. Может, Марта отдала ее ему, а может, она всегда хранилась у него как отголосок жизни, оставленной позади, но не забытой.

— Где она? — спрашивал Луис.

Гарсия закашлялся кровью. В последний миг он попытался изрыгнуть проклятие, но только оскалился окровавленными зубами, затем весь затрепетал, рука упала с кладки и бухнулась в краску. Он умер.

Луис опустил голову и обхватил лицо рукой.

— Луис, — позвал я его. Он посмотрел на меня, и я замолчал на секунду, не зная, что сказать. — Мне кажется, я нашел ее.

* * *

Первыми появились сотрудники службы быстрого реагирования, примчавшиеся на сигнал о выстрелах, поступивший от диспетчера. И вот я уже всматриваюсь в автоматные стволы, пытаясь идентифицировать фамилии и серийные номера в беспорядке огней и криков, сопровождавших их прибытие. Копы осмотрели место действия, мертвого мексиканца, кости, во множестве разбросанные по квартире, но стоило им понять, что их роль на тот вечер уже сыграна, как они отступили и позволили коллегам из «Девять-шесть» занять позиции. Сначала я честно пытался отвечать на их вопросы как можно четче но скоро замолчал частью из желания защитить себя и своих друзей (не хотел разглашать слишком много, пока не получил возможности все обдумать, привести свои мысли в порядок и самому во всем разобраться), частью из-за картины, так и стоявшей у меня перед глазами.

Вот Луис застыл перед проломом в кирпичах, смотрит на останки девушки, которую когда-то любил, его рука зависла в воздухе. Луис хочет прикоснуться к тому, что от нее осталось, но не может. Я заметил, как он оказался в другом времени и в другом месте: в доме, полном женщин, в тех днях, которые он провел среди них, в том замкнутом и уединенном мире, остававшемся таким, кто бы ни добавлялся к ним.

"Я помню ее. Я помню ее в колыбели, помню, как я присматривал за ней, пока женщины готовили или убирали. Я единственный мужчина, который тогда держал ее на руках, потому что ее отец, Дибер, был мертв. Это я убил его. Он был первый. Он отнял у меня маму, и в наказание я стер его из этого мира. Я не знал тогда, что сестра моей мамы беременна от него. Я только знал, хотя никто не давал мне никаких доказательств, что он замучил мою маму до смерти и его никогда не остановит, что я его сын, если ему выпадет шанс отыграться и на мне. Вот я и убил его, и его дочь росла без отца. Это был низкий, подлый человек с низменными наклонностями и желаниями, и она на себе испытала бы всю его гнусность и подлость, останься Дибер жив. Но Алиса так и не поняла этого, не поняла, каким отродьем был ее отец.

Алису всегда мучили вопросы, она всегда сомневалась, но, когда она начала разгадывать правду о случившемся, я оказался далеко от нее. Однажды я ушел в лес — она была тогда еще совсем ребенком — и выбрал свою собственную дорожку. Меня носило по жизни вдали от нее и от других, и я не знал о том, что случилось с нею, пока не стало слишком поздно.

Именно так я говорю себе: я не знал.

А потом наши дорожки пересеклись в этом городе, и я попытался исправить свои ошибки, но не смог. Мои ужасные ошибки не поддавались исправлению. А теперь она мертва, и уже меня мучает вопрос: не я ли это сделал? Не я ли дал толчок этому размеренному медленному падению, хладнокровно решив убрать из жизни ее отца еще до ее рождения? В каком-то смысле разве мы с ним не оба отцы той женщины, которой она стала? Разве я не несу ответственности за ее жизнь и за ее смерть? Она была моей кровью, и она ушла, и меня стало меньше на ее уход из этого мира.

Как мне больно. Мне так больно".

И я отвернулся от него, когда он опустил голову, потому что не хотел видеть его в таком состоянии.

Я провел остальную часть ночи и большую часть следующего утра среди дознавателей нью-йоркского департамента полиции, в отделе «9-6» на Мезероул-авеню. Как от бывшего полицейского (пусть и с определенными неясностями в моем послужном списке), они добились от меня некоторой ценной информации. Я рассказал им, что на квартиру мексиканца меня навел мой источник, рассказал, как нашел дверь на склад открытой, как вошел внутрь и увидел, что творилось в квартире, как собирался вызвать полицию, но в тот момент на меня напали. Защищаясь, я убил нападавшего.

Два детектива допрашивали меня: женщина по имени Бэйярд и ее коллега, большой рыжеволосый полицейский по имени Энтуистл. Надо сразу сказать, они были предельно вежливы, в немалой степени благодаря тому факту, что справа от меня уселась Франциска Неаглей. Еще до моего приезда в Нью-Йорк Луис принял меры, чтобы определенная номинальная плата поступила на мой счет от компании «Эрли, Чаплин и Коэн», где Франциска была главным партнером. Компания оформила все официально, и поэтому она могла присутствовать на допросе и вмешиваться, если ее что-то не устраивало.

Эта высокая, внешне удивительно привлекательная женщина выглядела безупречно, хотя я и поднял ее ни свет ни заря. Она спокойно заходила в бары, где в уик-энды соскребали с пола кровь, и могла с каменным лицом устроить такую обструкцию, что титан казался пластилином по сравнению с ней. Одно появление Франциски уже сослужило мне хорошую службу. Те из полицейских, кому хоть раз приходилось с ней сталкиваться, смущались и тушевались.

— Кто вывел вас на Гарсию? — спросил Энтуистл. — Это его имя? Кажется, так. Он не может подтвердить нам это прямо сейчас.

— Простите, но я предпочел бы не называть своего информатора.

Бэйярд посмотрела в свои записи.

— Но это случайно не сутенер по имени Тайрон Бэйли, больше известный как Джи-Мэк?

Я не отвечал.

— Женщина, которую вы искали, была из его «конюшни», не правда ли? У меня нет сомнений, что вы говорили с ним. Я предполагаю, было бы неразумно не поговорить с ним, если вы искали ее, не так ли?

— Я говорил с очень многими.

— Куда вы клоните, детектив? — вмешалась Франциска.

— Я всего лишь уточняю, когда мистер Паркер в последний раз говорил с Тайроном Бэйли.

— Но мистер Паркер не подтвердил, ни опроверг ваше утверждение, будто он когда-либо вообще говорил с этим человеком, поэтому ваш вопрос неуместен.

— Только не для мистера Бэйли, — заметил Энтуистл. У него были желтоватые пальцы, в голосе клокотал застарелый бронхит. — Рано утром он поступил в приемный покой Вудхала с огнестрельным ранением правой руки и правой ноги. Ему пришлось ползти, добираясь туда. Вряд ли ему теперь стоит надеяться выступать за «Янки».

Я закрыл глаза. Луис не счел нужным упомянуть, что Джи-Мэка уже настигла небольшая порция великого отмщения.

— Я говорил с Бэйли где-то между полуночью и часом ночи. Это он дал мне адрес в Уильямсбурге.

— Это вы его подстрелили?

— Он так вам сказал?

— Какое там. Он весь на обезболивающем. Мы пока ждем, когда с ним можно будет поговорить.

— Я его не трогал.

— И вы не знаете, кто бы это мог быть?

— Нет, не знаю.

— Детектив! Может, продолжим?! — снова вмешалась Франциска.

— Жаль, но ваш клиент, или ваш служащий, или как вы там его называете, похоже, плохо влияет на здоровье людей, с которыми встречается.

— Тогда, — сказала Франциска, сама безукоризненная корректность, — или выдвигайте против него иск о нанесении вреда здоровью, или давайте продолжим по существу.

Не скрою, я восхищался умением Франциски вести словесные баталии, но подгонять этих полицейских не стоило, поскольку тело Гарсии все еще зависло на мне, Джи-Мэк где-то вылечивался от пулевых ранений, и тень Бруклинского столичного центра предварительного заключения замаячила передо мной в качестве моего будущего спального места.

— Мистер Паркер убил человека, — сказал Энтуистл.

— Человека, который пытался убить его.

— Это только его утверждение.

— Ну же, детектив, мы ходим по замкнутому кругу. Давайте без ребячества. У вас есть комната со следами взрывов; склад, полный человеческих останков, часть из них могут быть идентифицированы как останки той женщины, которую мистера Паркера и наняли искать; есть две видеомагнитофонные записи, которые, похоже, содержат кадры, запечатлевшие убийство по крайней мере одной женщины, а может, и других. Мой клиент обязался сотрудничать со следствием всеми возможными способами, но вы тратите свое время, пытаясь запутать его вопросами о каком-то мужчине, которому нанесли телесные повреждения уже после его встречи с моим клиентом. Мистер Паркер доступен для дальнейших вопросов в любое время и готов ответить по любым обвинениям, если таковые будут ему предъявлены в будущем. Итак, в чем же, собственно, дело?

Энтуистл и Бэйярд переглянулись, затем извинились и вышли. Ждать их пришлось довольно долго. Мы с Франциской не обменялись ни словом в ожидании их возвращения.

— Вы можете идти, — сказал Энтуистл. — Пока. Мы были бы вам весьма благодарны, если бы вы сообщали нам о своем желании выехать за пределы штата.

Франциска начала собирать свои записи.

— Да, вот еще, — добавил Энтуистл. — И попытайтесь не пристрелить кого-нибудь еще, выждите хотя бы некоторое время! Вижу, это входит у вас в привычку. Можете опять не удержаться.

Франциска подбросила меня к моей машине. Она ничего не спрашивала меня о событиях предыдущей ночи, а я не рассказывал. Нам обоим так было значительно легче.

— Думаю, с вами все будет в порядке, — сказала она, когда мы подъехали ближе к складу.

Снаружи еще не сняли оцепление, вокруг которого толпились любопытные зеваки, они держали бессменную вахту вместе с командами телевизионщиков и разных репортеров.

— Человек, которого вы убили, идет из трех или четырех против одного вашего, и, если кости на складе как-то связаны с ним, тогда никто не станет преследовать вас в связи с его смертью, особенно если останки, найденные вами в стене, действительно Алисины. Они могут придраться к применению оружия, но, когда встает вопрос о маньяках, все решает суд. Нам остается только ждать, а там посмотрим.

У меня была лицензия, и, с тех пор как я оставил службу, это были, вероятно, лучшие сто семьдесят долларов, которые я тратил каждые два года. Лицензия была выпущена на усмотрение специального уполномоченного, и теоретически он мог бы отказать мне в заявлении на возобновление, но такого никогда не случалось.

Я поблагодарил Франциску и вышел из машины.

— Передайте Луису мои соболезнования, — сказала она на прощание.

Рейчел я позвонил, как только вернулся в гостиницу. Она ответила на четвертый звонок.

— Все хорошо? — спросил я.

— Все прекрасно, — вяло ответила она.

— С Сэм все в порядке?

— Да, она в порядке. Спала до семи. Я только-только покормила ее. Теперь спущу ее вниз снова на часик, а то и на два. Как твои дела? — все-таки спросила Рейчел, помолчав секунд пять.

— Были проблемы. Ночью. Один человек умер. Она промолчала.

— Думаю, мы нашли Алису или то, что от нее осталось.

— Расскажи мне. — Ее голос выдал, что она измотана ожиданием.

— Человеческие останки в ванне. Главным образом, кости. И еще в нише в стене. Там нашел ее медальон.

— А человек, тот, кто умер? Это он ее убил?

— Еще не знаю наверняка. Похоже, что так оно и есть. — Я ждал следующего вопроса, не сомневаясь, что она задаст его.

— Ты убил его?

— Да.

Она вздохнула. Сэм начала плакать. Рейчел успокаивала ее.

— Мне пора.

— Я скоро вернусь.

— Дело закончено, так ведь? Ты уже знаешь, что случилось с Алисой, человек, который убил ее, мертв. Что еще тебе там делать? Приезжай домой. Возьми и вернись, договорились?!

— Я вернусь. Я люблю тебя, Рейчел.

— Я знаю, — у нее перехватило горло от волнения, — я это знаю.

* * *

Я проснулся уже после полудня, разбуженный телефонным звонком. Звонил Уолтер Кол.

— Похоже, ночка у тебя выдалась не из легких.

— Что ты знаешь?

— Немногое. Ты способен пополнить мои знания. Жду тебя в «Старбаксе» через тридцать минут.

Я смог добраться туда только через сорок пять, хотя и очень старался. По пути я думал о нашем разговоре с Рейчел, о проделанной работе. В каком-то смысле Рейчел права, дело завершено. И записи дантиста, даже анализ ДНК, если потребуется, они возьмут у Марты для сравнения, подтвердят, что в квартире Гарсии мы нашли останки Алисы, сомневаться в этом не приходилось. И Гарсия был причастен к ее смерти, а то, возможно, и сам являлся непосредственным исполнителем. Все верно. Но начать с того, что все это никак не объясняло, почему Алиса убегала или почему Эдди Тагер выплатил за нее залог. А ведь имелся еще антиквар Неддо с его разговорами о каких-то сторонниках или поборниках веры и агент ФБР Филипп Босворт, который, по всей видимости, занимался делом, явно как-то перекликавшимся с моим.

Существовали, наконец, мое собственное беспокойство, мои собственные ощущения. За случайными поверхностными деталями этого дела крылось нечто другое, шла какая-то тайная работа. И все это каким-то образом переплеталось с чем-то, глубоко запрятанным в пещерах прошлого.

Мои волосы еще не высохли после поспешно принятого душа, когда я уселся напротив Уолтера за столиком в углу кафе. Он был не один. С ним пришел Дании, тот самый детектив, который рассказал нам о Джи-Мэке.

— Ваш коллега знает о нашей встрече? — поинтересовался я.

— У нас нет тайн. Он спокоен, хотя он и считает, что это вы стреляли в Джи-Мэка.

— Копы из «Девять-шесть» тоже. Хотите — верьте, хотите — нет, но я с Джи-Мэком мараться не стал бы. Мэкки придется просто поверить мне на слово.

— Только не подумайте, будто нас действительно сильно взволновало его самочувствие. Мэкки заботит только одно: не должно всплыть, что это мы с ним навели тебя на него, но слухи уже пошли.

— Не вы одни показали нам на него. Передайте Мэкки, что ему не о чем волноваться.

— Нам? — насторожился Дании.

Проклятье. Я чувствовал себя усталым.

— Нам с Уолтером.

— Правильно. Так и есть. Я не подумал.

Мне не стоило впутывать еще и Дании. Я даже не понял, зачем он пришел.

— Итак, я правильно понял, мы здесь, чтобы распробовать горячие сдобы?

— Этому парню нелегко помогать, — Дании повернулся к Уолтеру за поддержкой.

— Крайне самостоятелен, — съязвил Уолтер. — Поза сильного мужчины. Полагаю, за этим кроется противоречие в отношении полов.

— Уолтер, я сейчас не в настроении.

— Считай, проехали, — Уолтер примирительно махнул рукой. — Как заметил Дании, мы хотели тебе помочь.

— Помнишь Серету — другую девчонку? Похоже, они и ее отыскали, — сообщил Дании.

— Где?

— В мотеле, сразу на выезде из Юмы.

— Убийства в мотеле «Спайхоул»? — Я же видел это в новостях.

— Да. Они опознали ее. Нашли в багажнике машины. Да и так ясно, что это она, так как машина зарегистрирована на ее имя, да и права только обуглились, но они ждали подтверждения. Судя по всему, когда огонь добрался до нее, Серета еще была жива и в сознании. Она умудрилась пробить спинку заднего сиденья, но выбраться ей не удалось.

Я попытался вспомнить детали телерепортажа.

— Там ведь было второе тело?

— Да, мужчины. Но там совсем безнадега. Никаких карточек, никакого бумажника. Они все еще упорно ищут его из того, что имеют, но вряд ли найдут, разве только поместят его карточку на молочных пакетах. Ему попали в грудь. Пуля так в нем и осталась. Стреляли из оружия, найденного у мексиканца, тот тоже убит, он из постояльцев мотеля. Они разрабатывают версию, что все остальные жертвы случайные. Тот мексиканец замешан в темных делах, и федералы уже взяли его на заметку да и мексиканская полиция тоже. Но теперь, из-за Алисы, вырисовывается кое-что другое.

Из рассказа Джи-Мэка следовало, что Алиса с Серетой оказались в доме Уинстона, когда убили хозяина дома и его помощника, но они ничего не видели. Зато забрали какую-то вещь из этого дома. Очевидно, именно эта вещь и представляла особую ценность, раз ради нее эти люди были готовы совершить столько убийств. Они отыскали Алису, а от нее, видимо, узнали, где предположительно скрывалась Серета.

Мне не хотелось вспоминать, как они добыли нужные им сведения.

— Ваш приятель Джи-Мэк завтра уже, наверное, выпишется из больницы, — сказал Дании. — Я слышал, он по-прежнему стоит на своем. Про проституток своих ничего не знает, на парня, который в него стрелял, даже не посмотрел. Но тот, кто стрелял, свое дело знает туго. И лодыжка, и пятка рассыпались на кусочки. Теперь всю жизнь с палочкой проходит.

Я подумал о черепе Алисы в нише в стене квартиры Гарсии и представил, как страдала Серета в последние минуты жизни, когда огонь подбирался к ней, медленно поджаривая ее тело, пока она не потеряла сознание.

Продавая Алису, Джи-Мэк обрек на смерть их обеих.

— Жестоко.

— Мир — жестокая штука. — Дании пожал плечами. — Кстати, Уолтер пытался побеседовать с Эллен, молоденькой проституткой, о которой я вас спрашивал.

Я вспомнил совсем юную девочку в черном платьице.

— До чего-нибудь договорились?

Уолтер покачал головой.

— Там все не просто. И снаружи, и изнутри. Хочу зайти в «Сэйф хоризон», и у меня есть приятель, который занимается этими вопросами. Постараюсь пробиться.

Дании встал и взял свою куртку со стула.

— Послушай, — сказал он мне, — чем могу, тем тебе буду помогать. Я обязан Уолтеру, и, если он захотел, чтобы я вернул ему долг, помогая тебе, я согласен. Но я люблю свою работу и планирую оставаться на службе. Не знаю, кто всадил эти чертовы пули в это дерьмо, но, если тебе удастся встретиться со стрелком, попроси его в следующий раз отвезти этого мерзавца сразу куда-нибудь в Нью-Джерси. Ясно излагаю?

— Ясно.

— Да, чуть не забыл. Там какая-то чертовщина, в этом мотеле. Кровь клерка из «Спайхоула», размазанную по лицу, брали на анализ и нашли в ней добавление чужой крови. Чудные дела, но эта кровь оказалась какой-то странной.

— Странной?

— Старой, как будто долго где-то хранилась и сильно испортилась. Они думают, в образцы могли попасть какие-то токсины, их там полно выявили, они все еще пытаются определить их происхождение. Говорят, будто кто-то мазанул по лицу мальчишки куском лежалого мяса.

Мы дали ему уйти и через минут пять поднялись сами.

— Куда ты теперь? — спросил Уолтер, когда мы ждали, пока мимо нас проедет автобус.

— Надо кое с кем встретиться и поговорить. Как думаешь, тебе удастся выяснить, кто владеет тем складом в Уильямсбурге?

— Думаю, это не составит мне труда. Эти «Девять-шесть», вероятно, уже в курсе, но я лучше узнаю в другом месте.

— Копы из «Девять-шесть» знают имя убитого. Не думаю, что они жаждут поделиться информацией со мной, так что держи ухо востро, смотри, вдруг что всплывет.

— Нет проблем. Ты еще пробудешь в «Меридиен»?

Я подумал о Рейчел.

— Возможно, еще только ночь. Мне надо съездить домой.

— Ты говорил с ней?

— Утром.

— Сказал, что случилось?

— Большей частью.

— Звучит так, как если ты опять что-то там задумал. Смотри, не играй с огнем. Тебе следует быть с ней рядом. А то все пойдет шиворот-навыворот. Гормоны и все такое. Ты же знаешь. Даже маленькие обиды воспринимаются ими как конец света, не говоря уж о крупных проблемах. В общем, тогда уж точно конец всему.

Я пожал Уолтеру руку.

— Благодарю тебя.

— За совет?

— Нет, совет твой высосан из пальца. Благодарю за все, что ты для меня делаешь.

— Эх, я все же был когда-то полицейским. Я иногда даже тоскую, но это помогает — напоминает, что я все правильно сделал.

* * *

Моя следующая встреча была с Луисом. В кафе на Бродвее. Он, видно, совсем не спал. Чисто выбрит, рубашка аккуратно выглажена, но какой-то сам не свой.

— Сестра Марты прилетит сегодня, — сообщил он. — Привезет что-нибудь по зубам, медицинские записи, все, что сможет найти. Марта остановилась в какой-то жуткой норе в Гарлеме. Я заставил ее переехать, обеих поселю в «Пьере».

— Как она?

— Еще надеется. Говорит, может, это и не Алиса. Медальон ничего не значит, кроме того, что этот тип отнял его у нее.

— А ты? Ты-то что думаешь?

— Мы нашли ее. Я как-то знаю, сразу понял. Почувствовал, как только увидел медальон.

— Полицейские получат положительные результаты завтра. Они, вероятно, отдадут ее через день или два, как только патологоанатом подпишет бумаги. Ты поедешь домой к ним?

Луис покачал головой.

— Не думаю. Меня там никто не ждет. В любом случае, там все кончено. Пусть лучше все остается так. У меня есть чем заняться.

— Например?

— Например, отыскать тех, кто такое сотворил над ней.

Я втянул глоток уже остывшего кофе, потом подождал, пока официантка подогреет его.

— Тебе следовало сказать мне, что ты сотворил с Джи-Мэком.

— Мне было не до этого.

— Хорошо, давай договоримся на будущее: если мы собираемся что-то делать, надо делиться своими планами. Те двое из «Девять-шесть» возлюбили меня за показатели по результатам стрельбы. Тот факт, что я оставил мертвеца на их поле, несильно помог в моем случае.

— Они говорили, как там этот мерзавец сутенер?

— Когда я был у них, он все еще находился под наркозом, но теперь уже очнулся. Сказал полицейским, что никого не видел.

— Он ничего не скажет. Ему лучше молчать.

— Я не об этом.

— Послушай, — возмутился Луис, — я же не прошу тебя заниматься всем этим. Я с самого начала ни о чем тебя не просил.

Я подождал, не скажет ли он еще чего. Но он молчал.

— Ты закончил?

— Да. — Он примирительно поднял правую руку. — Прости, не хотел.

— Не за что извиняться. Я прошу одного: если ты кого-то подстрелил, всего лишь скажи мне об этом. Мне бы хотелось иметь алиби на этот случай. Особенно если, как в этот раз, у меня оно действительно было.

— Люди, убившие Алису, узнают, что этот сутенер проболтался, — сказал Луис. — Считай, что он уже мертв.

— Что ж, когда они придут, убежать ему точно не удастся.

— И что теперь?

Я рассказал ему о том, как умерла подруга Алисы, Серета, и о теле, найденном с нею в ее машине.

— Он не был застрелен в машине. Мэкки сказал мне, что копы нашли следы крови из номера до двери машины. Этот парень подошел к машине, потом сел на место водителя, дверь оставил распахнутой. И все время был еще жив, даже когда начал гореть.

— А если кто-то держал его под прицелом?

— Тогда это должен был быть пулемет какой-то. Но, послушай, все равно получить пулю в лоб намного спокойнее, чем заживо сгореть. Плюс он был не из числа постояльцев. Они все наперечет, и все убиты.

— Какой-то клиент Сереты?

— Тогда почему он не оставил никаких следов в ее номере? Даже если и так, что он делал у номера мексиканца, когда получил выстрел через дверь?

— Выходит, один из убийц?

— Выходит, так оно и есть. Он убивает, его подстреливают, он ранен, но его с собой не берут, сообщники оставляют его в машине и поджигают вместе с Серетой.

— И он не возражает.

— Он даже не встает с места.

— Итак, кто-то выяснил, где Серета, и следил за ней.

— И убил ее.

Он пытался соединить отрывочные сведения.

— Это Алиса сказала им.

— Возможно. Если и она, то они ее заставили.

Он снова задумался.

— Мне трудно об этом говорить, но на месте Сереты я не сказал бы Алисе больше положенного. Возможно, какие-то общие сведения, безопасный телефон для связи, но не больше. Тогда даже Алиса не вывела бы их на подругу, поскольку и сама мало знала.

— Итак, кто-то там выследил ее, владея информацией, полученной здесь убийцами Алисы.

— И получается, что кто-то там знает кого-то здесь.

— Гарсия мог служить связующим звеном. Учитывая, как близко «Спайхоул» расположен к мексиканской границе, мексиканские контакты будут иметь смысл. Надо этим заняться.

Надеюсь, ты не придумал все это, чтобы выманить меня прочь из города и проводить в жизнь э-э... более дипломатичную линию в расспросах?

— Ты слишком высокого мнения о моих умственных возможностях. Я до этого даже не додумался.

— Я судил не о твоем уме, а о твоей изворотливости. Ты ведь пройдоха.

— Как я уже сказал, у кого-то там может быть информация, которая нам пригодится. Кто бы это ни был, он или она легко ею с нами поделятся. На твоем месте я бы подумал, какие меры воздействия можно применить, и подумал бы уже здесь. Я всего лишь хочу сфокусировать твой гнев на конкретной цели.

Луис прицелился в меня ложкой, изобразив на лице некое подобие улыбки.

— Ты слишком много времени проводишь в постели с психологом.

— В последнее время не слишком много, но благодарен тебе за идею.

По правде говоря, Луис был прав: я хотел, чтобы он уехал на пару дней. Это дало бы мне возможность не зависеть от него в своих действиях. Я боялся, что, если я дам ему слишком много информации, он возьмет все на себя и попытается сам заставить говорить тех, кто был так или иначе причастен к этому делу. Я же хотел начать с залогового поручителя. Потом мне следовало поговорить с теми, кто сдал Гарсии в аренду апартаменты на складе. И еще я хотел разыскать того агента ФБР, Босворта. «В конце концов, — посчитал я, — натравить на них Луиса можно и позже».

Я вернулся в гостиницу с дополнительным грузом для своего дорожного сундука. Прежде чем Эйнджел покинул склад, я успел отдать ему скульптуру из костей, и теперь Луис вернул ее мне. Если полицейские узнают, что я утаил это вещественное доказательство, меня ждут серьезные неприятности, но скульптура давала мне возможность подобраться к Неддо. К тому же у меня возникло ощущение, что благодаря этому странному произведению искусства другие двери откроются мне. Рассчитывать, что фотографии или рисунки возымеют такой же эффект, было глупо.

* * *

Эйнджел и Луис улетели в Тусон тем же вечером через Хьюстон. В это время Уолтер вернулся ко мне с конкретной информацией: склад являлся частью наследства, по которому велась некая бесконечная тяжба, и единственным контактом, выявленным полицейскими, оказался некий адвокат Дэвид Секула, контора которого располагалась на Риверсайд-драйв.

* * *

Номер телефона на растяжке на здании склада направлял заинтересованных лиц к автоматической службе сервиса компании «Амбассад риэлити» по обслуживанию недвижимости, только вот эта самая «Амбассад риэлити» уже три года не подавала налоговой декларации. Вроде бы умер ее исполнительный директор, и компания ушла с рынка. Я записал адрес Секулы и номер его телефона: позвоню ему утром, когда буду в полной боевой готовности. И начну разговор на свежую голову.

Я оставил три сообщения на автоответчике Тагера, залогового поручителя, но он не отвечал на мои звонки. Его офис был где-то в Бронксе, рядом со стадионом «Янки». Тагер также стоял в списке на завтра. Кто-то попросил его отправить залог по почте для Алисы. Если я выясню, кто этот человек, приближусь на шаг к решению задачи: вычислить того, кто решил ее убить.

* * *

В тот момент, когда Эйнджел с Луисом направились в сторону терминала «Дельта» в аэропорту имени Джона Кеннеди, человек, способный ответить на некоторые неотложные мои вопросы, прошел через паспортный контроль, забрал свой багаж и вышел в зал прибытия.

Этот священник прибыл в Нью-Йорк на рейсе «Бритиш Эйрвэйс» из Лондона. Ему было под пятьдесят, он был высок ростом и отличался телосложением человека, который умеет наслаждаться едой. Его непокорная растрепанная борода была значительно светлее, нет, даже рыжее, чем его шевелюра, и делала его похожим на пирата, как если бы он совсем недавно отошел от дел и прекратил пугать мирные суда салютом из всех пушек. В одной руке он нес небольшой черный чемодан, в другой — свежий номер «Гардиан».

Его встречал мужчина немного моложе его. Как только двери зашипели и закрылись, пропустив в страну священника, он пожал ему руку и предложил забрать у него чемодан. Но священник не отдал ему багаж, а протянул газету.

— Я взял тебе «Гардиан» и «Ле Монд», — сказал он. — Знаю, ты любишь европейские газеты, а здесь они значительно дороже.

— А «Телеграф» вместо них нельзя было?

Встречавший говорил без ярко выраженного акцента. Видимо, какой-то из восточноевропейских языков был ему родным.

— Они немного консервативны для меня. Так я выказал бы симпатию к ним.

Его спутник взял «Гардиан» и на ходу стал просматривать первую страницу. Увиденное, похоже, разочаровало его.

— Мы не все столь же либеральны, как вы.

— Я не знаю, что случилось с вами, Пауль. Вы вроде бы предпочитали сторону хороших парней. Таким темпом вы скатитесь до приобретения акций «Халибуртона».

— Это больше не страна беспечных либералов, Мартин. Все сильно изменилось с тех пор, как мы посещали ее в последний раз.

— Признаюсь, да. На паспортном контроле парень так резко остановил меня, перегнулся через стол да еще тыкал мне в зад пальцем.

— Да он храбрец, не то что я. Однако я рад вашему приезду.

Они направились на автостоянку, но не стали касаться волновавшей их темы, пока не вышли из здания аэропорта.

— Есть успехи? — спросил Мартин.

— Слухи, ничего больше, но аукцион состоится уже на днях.

— Мы вроде как приманку поставим, чтобы посмотреть, кто на нее клюнет, но фрагменты не имеют для них никакого смысла. Они нуждаются в целом. Если они так близко, как мы думаем, они непременно клюнут.

— Вы вовлекли нас в рискованное дело.

— Мы в него уже вовлечены, так или иначе, хотим мы того или нет. Смерть Морданта подтвердила это. Если он сумел отыскать путь к Седлецу, то и другим это по плечу. Лучше сохранять хоть какой-то контроль над происходящим, чем ничего не знать.

— Но ведь это была всего лишь догадка. Морданту просто повезло.

— Не так чтобы очень, — сказал Мартин. — Он ведь сломал себе шею. И внешне все выглядит как несчастный случай. Ладно, вы сказали, ходят какие-то слухи.

— Две женщины пропали в Поинте. Вроде как они оказались у коллекционера Уинстона, когда того убили. Наши друзья сообщают нам, что обе потом были найдены мертвыми: одна — в Бруклине, другая — в Аризоне. Разумно предположить: что бы ни взяли из коллекции Уинстона, теперь это надежно спрятано.

Бородатый священник на миг закрыл глаза, его губы двигались в бесшумной молитве.

— Еще убийства, — сказал он, закончив молиться. — Плохо, слишком плохо.

— Это не самое худшее.

— Говорите.

— Кое-кто обнаружил себя: толстый человек. Он называет себя Брайтуэллом.

— Если он вышел из тени, это означает, что они верят в близость цели. Иисусе, Пауль, разве у вас совсем нет хороших новостей для меня?

Пауль Мазел улыбнулся. Мрачноватая у него получилась улыбка, но он так до конца и не понял, доставляло ли ему самому хоть какую-то степень удовольствия очередное сообщение. Наверное, да. Пожалуй, стоило поделиться информацией с коллегой.

— Один из их людей убит. Мексиканец. Полиция полагает, это он убил одну из проституток, чьи останки они нашли среди прочих в его квартире.

— Убит?

— Застрелен.

— Кто-то принес миру пользу, но ему придется заплатить за это. Им это не понравится. Кто этот человек?

— Некто Паркер. Частный детектив, и, похоже, для него это дело привычное.

* * *

Брайтуэлл сидел перед экраном компьютера и ждал, пока принтер закончит изрыгать последние страницы работы. Когда принтер остановился, он взял стопку газет и рассортировал их по датам, начиная с самой старой из вырезок. Он проглядел детали тех первых убийств еще раз. Вот фотографии женщины и ребенка, какими они были в жизни, но Брайтуэлл только мельком взглянул на них. Он не задерживался на описании преступления, хотя знал, что многое осталось недосказанным. Брайтуэлл предположил, что они не решились печатать ужасающие подробности кровавой расправы над женщиной и ее дочерью. А может, полиции удалось скрыть некоторые детали, чтобы не поощрять подражателей. Впрочем, Брайтуэлла интересовала только информация о муже этой женщины, и он отмечал желтым маркером особенно примечательное. Он выполнял подобное упражнение на каждой странице, идя по следу мужчины, освежая историю предшествующих пяти лет, отмечая с интересом, как прошлое и настоящее перекликалось в жизни Паркера, как одни призраки прошлого всплывали из небытия, другие откладывались в сторону для передышки.

Мистер Паркер. Такая печаль, такая боль — и все это лишь возмездие за оскорбление Его, о котором ты теперь даже и вспомнить не можешь. Твоя вера была смещена с правильного места. И тебе невозможно откупиться. Ты был проклят, и нет тебе никакого спасения.

Ты был потерян для нас так долго, но теперь наконец нашелся.


Содержание:
 0  Черный Ангел : Джон Коннолли  1  Часть первая : Джон Коннолли
 2  Глава 2 : Джон Коннолли  3  Глава 1 : Джон Коннолли
 4  Глава 2 : Джон Коннолли  5  Часть вторая : Джон Коннолли
 6  Глава 4 : Джон Коннолли  7  Глава 5 : Джон Коннолли
 8  Глава 6 : Джон Коннолли  9  Глава 7 : Джон Коннолли
 10  Глава 3 : Джон Коннолли  11  Глава 4 : Джон Коннолли
 12  Глава 5 : Джон Коннолли  13  Глава 6 : Джон Коннолли
 14  Глава 7 : Джон Коннолли  15  Часть третья : Джон Коннолли
 16  Глава 9 : Джон Коннолли  17  вы читаете: Глава 10 : Джон Коннолли
 18  Глава 11 : Джон Коннолли  19  Глава 12 : Джон Коннолли
 20  Глава 13 : Джон Коннолли  21  Глава 14 : Джон Коннолли
 22  Глава 15 : Джон Коннолли  23  Глава 16 : Джон Коннолли
 24  Глава 8 : Джон Коннолли  25  Глава 9 : Джон Коннолли
 26  Глава 10 : Джон Коннолли  27  Глава 11 : Джон Коннолли
 28  Глава 12 : Джон Коннолли  29  Глава 13 : Джон Коннолли
 30  Глава 14 : Джон Коннолли  31  Глава 15 : Джон Коннолли
 32  Глава 16 : Джон Коннолли  33  Часть четвертая : Джон Коннолли
 34  Глава 18 : Джон Коннолли  35  Глава 19 : Джон Коннолли
 36  Глава 20 : Джон Коннолли  37  Глава 21 : Джон Коннолли
 38  Глава 22 : Джон Коннолли  39  Глава 23 : Джон Коннолли
 40  Глава 24 : Джон Коннолли  41  Глава 17 : Джон Коннолли
 42  Глава 18 : Джон Коннолли  43  Глава 19 : Джон Коннолли
 44  Глава 20 : Джон Коннолли  45  Глава 21 : Джон Коннолли
 46  Глава 22 : Джон Коннолли  47  Глава 23 : Джон Коннолли
 48  Глава 24 : Джон Коннолли  49  Эпилог : Джон Коннолли



 




sitemap  
+79199453202 даю кредиты под 5% годовых, спросить Сергея или Романа.

Грузоперевозки
ремонт автомобилей
Лечение