Детективы и Триллеры : Триллер : Освобождение : Сергей Кулаков

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21

вы читаете книгу




Освобождение

Посидев у окна на шатком табурете и не найдя в этом особого удовольствия – уж больно скучный и инертный был вид снаружи, – Егор улегся на кровать.

Металлическая пружинная сетка низко провисла под ним, отвечая резким скрипом на каждое движение. Но он вскоре приноровился и, положив под голову руку, снова начал думать о том, куда поедет с Жанной после операции и о чем будет его новая книжка. Что касалось книжки, тут было о чем поразмыслить. Его новые способности давали столь богатую пищу и для сюжета, и для размышлений, что он должен был теперь посвящать обдумыванию темы втрое больше времени, чем раньше.

Вскоре Горин так углубился в разработку сюжета, что по временам забывал, где находится. Белый потолок все ниже нависал над ним, и он вынужден был то и дело моргать тяжелыми веками, чтобы вернуть зрению утраченный фокус.

Иногда он бросал взгляд на дверь и замечал, что глазок затемнен. За ним кто-то внимательно наблюдал, видимо, ожидая, что он будет вести себя как-то иначе. Но Егор только посмеивался над наблюдателем, дав себе слово ни единым жестом не выказать своего недовольства.

Так прошел час или больше – Горин уже переставал различать ход времени, как всегда, трудноуловимый в замкнутом пространстве. За окном было однотонно серо, в камере стояла тишина до звона в ушах, и каких-либо ориентиров, отсчитывающих часы, не существовало.

Вдруг засов загремел, и дверь открылась. На пороге, пригнувшись, стоял Дикий, в руке его дымился пистолет с глушителем.

– Привет, – глухо пробасил он.

Егор поднялся, изумленно посмотрел на него:

– Привет. Но ты же…

– Все в порядке, – перебил его Дикий.

Он шевельнул рукой, поморщился.

– Маленько продырявили шкуру. Но это пустяки.

– Я думал, они тебя убили.

– Счас! – ухмыльнулся Дикий. – Ну, чего ты ждешь?

Егор только сейчас понял, что дверь в камеру распахнута настежь, и дымящийся пистолет Дикого означал конец его страданиям.

– Пошли, – сказал Дикий.

– Пошли, – согласился Егор.

Он вышел из камеры и увидел два трупа. Это были его телохранители, приставленные Проновым. Парни ровно лежали на боку, у обоих из дырок во лбу текла кровь, густо заливая масляно-алым зеркальные линзы.

– А где Пронов? – спросил Егор.

– Там, – ткнул стволом себе под ноги Дикий.

Они спустились вниз, и у подножия лестницы Егор увидел труп своего недруга. Вся лысина Пронова была разворочена пулями, и он мешком лежал на полу, обхватив руками нижний столбик перил.

Егор заглянул в дежурную комнату. На диванах, под столом, на полу валялись трупы оперативников.

– Ну, ты даешь, – сказал он Дикому. – Даже от тебя я такого не ожидал. Как ты с ними со всеми справился?

– Я в этой дежурке отсидел полжизни, – пояснил Дикий. – Знаю каждый угол. У парней не было шансов.

– Но зачем ты это делаешь? – спросил Егор.

– Ты знаешь зачем, – последовал ответ.

Они вышли во двор, и Егор увидел еще три трупа. Дикий словно был на войне и ярости своей не сдерживал. Только сейчас Егор заметил повязку у него на груди, всю пропитанную кровью.

– Тебе нужна перевязка, – сказал он.

– Потом, – отмахнулся Дикий. – Пошли.

Они вышли за ворота и двинулись к лесу.

– Почему мы не взяли машину? – спросил Егор.

– В ней маяки, – ответил Дикий. – Лучше не рисковать.

Бежать по неровной, когда-то перепаханной земле было трудно. Ноги путались в сухой траве, то и дело попадались глубокие рытвины. Дикий угодил хромающей ногой в одну из таких рытвин и упал, ударившись раненым плечом. Он громко крикнул, с трудом подымаясь на ноги. Из-под повязки густо текла кровь, пропитывая сорочку и пояс брюк.

– Надо сделать перевязку! – снова закричал Егор.

– Нет, – отмахнулся Дикий, – потом…

Они снова побежали к лесу.

Но вдруг Дикий обернулся и оскалил зубы.

– Не успеем! – крикнул он.

Егор глянул назад. За ними бежали люди в черном; их было так много, что они усеяли все поле.

– Беги один! – сказал Дикий. – Я их задержу.

– Нет! – закричал Егор. – На этот раз я тебя не оставлю.

– Беги! – оттолкнул его Дикий.

– Нет!

Вдруг застучали выстрелы. Из груди Дикого, из спины, из шеи брызнули фонтаны крови, и он задергался, как в сумасшедшем танце.

– Станцуй с Жанной вальс! – крикнул он, улыбаясь окровавленными зубами. – Слетай с ней на планере за облака…

– Откуда ты знаешь про вальс? – закричал Егор. – И про планер?

– Я все про тебя знаю, – засмеялся Дикий.

– Откуда?

– Оттуда.

– Ты что, умеешь читать мысли?!

Дикий засмеялся так, что изо рта его хлынула черная кровь и попала на лицо Егора. Тот в ужасе шагнул назад, пытаясь отереть лицо, но руки только скользили по чему-то горячему и мокрому, и он понял, что эта кровь навсегда останется на нем и ему никогда, никогда не избыть всей своей вины…

Он дернулся, вскрикнул и проснулся.

Рука его лежала на лице, под ней было мокро и горячо. Потолок все так же безнадежно нависал над головой, в окне стемнело, по подоконнику дробно стучало.

«Не спал всю ночь, – подумал он, – вот и сморило под дождик».

Он вспомнил свой сон, но постарался поскорее отогнать его подальше. Поводов для размышлений не было никаких, одна душевная смута и тоска. Таких снов у него еще будет не одна сотня, так что надо привыкать.

Он отер рукавом глаза и поднялся. Тело ныло от неурочного сна, от железной сетки, от усталости, просилось на волю, под душ, в теплоту кресла, к бокалу вина, к любимой женщине. Воля от этого размягчалась и таяла, как воск, вызывая раздражающую слабость.

«Чего я сижу, ничего не делаю? – рассердился на себя Егор. – Надо хотя бы попить кофе. И поискать зеркало. Все занятие».

Он посмотрел в окно, но увидел лишь тот же унылый пейзаж, ставший еще более унылым от моросящего дождя и низких, бегущих в сторону лесопарка туч. Никто не спешил его спасать, хотя дело близилось к вечеру. От мысли, что здесь придется провести всю ночь, по спине побежали мурашки. Хотя подобной перспективы нельзя было исключать. Чернышов забыл о нем как-то совсем уж безнадежно, и кто знает, придет ли он за ним сегодня вообще. Там что-то, безусловно, происходило, и Егор, зная исходные составляющие, мог догадываться, что. Но последовательность всех действий была скрыта от него, так же как был, словно театральным занавесом, скрыт финал сегодняшнего дня. А ведь он мог оказаться весьма непредсказуемым.

Егор подошел к дверям и постучал, стараясь, чтобы это не вышло слишком агрессивно. Он был настроен на нечто вроде разведки и не хотел, чтобы его надежды потерпели мгновенный крах.

Открывать ему не спешили. Сначала длительно посмотрели в глазок, и только после того загремел засов.

– Что вам? – спросил Пронов, возникая в дверном проеме.

Казалось, он так и не отходил от дверей. Караулил свою жертву, опасаясь, как бы она из жертвы не превратилась в головную боль. Опыт с Диким, которого, как Пронов считал, охмурил Егор, без сомнения, пошел ему на пользу.

– Слушайте, давайте по-хорошему, – сказал Егор.

Пронов помолчал.

– Это как? – осторожно спросил он.

– Простите меня за глупую шутку в машине. – Егор виновато улыбнулся. – Сам не знаю, как вышло. Не подумал…

– А-а… – протянул Пронов.

Он изучающе посмотрел на лицо Егора. Как видно, его состояние показалось ему достаточно жалким, чтобы отказаться от желания тут же захлопнуть дверь.

– Я понимаю, вы решили немного меня проучить, – продолжал Егор. Он окинул взглядом стены своей камеры. – Это вам удалось. В жизни не видел более гнусного места.

Пронов ухмыльнулся:

– Да уж, местечко что надо.

По его тону было видно, что слова пленника маслом ложатся ему на душу.

– И чего вы хотите? – поинтересовался он. – Может, поесть принести? Это мигом. Или в уборную?

Егор понял, что степень его унижения все еще не была выражена достаточно сильно.

– Даю вам слово, – сказал он, – что я попрошу у Николая Ильича для вас самый высокий пост.

– Это какой же? – заинтересовался Пронов.

– А какой вы хотите?

Пронов вытянул губы, задумавшись.

– Что, – спросил он севшим от неожиданного предложения голосом, – правда попросите?

– Слово, – сказал Егор.

– Хм… Хм… – засопел Пронов. – Ну, министра я не потяну, сам знаю. Зама если? Или… вот что. Начальника МУРа? Это как раз по мне. А? За начальника МУРа попросите?

– Завтра же, – пообещал Егор. – На приеме в Кремле. И поручусь за вас. Я видел вашу работу, это высший класс.

В памяти Егора, помимо его воли, возникло тело отца Кирилла, распластанное на полу церкви. Ему стало стыдно, что он, даже притворяясь, хвалит негодяя, которого должен в лучшем случае не замечать. Но нужно было доиграть роль до конца. Он должен найти способ узнать, что происходит снаружи. А иначе, чем через Пронова, ему этого не сделать.

– Это да, – расцвел Пронов, для которого не существовало ограничений в оценке собственных достоинств. – Работать я умею. Кого хошь могу поучить.

Он наклонился к Егору.

– Хоть бы и Курбатова, – добавил он заговорщицким шепотом. – Дикого-то он упустил, хе-хе! И еще раз потом прокололся, возле ресторана. Был бы я, то бы целую роту с собой взял. А он поехал налегке, вот и получил шиш с маслом. Это хорошо, что товарищ генерал потом насчет вас договорился…

Он выпрямился и оглянулся – по привычке, поскольку в коридоре никого, кроме стоявших в отдалении амбалов, не было.

– Значит, замолвите словечко? – спросил он.

– Можете не сомневаться, – кивнул Егор.

– Ладно, поверим. Человек вы чудной, но по глазам вижу, не обманете. И потом, вам же польза, если со мной дружить будете. Жизнь – она по-разному крутит, тут наперед не угадаешь. – Он вдруг захихикал и погрозил Егору пальцем. – Хотя вы-то можете… Наперед-то, а? Хе-хе-хе…

Егор выдавил из себя улыбку:

– Вообще-то, не всегда.

– Ну, ладно, – посерьезнел Пронов. – Это вы с товарищем генералом разбирайте. Он нынче станет большим человеком, ему видней. От меня что хотите?

– Кофе бы, – попросил Егор.

– А, – мотнул головой Пронов. – Так сейчас…

– Только можно я посижу внизу? – взмолился Егор. – Сил моих нет оставаться в этом пенале. Крыша едет…

Предварительная работа сделала свое дело. Бдительность Пронова, до того безукоризненная, была сильно подточена обещаниями Егора. И хотя тюремщик Горина заручился честным словом, он не мог не понимать, что теперь от него ждут ответного хода.

Пронов с полминуты напряженно думал, комбинируя ситуации и поглядывая на Егора.

– Ладно, – наконец сказал он. – Мои в очках, а остальные на улице потрутся. Ныне не зима, не замерзнут. Идемте. Только – тихо.

– Да я понимаю, понимаю, – успокоил его Егор. – Не беспокойтесь.

Пронов достал из кармана рацию.

– Сергеев? А ну, выметайся со своими на двор. Да, прямо сейчас. Не знаю, что там делать. Придумай что-нибудь. Дождь идет? В гараже посидите, там дождя нет. Все, чтоб через секунду духу не было.

И придержал Егора за локоть.

– Вы не знаете, а я получил приказ, – сообщил он. – Ежели что, я вас должен ликвидировать. Так и имейте в виду.

Его очки таращились в лицо Егора, проверяя, какую реакцию вызвали эти слова.

– Ничего, – спокойно сказал Егор, – я понимаю.

Спокойствие далось ему нелегко. Негодяй, похоже, не врал, и Ожогин действительно мог отдать такой приказ. Егор уже достаточно много знал, и упускать такого свидетеля было неразумно. Хоть и жаль провидца, но для своего же спокойствия проще пустить его в расход. Опять же, другому не достанется.

Пронов секунду помедлил и отпустил его.

– Это хорошо, что понимаете. Значит, проблем с вами у нас не будет?

– Не будет, – подтвердил Егор.

– Ну, пошли.

Они спустились вниз, в дежурное отделение. Его уже очистили, и теперь здесь находились только бойцы, приехавшие с Проновым, у каждого из которых на носу сидели зеркальные очки. До этого они разговаривали между собой, но при виде Пронова и Егора замолчали, словно заняли глухую оборону.

– Демидов, сделай ему кофе, – приказал Пронов. Он обернулся к Егору: – Вам как, покрепче?

– Покрепче, – кивнул Егор, внимательно изучая комнату.

– С сахаром?

– С сахаром.

В промежутке между шкафом и окном Егор увидел то, что искал. Овальное зеркало, захватанное по верхнему краю пальцами, отражало стену, второе окно и угол телевизора. Висело оно далеко от стола, и Егор не сразу направился к нему, помня, что Пронов, хотя и пошел на невиданные уступки, бдительности далеко не потерял. Поэтому действовать надо было неспешно и будто бы невзначай.

– Давайте я сам, – подошел он к столу, пошагово сопровождаемый пятью парами глаз.

– Да чего там… – проворчал Демидов.

Но отодвинулся в сторону, когда Егор взялся делать себе кофе.

Налив кипятку в более-менее чистую кружку, Егор не стал садиться, а принялся пить кофе стоя.

– Вы кушайте, – сказал Пронов, – не стесняйтесь.

На столе было несколько вскрытых банок с тушенкой, планшетки с селедочным филе, нарезанная колбаса, ветчина, сало, хлеб, конфеты – полный набор для голодного мужского желудка.

Но Егору было не до еды. Он увидел, глянув на настенные часы, что время перевалило за семь. А это означало, что все должно решиться очень скоро. И он, несмотря на свой дар, пока так и оставался в неведении относительно того, смогла ли Жанна связаться с Чернышовым. А ведь от этого зависело так много!

Если не все.

– Спасибо, – отказался он. – Я потом. – Указал на телевизор: – А чего не смотрите? Не работает? А модель совсем новая, должно быть, качество хорошее.

Словно желая рассмотреть телевизор, он шагнул ближе к нему, стараясь не думать о десятке глаз, следящих за каждым его движением.

– Не включайте, – предупредил Пронов.

– Да нет, – остановился Егор. – Я только посмотреть…

Он пошел было назад, но вдруг «случайно» брошенный взгляд в зеркало заставил его остановиться.

– О господи!

Он поставил кружку на стол и пошел к зеркалу.

– У вас нет расчески? – спросил он, поправляя волосы, и вправду сильно растрепанные, руками.

– На шкафе, – сказал кто-то из бойцов.

Егор нащупал расческу, приблизился к зеркалу и начал поправлять волосы, вертя головой из стороны в сторону. Наведя относительный порядок, он опустил расческу и посмотрел на себя критическим взглядом, проверяя результаты своих трудов.

«Только не смотри долго, – напомнил он себе. – Может от напряжения стать плохо, и Пронов догадается, что дело нечисто. Не больше минуты. Нет, полминуты…»

Какое-то время он видел только свое лицо и серые глаза с черными, сузившимися до предела точками зрачков. И вдруг по зеркалу прошла рябь, и прямо на него вылетел вертолет, гоня винтами тучи мелких брызг. Из него сыпанули бойцы с автоматами наперевес, за ними торопливо выпрыгнул генерал Чернышов – собственной персоной. Автоматы в руках бойцов задергались, открывая стрельбу, но дальше Егор прервал видение, помня, что он не должен привлекать внимание.

Он уже и так узнал все, что хотел узнать.

Положив расческу на место, Горин подошел к столу и снова взял в руки чашку с кофе.

– Чего стоите столбом? – спросил Пронов. – Присядьте, как люди.

– Заткнись, урод, – посоветовал ему Егор.

У Пронова отпала челюсть.

– Чего? – приподнимаясь со стула, спросил он.

– Чего слышал, – отозвался Егор.

Пронов сжал кулаки. Его круглая физиономия позеленела от злости: он понял, что его надули самым бессовестным образом и все обещания Егора – не более чем мыльный пузырь.

– А ну, наверх, сука! – скомандовал он хриплым от ненависти голосом.

Егор посмотрел на него – и вдруг резко выплеснул ему остатки кофе в лицо.

Пока Пронов, зарычав, стирал с лица и очков горячую жижу, Егор схватил стол и перевернул его на рассевшихся на диване охранников. На тех посыпались банки с тушенкой, посуда, полетела колбаса и селедка, грохнулся об пол стол и сбитые им стулья. Разом поднялась кутерьма, где орал благим матом Пронов и кричали на все лады охранники, подскакивая к Егору и отряхивая с себя пищу. В наступившем шуме никто не услыхал шум винтов, а когда услыхал, было поздно.

На дворе уже сидела винтокрылая машина, а из нее выскакивали вооруженные спецназовцы.

Тех, кто сидел в гараже и выбежал на улицу, обезвредили в считаные секунды, так как силы были слишком неравные. И вот уже в дежурку ворвалось с десяток бойцов, и в окна ткнулись стволы автоматов.

– Стоять! – послышался столь властный окрик Чернышова, что даже те из охранников, которые успели поднять оружие, замерли на месте.

Чернышов, в черном комбинезоне спецназа, что очень ему шло, прошел вперед, сжимая в руках «ТТ». Его коренастая фигура со всеобъемлющим, властным взглядом заполнила собой все пространство.

– Сопротивление бесполезно, – объявил он. – Бросайте оружие.

Охранники, покосившись на Пронова, чуть помедлили для приличия и побросали на пол свои автоматы. Все они были профессионалы и прекрасно понимали, что, начнись перестрелка, все они будут перебиты.

Но один человек не подчинился приказу Чернышова.

Пронов, затаившийся в первую минуту, вдруг неуловимым движением придвинулся к Егору, обхватил его сзади за шею своей короткой, толстой рукой и приставил ствол пистолета к его виску.

– А ну, товарищ генерал, назад! – скомандовал он. – Иначе я вашего голубчика шлепну на хрен.

По голосу было слышно – не блефует. Терять ему было нечего: в случае провала Ожогина ему грозила тюрьма, и с немалым сроком. К тому же ненависть его персонально к Егору была так сильна, что он, даже без приказа Ожогина, убил бы его – хотя бы из мести.

И Егор, и Чернышов, и все это отлично поняли.

– Уберите оружие, – сказал Чернышов, сосредотачивая на Пронове свой пронзительный взгляд. – И мы вас не тронем.

– Я сказал, назад! – целиком прячась за Егором, повторил Пронов. – И люди ваши пусть выйдут.

Ему нужно было позвонить Ожогину, предупредить. И лишить таким образом Чернышова всякого преимущества от предпринятого им захвата базы.

Пронов занял выгодную позицию. Сзади у него был глухой угол, впереди его прикрывал своим телом Егор, так, что только верхняя половина головы Пронова была открыта для обозрения. Но не для выстрела: это было слишком рискованно. Любая ошибка могла привести к гибели Егора, и это понимали все собравшиеся.

Спецназовцы – и те и другие – не шевелились, ожидая, что предпримет Чернышов.

– Не глупите, – сказал тот. – Здание окружено. Вам не вырваться. Зачем погибать?

– Знаю зачем! – огрызнулся Пронов. – Последний раз говорю: все назад!

Он чуть приподнял локоть, показывая, что готов выстрелить. При этом он не забывал прятаться за плечо Егора, что говорило о его большой опытности.

Ситуация быстро выходила из-под контроля. Чернышов не мог рисковать Егором, но и подчиниться требованиям Пронова также не мог.

Егор шевельнулся, тут же почувствовав, что ствол пистолета еще плотнее прижался к его виску и давил на него так, что грозил проломить кость.

– А ну, не дергайся! – приказал Пронов. – А то раньше времени на тот свет отправишься.

– Стой спокойно, Егор, – посоветовал ему Чернышов.

Егор подмигнул ему, и генерал ответил едва заметным движением век.

– Да пошлите вы этого идиота к черту! – сказал Егор.

– Что? – тут же зашипел ему в ухо Пронов.

Он сильнее стиснул его горло, на миг забыв о своем пистолете.

– Молчи, поганец, а то я тебя голыми руками…

Молниеносным движением Чернышов вскинул «ТТ» и нажал на спуск.

Грянул выстрел, и Егор ощутил, как прижимавшееся к нему тело вздрогнуло и обмякло. Рука, сжимавшая горло, отвалилась, как неживая, и послышался глухой удар об пол.

Он медленно обернулся.

Пронов лежал на спине, откинув руку с пистолетом назад. В левой половине его объемистого черепа темнела небольшая красная дырочка. Как будто окурок затушили. Только окурок оказался смертельным.

– Хороший выстрел, – сказал Егор, впервые за всю свою жизнь не испытывая жалости к убитому человеку.

– Да, – ответил Чернышов, подходя к нему. – Не разучился еще.

Он спрятал пистолет и взял Егора за плечи.

– Ну, как ты?

– Нормально, – улыбнулся тот.

– Хорошо, – без улыбки кивнул генерал. – Он секунду помедлил. – Надо лететь, Егор.

– Куда? – удивился тот.

– На аэродром.

– Ладно, – согласился Егор. – Но… зачем?

– По дороге расскажу. Пошли. Времени нет.

Они сели вместе с частью спецназовцев в вертолет, который так и не заглушал винтов, и тут же поднялись в воздух.


Содержание:
 0  Всемогущий : Сергей Кулаков  1  Отец Кирилл : Сергей Кулаков
 2  Ультиматум : Сергей Кулаков  3  Западня : Сергей Кулаков
 4  Правила игры : Сергей Кулаков  5  Побег : Сергей Кулаков
 6  Зеркало : Сергей Кулаков  7  Неожиданная встреча : Сергей Кулаков
 8  Под сенью Господа : Сергей Кулаков  9  Последняя схватка : Сергей Кулаков
 10  Новые обстоятельства : Сергей Кулаков  11  Теплый прием : Сергей Кулаков
 12  Проверка : Сергей Кулаков  13  Свидание : Сергей Кулаков
 14  Ужин : Сергей Кулаков  15  Новый день : Сергей Кулаков
 16  Переезд : Сергей Кулаков  17  вы читаете: Освобождение : Сергей Кулаков
 18  Sic transit Gloria mundi[2] : Сергей Кулаков  19  Отец : Сергей Кулаков
 20  Прощание : Сергей Кулаков  21  Использовалась литература : Всемогущий



 




sitemap