Детективы и Триллеры : Триллер : Глава 12 : Дин Кунц

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16

вы читаете книгу




Глава 12

Анна и Гарри Карнс жили в скромном белом деревянном доме на Винклер-стрит, в одном из старейших жилых районов города, населенном людьми среднего достатка. На подъездной дорожке, усыпанной гравием, стоял трехлетний "рамблер"; в окнах нижнего этажа горел свет. Плотные желтые шторы скрывали от Чейза внутренний интерьер комнат, но он полагал, что они так же уродливы, как сам дом и весь квартал. Тишину нарушали только шум грузовиков, проезжающих по шоссе в трех кварталах отсюда, да телевизор, включенный на полную громкость в соседнем доме.

– Ну что, идем? – спросила Гленда.

– Я уж думаю, – сказал Чейз, – может быть, гомосексуализм здесь ни при чем?

– Но человек, который преследовал их, ездил на красном "фольксвагене", как говорит Луиза Элленби. И когда ты обвинил его по телефону, реакция, как тебе показалось, была слишком бурной.

– Но считается, что голубые не так склонны к насилию, как обычные люди. И те, с которыми я общался, вполне подтверждают это мнение. Не могу представить, чтобы хоть один из геев, которых я знал, взял нож и пошел убивать.

– Отвергнутый любовник, – предположила Гленда.

– Слишком банально, чтобы быть правдой. Она скользнула поближе к нему, не обращая внимания на панель между сиденьями.

– В чем дело, Бен? По-моему, ты просто ищешь отговорку, лишь бы не идти и не говорить с родителями Майкла.

Он посмотрел на освещенные окна и вздохнул:

– Они, чего доброго, начнут благодарить меня за попытку спасти их сына, и я снова сделаюсь героем. Знала бы ты, как мне это надоело.

– А может быть, и не начнут, – возразила она. – Они и не знают, кто ты такой.

Он распахнул дверцу машины и поставил ногу на край тротуара:

– Ну, пойдем, покончим с этим.

Дверь открыла Анна Карнс, седая женщина, не пользовавшаяся косметикой; но и пользуйся она ею, вряд ли это бы помогло. Слишком резкими были черты ее лица – сплошные углы и плоскости, глаза чрезмерно близко посажены, губы тонкие и поджатые. На ней бесформенно висело домашнее платье, доходившее до середины толстых икр. Нет, она вовсе не заботилась о стиле, просто платья такой длины, по-видимому, носила всегда.

– Входите, пожалуйста, – пригласила она. – Рада вас видеть.

Серость. Все в доме выглядело серым, грустным и обыденным. Мебель в гостиной темная и тяжелая: на спинках кресел и диванов – белые чехлы. Горели две лампы, причем обе тусклые, какие-то подслеповатые. Телевизор работал, но казалось, никто его не смотрит. Стены комнаты окрашены в унылый коричневый цвет – такими обычно бывают стены в общественных учреждениях – в школах или в коридорах мэрии. На стенах висело с полдесятка табличек с девизами, полностью соответствующими вкусам хозяев.

Гарри Карнс оказался таким же серым, как его жена и их комната, человеком низенького роста и хилого сложения. Руки его дрожали, если только он не клал их на подлокотники кресла; он избегал смотреть на Чейза и устремил свой взгляд куда-то за его левое плечо.

Чейз и Гленда сели на диван, не прислоняясь к спинке; им было явно не по себе в этой комнате с чехлами, лозунгами и выставленными напоказ библиями. Миссис Карнс то и дело бросала неодобрительные взгляды на голые ноги Гленды, едва прикрытые мини-юбкой, а мистер Карнс усердно притворялся, будто вообще не знает, что Гленда женщина. Общее настроение было как на похоронах.

Когда наконец покончили с благодарностями, Чейз сменил тему разговора:

– Я пришел, чтобы задать несколько вопросов о Майкле. Видите ли, я не уверен, что полиция тщательно занимается этим делом, а мне очень хочется, чтобы оно побыстрее решилось, учитывая, что убийца может быть зол на меня.

– Что за вопросы? – спросила миссис Карнс. Где-то в коридоре на втором этаже пробили старинные часы. Звук показался Чейзу глухим и далеким, как обрывки кошмарного сна.

– В основном о школе, – ответил Чейз.

– Он был хороший мальчик, – сказал мистер Карнс. – Старательно учился в школе, а потом в колледже.

– Давай не будем лгать мистеру Чейзу, – заявила Анна куда более решительно, чем ее муж. – Мы же знаем, что это не так.

– Но он был хороший мальчик, – упорно повторил старик; казалось, он пытается убедить не столько жену, сколько самого себя.

– Он свихнулся, – отрезала миссис Карнс. – И год от года становился все более неузнаваемым.

– Как это свихнулся? – не понял Чейз.

– Стал гулять, – принялась объяснять миссис Карнс. – Приходил среди ночи, и обычно с девушкой. Вы же знаете, где его убили, в этом греховном месте, которое они называют парком.

Не желая продолжать разговор на эту тему, Чейз сказал:

– Я пришел в основном для того, чтобы спросить о репетиторе, с которым Майкл занимался физикой в выпускном классе.

– Он гулял каждую ночь и плохо учился, – продолжала гнуть свое миссис Карие. – Мы уже все перепробовали. Его бы выпороть как следует, но где там, он был сильнее и меня и отца. Когда мальчик вырастает и теряет уважение к старшим, что тут поделаешь? Он работал и скопил денег на машину. И вот тогда удержать его стало и вовсе невозможно.

Мистер Карнс молчал; отвернувшись, он уставился в телевизор, где показывали состязания дрессированных собак, до тошноты предсказуемые.

– С кем он занимался физикой? – настойчиво спросил Чейз.

Миссис Карнс тоже посмотрела на экран: собака прыгнула через обруч, другой пудель перекувырнулся назад. Под аплодисменты невидимой публики она сказала:

– Я не помню его фамилии. А ты, отец? Муж отвел взгляд от телевизора и, как раньше, вновь устремил его за левое плечо Чейза.

– Я с ним не встречался, – сказал он.

– А вы платили по чекам? Должны же вы были записывать чеки на чье-то имя?

– Мы платили наличными, – уточнила миссис Карнс, – восемь долларов за два часа каждую субботу, и Майк брал деньги с собой. Через некоторое время учитель заметил способности Майка к физике и предложил заниматься с ним бесплатно.

– Майк был способным мальчиком, – вступил в разговор мистер Карнс. Из него могло бы что-то получиться.

– Если бы он не свихнулся, – почти согласилась жена. – Но он свихнулся и никак не желал угомониться и взяться за ум.

Чейз почувствовал, что Гленда слегка прикоснулась ногой к его ноге, и понял: ее тоже раздражает этот завуалированный непрекращающийся спор между мужем и женой и их враждебность к слабостям единственного сына – если это были слабости.

Он спросил:

– А как вы нашли частного репетитора – или он занимался с учителем из своей школы?

– Его фамилию нам сообщили в школе, – сказала она. – У них есть список рекомендуемых репетиторов. Но он не преподавал там. По-моему, он работал в католической школе.

– Это была частная школа, – подал голос Гарри Карнс, – однако не католическая. Какая-то академия в городе.

– Школа для мальчиков? – уточнил Чейз.

– Кажется, да.

– А по-моему, именно приходская школа, – возразила его жена. Она смотрела на мужа так, будто хотела, чтобы он взял свои слова обратно.

– А вы, случайно, не помните названия школы? – спросил Чейз старика этого усталого старика.

– Нет, – сказал Гарри Карнс. – Но она точно не приходская. Я помню, Анна тогда еще опасалась, как бы он не оказался католиком. Она не хотела, чтобы Майк брал частные уроки у католика.

– Нужно соблюдать осторожность, – заявила старуха. – Я всегда старалась соблюдать осторожность, когда дело касалось Майка. Это ты уделял ему недостаточно внимания. Может быть, если бы оба бдели, он бы не свихнулся.

– И последнее, – сказал Чейз. – Правда, это может вас расстроить. Если вы не захотите отвечать, так и скажите.

Анна Карнс покосилась на голые ноги Гленды, нахмурилась, перевела взгляд на Чейза. Гарри смотрел через плечо Чейза, словно манекен со стеклянными глазами.

– Похороны состоялись в четверг. Вы, случайно, не заметили, – спросил Чейз, – во время церемонии незнакомых людей?

– Там было много народу, – сказала Анна.

– В основном его приятели, – добавил Гарри. Старуха продолжила:

– Мы почти не знали его друзей. Пару раз он приводил на вечер или на ночь каких-то подвыпивших мальчишек. Но я не велела ему делать этого впредь, если они не знают меры и не умеют вести себя как взрослые. И конечно, на похороны пришли девушки, с которыми он.., был знаком, девушки из школы и из колледжа.

Чейз повторил им описание Судьи со слов Брауна.

– Такого человека там не было?

– Не помню, – вздохнула Анна. – Пришло много народу.

– А вы, мистер Карнс?

– Тоже не припомню.

Старик плакал. Слезы еще не скатились по щекам, а только собирались в уголках глаз большими каплями.

Жена увидела его состояние и примирительно сказала:

– Я, наверное, слишком строга к мальчику. Он ведь Не был таким уж пропащим. Нельзя обвинять ребенка в его недостатках, ведь правда? Все дело в родителях, в нас. Если у Майка были какие-то плохие черты, если он не был идеальным, то лишь потому, что мы сами не идеальны. Нельзя же воспитать праведного ребенка, если сам грешишь. Так что мы сами виноваты. Правда, папа?

– Да, – согласился он. – Мы сами грешили, и нельзя обвинять мальчика.

Чейзу стало слишком тошно, чтобы дольше оставаться там. Он резко поднялся и взял Гленду за руку.

– Спасибо, что уделили нам время, и извините за беспокойство, сказал он. – Извините, что напомнил вам все это.

– Ничего, – произнесла мать Майка. – Мы рады помочь.

Гленда в первый раз подала голос. Она взяла со столика вечернюю газету и спросила:

– Это сегодняшняя газета?

– Да, – ответила Анна.

– Если вы прочитали ее, нельзя ли мне взять? Я сегодня не сумела купить газету.

– Пожалуйста, – сказала Анна, провожая их по коридору к двери. – Там все равно ничего интересного.

– Вы служили в армии, – сказал им вслед Гарри Карнс. Он повернулся вполоборота в своем кресле и смотрел на расстегнутый воротник Чейза.

– Да, – ответил Чейз.

– Думаю, именно это и нужно было Майку. Если бы мы убедили его отслужить в армии, а потом уж пойти в колледж, может быть, все сложилось по-другому. Там его привели бы в чувство, научили уму-разуму. Возможно, ему не помешало бы год-другой побыть там, где вы.

– Меньше всего на свете, – резко возразил Чейз.

– Может быть, вы правы, а может быть, и нет.

– Уж поверьте мне, – сказал Чейз: теперь он окончательно перестал сочувствовать старику, разозлившись из-за легкости, с которой тот готов был послать своего сына в самое пекло. В дверях миссис Карнс снова поблагодарила его и сказала, что рада была познакомиться с Глендой. А затем спросила:

– Милая, а вам не холодно в этом вашем платьице?

– Вовсе нет, – ответила Гленда. – Сейчас ведь лето.

– Да, но все-таки…

– К тому же, – перебила Гленда, – я нудистка. Если бы закон позволял, предпочла ходить совсем без платья.

– Ну, до свидания, – произнесла Анна Карнс. Она деланно улыбнулась и закрыла дверь.

– Ты кажешься такой мягкой, нежной и милой – пока не выпускаешь ядовитые коготки, – сказал Чейз. – С тобой не соскучишься.

Гленда взяла его под руку, и они пошли к машине.

– Черт бы их побрал, меня от этой пары чуть не стошнило. Им совсем не жалко своего сына – только себя. Если бы он отправился воевать и его убили, они бы наверняка лопнули от гордости.

– Вот именно, – согласился Чейз. – Я с такими уже встречался.

Он усадил Гленду в машину, обошел вокруг и сел за руль.

– Посмотри, это тебя заинтересует, – сказала она, развертывая газету, которую взяла на кофейном столике у Карнсов.

– Да, кстати, зачем она тебе понадобилась? Гленда прочитала вслух заголовок:

– "Хозяин таверны застрелен".

– Ну и что?

– Это Эрик Бренц, – объяснила она. – На первой полосе его фотография.

– Девушка протянула Чейзу газету.

Он принялся читать при свете уличного фонаря.

– Расскажи, что там, – попросила Гленда.

– В него выстрелили пять раз. Дважды в голову и трижды в грудь, причем с близкого расстояния.

– Боже мой, – воскликнула она, дрожа всем телом, и машинально потянулась за сигаретой, которую зажгла, но курить не стала.

– Сегодня в десять минут первого его обнаружила сестра.

– Это последний, вечерний выпуск, – заметила Гленда. – Он недавно вышел, и, наверное, там только короткая информация.

– Так и есть. Почти ничего не сказано, только как его нашли и где он жил – в городской квартире на Галасио, там прежде были поля для гольфа.

– Я знаю этот район. Дома там стоят впритык друг к другу. И никто ничего не слышал?

– Нет.

– А улики?

– О них ни слова, – сказал он.

– Что ты об этом думаешь, Бен?

– Это Судья, – сказал Чейз, абсолютно уверенный в этом, хотя подобный вывод его мало радовал.

– Ты не можешь так безапелляционно утверждать.

– И все-таки это он. Выходя в субботу днем из таверны, я был уверен, что Бренц знает человека, которого я описал, но мне так ничего и не удалось из него выудить. Он, наверное, пытался дозвониться Судье в субботу, когда тот караулил возле твоего дома. Но, похоже, не смог связаться с ним по меньшей мере до воскресенья, возможно даже, до воскресного вечера. Он, вероятно, попросил Судью зайти к нему сегодня утром и, видимо, намекнул о причине. У него было вполне достаточно времени сообразить, кто я такой, и он соединил все обрывки информации воедино. Может быть, он собрался шантажировать Судью. Судя по виду Бренца, это явно не противоречит его принципам.

Гленда загасила сигарету в пепельнице:

– Все, не выношу больше даже запаха.

– А я уж удивлялся, почему целый день нас никто не преследует и не досаждает нам, – произнес Чейз. – Теперь, кажется, понял. Если Бенц позвонил Судье вчера и попросил зайти сегодня утром, при этом намекнув, для чего, то ему пришлось бодрствовать почти всю ночь. Возможно, Бренц позвонил ему как раз после того, как он подложил гранату в мою машину. Убив Бренца, он, вероятно, отправился домой и улегся отсыпаться. Я где-то читал, что сумасшедшие, совершив убийство, спят без задних ног от эмоционального перенапряжения.

– Если он весь день спал, – предположила Гленда, – то вскоре встанет и объявится.

– Да, – согласился Чейз. – Поэтому мы едем к тебе и запираемся до утра. Все равно раздобыть в школе список репетиторов по физике мы сможем не раньше девяти часов. Так что пока отдохнем.

– Да, поехали домой, – сказала она. – А то здесь, на улице, меня прямо-таки мороз по коже продирает.

– Ты же нудистка, – напомнил он, – и должна быть привычной к таким вещам.

– Это же мороз совсем другого рода. И вообще, Бен, прекрати острить. Я хочу, чтобы меня отвезли домой и поили виски, пока я не усну.

– Заметано, – пообещал он. По пути от дома, где прежде жил Майкл Карнс, их никто не преследовал.


Содержание:
 0  Чейз : Дин Кунц  1  Глава 1 : Дин Кунц
 2  Глава 2 : Дин Кунц  3  Глава 3 : Дин Кунц
 4  Глава 4 : Дин Кунц  5  Глава 5 : Дин Кунц
 6  Глава 6 : Дин Кунц  7  Глава 7 : Дин Кунц
 8  Глава 8 : Дин Кунц  9  Глава 9 : Дин Кунц
 10  Глава 10 : Дин Кунц  11  Глава 11 : Дин Кунц
 12  вы читаете: Глава 12 : Дин Кунц  13  Глава 13 : Дин Кунц
 14  Глава 14 : Дин Кунц  15  Глава 15 : Дин Кунц
 16  Глава 16 : Дин Кунц    



 




sitemap