Детективы и Триллеры : Триллер : Эпилог : Кит Маккарти

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6

вы читаете книгу




Эпилог

Нам надо поговорить.

Айзенменгер не был в этом уверен. Ему многое надо было сделать в этой жизни, но в данный момент и в нынешнем его состоянии он не считал разговор с Беверли Уортон насущной необходимостью. Это было слишком опасно, слишком соблазнительно.

Он неохотно согласился на ее предложение. И не потому, что ему не нравилось с ней разговаривать, а потому, что это доставляло ему слишком большое удовольствие. Настолько большое, что в один прекрасный момент, если бы этому не воспрепятствовали обстоятельства, он бы уступил своим желаниям. Имея с ней дело, он должен был постоянно помнить, что она станет всячески пытаться заставить его нарушить рамки приличий. Ему казалось, что весь смысл ее существования заключается в обольщении, насмешке и получении удовольствия. Елена испытывала к ней ненависть не только из-за того, что было ею сделано, но и потому, что Беверли собой представляла.

Уортон была облачена в лосины. Она не потрудилась сделать макияж, который свидетельствовал бы о том, что она готовилась к его приходу, однако это мало что меняло.

На ней были лосины.

Когда она открыла дверь, он удивленно приподнял брови, и она рассмеялась:

— Извини. Занималась гимнастикой.

Однако это заявление сопровождалось невыразимо соблазнительным взглядом. Она повернулась и двинулась прочь, и даже если бы в этот момент ему в прямую кишку всадили стрекало, он все равно не смог бы оторвать глаз от ее спины, ног и ягодиц.

Он вошел и поспешно закрыл за собой дверь, пока она не обернулась и не рассмеялась над ним. Потому что она наверняка бы это сделала — она прекрасно понимала, о чем он думает и что себе представляет.

— Так о чем мы должны поговорить? — спросил он, не столько искренне интересуясь предметом разговора, сколько стремясь избавиться от наваждения.

Она взяла с дивана халат и накинула его на себя; отчасти это облегчило страдания Айзенменгера, но о полном исцелении не могло быть и речи. Она жестом предложила ему сесть.

— Кофе?

— Да, пожалуйста. Ты, наверное, пребываешь на вершине блаженства, — заметил он, пока она занималась приготовлением кофе. — Восстановлена в звании, а Гомер оплеван с ног до головы.

— Моя репутация сильно пострадала, — отрывая взгляд от кофеварки, ответила она. — Хотя им и не удалось окончательно ее испортить.

Айзенменгер промолчал, и Беверли в тишине доварила кофе. Она устроилась напротив него, выставив напоказ идеально очерченные ноги. На ее прекрасном лице лежала печать грусти.

— Я доказала свою правоту, и теперь мне не грозит отстранение от работы.

Он не понял подтекста — слова были ясны, но смысл ускользал.

— Это ведь хорошо?

Казалось, она с трудом подбирает слова. Она сидела, хмуро уставившись на чашки с кофе, словно пытаясь сдвинуть их с места взглядом.

— Мартин Пендред похитил Елену. Он привязал ее к секционному столу и собирался вскрыть и изъять внутренние органы.

Он начал догадываться, к чему она клонит.

— У него начался психоз. Вследствие стресса, пережитого во время ареста, и последующей охоты на него…

— Так же как у Мелькиора? — На ее лице появилась нервная вопросительная улыбка, а во взгляде испуганная покорность.

Айзенменгер вздохнул.

— Думаю, да, — осторожно ответил он.

Она задумчиво кивнула, а затем подняла голову и посмотрела прямо ему в глаза.

— Кто совершил первые пять убийств, Джон?

Не вынеся ее взгляда, он отвел глаза в сторону.

— Понятно, — пробормотала она.

Он откинулся на спинку кресла. Теперь он понимал, почему все происшедшее не вызывало у нее радости.

— У нас нет доказательств, Беверли, — промолвил он.

— Ха!

— Но с другой стороны, нет и…

— Нет, Джон. Мы не можем доказать ни то ни другое. Не исключено, что этих доказательств никогда и не существовало. Дженни заявила, что Мартин Пендред не мог совершить последнее убийство, и мы получили желаемое. Мелькиора арестовали и осудили.

Только Дженни могла солгать, и, возможно, Мартин не находился с ней в это время. Она была проституткой, и Мартин пользовался ее услугами. Возможно, он заставил ее предоставить ему алиби.

— Возможно.

— А если это так, значит, Мелькиор был невиновен. И убийцей является Мартин.

— Тогда почему он перестал убивать? — поднял руку Айзенменгер.

Она нетерпеливо передернула плечами, явно не испытывая интереса к подобным вопросам.

— Не знаю, я же не психиатр. Он прошел экспертизу и находился под присмотром врачей. Возможно, они давали ему какие-то лекарства. — Она помолчала. — Может, ему просто хватило ума на то, чтобы понять, что ему выгодно. — Она продолжила, уже не глядя на Айзенменгера: — То, что он сделал с Еленой… Это не вполне соответствует предыдущему образу действий, но очень похоже. Это свидетельствует о том, что он способен на подобные вещи.

Айзенменгер видел, насколько она встревожена. И ей было не важно, что она одержала победу над Гомером, что больше никто не считает ее некомпетентной, — главное, что у нее самой зародились подозрения в собственной правоте. Айзенменгер встал и подсел поближе к Беверли.

— Все мы способны на страшные вещи, Беверли. У Мартина начался психоз, и вполне возможно, что отчасти он был вызван воспоминаниями о преступлениях, совершенных братом. — Он положил ладонь на ее руку. — Я понимаю, что никаких доказательств у нас нет, но первоначальная версия не хуже любой другой, — заверил он ее.

— Ты так думаешь? — Она подняла на него глаза.

— Конечно. — Он, улыбнувшись, кивнул и чуть сжал ее руку.

Она нагнулась и поцеловала его в губы. Это был долгий и страстный поцелуй, а ее духи действовали на него одурманивающе. Когда он наконец отстранился, то увидел ее смеющиеся глаза.

— Наверно, мне пора, — пробормотал он, и она рассмеялась.


Сидя в машине, он думал о Мартине и Мелькиоре Пендредах. Как это часто бывало, у него не было веских доводов ни «за», ни «против», и все сводилось к вопросу соотношения вероятностей. Кто с большей вероятностью мог быть убийцей — Мартин или Мелькиор?

Никто не мог этого сказать с полной уверенностью, и в конечном итоге это было не важно.

И конечно же, он не собирался разрушать карьеру Беверли на основании бездоказательной теории. Он решил ни с кем не делиться тем, что ему рассказал Джо Брокка.

Тем, что у Мартина всегда были сложности с завязыванием узлов и что Брокка вынужден был буквально вбивать в него навык завязывать шов двойным узлом. А Мелькиор всегда пользовался обычным узловым швом.

А все швы у первых пяти жертв были завязаны-таки двойным узлом.


Содержание:
 0  Окончательный диагноз The Final Analysis : Кит Маккарти  1  Часть 1 : Кит Маккарти
 2  Часть 2 : Кит Маккарти  3  Часть 3 : Кит Маккарти
 4  Часть 4 : Кит Маккарти  5  вы читаете: Эпилог : Кит Маккарти
 6  Использовалась литература : Окончательный диагноз The Final Analysis    



 




sitemap