Детективы и Триллеры : Триллер : Глава 20 : Жак Мазо

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21

вы читаете книгу




Глава 20

В это весеннее утро Мишель, покинув здание уголовной полиции, прогуливался вдоль Сены, останавливаясь иногда перед лавочками букинистов, чтобы полюбоваться старинной гравюрой или книгой. Он только что расстался с Бертраном Барнье, который рассказал ему об окончании следствия по делу Тома Дюваля и Эмиля Массара.

Несмотря на то что прошло уже несколько недель после окончания расследования, разочарование Мишеля все возрастало.

Он не только потерял старого друга, но и страдал, оттого что открыл в себе новые качества, о существовании которых и не подозревал.

К счастью, он познакомился с Мюрьель. Конечно, после их нелепого расставания в Алесе не произошло ничего серьезного, кроме нескольких телефонных звонков по поводу следствия и обмена почтовыми открытками. Но, по мнению Мишеля, это было не столь важно. Он знал, что их объединяло, а в остальном полагался на волю случая…

Возможно, думал он с некоторой восторженностью, это произойдет в «Брассри Альзасьен», где через несколько минут они будут обедать…

Вчера Мюрьель, как всегда неожиданно, позвонила ему и сказала, что оказалась проездом в Париже. Она хотела его видеть, чтобы поделиться выводами относительно паранормального аспекта их совместного дела.

В ресторане, заметив, что ее еще нет, Мишель сел за столик у окна с видом на площадь Сен-Андре-дез-Ар и заказал пива.

Он наблюдал, как уходят и приходят люди, потом, предвкушая разговор с Мюрьель, стал вспоминать о расследовании, которое так занимало его в последние месяцы…

Все началось в сентябре 1961 года — с рождением Тома. Уже в это время отношения Элен и Бернара оставляли желать лучшего. Она больше не любила мужа, которого ей навязали в результате жестких переговоров между двумя семьями. Быть может, она его даже ненавидела…

Тем не менее, следуя традициям своей среды, она продолжала играть роль любящей супруги. Появление сына принесло ей не много радости. Однако вскоре все изменилось! Через несколько недель после рождения Тома из-за проблем со здоровьем она встретилась с Шарлем Массаром, известным в округе целителем, и ее судьба круто изменилась.

Они без памяти влюбились друг в друга. Это была настоящая любовь, отчаянная и беспощадная, над которой ничто не властно.

Элен позволила себе увлечься по многим причинам. Шарль был чудесным любовником, пылким и темпераментным, способным на крайности и непредсказуемые поступки. Короче, полная противоположность Бернару, финансовому барону, холодному, расчетливому, добивавшемуся лишь одного — власти. И тогда она начала изменять ему без всяких угрызений совести, чувствуя себя самой счастливой женщиной в мире.

Конечно, неизбежное случилось: она забеременела!

Но это совсем не смутило Элен. Договорившись с Массаром, она возобновила интимные отношения с Бернаром, с тем чтобы тот поверил, будто ребенок от него. Исполняя роль идеальной матери в Кальвиаке, Элен продолжала тайно встречаться с Массаром.

Так могло продолжаться довольно долго, если бы в действие не вмешались враждебные силы.

Дело в том, что Массар был не только целителем. Одни считали его святым, потому что он мог излечить их недуг, другие приравнивали к Создателю — настолько пугала их его сила.

Он на самом деле обладал таким даром притяжения, что никто не мог избежать его влияния независимо от того, шло ли оно во благо или во вред.

Но именно в этом и состояла проблема! Массар являлся не только чудесным целителем, но и колдуном, и большинство людей об этом не знали. И это был очень сильный колдун, намного превзошедший своего учителя, Эмиля.

Мишель прервал размышления о деле и вновь подумал об убитом старике. Он сожалел о его смерти, как сожалеют о тех, кто, словно метеор, проходит через жизнь и кого невозможно забыть. Он вспоминал об этом с большой горечью, тем более что Эмиль очень деликатно попытался сказать ему правду. Мишель мог бы его спасти…

Но откуда ему было знать, что сам Эмиль — колдун и что у него есть сын, которому он передал свои знания? Как можно было предположить, что Шарль будет использовать свои таланты во зло, а не во благо? А ведь именно это и произошло в последние годы, когда он жил в скандальной связи с Элен. День за днем он тайно приобщал ее к сатанинскому культу. Хуже того — он раскрыл в ней способности, о которых она и не подозревала! В частности, он научил ее думать о зле и осуществлять его. Из женщины, задыхавшейся от равнодушия мужа и скучной жизни, она превратилась в счастливую почитательницу Люцифера.

И это сразу принесло плоды. Полен, тайно влюбленный в Элен и близкий друг семьи, также был обращен в эту веру. Затем очередь дошла до Пьера, который, вероятно, догадывался, что он сын Массара.

Только Тома стал исключением в их узком извращенном мирке. Он был воплощением ангельской чистоты и любил жизнь во всех ее проявлениях, поэтому всеми силами противостоял сатанистам.

Взрослея в окружении близких людей, которых не понимал, и отца, занимавшегося исключительно финансовыми делами, Тома привык жить собственной жизнью. Его взгляды были совершенно иными, он много читал и совершал длительные прогулки по окрестностям. Так он обнаружил небольшое кафе Антонена в Лазале.

По словам врачей, Антонен вышел из состояния летаргического сна, когда умер Массар. Позже Мишель встречался с ним во время слушания дела. Конечно, он допросил хозяина кафе, с тем чтобы точно определить очередность событий. Кроме того, инспектор хотел поговорить с пожилым человеком о Тома, поскольку ему казалось важным узнать, каким был этот парень.

Антонен действительно знал Тома лучше, чем желал показать. Парень часто заходил в кафе, и в конце концов они прониклись симпатией друг к другу. По мнению Антонена, Тома обожал слушать его рассказы об этом крае и истории о забавных случаях из жизни местных жителей. Именно он рассказал юноше об Орлином мосте и порекомендовал ему побывать там.

Тома последовал совету январским днем 1982 года. По воспоминаниям Антонена, тогда было очень холодно и повсюду белел иней. Но сам он не поднимался с Тома на мост и не мог сообщить Мишелю, что там произошло. Об этом ему рассказала Ноэми…

Когда Тома пришел туда, девушка уже стояла на мосту и любовалась окрестностями. Конечно, они разговаривали, как могут разговаривать только два очень юных существа. Без всякого притворства, переходя от самых общих тем к сокровенным.

Что это было — случай, судьба? Не важно. Одинаково несчастные, они оба были поклонниками совершенства, истины, красоты. Их сердца соединились, и через несколько дней у них начались романтические отношения, которые, по словам Ноэми, заставили их забыть о безрадостности собственной жизни.

В самом деле, жизнь Ноэми отнюдь не напоминала праздник. Она училась в Монпелье, мечтала о путешествиях, приключениях, тайнах. И больше всего ей не хотелось думать о родителях, которые совершенно о ней не заботились. Ноэми оставалось лишь бороться с собственной тоской, но любовь Тома все изменила. Наконец-то в ее жизни появился смысл. Она больше не была одна — вот ради чего стоило жить!

После первого свидания молодые люди полюбили друг друга и стали встречаться.

Местом свиданий стало кафе Антонена. Здесь они просиживали часами, обмениваясь своими тайными мыслями, строили планы. Потом, когда страсть захлестывала их, они шли в самые неожиданные и отдаленные места и там предавались любви. По словам Ноэми, они это обожали. Иногда они даже возвращались на Орлиный мост, чтобы любить друг друга там, под аркой, с видом на Севенны.

Одним весенним днем Тома задумал рискованное приключение. Он предложил Ноэми пойти на сеновал в поместье Кальвиак. С одной стороны, для него это означало утереть нос собственной семье, а с другой — было своеобразным способом доказать девушке, что он ее любит.

К несчастью, это не привело ни к чему хорошему. Любовники были обнаружены Элен…

С этого момента, по мнению Мишеля, и начались драматические события. Ноэми была изгнана, а Тома заперт в имении Кальвиак под наблюдением брата, его подружки Матильды, а также Элен и Бернара. Не было и речи о том, чтобы прогуляться в Алее или куда-нибудь еще! Никакой возможности увидеть Ноэми, эту шлюшку, как назвала ее Элен! Он останется в Кальвиаке и будет жить так, как подобает члену добропорядочной семьи!

Эти несколько месяцев стали настоящим адом для влюбленных. И несмотря на многочисленные попытки усыпить бдительность семьи, им ни разу не удалось встретиться.

Сентябрьским утром 1982 года эта история получила продолжение. Будучи на шестом месяце беременности, Ноэми позвонила в дверь имения Кальвиак, чтобы потребовать принадлежащее ей по праву: признание семьи Дюваль и возможность жить с Тома.

Однако это был слишком наивный поступок. Элен дала Ноэми крупную сумму наличными и беспощадно выпроводила, пригрозив принять самые жестокие меры, если девушка что-нибудь расскажет посторонним. Что до Тома, его попросту «арестовали» в Кальвиаке.


Мишель посмотрел на часы. Мюрьель опаздывала. Он снова заказал пива и, вернувшись к своим мыслям, подумал, что бы он сам сделал на месте Ноэми. Вероятно, устроил скандал.

Она этого не сделала, потому что знала: в одиночку она не сможет противостоять семье Дюваль. Ноэми решила сопротивляться по-другому — создать для своего будущего ребенка достойные условия жизни. Она переехала в Алее, чтобы находиться поблизости от имения Кальвиак в ожидании родов, которые должны были произойти в декабре.

Тома же, запертый в четырех стенах и подвергнутый унижению, просто погибал. Перед ним встал выбор: или бежать из дома и воссоединиться с Ноэми и их ребенком, или же умереть…

В это же время в Кальвиаке разыгрывались другие трагедии.

Страсть Элен и Массара разгоралась, вследствие чего ее ненависть к Бернару и Тома становилась все сильнее. Кроме того, Пьер узнал правду о своем настоящем отце, причем непосредственно от матери… Вероятно, это обстоятельство оказало влияние на ход событий. Пьер радовался, что Бернар не его отец. До тех пор парень его просто недолюбливал, теперь же мог ненавидеть. К тому же возникла дополнительная причина ненавидеть Тома.

В конце концов по прошествии некоторого времени алчная жажда денег проявилась сначала у Массара и Элен, потом у Пьера и Матильды… В действительности, в ходе следствия и при учете собственности и состояния семьи Дюваль, выяснилось следующее: у Элен не было ничего, у Бернара — все!

При таком положении дел Элен, по совету Массара, а позже Пьер и Матильда решили прибрать к рукам все состояние старика. Нужно же было оплачивать сатанинские пристрастия Массара и леность остальных…

В этой связи следователю так и не удалось определить, был ли у них план преднамеренного убийства Бернара. Но для Мишеля не существовало никаких сомнений — они просто ждали удобного случая.

И такой случай представился в июне 1983 года.

В то время — Полен подтвердил это в ходе слушания дела — у Бернара стала прогрессировать болезнь сердца, беспокоившая его уже много лет. Обреченный, практически импотент, он был лишь тенью самого себя.

К тому же выяснилось, что жена изменяет ему с Массаром, причем уже давно, и что Пьер не его сын.

Конечно, это открытие произвело эффект разорвавшейся бомбы. Бернар потребовал удаления Массара, вернул свободу Тома и объявил, что примет все необходимые меры, чтобы лишить наследства Элен и Пьера в пользу старшего брата.

Это было одновременно и много, и очень мало. Чтобы добиться своего, он должен был не только действовать быстро, но и тотчас покинуть поместье Кальвиак. Однако Бернар остался: физическое состояние не давало ему возможности диктовать свою волю другим. Хуже того — на этот раз он сам превратился в пленника!

Это привело к еще более ужасной ситуации. Тома не получил свободы, а Массар стал по сути мужем Элен и обосновался в одном из семейных поместий. Что касается угроз Бернара изменить завещание, то они остались лишь угрозами.

Тем не менее Массару, Элен, Пьеру и Матильде было все труднее держать ситуацию под контролем. Иметь пленника было проблематично, не говоря уже о двоих.

Когда-нибудь кто-то этим заинтересуется. Если… если только от них не избавиться!

У кого возникла эта идея? Неизвестно. Допросы и очные ставки не внесли никакой ясности. Но для Мишеля это не имело первостепенной важности. Безусловно, никто из этих четверых не возражал. Во всяком случае, когда решение было принято, оставалось лишь воплотить его в жизнь.

Связанные как своей страстью к поклонению сатане, так и денежными интересами, эти люди решили прежде всего покончить с Тома и передать его жизнь в руки Люцифера.

Следователю было очень трудно восстановить картину того вечера, так как каждый из участников предпочитал отмалчиваться. Но благодаря сопоставлению фактов удалось прояснить некоторые моменты.

Вечером того страшного дня они выпустили Тома из погреба, потом поужинали и играли все вместе в карты. Чтобы усыпить его подозрительность, они подсыпали ему в бокал наркотик.

Однако они просчитались, поскольку Тома каким-то образом понял, что обречен. Пытался ли он спастись? Сопротивлялся ли, когда его схватили? Никто из подозреваемых в этом не сознался.

Тем не менее он был забит до смерти, а преступление представили как самоубийство.

Мишель заметил Мюрьель, входящую в ресторан, и помахал ей рукой. Сев напротив, она извинилась за опоздание:

— Париж не Тулуза. Здесь надо выходить с запасом в четверть часа, чтобы приехать вовремя… — Она заказала аперитив и посмотрела на Мишеля. — Все в порядке? У тебя странный вид!

— Я вновь размышлял об этом грязном деле.

— Меня это не удивляет. Мне тоже трудно забыть о нем. Но наконец, кажется, все стало ясным.

— Я в этом не совсем уверен. Остались темные пятна. Например, почему они решили сбросить Тома с Орлиного моста?

— Возможно, Тома кому-то сказал, что познакомился с Ноэми именно в этом месте. И если бы у полиции появились сомнения, его самоубийство можно было бы объяснить разочарованием в любви.

— Вероятно… Но мне так и не удалось полностью восстановить картину того вечера.

— Если основываться на словах Вероники, произнесенных в состоянии транса, то я могла бы предположить следующее. Они играют в карты, отсюда выражения: «Козыри — пики… Я — пас…» Внезапно — то ли по репликам играющих, то ли по их заговорщическим взглядам — Тома понимает, что он в ловушке, и пытается спастись. Они бегут за ним, хватают и со свойственным им садизмом начинают рассказывать, что сейчас произойдет. Он отбивается и кричит: «Только не мост! Нет! Только не мост!» Действительно, для него это место священно и не должно быть осквернено смертью! В конце концов он умирает от ударов, и они его сбрасывают с моста.

— О'кей! Но как ты объяснишь то, что энергетические сгустки не совпадали, когда ты делала фотографии?

— Вероятно, они положили тело на парапет, раздумывая о дальнейшем сценарии. Поэтому получилось несовпадение. Не нужно рассматривать этих негодяев как закоренелых убийц. Они продолжали совершать ошибки. Вспомни об одежде! Еще один признак поклонения сатане… Круг… Думаю, это осталось незамеченным только из-за небрежности полицейских.

Они замолчали и сделали заказ, потом вновь заговорили.

— Верно, — заметил Мишель, — каждый раз им удавалось выкрутиться. Как можно было несколько месяцев спустя подозревать их в убийстве Бернара, когда все знали, что он страдал болезнью сердца. Так же, как и доказать, что Массар убил своего отца, человека, у которого якобы не было детей?.. Им повезло еще и в том, что я упустил разгадку, которую, можно сказать, держал в руках.

— И я тоже.

— Наверное. Но, изучив более детально слова Вероники, я должен был понять. «Мост… Карты… Люблю…» А еще она читала строчки из стихотворения Виктора Гюго и назвала имя Шарль. И наконец, вскрикнула: «Папа!», когда мы были у нее в гостях. Столько намеков, а я не смог их расшифровать…

— Не могу обвинять тебя, ведь я сама упустила или закрыла глаза на многие факты. В особенности на те, что касались Жерома… — сказала Мюрьель, нахмурившись.

— Знаю, тебе трудно говорить об этом, — отозвался Мишель, — но мы должны принять правду такой, как она есть. Поверь, для меня это тоже очень тяжело.

— Понимаю, но все это кажется настолько невероятным…

— Положим, это невероятно для нас, потому что мы хорошо его знаем. Но по существу его история классически банальна.

— Трусость не может быть банальной, если речь идет о человеке, которого любишь.

— Ну хорошо, пусть так…

— Нет, Мишель! — сердито произнесла она. — Трудность в том, что он не заслуживает снисхождения. Несмотря на то что в конце он совершил смелый поступок, он не искупил своей вины. Это было бы слишком просто!

— Я согласен, но…

— Что «но»? Месье проводит вечер у Полена вместе с женой. Он напивается до умопомрачения, садится за руль и врезается в дерево у поместья. Увидев, что Натали мертва, он идет к тому же Полену и умоляет его представить непредумышленное убийство как несчастный случай! А мы, наивные, идем на похороны и еще утешаем его! Он так жалок! Иметь такую красивую и умную жену и потерять ее в нелепом дорожном происшествии! Я вспоминаю, как в то время он мне рассказывал, что его бедную жену обнаружили в машине одну, за рулем… А он еще предупреждал, чтобы она никогда не ездила одна… Послушай, меня от этого воротит! А все потому, что месье боялся быть замешанным в скандале и потерять свое место и еще не знаю какие привилегии!

Мишель нежно дотронулся до ее руки:

— Успокойся! Это отвратительно, но ничего не поделаешь. Ты не можешь ничего изменить.

— К тому же месье не догадался, что за услугу такого негодяя, как Полен, когда-нибудь придется расплачиваться…

Она замолчала, положила вилку и, извинившись, вышла из-за стола. Мишель знал, что Мюрьель пошла плакать в дамскую комнату, но не стал ее удерживать. Он все понимал. А конец истории был настолько отвратителен…

Он вновь вспомнил о показаниях Полена и других обвиняемых, об их подробном дьявольском рассказе, как им удалось подловить Жерома…

В действительности, когда он пришел просить помощи, Полен сразу сообразил, какую выгоду может из этого извлечь. В обмен на лжесвидетельство, согласно которому Натали одна приехала к нему и разбилась на обратном пути, он мог привлечь в тайное общество еще одного человека.

И его план сработал! Тем более что Полен предварительно сделал снимки на месте катастрофы и мог предъявить их в любой момент. Поставленный перед выбором, стать ли членом секты или сознаться в преступлении, Жером оказался в тупике: ему оставалось лишь согласиться на участие в коллективном безумстве Массара и ему подобных. Вероятно, они потребовали от Жерома оказать какие-то услуги еще до начала следствия…

Вот почему, по его собственному признанию, Жером пригласил Мюрьель и настоял на том, чтобы Мишель занялся этим делом. По сути, это был крик о помощи.

Но Мишель не верил в эту идиллию. Почему Жером сразу не рассказал им всю правду? Почему не воспрепятствовал действиям Массара, направленным против него и Мюрьель, когда им угрожала опасность? Почему он позволил Пьеру проникнуть в свой дом и украсть расческу Мюрьель? Почему пошел к Эмилю и помог Массару отыскать талисманы и предметы колдовства? И при этом не признался в убийстве, которое совершил?

С какой целью, в конце концов, он украл погребальную урну? Почему? Почему?

У Мишеля был лишь один ответ. Начав по принуждению, Жером со временем превратился в подобострастного исполнителя всех приказаний предводителя, как часто случается в подобных сектах. Снедаемый чувством вины за смерть Натали, оглушенный речами Массара и других членов тайного общества, он не смог решиться противостоять абсурдным действиям сатанинской секты.

Тем не менее Мишель продолжал искать смягчающие обстоятельства. Кроме всего прочего, тот факт, что неосторожность Жерома явилась причиной смерти Натали, не мог не повлиять на его бывшего друга…

Натали — это отдельная тема для размышлений. Несмотря на окончание следствия, у Мишеля оставалось немало вопросов, касающихся сюжета ее книги. Например, как она узнала о некоторых подробностях истории семьи Дюваль?

Мишель пытался, установить связь между тем, что она писала, и ее гибелью. В конце концов, вполне возможно, что и другие были причастны к ее смерти, «поколдовав» над ее машиной, поскольку сюжет романа мог их не устраивать… Но напрасно Мишель их допрашивал, пытался выявить противоречия в показаниях. Он не нашел доказательств, подкрепляющих эту версию.

И за это инспектор злился на себя. Он не смог прочитать «Круг» должным образом. Если бы читал с большим вниманием, он, вероятно, быстрее бы понял, что между Тома и Пьером существовала смертельная вражда.

Мюрьель вернулась и зажгла сигарету.

— Извини… Это слишком тяжело для меня!

— Не беспокойся, все пройдет. Со временем…

Они заказали кофе.

— Кстати! — воскликнула она, открыв свою сумку. — Я принесла тебе отчет по этому делу.

Она вытащила объемистую рукопись и положила перед удивленным Мишелем.

— По крайней мере ты все доводишь до конца! — восхитился он. — Обещаю прочесть, но на это уйдет время. Не могла бы ты рассказать главное?

— Не хочешь прилагать лишних усилий? Понятно, для тебя это не важно.

— Прекрати говорить чепуху! Без тебя я не продвинулся бы в расследовании так быстро!

Она недоверчиво пожала плечами:

— В целом все крутится вокруг личности Массара, и ты это подозревал… По-своему это был необыкновенный человек. Будучи чрезвычайно умным, он обладал исключительной властью над людьми и предметами. Еще очень молодым он постиг колдовскую науку своего отца. Шарль развил ее и превратил в настоящее искусство. Это объясняет то, что он смог обратить в свою веру Элен, продолжая любить ее, а также их сына Пьера, Матильду, Полена и даже Жерома. Конечно, это было не слишком трудно, ведь они не могли должным образом противостоять его чарам. Он умел навести порчу, использовать старинные рецепты колдовства, сохранившиеся в деревнях. Массар прекрасно передавал мысли на расстоянии, о чем свидетельствуют наши неоднократные недомогания, прострация Антонена или парализованная воля Ноэми. Я не знаю его секретов, и уйдет много времени на их раскрытие. Но если бы Шарль Массар использовал свои способности во благо, он мог творить чудеса. И в истории человечества он не первый поставил ученых в тупик. Независимо от веры целители, святые, ясновидящие и маги творят непостижимые чудеса. Истории, которые о них рассказывают, не пустой вымысел. И чем больше времени проходит, тем меньше остается загадок, так как наука постепенно дает объяснение таинственным явлениям. Как бы там ни было, этот человек обладал способностями, которые так будоражат воображение людей. Мы видели, как он воздействовал на предметы, использовал свои магнетические способности на индивидуумах и передавал мысли на расстоянии. Я действительно сожалею о его смерти. Изучение его феномена многое дало бы науке.

— Возможно. Но нужно помнить о том, что его таланты служили для воплощения в жизнь дурных помыслов, к тому же он не забывал и о денежных интересах. Да и не такой уж он был всемогущий! Ведь ему пришлось убить собственного отца! Видно, Шарль боялся Эмиля.

— Верно, у него был извращенный ум. Но такое часто случается с теми, кто от природы способен воздействовать на других. Эта история многим послужит уроком! Что касается необходимости убить отца, тут все объяснимо. Эмиль сам был колдуном, и его способности передались сыну. Вероятно, он знал средства, как противостоять порче, которую стал насылать на него Шарль, когда понял, что отец собирается его выдать. Поди узнай, какова была эмоциональная подоплека этого преступления…

Мишель не ответил. Это был еще один загадочный аспект дела, и таковым он и останется.

Поскольку Мюрьель отказалась от новой чашки кофе, он оплатил счет, и они вышли. Ей нужно было идти на другую встречу, а ему возвращаться в участок.

Они расстались у станции «Сен-Мишель».

— Я хотел бы как-нибудь показать тебе мой плавучий домик, — сказал он.

— Почему бы и нет? — ответила она, быстро целуя его в губы. — Позвони мне.

Не ожидая ответа, Мюрьель спустилась по лестнице подземки. Внизу она обернулась, дружески помахала ему рукой и исчезла.

Удивленный и счастливый, Мишель замер на месте, наблюдая за людьми, входившими и выходившими из метро, а потом поехал на службу — в уголовную полицию.


Содержание:
 0  Орлиный мост : Жак Мазо  1  Глава 1 : Жак Мазо
 2  Глава 2 : Жак Мазо  3  Глава 3 : Жак Мазо
 4  Глава 4 : Жак Мазо  5  Глава 5 : Жак Мазо
 6  Глава 6 : Жак Мазо  7  Глава 7 : Жак Мазо
 8  Глава 8 : Жак Мазо  9  Глава 9 : Жак Мазо
 10  Глава 10 : Жак Мазо  11  Глава 11 : Жак Мазо
 12  Глава 12 : Жак Мазо  13  Глава 13 : Жак Мазо
 14  Глава 14 : Жак Мазо  15  Глава 15 : Жак Мазо
 16  Глава 16 : Жак Мазо  17  Глава 17 : Жак Мазо
 18  Глава 18 : Жак Мазо  19  Глава 19 : Жак Мазо
 20  вы читаете: Глава 20 : Жак Мазо  21  Использовалась литература : Орлиный мост



 




sitemap