Детективы и Триллеры : Триллер : Глава 2 : Уоррен Мерфи

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13

вы читаете книгу




Глава 2

Его звали Римо, и он не мог поверить своим ушам.

– Римо, это Смит. Немедленно возвращайтесь в Фолкрофт!

– Кто говорит?

– Харольд В. Смит, ваш директор.

– Я вас не слышу: слишком шумит море, – сказал Римо, глядя, как тихие, ласковые волны Атлантики набегают на белый песок пляжа в местечке Нэгз-Хед, Южная Каролина.

В номере мотеля тоже было тихо, слышалось лишь едва различимое скрипение гусиного пера по пергаменту. Высохший старец азиатской наружности быстро работал пером, хотя казалось, что его пальцы с длинными ногтями остаются неподвижными. Время от времени он останавливался, просматривал написанное – неисчерпаемый источник мудрости, и вновь начинал писать, едва колыхая складки своего золотого утреннего кимоно.

– Вы меня слышите? Немедленно возвращайтесь в Фолкрофт! У нас тут земля горит под ногами.

– Вы хотите поговорить с Харольдом Смитом?

– Я знаю, что это обычная линия, но... – На том конце провода послышались гудки – кто-то прервал разговор. Римо повесил трубку.

– Папочка, я скоро вернусь, – сказал он, и Чиун с царственным видом поднял голову от своего манускрипта.

– Когда я тебя нашел, ты стоял в дурацкой подобострастной позе или лежал в грязи? – спросил Чиун. Голос был визгливым и звучал то выше, то ниже, словно гигантская лапа скребла по горному склону.

– Ни то, ни другое, – ответил Римо. – Я приходил в себя после обморока. И для нашего общества был вполне здоров. И если честно, то я был достаточно здоров по меркам любого общества. Кроме одного.

– И тогда, – проговорил Чиун, и перо с немыслимой скоростью заплясало по бумаге, но каждый образ, создаваемый корейцем, был четок и ясен, – тогда Чиун, Мастер Синанджу, увидал белого, распростертого в грязи. Члены его были слабы, глаза слепы, и на голове виднелись странные круги. Но главное, что уловил проникающий сквозь телесную оболочку взгляд Мастера Синанджу, – этот человек был слаб рассудком. Под его уродливым белолицым черепом скрывалась тупая, бесформенная и безжизненная масса.

– А я думал, что ты уже уделил мне главу в истории Синанджу, – сказал Римо.

– Я решил ее доработать.

– Хорошо, что ты пишешь это, потому что теперь я могу с полной уверенностью сказать, что вся история твоей деревни – это ерунда, вымысел и чушь. Помни, я видел деревню Синанджу. В нашей стране канализационная система куда лучше.

– Ты предубежден, как все белые или черные, – ответил Чиун и вновь перешел на возвышенный тон. – И сказал тогда Мастер Синанджу этому несчастному: «Вставай, и я исцелю тебя. Ты познаешь свой разум и свои чувства. Ты будешь полной грудью вдыхать свежий воздух. Твое тело наполнится жизненной силой, какую не знал еще ни один белый.» И понял несчастный, что на него снизошла благодать, и сказал: «О, величественный старец, внушающий трепет, почему ты одариваешь столь щедрым даром такое ничтожное существо, как я?»

– Лучше выкинь это из головы, – посоветовал Римо. – У меня дела. Я скоро вернусь.

В конце лета Нэгз-Хед, Южная Каролина, мало чем отличался от раскаленной духовки. Окна проезжавших машин были наглухо закрыты, пассажиры спасались от жары с помощью кондиционеров. Прохожие, оказавшиеся на улице в этот душный, влажный день, плелись так, словно у них на ногах были пудовые гири.

Римо шел быстрой походкой. Он был чуть ниже шести футов ростом, довольно худой. В глаза бросались только широкие запястья. У него были заостренные черты лица и высокие скулы, которые оттеняли темные пронзительные глаза – по признанию некоторых женщин, от его взгляда у них сводило живот.

– Послушай, неужели ты не потеешь? – спросил его официант в закусочной, где Римо хотел разменять деньги.

– Только когда жарко.

– На улице сто пять градусов по Фаренгейту, – не унимался официант.

– В таком случае извините, забыл вовремя вспотеть, – ответил Римо. Вообще-то он знал, что потоотделение – это один из способов охладить перегревшееся тело, причем не самый эффективный. А самым эффективным было правильное дыхание, вот только люди не умеют правильно дышать и начинают следить за дыханием только тогда, когда замечают какие-то сбои в дыхательной системе. Правильное дыхание определяет ритм жизни и силу.

– Забавно, но я сроду не видел человека, который бы не потел в такую жару. Даже негра, – продолжал официант. – Как тебе это удается?

Римо пожал плечами.

– Боюсь, ты все равно не поймешь.

– Думаешь, я идиот? Ты, мол, такой крутой парень, заявился сюда и считаешь всех идиотами?!

– Я так не думал, пока ты не открыл рот.

С этими словами Римо отправился к телефонной будке. Сложив перед собой мелочь, он набрал кодовый номер, существовавший на случай чрезвычайных обстоятельств. Номер был доступен, но не очень надежен в точки зрения секретности. Хотя, по крайней мере, по нему всегда можно было оставить информацию для настоящего Харольда В. Смита и попросить его перезвонить.

– Извините, – услышал он в трубке отдаленный голос магнитофонной записи, этот номер не работает. Если вам требуется помощь, просим вас подождать – через минуту вам ответит телефонистка.

Римо повесил трубку, снова набрал номер и вновь услышал тот же текст. Но на этот раз он решил подождать. Телефонистка говорила бесцветным голосом, лишенным какого бы то ни было акцента – ни гортанных согласных северо-востока, ни приторной сладости юга, ни гнусавого выговора Среднего Запада. Калифорния, решил Римо. Кодовый номер зарегистрирован в Калифорнии.

– Я могу вам чем-то помочь?

– Да, – ответил Римо и назвал номер, который пытался набрать.

– Где вы находитесь? – поинтересовалась телефонистка.

– Чилликот, штат Огайо, – соврал Римо. – Почему этот номер не работает?

– Потому что, насколько нам известно, он никогда не работал. А вы вовсе не в Чилликоте.

– Спасибо, – произнес Римо.

– Но мы все же располагаем кое-какой информацией по этому номеру, – и телефонистка продиктовала ему еще один телефон.

Это было очень странно, поскольку, если бы это действительно исходило от Смита, он никогда бы не стал оставлять альтернативный номер. И тут Римо понял, что телефонистка разговаривала с ним вовсе не для того, чтобы дать ему информацию, а чтобы выяснить, где он находится. Он повесил трубку.

И тут к тротуару подъехала серо-белая полицейская машина с красной мигалкой, и в закусочную с грохотом ворвались два громадных полисмена, держа руки на кобуре. Официант пригнулся. Римо вышел из будки.

– Это вы только что звонили из будки? – спросил первый полисмен.

Второй встал так, чтобы на Римо были направлены сразу два пистолета.

– Нет, – ответил Римо.

– Кто же тогда был в будке?

– Откуда мне знать?

– Это он, – раздался из-за прилавка голос официанта. – Джетро, он нездешний. Лучше присмотрите за ним. Он не потеет.

– Я хочу побеседовать с тобой, – снова обратился к Римо полисмен.

– Кажется, именно этим вы и занимаетесь, – сказал Римо.

– В управлении, – уточнил полисмен.

– Я арестован или как?

– Просто приглашаешься для беседы. С тобой хотят поговорить.

– Этот парень не потеет, – повторил официант, вылезая из-за прилавка.

– Заткнись, Люк, – бросил полисмен.

– Я очень даже потею, – перебил Римо. – Это клевета.

И когда они оказались в полицейском управлении Нэгз-Хед, Римо начал потеть, хотя остальные жаловались, что замерзли. В управлении оказалось двое мужчин, представившихся адвокатами из объединенного комитета Конгресса, занимающегося расследованием злоупотреблений и ЦРУ и ФБР. Это они хотели побеседовать с Римо. Они были одеты в приличные костюмы, но не причесаны. Римо ни в чем не обвиняется, но он набирал номер, который их заинтересовал, сказали они. Этот номер был обнаружен на каком-то финансовом документе ФБР, происхождения никто не мог объяснить. Возможно, Римо сможет что-нибудь сказать по этому поводу. С какой целью он набирал номер, кто дал его Римо, для чего он использовался?

– Просто не могу поверить своим ушам. Неужели вы проделали такой путь, чтобы проверить какие-то телефонные счета?

– Видите ли, речь идет не просто о телефонном номере. Мы обнаружили, что ЦРУ и ФБР использовали в розыскной работе целые блоки неучтенных номеров. Действующие файлы на американских граждан, которые, казалось, ни к чему не ведут, свободные выходы в компьютерную систему, которые следователи комитета не могут обнаружить, – объяснил один из адвокатов.

– Поэтому вы у нас важный свидетель, – сказал другой.

– Выходы в эту систему проверяли наши собственные эксперты, и они считают, что она является чрезвычайно разветвленной. Чрезвычайно, – повторил первый адвокат.

– Что делает вас очень важным свидетелем, – добавил другой.

– Так что облегчи свою участь, дружище, скажи, зачем ты набирал этот номер. Возможно, тогда и мы сможем тебе чем-нибудь помочь.

Римо прекратил потеть. Ему было пора уходить: ведь он обещал Чиуну не задерживаться.

– Интересно, каким это образом? Тем, что не станете обвинять меня в предумышленном наборе телефонного номера? В заговоре с целью сделать телефонный звонок? В пособничестве и подстрекательстве к разрушению телефонной сети страны?

– А как насчет важного свидетеля по делу об убийстве? Важного свидетеля или даже подозреваемого по делу об убийстве конгрессмена, занимавшегося расследованием тайных операций? Как тебе подобная перспектива?

– Выходит, меня подозревают в убийстве только из-за того, что я пытался позвонить по телефону?

– Потому что ты пытался дозвониться именно по этому номеру, приятель. Повторяю, он значился на неизвестно откуда взявшемся документе ФБР. За последние три месяца, пока шло расследование, только один человек набирал этот номер. Ты. И еще мы знаем, что некий конгрессмен пытался разобраться в компьютерной сети и обнаружить деньги на секретные операции, скрытые в федеральном бюджете. А теперь он убит, и его сердце вынуто из груди. Так что дело не просто в телефонном номере, приятель.

– А при чем тут я? – с невинным видом поинтересовался Римо.

– Ты знаешь, что мы можем задержать тебя как важного свидетеля, – объяснил второй адвокат.

– Как вам будет угодно, – ответил Римо и дал имя и адрес, предусмотренный на случай ареста. Как только это имя и адрес будут направлены в ФБР для проверки на наличие криминального досье – обычная полицейская процедура, служащий ФБР тут же обнаружит в деле отсылочный номер, и в течение двадцати минут компьютеры санатория «Фолкрофт» передадут приказ немедленно освободить Римо, в каком бы месте Соединенных Штатов он ни находился.

Все это, уверял его Смит, займет не более двух часов, ну, в крайнем случае, три – если место его задержания находится достаточно далеко. Естественно, что его отпечатки пальцев не будут обнаружены в обширнейших досье ФБР. Ни в списках сотрудников, ни в списках нежелательных элементов, ни среди тех, кто когда-либо подвергался аресту, потому что, согласно установленному порядку, они были уничтожены самим ФБР более десяти лет назад. Там не хранят отпечатки пальцев мертвецов.

Так что, когда Римо сказали, что у него есть последний шанс пролить свет на телефонный номер, по которому он звонил из закусочной, или на жуткое убийство конгрессмена, расследовавшего тайную деятельность спецслужб, он ответил, что они сильно заблуждаются.

Камера была маленькой, с недавно покрашенными металлическими решетками, установленными в обычном металлическом каркасе, и запиралась на простую защелку. Выглядело все очень внушительно, если не рассматривать это с точки зрения Синанджу.

Римо сел на койку, подвешенную к стене, и стал припоминать камеру, в которой оказался больше десяти лет назад.

Он ожидал исполнения смертного приговора, когда его пришел исповедать монах. Монах дал Римо пилюлю и велел съесть в тот момент, когда его привяжут к электрическому стулу. Он так и поступил, после чего потерял сознание, а когда очнулся, то заметил ожоги на запястьях и лодыжках. Рядом стояли люди, которые впервые за все это время поверили, что он не виновен в убийстве. И поверили потому, что сами сфабриковали против него дело – в соответствии с четко разработанным планом Харольда В. Смита, директора КЮРЕ.

– Никогда не слышал о подобной организации, – сказал тогда Римо, и Смит с кислым лицом заметил, что в противном случае на стране, в которой они живут, можно было бы поставить крест. КЮРЕ создали потому, что обычные государственные службы не могли в полной мере справиться с разгулом противоправных действий, связанных с нарушением конституции. КЮРЕ обеспечивало не предусмотренную законом деятельность, которая только и могла спасти страну. Организации не хватало только одного – карающей руки. И ею должен был стать Римо, несуществующий человек, выполняющий поручения несуществующей организации. Его как бы не было вообще, – поскольку он только что был казнен на электрическом стуле. А отпечатки пальцев мертвецов никого не интересуют.

Сначала Римо думал при первой же возможности сбежать, но одно дело следовало за другим, а потом начались тренировки с Чиуном, благодаря которым он действительно стал другим человеком, и с каждым днем в нем оставалось все меньше от парня, некогда казненного на электрическом стуле. И он остался на этой работе.

И вот теперь, более десяти лет спустя, он, Римо Вильямс, сидя в камере предварительного заключения одного из южных штатов, ждал, когда компьютеры в санатории «Фолкрофт», нервном центре КЮРЕ, передадут свои неуловимые приказы о его освобождении. Всего каких-нибудь два часа, максимум три.

Итак, он ждал. Два часа, три, а потом и все четыре, слушая, кик вода капает в раковину и по камере мечется одинокая муха, время от времени подлетая к вентилятору, едва вращавшему лопастями и сохранявшему воздух неподвижным, жарким и влажным. На скользкой серой краске металлических прутьев от испарений образовывались капли воды, и сидевший через решетку от него алкаш, который издавал столь едкий запах, что мог вызвать коррозию алюминия, принялся рассуждать о жизни.

– Ну, хватит, – произнес Римо и положил два пальца левой руки на квадратный металлический замок. Всеми порами кожи он ощутил влажную теплоту скользкой краски. Легким движением, ибо ключом ко всему делу был ритм надавливания, он отодрал краску, повредив тонкий слой ржавчины под ней. Еще небольшое усилие – и дверь закачалась на петлях. Севшая на решетку муха подскочила, словно ужаленная током. Наконец петли хрустнули, и замок открылся с резким звуком – словно кусочек свинца шлепнулся на пачку бумаги для ротапринта. Римо толкнул дверь, и она со скрежетом слетела с петель.

– Вот сукин сын, – заорал алкаш, с трудом выговаривая слова. – Делают черт-те как! А мою можешь открыть?

Надавив двумя пальцами на замок, Римо открыл и вторую камеру. Алкаш свесил было ноги с кровати, но увидев, что придется сделать по меньшей мере три шага до двери, чтобы сбежать, решил отложить это дело на потом. Он поблагодарил благородного незнакомца и впал в прострацию.

Тут в коридор заглянул надзиратель и, увидев, что происходит, захлопнул железную дверь, ведущую наружу. Он как раз пытался ее запереть, когда дверь обрушилась на него, словно с той стороны ее протаранил тяжелый танк. Перешагнув через тюремщика, Римо двинулся дальше, пока не нашел еще одну дверь. Она вела в полицейский участок. Сидевший там детектив в ужасе поднял глаза.

– Мне не понравилось, как вы меня разместили, – заявил ему Римо и исчез в очередном коридоре до того, как полицейский сообразил схватиться за пистолет. Там Римо перешел на шаг и спросил у полицейского, заполнявшего протокол, где здесь выход. Когда он выходил из здания, кто-то крикнул: «Побег!»

Нэгз-Хед был не из тех городов, где можно затеряться в толпе, поэтому Римо предпочел задние дворы с высокими пальмами, стараясь слиться с зеленью и песчаным ландшафтом, озаренным кроваво-красным послеполуденным солнцем.

Тем временем в мотеле Чиун наблюдал, как кремовые пенящиеся буруны Атлантического океана накатывают на бесконечный песчаный пляж, растекаются по песку, а затем отступают назад, чтобы снова вернуться в виде бело-зеленой волны.

– Надо бежать, – бросил Римо.

– От кого? – удивленно спросил Чиун.

– От местной полиции. Нам надо возвращаться в Фолкрофт.

– Бежать от полиции? Но разве она не подчиняется императору Смиту?

– Не вполне так. Все гораздо сложнее.

– В таком случае чем же он управляет?

– Нашей организацией.

– Выходит, организация не имеет влияния на полицию?

– И да, и нет. По крайней мере, сейчас – нет. Боюсь, он в беде.

– Он напоминает мне самаркандского эмира, который так боялся проявить слабость, что не доверял даже собственному наемному убийце, который, конечно же, был Мастером Синанджу. Когда судьба отвернулась от эмира, Мастер был бессилен ему помочь. Точно так же происходит с императором Смитом. Мы сделали все, что могли, и больше ничем не можем ему помочь.

– Но он попал в беду!

– Это потому, что недостаточно доверял тебе. И мы больше за это никакой ответственности не несем. Ты сделал все, что в твоих силах для этого глупца, и теперь должен предложить свой талант тому, кто в состоянии его оценить. Я всегда считал, что использовать учение Синанджу для службы этому человеку было пустой тратой сил.

– Папочка, есть вещи, которые ты не можешь мне объяснить, – задумчиво произнес Римо, – но есть и то, чего я не могу объяснить тебе.

– Это потому что ты ограниченный человек, Римо. Но я-то не глуп.

Римо кинул взгляд на огромные лакированные сундуки.

– У нас нет времени на долгие сборы, так что придется забрать их чуть позже.

– Я не собираюсь жертвовать моими скромными пожитками, чтобы очертя голову бросаться на помощь недостойному императору, который не доверял Дому Синанджу.

– Извини, – сказал Римо. – Тогда мне придется уйти одному.

– Неужели ты покинешь кроткого, скромного старичка, смиренно доживающего свои последние годы?

– Какое смиренно? Какие последние годы? Какой кроткий старичок? Ты – самый опасный наемный убийца в мире!

– Я гарантирую честную службу за честное и адекватное вознаграждение.

– Прощай, – сказал Римо. – Увидимся позже.

Чиун отвернулся.


Содержание:
 0  Проклятие вождя : Уоррен Мерфи  1  вы читаете: Глава 2 : Уоррен Мерфи
 2  Глава 3 : Уоррен Мерфи  3  Глава 4 : Уоррен Мерфи
 4  Глава 5 : Уоррен Мерфи  5  Глава 6 : Уоррен Мерфи
 6  Глава 7 : Уоррен Мерфи  7  Глава 8 : Уоррен Мерфи
 8  Глава 9 : Уоррен Мерфи  9  Глава 10 : Уоррен Мерфи
 10  Глава 11 : Уоррен Мерфи  11  Глава 12 : Уоррен Мерфи
 12  Глава 14 : Уоррен Мерфи  13  Глава 15 : Уоррен Мерфи



 




sitemap