Детективы и Триллеры : Триллер : Глава 12 : Питер Дойтерман

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16

вы читаете книгу




Глава 12

Крейс стоял у больничной койки дочери, изо всех сил стараясь скрыть волнение. Как же она исхудала, с жалостью подумал он. Линн всегда была атлетичной, пышущей здоровьем девушкой. Сейчас на ее покрытом синяками пожелтевшем лице резко проступили скулы, щеки запали. Обычно пышные блестящие волосы слиплись неряшливо перепутанными кудельками. Он поглаживал через одеяло руку дочери, чутко прислушиваясь к каждому ее вздоху. Линн обходилась без аппарата искусственного дыхания, однако к левому запястью тянулась трубка капельницы. Над кроватью помаргивали разноцветными индикаторами мониторы. Она в коме, говорят врачи. В хорошей коме, как бы парадоксально это ни звучало. В переводе с их языка это значит, что в овощ она не превратилась, просто тяжело травмированный организм на какое-то время отключился от окружающего мира, чтобы заняться самоисцелением без постороннего вмешательства.

— Она была в сознании, когда ее нашли? — спросил Крейс.

— Не знаю, — ответила Дженет. — На месте взрыва я ее не видела. Меня саму-то еле соскребли с бетона. Но обнаружившие ее копы говорят, что она произнесла несколько бессвязных слов, в том числе «водородная бомба» и «Вашингтон».

— Занятно. Весьма, — хмыкнул Крейс.

— У Вашингтона на этот счет несколько иное мнение, — едва заметно улыбнулась Дженет. — Но вся их версия с бомбой вызывает, честно говоря, сильные сомнения. ФБР водит за нос БАТО, БАТО водит за нос ЦРУ, ЦРУ водит за нос ФБР, а ёпэрэсэтэ водит за нос ёкалэмэнэ...

— Дворцовые интриги, — понимающе буркнул Крейс, убирая с влажного лба Линн прядки тусклых волос. И вдруг добавил: — Знаете, почему мы с женой развелись? Хелен узнала, чем я занимался в ЦРУ, и испугалась. Решила остаться в стороне. Я ее понял. И даже не возражал. Однако Линн терять не хотел.

— Ваша жена пыталась настроить дочь против вас?

— В общем-то нет. Разводились мы, как говорится, по-хорошему, никаких ведь скандальных причин вроде супружеской измены или чего другого в том же роде для этого не было. Хелен просто не хотела иметь ничего общего со мной и моими делами. Как и большинство мужчин, я был убежден, что моя карьера, работа и опыт важнее всего. И расстался с ней без угрызений совести.

— А у меня все было по-другому, — неожиданно для себя призналась Дженет. — Мой супруг оказался пустышкой. Вечно носился с грандиозными творческими замыслами, но ни одного из них так и не осуществил. Его это не огорчало, ему просто нравилось вращаться в академических кругах. Думаю, это и стало одной из причин, побудивших меня пойти в ФБР. Захотелось побыть среди настоящих мужчин.

— Ха-ха! И много вы их там встретили? — саркастически ухмыльнулся Крейс. — Линн поверила матери, которая сказала ей, что я — страшный человек. Неискренность дети улавливают инстинктивно, а страх Хелен был неподдельным.

— Но после авиакатастрофы вы с Линн помирились?

— Точнее, незадолго до нее. А потом вся эта заваруха. Так вы полагаете, что взрыв устроили Макгаранды? И что все это время они прятали Линн в арсенале?

Дженет предложила продолжить беседу где-нибудь в другом месте. Крейсу явно не хотелось покидать дочь, однако даже для него было очевидно, что помочь ей сейчас он ничем не может. Он последовал за Дженет через холл, мимо поста дежурной медсестры. Дженет обворожительно улыбнулась ей и санитару, но те на нее даже не посмотрели, во все глаза разглядывая суровое изможденное лицо и массивную фигуру Крейса. Среди бесшумной стерильной белизны отделения интенсивной терапии он выглядел только что выбравшимся из лесной чащи медведем. Чтобы добиться для него разрешения навестить дочь, Дженет пришлось немало помахать служебным удостоверением и пустить в ход все свое обаяние. Крейс позвонил ей через пятнадцать минут после ее разговора с Фансвортом, и она тут же поспешила сообщить ему, что Линн найдена, жива, но пока остается под наблюдением врачей. Надеясь захватить его врасплох, поинтересовалась, где он находится, однако Крейс на эту уловку не поддался. Тогда она предложила встретиться в больнице, и он, бросив, что будет там через час, отключился.

Прослушав их разговор, Фансворт сразу же перезвонил Дженет и сообщил, что направляет ей в помощь группу прикрытия. Она попросила предупредить агентов, чтобы они, не дай Бог, не попались на глаза Крейсу. Фансворт проинструктировал ее поставить свою машину на больничной стоянке так, чтобы она хорошо просматривалась со всех сторон. Группа прикрытия будет находиться поблизости в двух автомобилях без опознавательных знаков. Времени снабдить Дженет рацией уже не оставалось, и босс предложил в случае необходимости попытаться подать сигнал тревоги светом автомобильных фар. Если же все будет в порядке, она откроет сумочку и сделает вид, что поправляет макияж. В самой больнице ее будут скрытно сопровождать два агента, переодетые санитарами.

Дженет с Крейсом подошли к лифтам. Пока они ждали идущую вниз кабину, к ним присоединился санитар с набитой постельным бельем сумкой. Войдя в лифт, Крейс нажал кнопку первого этажа, санитар — подвала. Дженет начала было рассказывать ему о возникших подозрениях по поводу причастности Макгарандов к взрыву в арсенале, однако Крейс никак не реагировал, казалось, он ее даже не слушал. Дочь он повидал, все остальное могло подождать.

Так в полном молчании они спустились в вестибюль, дверь лифта открылась, Дженет вышла. Крейс последовал за ней и, полуобернувшись, бросил санитару, что наплечную кобуру следует носить аккуратнее, чтобы не так выпирала под белым халатом. Дверь лифта вернулась на место и милосердно спрятала от них сконфуженное лицо агента. Дженет состроила извиняющуюся гримаску, но Крейс уже размашисто шагал к стоянке. Ей удалось догнать его, когда он приостановился, внимательно приглядываясь к стоявшим перед больницей автомобилям.

— У меня много дел, — сухо сказал он, не оборачиваясь. — Вы здесь с группой прикрытия?

— Конечно.

— Пусть не вздумают за мной увязаться.

— Они вовсе не собираются следить за вами.

— Вы в этом уверены, специальный агент? — Крейс посмотрел ей прямо в глаза. «Впервые за весь этот вечер, — мелькнуло в голове у Дженет, — хотя какой, к черту, вечер, скоро уже утро».

— Не очень, — призналась она. — Их прислал мой босс, и какие они получили инструкции, мне неизвестно.

— Позаботьтесь, чтобы за мной не было слежки, — повторил он. — А что вы там говорили о версии насчет бомбы? У Линн в палате?

— Мистер Крейс, это долгая история, мне столько надо рассказать вам...

— Предлагаю сделку, — нетерпеливо перебил ее он. — Ссориться с ФБР мне ни к чему. От ваших агентов я все равно уйду, но не хочу, чтобы при этом кто-нибудь из них пострадал. Я поделюсь с вами весьма важной информацией относительно так интересующего вас заговора террористов, а вы обеспечите мне беспрепятственный отход. Договорились?

Дженет незаметно осмотрела стоянку, на которой скопилось не менее трех дюжин машин. В свете фонарей на высоких столбах нашла свой автомобиль, но где затаилась группа прикрытия, определить так и не смогла. Крейс ждал, не сводя с нее пристального взгляда.

— Ладно, — согласилась она. — Но вы еще очень многого не знаете. Например, что вас подозревают в причастности к смерти некоего Джереда Макгаранда.

Крейс в ответ на это только равнодушно пожал плечами.

— Подайте им сигнал, что все в порядке. И я пойду обратно в больницу. Вы же скажете своим агентам, что я вернулся в палату к дочери.

Дженет колебалась, не зная, как поступить.

— Да послушайте же наконец! Оружия у меня нет, воевать с ФБР я не собираюсь, — чуть повысил голос Крейс. — Готов спорить, ваше начальство собиралось скрыть от меня, что Линн жива. Это вы их переубедили. Значит, я опять у вас в долгу. А теперь подавайте сигнал!

Крейс уставился ей в глаза тяжелым взглядом, и Дженет поймала себя на том, что покорно открывает сумочку, достает пудреницу, открывает ее крышку так, чтобы направить «зайчик» от уличного фонаря в сторону стоянки, и начинает поправлять несуществующую косметику, которой сегодня так и не успела воспользоваться.

— Ну вот и хорошо, — улыбнулся заметно успокоившийся Крейс. — А теперь обещанное. Вы сказали, у вас началась паника в связи с тем, что террористы решили доставить в Вашингтон бомбу, но потом все успокоились. И напрасно. Потому что это меня копы засекли в машине Макгаранда по дороге на юг. Сам же Макгаранд, по-моему, направился на север.

И прежде чем Дженет успела открыть рот, чтобы задать хотя бы один из вихрем заметавшихся у нее в голове вопросов, он круто повернулся и исчез за двойными дверями больницы. Дженет бросилась к своей машине, где остался ее мобильник. Господи, что же это такое творится? И как прикажете понимать это дурацкое признание Крейса? Фансворт ведь ясно сказал, что полиция обнаружила следующего на юг Макгаранда! «Сама ты дура!» — злобно обругала она себя, с ужасом вдруг осознав, что произошло на самом деле. Копы нашли не самого Макгаранда, а его машину. За рулем которой непонятно как оказался Крейс! Она отчаянно замахала руками, подзывая агентов из группы поддержки к своему автомобилю. На стоянке вспыхнули фары, две машины под рев двигателей сорвались с места и со скрежетом тут же затормозили, чуть не сбив Дженет с ног. Из одной вывалился Бен Кинэн, с проклятиями выдирающий рацию из кармана брюк.

— Где Крейс? — рявкнул он.

— Сказал, что пойдет в палату к дочери. Но сначала...

Не обращая больше на Дженет никакого внимания, Кинэн приказал растерянно топтавшимся вокруг него агентам отправляться в больницу и задержать Крейса. Вызвал по рации находящихся в здании «санитаров», те доложили, что в отделение интенсивной терапии Крейс не возвращался.

— Вот черт! Обыскать все здание сверху донизу! — Кинэн крепко провел ладонью по вспотевшему лбу и обернулся к Дженет. — Не знаешь, какая у него машина? Полиция объявила его в розыск за разбойное нападение на охранников автостоянки.

— Слушать надо, когда говорят! — огрызнулась Дженет. — Я все пытаюсь тебе сказать, что Крейс почему-то приехал на машине Макгаранда.

— Прелестно! Ну и что за модель? «Форд»? «Шевроле»? Искать-то какую? — разозлился Кинэн и вдруг осекся. — Мамочки... Та самая, что копы на шоссе засекли. Так в ней был не Макгаранд?

— Никак нет, сэр. Автомобиль Макгаранда вел Крейс, — отрапортовала Дженет.

— Зачем? Почему? Какого хрена все это значит? — ошеломленно забормотал Кинэн.

— Зачем, Крейс не объяснял, — ответила Дженет. — А значит это, что сейчас Макгаранд уже на полпути к своей цели. И при нем бомба.

* * *

Крейс вернулся к пикапу Макгаранда, который, приехав на встречу с Дженет, оставил у какого-то жилого дома за несколько кварталов от больницы. Сейчас он решил добраться до трейлера Джереда и вновь сменить там автомобиль Макгаранда на свой собственный. Затем он отправится на север в поисках автоцистерны. О ней Крейс специальному агенту Картер говорить не стал. Что именно затевает Макгаранд, его не касалось. Линн в безопасности. Джеред мертв. Но его дед пока безнаказанно разгуливает на воле. Крейс найдет этого ублюдка и прикончит. И точка. ФБР разыскивает Макгаранда в связи со взрывом в арсенале — прекрасно, это их дело. Главное, чтобы они его не опередили. Важно, что ФБР об автоцистерне ничего не известно. Дорога от Блэксберга до центра Вашингтона занимает не менее пяти часов, и у Макгаранда хорошая фора. Необходимо добраться до столицы до того, как полиция прекратит розыск пикапа Макгаранда и начнет охотиться за его собственным автомобилем.

* * *

В половине третьего утра Браун Макгаранд свернул с автострады на стоянку для дальнобойщиков. Он крутил руль почти три часа. Ему уже давненько не приходилось так долго сидеть за рулем, особенно в ночное время, и он хотел немного передохнуть и выпить еще кофе. Автоцистерна вела себя в дороге вполне прилично. Сейчас он ее дозаправит и тогда сможет уже без остановок доехать до намеченной точки в Вашингтоне. Туда он планировал прибыть до рассвета, чтобы избежать обычных для понедельника утренних пробок на пригородных шоссе. Укроет где-нибудь автоцистерну, а сам произведет окончательную рекогносцировку района своей цели. И если ситуация там с момента их с Джередом последней разведки не изменилась, удар он нанесет сегодня ночью, пока шпики в Роаноке не разгадали его планы.

Заправив машину, он припарковал ее в дальнем углу стоянки и направился в закусочную. Вопреки его ожиданиям заведение даже в такой час оказалось не столь уж безлюдным. Половина столиков была занята, между ними неприкаянно бродили на ватных ногах дальнобойщики с пустыми, как у зомби, глазами. Браун заскочил в туалет, а потом устроился за столиком и заказал тарелку овсянки и чашку кофе. В закусочную вошли два полицейских из дорожного патруля и, осмотревшись, уселись за столик прямо перед ним, отрезав ему путь к отступлению. Мгновенный приступ страха поворошил ему волосы на затылке и ледяным ознобом пробежал по спине. Чепуха, успокоил он себя, у полиции пока нет причин его разыскивать. Копы сидели так близко, что из укрепленных у них на груди раций до него отчетливо доносились приглушенные переговоры патрульных. Сами полицейские, занятые своим кофе, к ним не прислушивались.

Браун был уверен, что на данный момент федеральные власти по горло заняты взрывом в арсенале. Они наверняка считают, что ликвидировали крупную группировку террористов. Тайну загадочной гибели Джереда под трейлером им скорее всего не раскрыть никогда. У самого Брауна по этому поводу было три версии. Во-первых, Джеред хватил лишнего, полез зачем-то под трейлер и спьяну столкнул домкрат с опоры. Во-вторых, с ним по законам гор свел счеты разъяренный муженек очередной подружки. В-третьих, его прикончил тот крутой профи, что шпионил за ними в арсенале. Вторая версия ему лично казалось наиболее вероятной. И угрызения совести поэтому Брауна не терзали — он устал предупреждать внука, что безоглядное увлечение выпивкой и бабами до добра не доведет. А в остальном... Они оба с самого начала взяли за правило не хранить дома ничего, что могло бы указывать на их причастность к работе в арсенале.

На объекте тоже никаких улик остаться не должно. Бетонное здание электростанции стало как бы цилиндром, давление внутри его в один миг повысилось до неимоверной степени. Бум! И все испарилось. Агенты БАТО, конечно, переберут там все по крупинкам, однако Браун готов был поспорить, что до истины они так и не докопаются. Взрыв водорода никаких следов не оставляет, разве что водяной пар, да и тот исчезает в мгновение ока. Симпатичный такой чистенький взрывчик.

Один из полицейских за соседним столиком, торопливо записывая в блокноте, повторял вслух цифры какого-то регистрационного знака, которые ему диктовали по рации. Их сочетание Брауну показалось знакомым. Черт, это же номер его пикапа, вдруг осознал он. С чего бы это? Копам в Блэксберге он сообщил, что отправился в Гринсборо, вряд ли они станут его разыскивать. Если он понадобился полиции штата, то его попытаются остановить на шоссе где-нибудь между Блэксбергом и Северной Каролиной. Но он-то находится в 150 милях к северу, на автостраде, ведущей в Вашингтон. И к тому же его пикап стоит себе преспокойно там, где он его бросил. Что же тогда получается? Браун с тяжелым вздохом потер лоб: голова ничего не соображает, устал он все-таки даже больше, чем ему казалось. Он подозвал официантку и попросил налить кофе в термос.

Копы встали и направились к кассе. Искоса поглядывая им в спины, он вдруг подумал, что единственным, кто его видел в арсенале, был тот мужик в чудном комбинезоне. Допустим, это агент одной из федеральных спецслужб. Предположим, ему каким-то чудом удалось выбраться из «канавы». Но тогда нельзя исключать, что их с Джередом подозревают в причастности к взрыву на объекте. И в этом случае осуществление его плана становится крайне трудным, операция в Вашингтоне может сорваться. Однако не обязательно. Его может выручить тупая самоуверенность федеральных органов правопорядка. Там наверняка пришли к выводу, что неизвестные злоумышленники затеяли неумелую возню со взрывчатыми веществами и по неосторожности сами себя убили. Несчастный случай. Самое главное: никому не известны его намерения относительно Вашингтона. Джеред знал, что дед собирается устроить взрыв в столице, но что-что, а хранить секреты он умел. Хотя и был бабником и выпивохой, прости Господи!

Браун пошел к кассе расплачиваться. Копы давно исчезли в ночи, занятые своей многотрудной и хлопотной работой по регулированию дорожного движения. С удовольствием набрав полную грудь свежего прохладного воздуха, он приказал себе успокоиться. Ничто не сможет ему помешать.

* * *

В понедельник в половине восьмого утра Фансворт созвал срочное совещание — явка всех сотрудников строго обязательна. После встречи с Крейсом в больнице Дженет вернулась к себе в контору. Кинэн и его агенты занялись поисками Крейса. Когда она передала Кинэну предупреждение Крейса о том, что его преследователям может не поздоровиться, тот надменно дернул плечом, но агенты обменялись встревоженными взглядами. Дженет также поделилась своими прогнозами относительно успеха их миссии. По ее оценке, шансы задержать Крейса колебались от ничтожных до нулевых. На ночлег она кое-как устроилась на кушетке в комнате для переговоров. Разбудили ее голоса коллег, собиравшихся на совещание. Она быстро сполоснула лицо, пригладила волосы и, глотнув кофе, побежала в конференц-зал.

К ее приходу просторное помещение уже почти заполнилось. Присутствующие делились на две легкоразличимые группы — на тех, кто всю ночь проработал в поле, и тех, кто провел ее в уютной постели дома. Пожилой агент БАТО, который привлек внимание Дженет еще в арсенале, занял место рядом с Фансвортом. Фостер на этот раз отсутствовал. Дженет в полном соответствии со своим служебным положением скромно встала у дальней стены, наблюдая, как начальствующий состав устраивается в креслах вокруг длинного стола для совещаний. Ребра у нее еще побаливали, однако головная боль прошла, да и слышать она стала гораздо лучше, чем вчера. Взглянув на босса, она чуть не ойкнула: Фансворт выглядел так, будто за одну ночь постарел сразу на несколько лет.

— Начнем, пожалуй, — обратился он к собравшимся, и в зале мгновенно наступила тишина.

Фансворт представил коллегам сидевшего рядом с ним старшего специального агента БАТО Уокера Трейверса, и тот прошел к трибуне.

— К сожалению, ни слайдов, ни официального заключения у нас пока нет, — начал он. — Но я готов изложить вам предварительные выводы нашей группы экспертов, прибывшей из Вашингтона для обследования арсенала Рэмси.

— И что это было? — нетерпеливо спросил с места Кинэн, на его обросшем щетиной лице застыло озлобленное разочарование неудачными поисками Крейса.

— Мы определили это как обэбэ, — совершенно серьезно ответил Трейверс.

Дженет недоуменно вскинула голову, но тот уже объяснял, что расшифровывается такое сокращение как охренительно большая бомба. По конференц-залу пролетел смешок, однако Фансворт и Кинэн даже не улыбнулись. Они все еще переживали гибель Кена Уиттейкера.

— А по правде говоря, мы не знаем, что это было, — признался Трейверс. — Мы вызвали экологов из нашего Национального центра исследований. Для обнаружения и идентификации следов взрывчатки, которые у них почему-то называются осадками, они применяют быстродействующие системы — газовую хроматографию, например. Самое поразительное заключается в том, что в данном случае эти, как их... осадки вообще отсутствуют. Но поскольку предприятие производило боеприпасы, за пределами непосредственно электростанции этих осадков тьма-тьмущая.

— Но к взрыву они не имеют никакого отношения, так, что ли? — уточнил Кинэн, который пять лет назад стажировался в БАТО и считал себя знатоком в области научно-технической экспертизы.

— Так точно, сэр, — подтвердил Трейверс. — Груды обломков оборудования — насосов, труб, электропроводки, контрольной аппаратуры. Подчеркиваю, обломков. Единственное, что мы можем утверждать: взрыв был необыкновенно мощным и сопровождался колоссальным выделением тепловой энергии.

— Но без каких-либо поддающихся идентификации... осадков, — сокрушенно качая головой, констатировал Фансворт.

— Именно так, — согласился Трейверс. — Осмотр развалин на месте взрыва позволяет прийти к выводу, что здание из железобетона было подвергнуто полному и почти мгновенному разрушению в четырех направлениях сразу. Ударная волна смела вокруг него все, что встретила на своем пути. На подобное способно одно-единственное вещество. Газ.

Участники совещания закивали головами с понимающим видом.

— То есть вы хотите сказать, что наш взрыв произошел случайно? — подала голос из своего угла Дженет, и все присутствующие тут же с любопытством повернули к ней головы. — Вроде как метан или какой-то другой газ копился там еще с тех пор, когда завод работал, и когда охранник с сигаретой подошел к двери, произошел взрыв?

— Тютелька в тютельку, — одобрительно отозвался Трейверс. — Может, вы пока и не знаете, но именно так выглядит наше официальное заключение. Вообще-то первоначально мы обнародовали его, чтобы заткнуть глотку газетчикам. А оказалось, что мы действительно имеем дело со взрывом газа. Мы нашли трубопровод, соединяющий турбогенераторный зал с обширным подземным резервуаром, куда сливалась вода из системы охлаждения. Там целый букет химических осадков. И среди прочего, кстати, азотная кислота.

— Я лично побывала в этом резервуаре, — заметила Дженет, и многие из присутствующих обменялись с трудом скрываемыми ухмылками. — Но что-то не помню, чтобы там пахло азотной кислотой.

— А вы уверены, что смогли бы распознать ее по запаху, агент Картер?

— Абсолютно!

— Да? Значит, еще одна загадка... Впрочем, некоторые взрывоопасные газы вообще не имеют запаха. Бытовой газ, например. Поэтому производители даже вводят в него специальные добавки, чтобы можно было обнаружить утечку... Однако продолжим. Завод закрыт в течение уже длительного времени. Согласно документам охранной фирмы, ее сотрудники в ходе проверок объекта ни разу не заходили внутрь электростанции. Можно предположить, что в здании годами естественным путем накапливался метан, выделения которого в небольших количествах присутствуют в природе.

— Стихийное бедствие, что ли? Вы к этому клоните? — недовольно проговорил Фансворт.

— Выходит, так, сэр. Отсутствие следов синтетической взрывчатки, характер разрушений... Все указывает на взрыв газа.

— А это не мог быть водород? — продолжал допытываться Фансворт, бросив Дженет предостерегающий взгляд.

Трейверс на секунду задумался, он, конечно, слышал о том, что рассказала копам Линн Крейс.

— Нет, сэр. Не думаю, сэр. То есть теоретически подобная возможность вполне допустима, однако в природе водород в такой концентрации не встречается. В силу особенностей своего молекулярного строения этот газ имеет тенденцию скорее к рассеиванию, нежели к концентрации. Нет, сэр, по-моему, это все же был метан, проникавший в здание из подземного резервуара, в который, как мне сказали, в аварийных ситуациях сливали всевозможные химические вещества. И лишь одному Богу известно, сколько и какой гадости там сейчас плавает.

В зале воцарилось недоуменное молчание. До этого момента все предполагали, что имеют дело с простой и понятной бомбой, сделанной человеческими руками из самых обычных взрывчатых веществ. Фансворт тяжело поднялся из кресла.

— Ладно, версия принимается. Эти ребята в своем деле собаку съели, по взрывам лучше их специалистов нет. Сколько случаев вы расследовали за последние пять лет, мистер Трейверс?

— Шестьдесят две тысячи. С хвостиком. — По залу пролетел изумленный шумок, кто-то присвистнул.

— Впечатляет. А уж такую деревенщину, как мы, тем более. — Фансворт оглядел присутствующих. — Ладно, все за работу. У нас с бумажками возни невпроворот. Насчет похорон сообщу во второй половине дня.

Дженет вместе с остальными участниками совещания направилась к лифту, где тут же образовалась небольшая толпа. Вообще-то она собиралась поехать домой, принять душ и переодеться, но Фансворт поверх голов жаждущих попасть в лифт помахал ей рукой, приглашая к себе в кабинет. Там уже находились Бен Кинэн, перешептывающийся с каким-то темнокожим незнакомцем, и... Фостер, при виде которого сердце у Дженет ушло в пятки. Ничего себе компания, подумала она, — резидент, его заместитель и большая шишка из Вашингтона. Когда все расселись, Фансворт взглянул на Кинэна.

— Что там у нас с Крейсом, Бен?

— Испарился, сэр. Местные копы ищут его машину, но пока безуспешно.

— И домой он не возвращался? — вмешался Фостер.

— Нет. Но мы на всякий случай оставили там своих людей.

— Теперь, когда расследованием взрыва официально занимается БАТО, нам надо во что бы то ни стало найти Крейса, — угрюмо заявил Фансворт.

— С чего вдруг? — поинтересовалась Дженет.

— В наших руках оказалось много недостающих частей от этой головоломки. Смотри сама. Макгаранды связаны с инцидентом в Техасе, Крейс причастен к убийству Джереда Макгаранда. Установлено, что автомобиль Джереда бывал в арсенале Рэмси, отпечатки протекторов совпадают. Крейс признался, что это он находился за рулем машины Брауна Макгаранда, когда ее на шоссе засекли копы. Браун Макгаранд был главным инженером завода в Рэмси, где произошел мощный взрыв, который БАТО квалифицирует как стихийное бедствие. Теперь Джеред мертв, Браун исчез, Крейс исчез, а его дочь предупреждает об угрозе взрыва водородной бомбы в Вашингтоне. Мистер Фостер считает в связи с этим, что у нас возникла серьезная проблема.

— Мы предполагаем, что это Крейс убил Джереда? — решила уточнить Дженет.

— Возможно, он. Хотя местная полиция не исключает и несчастный случай. Их сбила с толку какая-то необыкновенно липкая гадость, которую они обнаружили на ступеньках трейлера Джереда и на его трупе.

— Какого цвета эта, как вы говорите, гадость? — встрепенулся незнакомый Дженет негр.

Если бы от нее потребовалось составить его словесный портрет, она никак не смогла бы этого сделать, ограничившись лишь определением "н" в квадрате плюс "о" в квадрате". То есть «негр и негр, обычный и обычный», посмотришь — и тут же забудешь.

— Понятия не имею, — устало буркнул Фансворт.

— Лиловая она, — заглянув в свой блокнот, сообщил Кинэн. — Лиловая и очень липкая. А вы, простите, кто будете, сэр?

— Господин из ЦРУ, — лаконично бросил Фансворт.

— Эта «гадость», как вы ее называете, — вполне удовлетворившись таким представлением, продолжал джентльмен из ЦРУ, — на самом деле является субстанцией, которую мы применяем в качестве ловчей сети. Выпускается она в виде аэрозоля, распыляемого из баллона. Отвердевая на воздухе, образует подобие паутины, только гораздо толще и прочнее. И очень, вы правы, липкой. Чем больше стараешься от нее освободиться, тем больше запутываешься. Пока не можешь уже шевельнуть ни рукой, ни ногой. А когда потребуется клиента освободить, достаточно хорошенько облить его водой, в которой «паутина» легко растворяется.

— Хорошо, допустим, что Джереда прикончил Крейс. — Дженет сразу припомнила, что одежда на трупе под трейлером была насквозь мокрой. — Но бьюсь об заклад, что из-за дочери. И никакой заговор террористов тут ни при чем. И ведь Крейс был прав: это Макгаранды похитили Линн. А держали они ее заложницей в арсенале, значит, место это им было известно и ездили они туда не на рыбалку. Занимались там какими-то темными делами. И если дела эти имели отношение к инциденту в Техасе, мы просто обязаны предупредить Вашингтон.

— Вот тут-то мы и сталкиваемся с проблемой, — удрученно произнес Кинэн, и Фансворт согласно закивал головой, явно зная, что тот имеет в виду.

— Не понимаю, какие здесь могут быть проблемы, — удивилась Дженет.

— В официальном заключении БАТО утверждается, что причины взрыва носят естественный характер. Без прямых улик, указывающих на наличие бомбы, ваши слова являются, извините, домыслом. И любую версию, противоречащую их собственной, БАТО будет воспринимать как сомнение в их компетентности и подрыв авторитета.

— Господи Боже мой, ну сколько можно...

— Не забывай, в каких отношениях находятся наши ведомства на уровне Вашингтона, — перебил Дженет Фансворт. — И гибель Кена Уиттейкера в ходе проводимой ФБР операции сама понимаешь, их не улучшила.

Дженет набрала полную грудь воздуха и шумно выдохнула.

— По-вашему, если мы найдем Крейса, это будет способствовать их укреплению?

— Если мы найдем Крейса, то упрячем так, что его никто не достанет, в том числе и БАТО, — важно заявил Фостер. — Эдвин Крейс никаких свидетельских показаний нигде и никому давать не будет. Мы не можем этого допустить.

— Ну, положим, прежде всего этого не допустит сам Крейс, — не сдержалась Дженет.

Ее замечание вызвало неловкое молчание, которое через некоторое время нарушил Бен Кинэн.

— Вот что я предлагаю, босс, — обратился он к Фансворту. — Пусть всей этой хреновиной займутся наши штаб-квартиры. Давайте расскажем им все, что знаем, поделимся соображениями... И заляжем в густой траве на солнечной полянке, где нам самое место.

— Штаб-квартиры здесь представляю я, — с напыщенным видом информировал их Фостер.

— Только не мою, — парировал Фансворт, и в кабинете повисла напряженная тишина.

Помолчав, Фансворт распорядился, чтобы Кинэн продолжал поиски Эдвина Крейса. Дженет получила приказ немедленно уведомить Кинэна, если Крейс снова выйдет с ней на связь. Она также должна была оказать содействие агентам службы наружного наблюдения в организации прослушивания телефонов больницы, в частности аппаратов отделения интенсивной терапии, где находилась дочь Крейса.

В приемной Дженет остановил Кинэн.

— Вы ведь знакомы с этим Крейсом, — начал он. — Как думаете, чью сторону он займет, если окажется, что мы действительно имеем дело с террористическим заговором против правительства?

— Да, мы с ним встречалась, но я бы не стала утверждать, что хоть сколько-нибудь его знаю, — задумчиво протянула Дженет. — Видите ли, Крейсу всего лишь нужно найти свою дочь. А всякие там заговоры его не интересуют. И на чьей стороне он будет, предсказать невозможно.

— Вы последняя, кто с ним говорил. Попробуйте угадать, — мягко, но настойчиво попросил Кинэн.

— Хорошо, сэр, — вздохнула Дженет. — Если Крейс считает, что старший Макгаранд причастен к похищению его дочери, он его выследит и скорее всего убьет. Все остальное будет подчинено одной этой цели. По-моему, Эдвин Крейс больше не желает вставать на чью-либо сторону.

Кинэн понимающе кивнул и поинтересовался:

— Но вы хоть понимаете, что затевают Фостер и его подружка из министерства юстиции?

— Никак нет, сэр, не имею ни малейшего представления. Однако если Фостер действует от имени и по поручению помощника директора Марченда, полагаю, это связано с инцидентом, который привел к увольнению Крейса в отставку.

— Дай Бог, чтобы вы ошиблись, — отводя глаза, пробормотал Кинэн.

* * *

Не доезжая до Харрисонберга, Крейс свернул с автострады на петляющую по горным склонам дорогу. Так он, конечно, проигрывал в скорости, но зато получал сразу два важных преимущества. Во-первых, выходил из основной зоны наблюдения, контролируемой полицией штата, во-вторых, на узкой извилистой дороге мог легко обнаружить слежку. Южнее Франт-Ройяла он покинул и ее и ухабистыми пыльными проселками добрался до скоростной автострады. Там не без труда втиснулся в обычный для утренних часов плотный поток машин, направляющихся в Вашингтон. К семи часам утра миновал Алпервилль, Мидлберг и Олди и очутился в знакомых краях — здесь, в северной части Виргинии, прошла немалая часть его жизни. У ближайшей закусочной Крейс остановился позавтракать и выпить кофе.

Рассеянно посматривая на едва ползущие по четырем полосам шоссе автомобили, он обдумывал свои следующие шаги. Идеальным ходом было бы сменить машину. На время охоты за Макгарандом ему потребуется надежное убежище. И, наконец, надо еще найти самого Макгаранда и его приметную бело-зеленую автоцистерну. Последняя задача представлялась не очень сложной, поскольку движение подобных спецмашин в центре Вашингтона было строго ограничено. Следовательно, оставить ее Макгаранд мог только на парковках для грузовых автомобилей вдоль кольцевой дороги, вероятнее всего, где-нибудь в районе Александрии или железнодорожного депо. Учитывая, что Браун Макгаранд прибыл в столицу из юго-западной Виргинии, Крейс решил начать поиски с Александрии.

Самый же легкий способ сменить машину — взять автомобиль в аренду. Наличные деньги у него есть. Поэтому сейчас он снимет номер в мотеле, располагавшемся здесь же, прямо позади закусочной, приведет себя в порядок и отправится в ближайший супермаркет, где, несомненно, есть бюро проката автомашин. Итак, номер в мотеле, душ — и за работу. Крейсу вспомнилось, что автоцистерна была украшена каким-то логотипом, который ему сразу показался странным. Только вот чем?

* * *

По кольцевой автостраде Браун Макгаранд доехал до железнодорожного депо неподалеку от аэропорта имени Рейгана. Остановился у какой-то круглосуточной забегаловки и заказал завтрак. Еще несколько месяцев назад они с Джередом тщательно разработали эту часть операции. Переждав час пик, он направится в Вашингтон, у моста через Потомак свернет на тихую двухрядную улицу, ведущую к Пентагону. На перекрестке близ южной автостоянки военного ведомства ему придется сделать еще один поворот, а там рукой подать до резервной электростанции Пентагона, которая должна обеспечивать его гигантское хозяйство автономной подачей электроэнергии в случае неполадок в городском энергоснабжении.

Первоначально она работала на угле, потом ее перевели на мазут. Сейчас там, на огороженном с трех сторон высокими бетонными стенами дворе, где в свое время складировались запасы угля, располагалась дюжина мощных газотурбинных генераторов. Поскольку они запускались и управлялись дистанционно из Пентагона, обслуживающий персонал на электростанции отсутствовал. Все входы в нее были заперты. Однако проезд на автостоянку, примыкавшую к угольному складу, преграждала лишь толстая цепь, которая для беспрепятственного пропуска пожарных машин на замок никогда не запиралась. Это роскошное местечко случайно обнаружил заблудившийся в хитросплетениях столичных улиц и улочек Джеред. Прямо перед въездом на автостоянку электростанции у его машины спустило колесо. Поставив запаску, он решил осмотреть окрестности и набрел на это практически идеальное укрытие. Если загнать автоцистерну в глубь угольного двора, с улицы ее никто не увидит.

Отсюда до станции метро «Пентагон» пять минут ходьбы. Там Браун сядет в поезд и доедет до станции «Маунт-Вернон». И окажется в нескольких шагах от своей цели. Он очень надеялся, что в брюках цвета хаки, рубашке с короткими рукавами, ветровке и темных очках не будет выделяться в толпе туристов. Для полноты картины неплохо было бы иметь при себе фотоаппарат... Ну да Бог с ним, сойдет и так. Браун попросил официантку принести еще чашку кофе.

* * *

В половине двенадцатого Дженет вернулась в контору. В буфете на первом этаже она запаслась сандвичем и поднялась к себе в кабинет. Только успела открыть бутылку кока-колы, как секретарша Фансворта вызвала ее по внутренней связи к боссу на совещание. Дженет сокрушенно вздохнула, перелила коку в кружку, из которой обычно пила кофе, положила сандвич в холодильник и спустилась этажом ниже. У Фансворта ее уже ждали Кинэн, специальный агент Бобби Лэнд из их службы наружного наблюдения и два лейтенанта полиции в форме.

Однако все ее внимание сразу привлекла сидевшая отдельно от них в дальнем конце стола для совещаний женщина. Настолько, что Дженет стоило немалых усилий заставить себя не пялиться на нее совершенно неприличным образом. У женщины было поразительное лицо, будто с картинки из детских книжек про ведьм — пронзительные черные глаза под тонкими, словно нарисованными, бровями, крючковатый нос, широкие выступающие скулы и кроваво-красные губы. На вид ей было далеко за сорок, но, судя по упругой молодой коже, она находилась в отличной физической форме. Рослая, широкие прямые плечи. Глядя прямо перед собой отсутствующим взглядом, она сидела абсолютно неподвижно и производила впечатление полной неприступности.

— Джентльмены, позвольте представить вам специального агента Дженет Картер. Дженет, это лейтенант Уитни из полиции штата и лейтенант Хартер из управления шерифа округа Монтгомери. — Фансворт посмотрел в свой блокнот, Дженет ждала, что сейчас он представит собравшимся и даму, но тот после секундной паузы продолжил: — Приступим, если нет возражений. По делу Макгарандов открылся ряд новых обстоятельств. На участке Джереда Макгаранда обнаружен пикап его деда — еще вчера, обратите внимание, там его не было. А вот находившийся возле трейлера фургон телефонной компании, который Джеред использовал для служебных поездок, теперь найден на стоянке для дальнобойщиков неподалеку от Крисченсберга. На той самой, где неизвестный совершил нападение на охранников. По фотографии, сделанной одним из них, в нападавшем опознали Эдвина Крейса.

— Что значит «нападение», сэр, уточните, пожалуйста, — попросила Дженет.

Фансворт только пожал плечами.

— По словам охранников, они задержали Крейса, заподозрив в нем наводчика из шайки угонщиков автомобилей. А он одного чуть не убил ударом в кадык, второго вывел из строя, ослепив спецсредством.

Кинэн непонимающе вскинул голову.

— Нам описали этот прибор как подобие сверхмощной фотовспышки, световой импульс которой ослепляет человека и приводит его в бессознательное состояние как минимум на шестьдесят секунд...

— А где бы и нам такой достать, а? — оживился лейтенант Уитни, здоровяк лет пятидесяти, с широченными плечами и коротким ежиком седеющих волос.

— Это вы размечтались, лейтенант. В утешение вам могу сказать, что даже у нас в конторе его в глаза никто не видел, — охладил копа Фансворт и многозначительно помолчал, чтобы до полицейского дошел смысл его слов. — По месту жительства Крейса ни его машины, ни его самого не обнаружено. То же самое с Брауном Макгарандом. При этом мы получили информацию, что в Гринсборо он так и не собрался. Его второй внук, которого мы отыскали в Гринсборо, подтвердил, что не виделся с дедом уже довольно давно, никаких вестей от него не имеет, а о смерти Джереда даже не слышал.

— Сэр, а как состояние дочери Крейса? — поинтересовалась Дженет.

— Стабильное, хотя она все еще в коме. Врачи уверены, что она придет в сознание, только не могут сказать когда.

— А вы, ребята, уже назначили кого-нибудь главным подозреваемым в убийстве Джереда Макгаранда? — обратился к полицейским Кинэн.

— С учетом полученных от вас сведений больше всех на эту роль подходит ваш Крейс, — ответил лейтенант Хартер — молодой темноволосый крепыш с распирающими форму литыми мышцами, откровенно раздевавший Дженет взглядом во время выступления Фансворта.

Его заявление поразило Джанет. «Какого черта Фансворт вытворяет? — пронеслась у нее в голове тревожная мысль. — Он же сам требовал, чтобы имя Крейса не упоминалось. И кто эта тетка?» Сидит как истукан, ну вылитый японский робот, которого она видела в Диснейленде. Похоже, даже не слушает. Ишь, и бровью не поведет... Только сейчас Дженет заметила набитые костяшки и ороговевшие ребра ладоней таинственной незнакомки...

— А федеральный ордер на арест у нас есть? — спросил тем временем Хартер.

— Нет, — опустил глаза Фансворт. — Более того, мы обратились к местным властям с просьбой пока воздержаться от попыток его получить. Цель данного совещания состоит в том, чтобы подтвердить необходимость продолжать активный и усиленный поиск Эдвина Крейса и Брауна Макгаранда, однако теперь мы будем осуществлять его в русле более широких оперативно-розыскных мероприятий, проводимых на федеральном уровне совместно с БАТО.

Фансворт бросил на Дженет быстрый выразительный взгляд, но она и без того уже поняла, что боссу очень хочется, чтобы местная полиция поверила, будто ФБР работает с БАТО в тесном контакте.

— И все это из-за взрыва в арсенале? — Судя по выражению лица лейтенанта Хартера, он не совсем понимал, о чем вообще идет речь.

— Из-за него. У нас есть основания полагать, что Браун Макгаранд причастен к террористическому заговору, который может представлять угрозу для столицы, — пояснил Фансворт.

— То есть считают, что это их лаборатория взлетела в арсенале на воздух? — вмешался Уитни.

— Это мы так считаем. Однако столичная группа экспертов БАТО склоняется к версии взрыва природного происхождения. Скопление метана. Учитывая мощность взрыва и масштабы разрушений, мы относимся к этому происшествию со всей серьезностью. Одно дело, если изготовлявшие в арсенале взрывчатку террористы подорвались на собственной бомбе — БАТО уверяет, что такое случается. Тогда можно ставить точку. И совсем другое, если они специально заложили взрывное устройство на случай возможного появления представителей власти. Тогда получается, что заговорщики способны собрать чертовски мощную бомбу, и мы не вправе исключать возможность реальной угрозы взрыва в Вашингтоне.

— Как скажете, мистер Фансворт, — безразлично пожал плечами Хартер. — Только когда все кончится, нам все равно хотелось бы потолковать с этим вашим Крейсом.

— А какая роль отводится по этой версии Крейсу? — не унимался Хартер.

— Он искал свою дочь, которая исчезла вместе с двумя приятелями. А нашли ее в арсенале.

— И теперь он гоняется за этим Брауном Макгарандом?

— Да.

Хартер и Уитни переглянулись и уставились на Фансворта.

— Крейс классный охотник, людей выслеживать умеет, — успокоил их он. — И если ему удастся взять Макгаранда, мы плакать не станем. Тем более что тем самым он, возможно, предотвратит еще один взрыв.

— Ладно, — неуверенно протянул Уитни — Фансворт совершенно запутал его. — Но как же нам прихватить этого Крейса за убийство Джереда Макгаранда?

— Его дочь лежит в больнице в Блэксберге. Мы организуем ей охрану. Рано или поздно Крейс непременно вернется ее навестить. Поможете?

— Конечно, сэр. Пусть только вернется, а там уж мы за него возьмемся. А пока направим в больницу своих людей.

Фансворт поднялся, его примеру последовали оба лейтенанта. Они обменялись рукопожатиями, и босс попросил Бобби Лэнда сопроводить полицейских до выхода. Когда они ушли, он снова сел в свое кресло и пригладил ладонями волосы.

— Ну, слава Богу, со сказками на сегодня покончено, — с облегчением выдохнул он. — Дженет, мы тут до твоего прихода посовещались между собой и решили сочинить для местных копов задачку, чтобы они поломали голову и не путались под ногами, пока мы разбираемся, что делать дальше. Окружной прокурор нас прикроет, но для пущей верности я решил самолично переговорить с этими лейтенантами.

— Сэр, но мне казалось, мы договорились, что местные власти не узнают о Крейсе...

— В общем-то... понимаешь, — Фансворт старательно закашлялся и бросил в сторону по-прежнему неподвижно сидевшей в отдалении женщины чуть ли не испуганный взгляд, — из Вашингтона на этот счет пришли новые указания.

— А кто эта дама, позвольте узнать? — не вытерпела в конце концов Дженет, указывая подбородком на «ведьму». Та на Дженет при этих словах даже не посмотрела.

— Скажу, когда покончим с нашими делами, — пообещал Фансворт. — Тебе надо помнить, что в данный момент назревает очередная межведомственная стычка. В штаб-квартире БАТО уцепились за версию естественных причин взрыва, потому что в ходе проверки объекта ничего подозрительного там не заметили.

— А мы что же?

— Официально ФБР не опровергает их выводов, однако в БАТО каким-то образом пронюхали, что мы разыскиваем двух подозреваемых по этому делу — Макгаранда и Крейса.

— Похоже, в БАТО считают, что угрозы Вашингтону нет?

— И будут на том стоять, если, конечно, мы не найдем доказательств обратного. По-моему, они просто запасаются фиговым листком, чтобы прикрыть свой срам, если вдруг появятся доказательство того, что в арсенале действительно изготавливали взрывные устройства.

— Но такие факты у нас уже есть — Крейс, показания его дочери...

— Это все не то, Дженет. Согласно спущенным мне новым указаниям, с сегодняшнего утра мы Крейса не знаем. Для нас он всего-навсего отец девушки, которая пропала без вести, а теперь нашлась.

— Сэр, он охотится за Макгарандом. По-моему, мы должны предупредить его, что этот тип собирается устроить взрыв в Вашингтоне.

— Повторяю, официально Крейса больше никак не связан с нами. — Лицо Фансворта превратилось в непроницаемую маску прожженного бюрократа. Дженет потрясенно взглянула на него, потом на Кинэна, который увлеченно рассматривал свои ладони.

— Крейса я беру на себя, — низким, уверенным и властным голосом произнесла женщина в дальнем конце стола.

— Вы, собственно... — Дженет вздрогнула и резко повернулась к ней, чуть не опрокинув кресло.

— Я, собственно, получила в соответствующей инстанции приказ заняться проблемой Эдвина Крейса, — перебила ее женщина. — Насколько мне известно, вы отдали ему свой пейджер?

Заняться, заняться, заняться — бились в голове у Дженет знакомые, уже слышанные здесь когда-то слова. Не зная, что сказать, она молча кивнула.

— Прекрасно. В восемнадцать ноль-ноль, секунда в секунду, сбросьте ему на пейджер номер телефона, который я вам продиктую позже. Номер местный, звонок переведут сюда, в ваш офис. Если он позвонит, передадите ему сообщение, текст у меня готов.

— Только после того, как мне скажут, кто вы такая, — воспротивилась Дженет. — А то меня уже просили сбросить Крейсу на пейджер сообщение о смерти его дочери. Которая, как известно, осталась жива.

Фансворт принялся внимательно разглядывать потолок. Женщина встала, и Дженет подивилась ее росту. Одетая в просторный брючный костюм, она даже в туфлях без каблука была много выше шести футов. Женщина подняла со стола сумку размером с чемодан и предложила Фансворту и Кинэну удалиться. К величайшему изумлению Дженет, те безропотно подчинились и покинули кабинет чуть ли не на цыпочках, осторожно, но плотно прикрыв за собой дверь. Женщина обошла стол и уселась на него вплотную к Дженет, так что той пришлось задрать голову, чтобы видеть ее лицо. Выражение этого лица Дженет очень не понравилось — пустой взгляд невидящих и словно разбегающихся глаз. Она внезапно пожалела, что у нее нет при себе пистолета.

— Когда закончим с телефонными звонками, я вернусь в Вашингтон и займусь Эдвином Крейсом, — бесстрастно сообщила ей женщина. Четкая дикция, прекрасное произношение. — Ваш директор заверил моего директора, что вы обязательно позвоните Крейсу и обязательно передадите ему наше сообщение. Всего три слова. Tenebrae factae sunt. Это из Библии, к вашему сведению. Переводится с латыни как «Настала тьма». Крейс поймет, что его ищу я.

Дженет очень не понравился надменный тон этой самоуверенной тетки, и она решила показать зубы.

— И что, он сразу задергается? Только из-за того, что его ищете именно вы? — до дерзости вызывающе поинтересовалась она.

На губах дамы заиграла зловещая улыбка, ее зрачки больше не разбегались, пронзительный взгляд горящих черных глаз уперся в глаза Дженет.

— Можете не сомневаться, специальный агент Картер. Еще как задергается. Как и любой другой, кто меня знает, — холодно бросила она. — Жду вас в кабинете мистера Фансворта в восемнадцать ноль-ноль. То есть в шесть вечера, если вам так понятнее.

Дама уверенной походкой вышла из конференц-зала, оставив Дженет стоять с горящими щеками у стола для совещаний. Что же, к чертовой матери, здесь вообще происходит, недоумевала она. Взять да и позвонить Крейсу прямо сейчас, предупредить, что за ним охотится какой-то киборг женского пола в брючном костюме от Армани... Однако эта ведьма что-то там такое вякала про своего директора и директора Дженет. Может, чистильщик? Но точно из ЦРУ, где еще станут держать такую гадюку. Но упомянула гадюка директоров ФБР и ЦРУ не вскользь, а с прозрачным намеком, который Дженет поняла. Когда дело на контроле у глав таких ведомств, рядовому агенту не стоит лезть со своей инициативой, вредно для здоровья. Догадка Фансворта, видно, была правильной. ФБР не станет мешать Крейсу охотиться за Макгарандом — так ЦРУ будет легче охотиться за Крейсом.

Tenebrae factae sunt. Настала тьма. Дженет почувствовала, как по спине побежали ледяные мурашки. «Мой директор и ваш директор». Конечно, куда мне до них! Она закрыла глаза, стараясь сосредоточиться. Что-то здесь не складывалось. Первоначально интерес к Крейсу проявляли Фостер из ФБР и Белл-хаузер из министерства юстиции. Точнее, их непосредственное начальство. А теперь еще и ЦРУ. Но почему директор ФБР помогает этому поганому альянсу?

Стоило бы еще раз потолковать с Фансвортом, но тот теперь держится как небожитель, и ничего, кроме «Так точно, сэр, никак нет, сэр, как прикажете, сэр», слышать не хочет. К тому же он ясно сказал: Крейсу решили предоставить полную свободу действий. Доказательств реального существования угрозы взрыва нет, однако если Крейс попутно решит и эту проблему, прекрасно. А если он по ходу дела что-нибудь натворит, ФБР останется в стороне. У них в штате он не числится. Все вопросы к министерству юстиции.

— Агент Картер, — окликнула Дженет бесшумно возникшая в конференц-зале секретарша Фансворта. — Звонят из больницы Блэксберга. Насчет Линн Крейс. Может, вы с ними поговорите? Босс куда-то исчез, а вы, насколько мне известно, тоже в курсе дела.

Дженет молча кивнула, прошла в приемную Фансворта и взяла трубку. Дежурная медсестра сообщила, что Линн Крейс, похоже, приходит в сознание. Согласно полученной инструкции, она докладывает об этом ФБР. Вообще-то Дженет точно не знала, продолжает ли она в данный момент заниматься этим делом, но не раздумывая ответила медсестре, что приедет немедленно. Повесив трубку, она поднялась к себе в клетушку за пистолетом и сумочкой, заодно прихватила из холодильника сандвич и спустилась в гараж.

* * *

Чуть наискосок на другой стороне улицы напротив административного здания номер 650 по Массачусетс-авеню Брауну попалось на глаза небольшое кафе. Он купил чашку кофе и газету и устроился за одним из расставленных на тротуаре столиков.

День выдался теплым, даже жарковатым. Вокруг сновали толпы клерков, многие заскакивали в кафе за сандвичем, чтобы потом наспех перекусить прямо за рабочим столом у себя в конторе.

Сделав вид, что читает газету, Браун исподтишка разглядывал здание штаб-квартиры БАТО. Судя по всему, новых телекамер служба безопасности не устанавливала. Его план строился на двух факторах. Во-первых, рядом со зданием БАТО, отделенный от него лишь узким переулком, располагался многоэтажный гараж, оборудованный наружным пандусом от земли до самой крыши. Еще важнее то обстоятельство, что пандус не попадал в поле зрения телекамер, с помощью которых служба безопасности бдительно наблюдала за всем происходящим вокруг штаб-квартиры БАТО. И ширина пандуса для автоцистерны вполне достаточна.

Во-вторых, как и в большинстве административных зданий, система кондиционирования здесь была основана на принципе рециркуляции. Из атмосферы забиралось небольшое количество воздуха, который охлаждался в небольшой пристройке в конце переулка между гаражом и штаб-квартирой БАТО. Затем он по вентиляционным каналам поступал в само здание, однако отработанный воздух не выбрасывался наружу, а вновь и вновь проходил через систему кондиционирования, что повышало ее производительность. План Брауна отличался простотой и надежностью. Завтра рано утром он по пандусу загонит автоцистерну на самый верхний ярус гаража и припаркует ее у стены, выходящей в переулок. Цистерна была оборудована армированным шлангом диаметром четыре дюйма и длиной сто пятьдесят футов. За несколько минут до рассвета он сбросит его вниз позади пристройки, где размещается компрессорная станция. Таким образом, увидеть его на мониторе единственной установленной на фасаде пристройки телекамеры, объектив которой был направлен вдоль переулка, охранники не смогут. Даже если допустить, что они в столь ранний час будут бодрствовать у своего пульта. Спустившись на землю, он наглухо прикроет один из двух воздухозаборников пластиковой пленкой. На другой набросит кусок пленки с вклеенным в него ниппелем. Утром, пока прохладно, вентиляторы будут работать на очень малой скорости. На полную мощность их запустят позже, когда солнце разогреет воздух. Предварительно Браун грубо прикинул объем здания, измерив шагами его длину и ширину и умножив полученные цифры на сто. А затем с помощью «Справочника инженера» рассчитал производительность системы кондиционирования воздуха. Автоцистерна вмещает восемь тысяч галлонов сжиженного пропана. Сейчас же в ней, наполненной чистым водородом под давлением четыреста фунтов на квадратный дюйм, было куда больше газа, нежели требовалось для того, чтобы в течение примерно часа заполнить через вентиляционную установку все здание штаб-квартиры БАТО до отказа. Особо уязвимым для подобного случая его делало то обстоятельство, что ни одно из окон в нем не открывалось. Фактически Браун располагал почти вдвое большим запасом водорода, чем требовалось для образования взрывчатой смеси, и это его успокаивало, поскольку он понимал, что небольшие утечки газа в ходе задуманной операции неизбежны.

С подонками из БАТО и их пособниками в ФБР он поступит так же, как они поступили с теми несчастными в Техасе. Около шести утра он начнет закачивать в штаб-квартиру лишенный цвета и запаха водород, через час-полтора его смесь с воздухом достигнет нужной для взрыва концентрации. В начале рабочего дня лопасти вентиляторов еле вращаются, и практически весь объем воздуха внутри здания останется незамещенным. Когда же агенты БАТО и их боссы прибудут на работу, кто-нибудь обязательно заскочит в туалет, чтобы тайком выкурить сигаретку... Либо щелкнет дряхлым выключателем. Или зажжет на всем этаже лампы дневного света... Или, вызывая лифт, в нетерпеливом раздражении нажмет кнопку несколько раз кряду, что приведет к «дребезгу», как выражаются электрики, медных контактных пластин в мощных реле на самом верху лифтовой шахты... Проработав инженером несколько десятков лет и имея дело с химическими, в частности взрывчатыми, веществами, он перевидал несчетное количество инструкций по технике безопасности, повествующих о том, как самые безобидные, казалось бы, предметы могут стать причиной возникновения электрической искры. Дверная ручка в зимнее время года. Выключатель настольного вентилятора. Дамские шерстяные рейтузы сухим зимним днем. Клавиатура электрической пишущей машинки. Звонок в телефонном аппарате...

В переполненной смертоносной смесью атмосфере одной искры будет вполне достаточно для повторения того, что случилось в Рэмси. Только на этот раз обреченное здание сооружено отнюдь не из железобетона — сплошные окна от стены до стены и от потолка до пола.

— Еще кофе, сэр? — предложила, остановившись у его столика, молодая приветливая официантка с кофейником в руках.

— Нет, спасибо... Мне, пожалуй, хватит, — улыбнулся он ей в ответ, безбоязненно разглядывая сквозь темные очки ее приятное личико и аккуратную фигурку.

Браун чувствовал, как у него частит сердце. Сегодня, после стольких месяцев напряженного труда в арсенале, он наконец у цели. Ближе к вечеру он найдет какой-нибудь мотель неподалеку от аэропорта, завалится в койку и отоспится. А завтра с утра пораньше доберется на такси до Пентагона, заберет автоцистерну и поедет на ней в центр города. Во избежание непредвиденных осложнений он даже запасся подлинным бланком накладной на доставку газа, целую пачку которых Джеред предусмотрительно прихватил с собой, когда угонял автоцистерну. Завтра! Завтра утром эти убийцы на себе испытают, каково было Уильяму и его братьям по вере, когда они горели заживо в кольце прихлебывающих кофеек и отпускающих непристойные шуточки агентов.

Будет здорово, если окажется, что и на здании напротив штаб-квартиры БАТО тоже установлены телекамеры дистанционного наблюдения. Это будет клип века. Да что там — вечности!

* * *

Уже через сорок пять минут после разговора с медсестрой Дженет оказалась в больничной палате Линн Крейс, у двери которой сидел изнывающий от безделья и скуки помощник шерифа. Линн по-прежнему была под капельницей. Однако щеки у нее порозовели, и в целом выглядела она гораздо лучше, нежели в прошлый раз. Да и огоньки мониторов над ее головой мельтешили куда суетливее, чем тогда. «Потрясающе, — подумала Дженет, — немного поспала, и совсем другой человек». Девушка беспокойно ворочалась в постели и слегка постанывала, словно ей привиделся дурной сон. Дженет успела переговорить с ее лечащим врачом, который сообщил, что Линн заговорила — точнее, забормотала — в половине четвертого утра. Посовещавшись на месте, врачи пришли к коллективному мнению, что вскоре она придет в сознание.

Рассеянно наблюдая, как девушка изо всех сил пытается выбраться из цепкой паутины беспамятства, Дженет так же отчаянно пыталась решить терзавшую ее дилемму в связи с происшествием в арсенале. Сама она склонялась к тому, что взрыв был делом рук человеческих. Хотя бы исходя из временного фактора. Объект взлетел на воздух именно в тот момент, когда появившиеся там люди принялись открывать двери. Помимо этого существовали еще двое Макгарандов. Один из них предположительно был убит, но до этого, судя по данным экспертизы соскобов почвы с протекторов его машины, не раз бывал в арсенале. Второй же, химик по образованию, служил на заводе в Рэмси главным инженером. Оба были близкими родственниками того парня, что сгорел заживо во время трагедии в Техасе. В настоящий момент оставшийся в живых Макгаранд ударился в бега, а Крейс, судя по всему, сел ему на хвост. Замешанные во всей этой заварухе федеральные ведомства, два из которых ответственны за инцидент в Техасе, подобно страусу прячут голову в песок. Ах да! Теперь еще эта куколка с глазами необедавшей акулы и набитыми костяшками толщиной в полдюйма требует, чтобы Дженет передала Эдвину Крейсу от нее любовное послание.

Дженет тряхнула головой и подняла глаза. Линн Крейс вперилась в нее напряженным взглядом, шевеля пересохшими губами. Дженет налила в стакан воды и подошла поближе к койке.

— Я специальный агент Дженет Картер. Из ФБР, — вполголоса представилась она. — Хотите воды?

Девушка кивнула, и Дженет помогла ей сделать несколько глотков из стакана. Линн прокашлялась и слабым голосом спросила, сколько сейчас времени. Дженет ответила, потом сообщила, что произошло в арсенале и как долго Линн пробыла в больнице в бессознательном состоянии.

— А где мой отец? — вдруг спросила Линн.

— Мы не знаем, — запнувшись, ответила Дженет. — Вы не беспокойтесь, в арсенале во время взрыва его не было. Лично я думаю, что в данный момент он находится в Вашингтоне, охотится за тем типом, что вас похитил.

— Их было двое, — поправила ее Линн слегка окрепшим голосом. — Один помоложе, второй постарше... Оба с темными бородами, похожи на горцев. Хотя я видела их только мельком.

— Точно, приметы совпадают, — порадовалась Дженет. — Того, что помоложе, звали Джеред Макгаранд, он мертв. А тот, что постарше, его дед, Браун Макгаранд. Вот он исчез.

Дженет рассказала Линн о том, что случилось с Джередом, однако о возможной причастности к инциденту ее отца упоминать не стала, посчитав, что сейчас для этого не самое подходящее время. Потом поинтересовалась, где могут находиться останки погибших сокурсников Линн. Девушка пожала плечами, сказав лишь, что видела, как их накрыл огромный вал несущейся с гор воды.

— А тот, помоложе... Вы сказали, он мертв?

— Да, мы предполагаем, что его убили, — подтвердила Дженет.

— Так ему и надо, — мстительно прошептала Линн. — Гадина, урод самый настоящий.

— Линн, когда вас нашли санитары, вы все время говорили что-то о водородной бомбе и Вашингтоне...

— Правда?

— Да. Не очень связно и не очень внятно, но все переполошились.

Линн в задумчивости сдвинула брови, наморщила лоб, затем лицо ее прояснилось.

— Ах да! Теперь припоминаю. Тот второй, ну, который постарше, сказал, что сделал водородную бомбу и собирается доставить ее в Вашингтон. Я еще посмеялась, ага, конечно, любой, мол, может запросто склепать водородную бомбу по чертежам из Интернета... А он серьезно так, без всякой злобы объяснил, что его бомба совсем не то, что я думаю...

— Не намекал, что он собирается с ней делать?

— Нет. — Линн, пытаясь вспомнить тот разговор в подробностях, вновь задумалась. — Хотя постойте... Да, точно! Сказал, что выбрал очень подходящую цель.

Дженет вгляделась в лицо девушки. Даже в ее нынешнем состоянии в ней угадывались сила духа и твердость характера. Ничего не скажешь, вот уж действительно дочь своего отца.

— А он не показался вам психом?

— Трудно сказать... Говорил он вполне связно, никаких внезапных приступов ярости. Был совершенно спокоен, знаете, будто речь идет о самых обычных вещах. Сделал водородную бомбу, теперь повезет ее в Вашингтон. Вроде как он каждый день только этим и занимается. И от этого становилось еще страшнее, понимаете?

— Интересно, зачем ему понадобилось посвящать вас в свои планы? — продолжая строчить в блокноте, задумчиво протянула Дженет.

— Он дал понять, что хочет взять меня в заложницы. На случай непредвиденных осложнений. Велел быть готовой к отъезду. Но сам больше так и не вернулся. А потом на меня обрушились стены и крыша... Правда, случилось это много позже того разговора...

Какая-то неясная, не до конца оформившаяся мысль не давала Дженет покоя. Что там говорил тот пожилой агент из БАТО... Ага, в арсенале, по его мнению, взорвался газ. Неужели Браун...

— Вспомните, Линн, — вскинула она голову. — Когда вы усомнились, что он сумел сделать водородную бомбу, и он объяснил, что это совсем не то, что вы предполагаете... Он не имел в виду, что его бомба начинена не термоядерным зарядом, а водородом, то есть газом?

Линн сделала попытку пожать плечами, лицо ее скривилось в болезненной гримасе. Дженет выскочила в холл и позвала медсестру. В следующую секунду нахлынула толпа в белых халатах, и Дженет ретировалась, решив не мешать врачам. Она прошла в пустующую комнату для посетителей и достала свой сотовый телефон. И заколебалась. Она понимала, что должна немедленно сообщить своему непосредственному начальнику Ларри Тэлботу о том, что случилось с двумя приятелями Линн. Надо ведь известить их родителей, заняться поисками останков. Но сейчас возникла куда более важная и неотложная проблема. Эта мегера из ЦРУ требует, чтобы она передала Крейсу сообщение то ли с предупреждением, то ли с угрозой. Однако его дочь подтверждает, что Браун Макгаранд задумал взорвать в Вашингтоне бомбу. Об этом она обязана доложить сей же момент, но станет ли кто-нибудь слушать ее?

Она позвонила Тэлботу, послушала механический голос автоответчика и надиктовала все, что узнала от Линн о судьбе пропавших ребят. Затем позвонила Фансворту. Его секретарша лаконично известила, что он отсутствует. Тогда она поинтересовалась, нельзя ли ей переговорить с Кинэном, но его на месте тоже не было, отбыл вместе с Фансвортом. На вопрос, где находится сейчас босс, секретарша повторила, что он отсутствует, и все тут. С чувством полной беспомощности Дженет собралась было повесить трубку, но спохватилась и чуть ли не умоляющим голосом попросила передать Фансворту, что Линн Крейс пришла в себя и что ей, специальному агенту Дженет Картер, необходимо связаться с ним, причем очень срочно. На секретаршу ее страстное обращение особого впечатления не произвело, однако она холодно пообещала передать сообщение. Прежде чем та бросила трубку, Дженет еще успела прокричать ей номер своего мобильника.

Она вернулась в палату Линн, чтобы продолжить беседу, но вокруг пациентки по-прежнему хлопотали врачи и непреклонные медсестры стояли на пороге неприступной стеной. Время близилось к трем часам. Погруженная в свои мысли, Дженет остановилась посреди коридора, не замечая царившего здесь сейчас оживления, снующий вокруг больничный люд так же равнодушно обходил ее, как река плавно огибает остров. Через три часа она, как велено, должна позвонить Крейсу на пейджер. Если он его до сих пор не выбросил. Или не отключил. Она будто наяву слышала его издевательски скучающий голос: «Ну что там у вас еще, специальный агент?» А действительно, что? «У меня есть хорошие новости, и плохие тоже. Ваша дочь пришла в сознание и сейчас чувствует себя вполне нормально. Говорит, один из ее похитителей везет в Вашингтон водородную бомбу. Если вам это, конечно, интересно. Ах да! Тут к нам заглянула ваша старинная подруга, передала для вас сообщение. Зачитать?» «Нет, — ответит Крейс — я занят, мне не до этого. Пока!» В этот момент в сумке Дженет запищал мобильник. Звонила секретарша Фансворта.

— Немедленно возвращайтесь в контору! — бросила она и повесила трубку.

* * *

В районе Александрии Крейс свернул с кольцевой трассы к автостоянке на Ван-Дорн-стрит. По сравнению с другими она была небольшой, но он все же решил проверить и ее. До этого он уже побывал на двух других, примерно через полчаса ему придется приостановить поиски, поскольку в час пик движение по улицам Вашингтона и вокруг него просто немыслимо.

На стоянке он обнаружил не более дюжины грузовиков, еще три заправлялись у бензоколонки. Автоцистерны среди них не было. Существовала, конечно, возможность, что Макгаранд укрыл ее в каком-нибудь из гаражей, и Крейс мысленно напомнил себе побывать в них тоже, если объезд автостоянок окажется безрезультатным. Однако ставку он делал на них, поскольку отлично знал: если нужно спрятать предмет понадежнее, его следует поместить на самом видном месте. Он медленно проехал по стоянке, мимо магазинчика, туалетов и прочих построек. Но автоцистерны не увидел. Он вернулся на кольцевую автотрассу и направился на восток к мосту Уилсон. У него появилось ужасное ощущение, что он только зря тратит время.

* * *

Когда Дженет вернулась в контору, Фансворт с каменным лицом ждал ее у себя в кабинете. Там же находился Кинэн. Дженет присела на краешек кресла напротив босса, и тот потребовал, чтобы она ввела его в курс последних событий, начиная с показаний Линн Крейс. Когда Дженет завершила свой доклад, Фансворт крутнулся в своем вращающемся кресле и долго смотрел в окно. Дженет устремила недоумевающий взгляд на Кинэна, но тот сидел с отсутствующим видом. Было заметно, что происходящее ему не по душе, но он вынужден с этим мириться. Босс вновь повернулся к Дженет.

— Ну ладно, — наконец заговорил он. — Рад, что девушка поправляется. Жаль, тем двоим пацанам не повезло. Ларри Тэлбот известит их семьи, а мы направим людей на поиски останков.

— Местная полиция собирает поисковые отряды, им будет придана группа проводников с собаками. Ларри координирует организационные мероприятия и последующую работу, — блеснул знанием оперативной обстановки Кинэн.

— Прекрасно, — без особого энтузиазма кивнул Фансворт — насколько Дженет могла судить, босса весьма мало взволновало раскрытие дела о пропавших студентах. — Теперь насчет вашего задания. В шесть вы должны звонить Крейсу на пейджер, так?

— Во всяком случае, так мне велела эта ваша Мата Хари, — заносчиво ответила Дженет. — В связи с этим вот что хотелось бы у вас спросить...

— Ни в коем случае, — энергично замотав головой, перебил ее Фансворт. — Делайте, что вам сказано. Если он откликнется, передайте ее сообщение. На этом, надеюсь, мы с делом Эдвина Крейса покончим. Дочь его мы нашли, а что касается двух других пропавших без вести... Судьба их тоже теперь известна.

— А как быть с показаниями Линн Крейс? — вскинулась Дженет. — О том, что Браун Макгаранд собирается взорвать бомбу в Вашингтоне?

— А никак, — невозмутимо парировал Фансворт. — Вы же сами с ее слов докладывали: глаза у нее были завязаны, видеть его она не видела... Никаких доказательств того, что Браун Макгаранд вообще когда-либо бывал в арсенале, у нас нет. Как нет и доказательств того, что именно он похитил Линн Крейс.

— Так покажите ей его фотографии! — раскипятилась Дженет. — Она же видела их обоих во время грозы. Описывает его как похожего на горца высокого мужчину с длинной густой бородой. Он это, больше некому!

Фансворт и Кинэн обменялись снисходительными взглядами.

— Наверняка мы знаем только одно: машина Джереда Макгаранда стояла за оградой арсенала снаружи. Мы даже не можем доказать, что он проникал на территорию объекта.

Дженет сердито сдвинула брови. Что за черт? Фансворт разглагольствует, как записной адвокат...

— Послушайте, в похищении Линн участвовало двое, — едва сдерживая себя, проговорила она сквозь зубы. — Один молодой, второй гораздо старше. Обоих она видела и может опознать. Схватили ее на территории арсенала. И нашли мы ее тоже на территории арсенала. Значит, и похитители были на территории арсенала. Чем они там занимались? Линн показала, что ее хотели взять в заложницы на случай каких-либо осложнений. И нашли мы ее в соседнем с электростанцией здании. Чего ж вам еще нужно?

На последней фразе голос перешедшей на крик Дженет сорвался. На лицах обоих начальников ясно читалось, что строптивость и дерзость — не те качества, за которые в ФБР любят и ценят своих сотрудников. Фансворт внушительно подался всем телом вперед.

— Нам нужно неукоснительно следовать инструкциям, полученным из штаб-квартиры. Поэтому я был бы крайне признателен, если бы вы исполняли мои приказы. Позвоните Крейсу на пейджер. Если отзовется, передайте ему сообщение. Все, ни больше ни меньше.

«Да что с ним такое, черт бы его побрал!» — изумилась про себя Дженет.

— Но я могу хотя бы сказать ему, что его дочь пришла в сознание?

— Господи Боже мой, Картер! — Кинэн издал раздраженный вздох отчаяния. — Какое из четырех слов: ни больше ни меньше — вам не понятно? Может, вы для разнообразия соблаговолите делать наконец что сказано?

Дженет еще не доводилось слышать, чтобы Кинэн разговаривал с кем-либо в подобном тоне. Но и ее терпению тоже пришел конец.

— А может, кто-нибудь соблаговолит посвятить меня в то, что здесь творится? — вскинулась она. — И почему наша контора лезет из кожи вон, чтобы запудрить мозги Эдвину Крейсу?

— Ничего вы не поняли, Дженет, — сокрушенно констатировал Фансворт. — Передадите сообщение на пейджер, и на том ваше участие в деле Эдвина Крейса завершится. И вы сможете помочь Ларри Тэлботу закрыть дело об исчезновении студентов.

— А как насчет бомбы? Знаем, но не скажем, так, что ли?

— Вы, Дженет, принимаете в качестве доказательства ничем не подтвержденную информацию, полученную от юной девушки, которая едва успела выйти из комы. Мы не располагаем доказательствами существования бомбы. И даже если бы они у нас были, бомбами занимается БАТО. Но они утверждают, что никакой бомбы нет.

«Опять двадцать пять! — чертыхнулась про себя Дженет. — Ну, прямо как в свое время у нас в лаборатории. Мы вот тут прикинули, какие результаты экспертизы нам бы очень подошли, поможете устроить?»

— Еще бы им не утверждать! — предприняла она еще одну попытку. — В БАТО же не знают того, что известно нам!

Фансворт зажмурился и с трудом сделал глубокий вдох.

— Приказываю вам выбросить это дело из головы. — Он открыл глаза. — А если не желаете подчиняться, у вас есть выход.

Заявление босса ее потрясло. Она откинулась на спинку кресла, не зная, что сказать. Фансворт и Кинэн не сводили с нее выжидательных взглядов. И тут она, к величайшему собственному изумлению, достала свое удостоверение и бросила его на стол перед Фансвортом. Вытащила из кобуры «зауэр», выщелкнула обойму, оттянула вставший в крайнее положение затвор. Выпрыгнул и беззвучно упал на ковер находившийся в стволе патрон. Кинэн машинально нагнулся и подобрал желтый цилиндрик. Дженет положила пистолет рядом с удостоверением.

— А Крейсу вы, ребятки, уж как-нибудь сами звоните, — сказала она, поднимаясь из кресла. — Ваша затея не просто дурно пахнет, от нее за милю воняет. Так что без меня. Я подаю в отставку.

Дженет с достоинством и гордо поднятой головой вышла из кабинета Фансворта и поднялась к себе наверх. Как ни странно, Ларри Тэлбот и Билли оба находились на своих рабочих местах. Едва взглянув на ее горящее лицо, Тэлбот сразу же участливо поинтересовался, что за беда у нее приключилась. Дженет коротко сообщила, что минуту назад уволилась из конторы. Ларри с разинутым ртом с размаху плюхнулся в кресло.

— Ты... чего? Как так уволилась? Что там еще произошло?

— С этой заварухой вокруг Крейса все не так, — возмущенно начала Дженет, но тут же оборвала себя, подумав, что Тэлботу, возможно, ничего не известно.

Выражение его лица подтвердило эту догадку. Аппарат внутренней связи на столе Тэлбота настойчиво зажужжал зуммером. Ларри поспешно снял трубку, послушал, почтительно проговорил:

— Так точно, сэр, — и осторожно положил трубку обратно на рычаг. — Тебя вызывает мистер Кинэн, — обратился он к Дженет.

— Пошел он к черту, — равнодушно бросила Дженет. — Он мне больше не начальник. Я уволилась, ствол и удостоверение им сдала. За остальным своим барахлом зайду как-нибудь потом. Все, мальчики, меня здесь нет.

— Да погоди, Джен, какого черта! — взмолился Ларри, пытаясь выкарабкаться из кресла. — Здесь явно какое-то недоразумение! Слушай, давай...

— Нет, Ларри, — перебила его Дженет. — Чем больше я думаю о том, что сейчас сделала, тем больше сама себе нравлюсь. По делу пропавших студентов тебе от меня что-нибудь нужно?

— Да как тебе сказать... Пока мне лишь известно, что с ними случилось. И то в самых общих чертах. Я как раз собирался съездить поговорить с дочерью Крейса, прежде чем официально извещать их семьи. Ой, Джен, у меня идея! А почему бы тебе не взять выходной на остаток рабочего дня, а? Тебе ведь в этой передряге тоже здорово досталось. Валяй домой, помозгуй маленько. Увольнение из Федерального бюро расследований — дело нешуточное.

— Пострадает от этого только само бюро. Считай это решение логическим завершением моей ссылки сюда, в это... в это... болото. Я классный специалист по научно-технической экспертизе, ученый с докторской степенью, мать вашу! И здесь очутилась лишь потому, что отказывалась подсовывать суду якобы правильные заключения. А здесь все начинается по новой! Мне еще тогда надо было уволиться. И в последний раз предупреждаю: не зови меня Джен, черт бы тебя побрал совсем!

Тэлбот, сдаваясь, нарочито покорно вздернул руки вверх и, качая головой, вышел из кабинета. Билли поднялся со своего места и прокрался в клетушку к Дженет.

— Эй! — тихонько окликнул он ее. — А чего им от тебя нужно-то?

— ЦРУ прислало к нам какую-то горгону, которая хочет передать Крейсу послание. В посредники они выбрали меня. А я, Билли, от всего этого вранья уже просто устала. То в лаборатории, теперь здесь. Хватит, на такое я не подписывалась.

Вконец растерявшийся Билли явно искал и не находил подходящих к случаю слов, и Дженет, схватив куртку и сумку, поспешила выйти из кабинета. Через полчаса она уже была у себя дома, сразу направилась в ванную и встала под душ. Лениво поворачиваясь под тугими щекочущими струями, она вновь и вновь обдумывала свое решение и пришла к выводу, что сделала правильный шаг. Только теперь до нее дошло, что ей следует подать заявление об отставке в письменной форме, а в него обязательно включить пассаж относительно всего этого дела вокруг арсенала. Тут она невольно рассмеялась — ну и живучи же эти благоприобретенные в ФБР привычки! Даже уходя в отставку, она думает о том, как бы прикрыть на всякий случай собственную задницу.

Дженет выключила воду, вылезла из ванны и растерлась пушистым махровым полотенцем. Надела свежие трусики. Расчесывая волосы, услышала в спальне какой-то странный шум. Обернулась. На пороге стояла ведьма из ЦРУ. В брюках и охотничьей рубашке с множеством карманов. Глаза скрывали огромные темные очки в массивной оправе.

— Смотрите, что я вам принесла. — Она протянула к Дженет руку с зажатым в ней отливающим металлическим блеском предметом.

Дженет моргнула, присмотрелась, и в это мгновение по глазам ей ударило мощное ослепительно пурпурное сияние. Очнувшись, она обнаружила, что лежит на спине в своей постели. И что туго спеленута какой-то липкой паутиной, сплетенной, похоже, из сырой пряжи и издающей омерзительно резкий химический запах. Локти прижаты к бокам, ладони — к бедрам. Стиснутые ноги согнуты в сторону. Свободной оставалась лишь голова. Дженет было дернулась, пытаясь вырваться из паутины, однако та лишь сильнее сдавила все тело. Перед глазами замельтешили черные мушки, все предметы отливали красивым пурпуром. Тетка из ЦРУ, присев на краешек туалетного столика, спокойно разглядывала ее, темных очков на ней уже не было. Дженет хотела сказать ей пару ехидных слов, но сразу поняла, что в ее нынешнем положении найти подходящие выражения крайне затруднительно.

— Так это и есть ваш разрушитель глазной сетчатки? — проговорила она наконец.

— Он самый. Мушки исчезнут примерно через час. Может, с небольшим. Говорят, эти неприятные ощущения со временем проходят.

— Говорят? Это утешает. Зачем вы это сделали?

— Мне нужно, чтобы вы позвонили Крейсу, агент Картер.

— А я вам уже никакой не агент, — злорадно заявила Дженет.

— Тем более. — Тетка взглянула на часы. — У нас с вами есть еще около часа. Я договорилась, чтобы звонок Крейса перевели на ваш домашний номер. И вы передадите ему мое сообщение. Вы его помните?

— А если забыла? — вызывающе дернула головой Дженет. — Что, если я просто проору Крейсу, чтобы он бежал без оглядки?

— Пожалуйста, — равнодушно заметила тетка. — Кстати, в этом и состоит цель моего сообщения. Просто если Крейс узнает, что за ним охочусь я, эффект будет сильнее. Впрочем, уверена, что вы все сделаете по-моему.

— Это еще почему?

— А потому, что, если вы заупрямитесь, я принесу еще одну ловчую сеть и обмотаю вам горло. И тогда вам придется быстренько научиться дышать с необыкновенной осторожностью... Хотя, может, вас и найдут достаточно скоро. А может, и нет. Вы ведь теперь, как говорится, не при делах, кто ж вас искать станет... Так что лучше вам успокоиться, расслабиться. Сосредоточьтесь на дыхании. Эта штука похожа на удава, при каждом выдохе стягивает все туже. Да вы, думаю, уже и сами заметили.

Конечно, Дженет уже успела это заметить, еще как!

— За каким чертом вы все это вытворяете? — спросила она. — Нападаете на федерального агента?

— Так вы сами сказали, что никакой вы уже не агент, не так ли, Картер? — ласково улыбнулась ей тетка. — Да никогда им и не были!

— Что?! — возмутилась Дженет.

— Вы, Картер, крыса лабораторная. А оперативник из вас никакой, ситуативное чутье отсутствует напрочь. Я ведь все время, пока вы принимали душ, стояла в двух шагах от вас на пороге.

— Ну и как вам понравилось зрелище?

Тетка склонила голову к плечу и обвела Дженет всю с головы до ног таким нарочито долгим взглядом, что та покраснела.

— Сложена неплохо, годитесь для грудного вскармливания младенцев. Вас ведь именно поэтому подставили Крейсу?

— Не самый умный ход, — буркнула Дженет.

— Да, Эдвин Крейс время на дилетанток тратить не станет, — коротко рассмеялась гостья. — И что вам приказали? Похлопать глазками, продемонстрировать ножки?

— Не пойму, чего вы добиваетесь. Зачем вам все это нужно?

— Затем, что сейчас вы для меня просто еще один надоедливый обыватель, который путается под ногами, мешает работать. И перестаньте пробовать сеть на прочность. Рискуете серьезно нарушить кровообращение. Лежите спокойно. Закройте глаза. Вздремните. Когда придет время, я вас разбужу.

Тетка вышла из комнаты, и Дженет немедленно попыталась пошевелить руками. Клейкая упругая гадость сжимала тело, словно смирительная рубашка. Когда Дженет напрягла мышцы, сеть, казалось, слегка поддалась, но стоило мускулам лишь немного расслабиться, как кокон сдавил ее с ощутимо большей силой. Тут она почему-то представила себе, как несколько витков такой химической дряни стягивают ее горло, и невольно громко сглотнула. Затем на память ей пришло совещание у Фансворта, когда кто-то сказал, что ловчая сеть растворяется в воде. Значит, если она сумеет скатиться с кровати и незаметно для Горгоны в соседней комнате доползти до ванной, то сможет освободиться. Дженет повертела головой, соображая, как ей осуществить свой замысел, и только в этот момент заметила, что свободный конец сети обмотан вокруг прутьев спинки кровати. «Вот и конец твоей задумке», — чуть не всхлипнула Дженет, хотя сама по себе идея была хороша...

Она закрыла глаза. «Ладно, — мысленно уговаривала она себя, — смирись, позвони Крейсу. Делай, что велит эта тварь». И вдруг ей пришло в голову, что Крейс вполне может и не отозваться. Дженет внезапно охватил страх.

* * *

Крейс сидел в машине перед какой-то дешевой забегаловкой в трех кварталах от кольцевой автотрассы и пытался прожевать только что купленный там едва теплый сандвич, сочащийся пережаренным маслом. Он уже объездил все стоянки дальнобойщиков в этом пригороде столицы и теперь собирался с духом перед броском через мост Уилсон. Надо потерпеть еще минут тридцать, тогда поток сбившихся в час пик в плотное стадо автомобилей немного поредеет и появится призрачный шанс прорваться между огромными фурами.

В брошенной на заднее сиденье дорожной сумке запищал пейджер. Он отложил сандвич и обернулся, чтобы достать аппарат, о существовании которого забыл напрочь. Взглянув на высветившиеся в окошечке цифры, вздрогнул и машинально оглянулся. Его собственный засекреченный номер служебного телефона, предоставленный на время работы в ЦРУ! Неподалеку виднелась телефонная будка, но в ней обосновались две юные толстушки, вырывающие друг у друга трубку, чтобы успеть прокричать в нее несколько слов. Крейс с отвращением принялся доедать вконец остывший сандвич.

До времени располневшие девчата кончили болтать и, хохоча и повизгивая, вывалились из будки, тряся в унисон складками сала под подбородками. Крейс стал вылезать из машины, но заколебался. Понедельник, шесть часов вечера. Пейджер ему дала Дженет Картер, аппаратик, значит, принадлежит ФБР. Однако оставленный на пейджере номер телефона в этой конторе знать никто не может. Следовательно, его разыскивает не ФБР. Он включил освещение салона и тщательно осмотрел пейджер. Нет, никаких признаков дополнительной антенны, указывающих на то, что прибор может выдать его местопребывание, вроде не видно. А вдруг это как-то связано с Линн? Была не была!

Он распахнул дверь телефонной будки, в лицо ударил настоявшийся в ней сложный запах жевательной резинки и дешевой парфюмерии. Набрал номер, который помнил наизусть. На пятом гудке трубку подняли. На другом конце линии, к его величайшему удивлению, оказалась Дженет Картер.

— Что с Линн? — нетерпеливо спросил Крейс.

— У меня для вас сообщение, — произнесла Дженет каким-то деревянным голосом.

— От кого?

— У меня для вас сообщение, — на манер робота повторила она. — Tenebrae factae sunt.

— Чего? — растерялся в первое мгновение Крейс, но связь уже оборвалась.

Теперь он все понял. Словно в оцепенении, замедленными движениями аккуратно повесил трубку и осторожно попятился из душной кабины. Тревожно озираясь, чуть ли не на цыпочках прокрался к машине, прыгнул в кабину и повернул ключ зажигания. Рванул с места, но тут же взял себя в руки. Плавно вписался в левый поворот и направился к югу от кольцевой автотрассы.

Так-так-та-а-к, размышлял он. Tenebrae factae sunt. Настала тьма. Значит, Мисти собралась по его душу. Этот псевдоним она себе позаимствовала из того фильма, где одна чокнутая изводит Клинта Иствуда телефонными звонками. А сообщение такого содержания заменяло ей визитную карточку. Она хотела вывести его из равновесия, напугать, и в какой-то мере, признаться, преуспела. Мисти было за пятьдесят, но выглядела она, когда Крейс видел ее в последний раз, на сорок. Как охотник она в ЦРУ на голову выше всех остальных без исключения. Крейс давным-давно пришел к выводу, что всем своим естеством она являет собой земную копию Терминатора из плоти и крови. Она либо застывала в неподвижности, отрешенно глядя своими пугающими агатовыми глазами в бесконечность, поглощая, как черная дыра, блики света, шелест и шорохи, еле заметное движение, все, что происходило вокруг нее... Либо устремлялась к цели, просачиваясь сквозь замочные скважины, проходя сквозь стены — хищник в человеческом обличье, знающий только зов алчущих крови клыков... По следу она шла, как матерая мамба, неуловимо для глаза скользящая между кустами, улавливающая даже молекулы оставленного добычей запаха, жаждущая нанести смертельный удар, выходящая на охоту из врожденной любви к убийству...

Прежде чем получить первое оперативное задание, Крейс в течение двух лет проходил обучение под ее руководством. Так что ей в их деле известно все, что знал он сам. «Кроме, может пары моих фирменных штучек», — обманывая себя, подумал он. Но если быть реалистом, надо сию же секунду прекращать поиски Брауна Макгаранда и позаботиться о собственной безопасности. Неплохо бы рвануть сейчас в Даллас и запрыгнуть на ночной рейс до Занзибара. А еще лучше — до Патагонии. Не исключено, правда, что в тот момент, когда он будет принимать из рук стюардессы поднос с ужином, Мисти материализуется из пилотской кабины и заглянет прямо ему в душу своими завораживающими людоедскими глазищами. Один-единственный шанс у него оставался в том случае, если Мисти охотится за ним в одиночку, а не ведет за собой целую стаю умелых и послушных исполнителей. Его прошлый опыт подсказывал, что по большей части она предпочитает обходиться без подручных. На охоту Мисти толкали страсть и азарт, желание доказать, что она справится с любой задачей собственными силами.

Минут через двадцать Крейс подъехал к училищу военных инженеров. Его территория не охранялась, ни ворот, ни шлагбаумов, ни часовых не было. И все же он решил остановиться здесь, ему казалось, что в окрестностях армейского заведения он будет в большей безопасности, нежели на трассе. Крейс затормозил у здания почты и выключил двигатель. Закрыв глаза, приказал себе сосредоточиться, обдумать и оценить ситуацию.

Итак, Мисти идет по его следу. Она использовала Дженет Картер в качестве посредницы, поэтому вечерок у Дженет наверняка выдался невеселый, прямо скажем, кошмарный. Настоящее имя Мисти было Даниелла Морганавич, ее родители эмигрировали из Сербии, и дочурка в полной мере унаследовала все качества беспощадного народа, населяющего эту страну. И если в Лэнгли решили задействовать Мисти, это говорит о том, что переполошились там из-за него по-настоящему...

В этот момент вновь ожил и просительно запищал пейджер. Он в растерянности посмотрел на плоскую коробочку, подумывая, не зашвырнуть ли ее куда подальше. Первый звонок ставил целью передать ему предупреждение, сейчас Мисти, возможно, пытается установить, где он находится. Однако на экране пейджера высветился междугородный код Роанока и незнакомый ему номер телефона. Опять Картер? Арендуя автомобиль, он взял напрокат также и аппарат сотовой связи, но пользоваться им не хотел до той поры, пока не будет полностью уверен в том, что за ним идет охота. Он поискал взглядом телефон-автомат и увидел целый ряд будок у входа в здание почты. Он еще раз вгляделся в светящиеся цифры, запомнил номер и, не подтверждая приема сообщения, выключил пейджер. Вылез из машины, опустил аппарат в большую бетонную вазу для цветов и направился к телефонным будкам. Набрал номер, ввел код своей кредитной карточки и стал ждать соединения. Использование кредитки, конечно, укажет место его пребывания, но, пока он еще не ударился в бега, это может и не иметь особого значения. С акцентом на «может». На другом конце провода трубку сняла Дженет Картер.

— Вы уж простите, что я так с вами разговаривала, — попросила она. — Но у меня над душой стояла эта жуткая тетка. Понимаете, о ком я говорю?

— Еще как! Зачем вызывали?

— Слушайте, я говорю из телефона-автомата. Мой, похоже, прослушивается. А вызывала, чтобы, во-первых, поговорить о вашей дочери и обсудить, что происходит, во-вторых.

— А что с Линн? — встревожился он.

— Она пришла в себя. Я как раз в это время была у нее в палате. Думаю, она скоро поправится. Мы с ней немножко поболтали. Она рассказала мне, что произошло в арсенале. Ее спутники угодили в капканы и утонули во время наводнения.

— Понятно, капканы мне там тоже попадались.

— А еще она рассказала мне кое-что о том типе, за которым вы охотитесь. И о его бомбе. Кажется, я догадалась, что он имел в виду...

— Минутку, Картер! Ни за кем я не охочусь.

— А по-моему, охотитесь. Или по крайней мере охотились до самого недавнего времени. За неким Брауном Макгарандом. Из-за того, что он похитил Линн. И с его внуком Джередом встречались... — Крейс молчал, и Дженет задала следующий вопрос: — А эта тетка... Она и вправду опасна?

— А вы как считаете?

Поскольку Дженет не ответила, Крейс вкратце изложил ей характеристику Мисти.

— На меня она одним своим видом такого страху навела, передать не могу, — призналась Дженет. — Судя по всему, она принимает за данность, что вы тоже перепугаетесь.

— Именно поэтому мне пора в путь, Картер.

— А я из конторы уволилась, — неожиданно призналась Дженет.

— С чего вдруг? — искренне удивился Крейс.

— Они требовали от меня невозможного. Хотели, чтобы я передала вам сообщение этой стервы.

— Однако же вы так и поступили...

— Так ведь она проникла ко мне в дом и ослепила этой штучкой, которую у вас называют разрушителем глазной сетчатки! Спеленала какой-то липкой дрянью и предупредила, что, если не стану подчиняться ее приказам, мне придется очень кисло... Так что я предпочла сделать, как она велела.

— Правильное решение, Картер.

— Мне тоже так кажется. Но это еще не все. Уволилась я в основном потому, что они приказали мне сообщить вам, будто нашли Линн, но уже мертвой.

— Это в их стиле, — заметил он.

— Да, но я в такие игры не играю. Правда, мне все же удалось уговорить Фансворта отказаться от этой затеи. И тут объявилась эта мегера. А с ней связываться даже сам Фансворт боится.

— Да уж, в таких делах ваш босс соображает. — Крейс невольно всмотрелся в сгущающиеся вокруг сумерки.

Если в шесть вечера Мисти еще находилась в Роаноке, то у него в запасе всего несколько часов, не больше. Это при условии, что она работает без помощников. Пора сматывать удочки. Но бросать вот так трубку нельзя — он у Дженет в долгу.

— А правда, что вы кому-то в машину змею запустили? — ни с того ни с сего поинтересовалась она.

Это ей Рэнсом наболтал, трепач несчастный, догадался Крейс.

— Нет, там была кассета с записью. А вот Мисти любит именно зрительные эффекты. Она срезала с хвоста змеи погремушки и сунула ее в карман на спинке водительского сиденья. Поэтому услышать бедняга ее не мог, а увидел в зеркале заднего вида только тогда, когда она заползла ему на плечо и в следующий миг свалилась прямо на колени... Так что там насчет бомбы?

Дженет изложила ему все, что ей стало известно после того, как Крейс вытащил ее из тоннеля. Особое внимание она обратила на тот факт, что Макгаранды имеют отношение к инциденту в Техасе. Крейс молча выслушал ее рассказ. «Бюрократов ничем не переделаешь, — чертыхнулся про себя он. — Может, сказать ей об автоцистерне?»

— Вы слушаете? — окликнула его Дженет.

— Мне пора, — решительно заявил Крейс. — От пейджера вашего, кстати, я избавился. Если вам интересно, он валяется в цветочной вазе у входа в почтовое отделение неподалеку от училища военных инженеров.

— А как вы думаете, Макгаранд действительно решил устроить взрыв в Вашингтоне?

— Очень может быть. Только это уже больше не мое дело, Картер. Вы нашли мою дочь, как и обещали. За это я вам очень благодарен. А сейчас у меня другие проблемы.

— Но...

— Мисти что-нибудь известно о Линн? — перебил ее Крейс.

— Не знаю. Возможно. Зависит от того, что ей рассказал Фансворт. А почему вы спраши... Ой!

— Вот именно, ой!

— Хотите, я сейчас же отправлюсь в больницу? Побуду с Линн до вашего возвращения?

— За предложение спасибо, но в каком же качестве вы там появитесь, позвольте спросить? Ведь в ФБР вы уже не служите.

— Ну, поскольку все только и говорят, что агентом я была никаким, может, попробовать себя в качестве простой смертной, а?

Крейс от души рассмеялся, но принимать решение не торопился. Если он сам отправится в Блэксберг, то может прямиком угодить в ловушку. Однако если он будет бездействовать, а Мисти удастся добраться до Линн, то шансов у него не останется никаких. Картер против Мисти, конечно, просто пацанка, ей с этой змеюкой не справиться, и все же такой вариант лучше, чем вообще ничего. Тем более что Мисти даже в голову не придет воспринимать Картер всерьез, поэтому Дженет, предупрежденная и проинструктированная соответствующим образом, может быть, и сумеет хоть как-то ему помочь.

— Вот что я вам скажу, — проговорил наконец он. — Неподалеку от моей хижины живет один мой приятель. Некто Майка Уолл. У него есть телефон. И еще куча родичей. Они настоящие горцы. Очень приличные люди, хотя по их виду и не скажешь. Если Линн транспортабельна, попытайтесь забрать ее из больницы и передать на попечение Майки.

— Постараюсь, — без особой уверенности в голосе пообещала Дженет. — Если мне ее отдадут.

— Линн уже совершеннолетняя. Формально при отсутствии медицинских противопоказаний она может выписаться сама. Отвезите ее в мою хижину, убедитесь, что за вами нет слежки, и позвоните Майке. Он знает, что надо делать в таких случаях. Уверен, что даже Мисти будет непросто совладать с ним и его ребятами. Только делать все надо очень быстро.

— Я поняла. А теперь услуга за услугу. Похоже, я здесь единственная, кто придерживается мнения, что Макгаранд намерен взорвать бомбу в Вашингтоне. Мое начальство, ну, точнее, бывшее начальство, внезапно утратило к этому делу всякий интерес. Думаю, по указанию из штаб-квартиры ФБР. Если у вас в связи с этим есть хоть что-нибудь, хоть какие-нибудь доказательства, которые я могла бы представить Фансворту, тогда я могла бы потребовать у него организовать охрану Линн силами и средствами от ФБР.

— Для бывшего специального агента вы изумительно наивны. — Крейс сокрушенно покачал головой, словно Дженет могла его видеть. — Вашему боссу приказано помогать той очаровательной даме, что охотится за мной, а не чинить ей препятствия. И такой приказ пришел из штаб-квартиры ФБР, если не из самого министерства юстиции. Сдается мне, в данный момент Фансворт даже разговаривать с вами не станет.

— Но мощность взрыва в арсенале была просто чудовищной! И если что-либо подобное угрожает Вашингтону, мы обязаны принять меры!

— Послушайте, Картер. Если столице грозит взрыв бомбы, это проблема ваших бывших работодателей. Вернее, таким делом должно заниматься БАТО.

— Но там не хотят даже признавать подобной возможности. Во всяком случае, официально. Они твердят, что никаких прямых доказательств не существует. Ну, пожалуйста, может, вам хоть что-нибудь известно...

Крейс задумался. Судя по всему, Дженет находилась на грани отчаяния, даже после увольнения из ФБР она не могла выбросить это дело из головы. И он решился.

— Ладно, уговорили. Передайте своим бывшим начальникам, что Макгаранд выехал из Блэксберга на автоцистерне для транспортировки пропана. И именно ее я видел собственными глазами в арсенале, в здании электростанции.

— У него цистерна для перевозки газа? — не поверив своим ушам, переспросила Дженет.

— Послушайте, Картер, мне действительно пора сматываться. Запомните, что я вам скажу. Если Мисти для похищения Линн из больницы потребуется отвлекающий маневр, она, вероятнее всего, устроит там пожар. Так что будьте готовы. Прихватите с собой пистолет, если он у вас есть.

— Найду. И, будьте уверены, не промахнусь!

«Да уж, ты не промахнешься, — невесело усмехнулся про себя Крейс, — в ногу себе, может, и попадешь».

— Вот и отлично, — сказал он вслух. — И спасибо вам большое за Линн. Огромное!

— А вы не могли бы остановить Макгаранда?

— Остановить? Да я его даже найти не могу!

— Но если найдете, не думайте только о мщении, мистер Крейс. Вы можете предотвратить настоящую трагедию. Вы сказали, что у него автоцистерна для транспортировки пропана. А я думаю, он везет в ней чистый водород. То есть бомбу на колесах. И еще какую!

— Так вот что, по-вашему, значит услуга за услугу, Картер... Если я помешаю взрыву, то вы позаботитесь о моей дочери, так?

— Линн я постараюсь помочь в любом случае, мистер Крейс. А вы учтите: ваши враги очень надеются, что вы не измените своим принципам — око за око, кровь за кровь, отрубленные головы на кольях... Почему бы вам для разнообразия не попробовать проявить милосердие, совершить доброе дело? Ваших преследователей это собьет с толку.

— А знаете, Картер, уволившись на гражданку, вы стали более трезво мыслить.

— Эй!

— Что?

— Мы когда-нибудь перейдем на «ты»?

— Для этого мы пока мало знакомы. Все, мне пора.

Он повесил трубку, пнул попавшуюся под ноги пустую банку из-под кока-колы и зашагал к машине. Усевшись за руль, с треском захлопнул дверь. Пришло время определиться, как быть дальше. Сразу после увольнения он подготовил себе варианты отхода на тот случай, если ему потребуется срочно исчезнуть. Но до тех пор, пока не будет уверенности, что Линн в полной безопасности, он лишен свободы действий. Предстоящие сутки станут решающими. Мисти уже в Роаноке. Когда он предупреждал Дженет, что она может поджечь больницу, то нисколько не преувеличивал. Жаль, не успел проинструктировать Картер подробнее. Может, перезвонить? Нет, нельзя. Он использовал кредитку, значит, оглянуться не успеешь, как они выйдут на его след. Надо немедленно уезжать. А куда, сейчас не имеет большого значения.

Но что делать с Макгарандом? Становиться альтруистом в его годы уже поздно. С другой стороны, в тактическом плане Картер была права. Мисти и компания полагают, что он кинется бежать без оглядки, заляжет в свою нору, которую они уже, конечно, обнаружили. А если он вместо этого продолжит охотиться за Макгарандом, то для них подобный поворот событий станет неожиданностью. Да, но он уже изрядно поколесил в погоне за автоцистерной. И все тщетно. Ошибка его состояла в том, что он искал бомбу на колесах. А искать надо мишень, на которую она нацелена. Если Макгаранд собирается мстить за гибель сына в Техасе, есть только два варианта. И поразить любую из этих целей в принципе вполне возможно. Итак, в Вашингтон, решительно тряхнул головой Крейс. Он восстановил в памяти разговор с Картер, ее соображения и выводы. Для дилетантки у нее получается совсем неплохо.

* * *

Дженет положила трубку и вернулась в машину. Дома, когда эта гадюка освободила ей руки и ноги, пришлось снова долго стоять под душем, пока не удалось смыть всю облепившую тело липкую дрянь. В задумчивости Дженет медленно тронула автомобиль от открытого допоздна магазинчика, откуда звонила Крейсу. «Цистерна для транспортировки пропана, — размышляла она, — неужели это и есть водородная бомба...» При этой мысли по спине побежали мурашки. Эксперт из БАТО утверждал, что в арсенале произошел взрыв газа. А ведь в подобных автоцистернах как раз газ и перевозят, по крайней мере она так предполагала. Или пропан транспортируют в сжиженном состоянии? Черт! Но все-таки она была права. Крейс действительно шел по следу Макгаранда. И тот уже может быть в Вашингтоне. С автоцистерной, наполненной... Чем? Пропаном? Или водородом? Да какая разница... В любом случае эффект будет тот еще!

Вернувшись домой, Дженет обошла все комнаты и убедилась, что на этот раз ей не предстоит неожиданная встреча с незваными визитерами. Значит, никакого ситуативного чутья? Ладно, вернемся к нашим баранам. По словам Линн, бородач упомянул, что нашел подходящую цель. Что он хотел этим сказать? Дал понять, что ни в чем не повинные жители не пострадают? Дженет вдруг осенило. Он хочет взорвать штаб-квартиру ФБР! Именно ФБР руководило операцией в Техасе, когда его агенты при помощи и поддержке их меньших братьев из БАТО сожгли там пристанище сектантов.

Объятая нетерпением, Дженет взглянула на часы. Почти семь вечера. Прямо из кухни она позвонила в отделение ФБР в Роаноке, выслушала металлический голос автоответчика, набрала добавочный номер телефона в кабинете Фансворта. Там никто не отвечал, потом вновь включился автоответчик. Дженет со злостью бросила трубку на рычаг. Босс ведь давал ей номер своего домашнего телефона, вспомнила она. Проклятье, записная книжка осталась в кабинете! «В бывшем, милочка, не забывайся, теперь твой кабинет на кухне». Она принялась лихорадочно листать телефонную книгу. Фансворт среди абонентов не значился, все свои телефончики засекретил. Дженет еще раз позвонила в контору. Когда начал вещать автоответчик, она набрала еще три цифры, соединяясь с дежурным по отделению. Там тоже включился автоответчик, и она, еле сдерживая рвущуюся из нее ярость, продиктовала сообщение о том, что у нее есть срочная информация для резидента о возможной угрозе взрыва в штаб-квартире ФБР, и оставила номер своего телефона. Потом повесила трубку и трясущимися руками приготовила себе чашку кофе. Дежурный, которым оказался специальный агент из отдела по борьбе с мошенничеством Джим Уокер, перезвонил ей через пять минут.

— Передал боссу ваше сообщение, продиктовал номер телефона, — деловито проговорил он. — Только особо не надейтесь... Вы и вправду сегодня уволились?

— Да, уволилась. Но у меня есть новая информация.

— Ну-ну... Значит, вот что сказал босс: «Дженет Картер в ФБР более не работает, и одной из причин ее увольнения стала навязчивая идея об угрозе взрыва бомбы в Вашингтоне». Конец цитаты. У меня все.

Дженет страшно задело, что Уокер говорит с ней свысока, без малейшего дружелюбия в голосе. Однако она взяла себя в руки и, не выказывая раздражения, попросила его позвонить Фансворту еще раз.

— Да вы что, Картер! — перепугался Уокер.

— Пожалуйста, прошу вас. Понимаю, вы считаете меня невменяемой истеричкой. Но если взрыв действительно произойдет, готовы ли вы нести ответственность за то, что не передали по инстанции информацию чрезвычайной важности? Когда какой-нибудь независимый прокурор нагрянет с расследованием?

Уокер молчал, и Дженет почувствовала, что попала в точку. В ФБР нынче каждый оценивал свои поступки в свете того, что будет с ним или с ней, если дело развалится, следствие зайдет в тупик, а операция сорвется. И она решила развить успех.

— Позвоните еще раз Фансворту и скажите ему, что некто Браун Макгаранд отправился в Вашингтон на автоцистерне для транспортировки пропана. Водородная бомба, о которой идет речь, представляет собой отнюдь не термоядерное устройство. Он намерен устроить взрыв газа, в данном случае водорода, что и поднял на воздух электростанцию в арсенале.

— Тот самый взрыв в арсенале? Так там, по-вашему, была водородная бомба? Вы что... Нет, вы это серьезно?

— Прошу вас, Джим! Позвоните боссу, пожалуйста. Просто передайте ему в точности все, что я вам сейчас сказала. Если станет выговаривать за настырность, извинитесь, повесьте трубку, занесите разговор в журнал регистрации и продолжайте спокойно смотреть телевизор. Тогда в случае чего отвечать ему, а не вам, вы меня понимаете?

Уокер с явной неохотой согласился побеспокоить резидента еще раз и повесил трубку. Дженет тяжело вздохнула, она сделала все, что могла. Если они решат игнорировать ее предупреждение, пусть пеняют на себя. Она хотела было позвонить в штаб-квартиру ФБР, однако нужного номера не вспомнила. Он был в телефонном справочнике для служебного пользования, который, в свою очередь, хранился у нее в кабинете. «Нет у тебя уже никакого кабинета, — вновь пришлось ей одернуть себя. — Теперь с тобой произойдет то же самое, с чем сталкивается любой позвонивший в ФБР обыватель». Записанные на магнитофонную пленку вежливые голоса начнут футболить ее от одного номера к другому... Сейчас, когда она перестала быть частью самой могущественной в стране организации, жизнь у нее пойдет совсем по-другому. Удостоверение агента ФБР автоматически открывало перед ней любые двери, помогало решить все проблемы. А сегодня она просто Дженет Картер, лицо без определенных занятий.

Ей вдруг захотелось выпить чего-нибудь покрепче кофе. В глубине души Дженет надеялась, что вот-вот раздастся трель телефонного звонка, и она услышит голос Фансворта. Но он не звонил. Сколько еще можно ждать? Крейс особо предупредил, что если она хочет помочь его дочери, то должна действовать без промедления. Задача может оказаться не из легких, учитывая, что у нее больше нет удостоверения представителя органов правопорядка. Так что идея спрятать Линн у этих горцев, его друзей, совсем недурна и очень кстати.

В местном справочнике Дженет нашла номер телефона некоего М. Уолла, проживавшего, судя по указанному адресу, неподалеку от дома Крейса. Позвонила, подержала трубку, слушая протяжные гудки. На другом конце провода никто не отвечал. Она записала номер на клочке бумаги и сунула его в карман, одним глотком допила кофе и поднялась в спальню. Открыв комод, извлекла из-под вороха колготок «детектив спешл»[20], потом долго рылась во всех ящиках, пока не нашла кобуру. Проверив обойму, пристегнула ее на пояснице к поддерживающему джинсы ремню и прикрыла длинным свитером. Выскочив из дома, села в машину и поехала в Блэксберг.

Через сорок минут Дженет стояла у стойки приемного покоя окружной больницы, где дежурная сообщила ей, что Линн перевели из интенсивной терапии в отдельную палату на четвертом этаже. Она поднялась туда на лифте и, к своему величайшему облегчению, увидела, что полицейского поста у двери в палату Линн нет. Время посещения пациентов уже закончилось, однако Дженет повезло. Сидевшая за столиком в коридоре медсестра узнала ее по предыдущим визитам и приглашающим жестом указала на приоткрытую дверь. В палате стоял полумрак, Линн, похоже, дремала, но при появлении Дженет проснулась.

— Как вы себя чувствуете? — спросила Дженет, тихонько прикрывая за собой дверь.

— Получше, — ответила девушка. — Сегодня наконец приличной еды дали, а то все пичкали какой-то протертой отравой.

— Двигаться можете?

— Двигаться? В смысле, чтобы уйти отсюда?

— В том смысле, чтобы выписаться и уехать со мной. Согласно настоятельным указаниям вашего отца. За ним гонятся, и он не исключает, что будет предпринята попытка похитить вас с тем, чтобы заманить его в ловушку.

— Гонятся? За отцом? — Линн спустила ноги с кровати. — Но он ведь в отставке! Кто же его преследует? Почему?

— Линн, я все объясню в машине. Ваш отец предупредил меня, что счет идет даже не на часы, а на минуты! У вас здесь есть какая-нибудь одежда?

Девушка в полной растерянности оглядела комнату.

— Не знаю. Может, в шкафу?

Дженет открыла дверцу и заглянула в шкаф, где обнаружила вытертые джинсы, рубашку, куртку и грубые туристские ботинки. Ни белья, ни носок не было. Она протянула Линн вещи и деликатно отвернулась, чтобы позволить ей одеться. По замедленным движениям девушки было заметно, как она еще слаба, и Дженет даже пришлось завязать шнурки ее ботинок. В нескольких словах она рассказала Линн о том, что уволилась из ФБР из-за разногласий с начальством, и о Мисти.

При этих словах девушка вздрогнула и сжала руку Дженет.

— Как она выглядит?

Дженет описала, обратив особое внимание на пугающие черные глаза и отсутствующее, чуть ли не безжизненное выражение мертвенно-бледного лица.

— Черт, так она же у меня была, — растерянно прошептала Линн. — Только на ней был белый халат. Заходила час назад. Я, правда, подремывала, но лицо запомнила. Тут у меня врачи весь день сновали туда-сюда. Но ее я четко помню.

— И что ей было нужно?

— Не знаю. Просто стояла в дверях, и все. Я немного устала, меня с утра вертели по-всякому, то простукивали, то прощупывали... Так что лежала с полузакрытыми глазами, прямо на нее вроде как не смотрела. Но когда она меня разглядывала, я почувствовала: она знает, что я ее вижу. Жуткое ощущение!

Линн выглядела бледной и подавленной. Она присела на край кровати и оперлась руками на матрас.

— Мисти крайне опасна, — предупредила ее Дженет. — В машине расскажу все подробно, а сейчас надо уходить. Как бы нам еще часа три с бумажками всякими не пришлось провозиться...

И в этот момент в коридоре пять раз отрывисто рявкнула басовитая сирена, и голос по внутреннему радио объявил, что на втором этаже произошло короткое замыкание в электропроводке, и всему персоналу больницы предлагается приступить к эвакуации пациентов. Затем вновь пятикратный сигнал тревоги и повторный призыв очистить помещение. Коридор немедленно наполнился суматошным топотом спешащих людей.

— Быстрее! — Дженет приоткрыла дверь и выглянула в щелочку. — Ваш отец предупреждал, что именно так она и поступит. Устроит пожар и среди всеобщего переполоха попытается вас похитить.

У противоположной стены она увидела кресло-коляску, решительно шагнула в коридор и, ухватив кресло за металлическую спинку, втянула его за собой в палату.

— Поехали! — бросила она Линн.

Девушка устроилась в кресле, Дженет покрыла ей ноги пледом и выкатила в коридор. Она знала, что в случае пожарной тревоги первым делом отключают лифты, поэтому на лестницах сейчас начнется настоящее столпотворение. Они влились в вереницу медсестер и пациентов, некоторые из больных ковыляли самостоятельно, других везли в креслах-колясках, а двоих, с побелевшими под цвет больничных халатов лицами, даже на каталках. Все спешили в дальний конец коридора, где ярко горело красное табло запасного выхода. Внезапно свет в коридоре погас, через вентиляционные решетки ворвалась удушливая волна едкого дыма, толпа отозвалась нестройным встревоженным гулом и отдельными истерическими выкриками. На потолке тускло замерцали крошечные лампочки аварийного освещения, застывшие было на месте пациенты под всеобщий вздох облегчения вновь устремились к заветной цели.

Однако возле запасного выхода уже вовсю кипела свалка, и Дженет, без колебаний развернув кресло-коляску, покатила вцепившуюся в подлокотники Линн в обратную сторону. Под потолком зазмеились уже отчетливо видимые и все сгущающиеся пласты белесого дыма, от ядовитого запаха горящей пластмассы начали слезиться глаза.

— Ведь должен же быть еще один запасной выход! — озиралась на ходу по сторонам Дженет. — Вот только где?

— Попробуем пробиться к лифтам? — предложила Линн, словно в ознобе кутаясь в натянутый до подбородка плед.

— Да их до приезда пожарных никто включать не станет, — объяснила Дженет.

Клубы дыма уже стали настолько плотными, что скрыли от них дальний конец коридора, однако по доносившемуся оттуда злобному шуму было ясно, что паника у запасного выхода стремительно перерастает в неукротимый бедлам.

— Сейчас найдем палату с окном на улицу и переждем, пока весь этот бардак закончится, — решила Дженет. — В самом крайнем случае пожарники спустят нас по раздвижной лестнице.

Несколько долгих минут Дженет катала Линн по коридорам, распахивая все двери, что оказывались незапертыми. Наконец им попалась небольшая комната, судя по всему, лаборатория, с выходящими на автостоянку окнами. Оттуда доносилось завывание сирен. Запах дыма здесь был гораздо слабее, нежели в коридорах, тем не менее Дженет сразу же оглядела помещение в поисках полотенец, бинтов или ваты, чтобы заткнуть щель под дверью.

— Как самочувствие? — спросила она Линн, задвигая кресло-коляску в глубину лаборатории.

— Вроде ничего. Я бы вам помогла, только голова кружится.

— Сидите спокойно, отдыхайте. Объявили, что возгорание произошло на втором этаже. Мы на четвертом, до нас огонь дойти не успеет. Погасят моментально. Если дело в коротком замыкании, достаточно отключить электроэнергию.

И словно у стен были уши, при этих ее словах тихий ровный гул вентиляторов оборвался, аварийное освещение в коридоре погасло под звонкое щелканье реле, включающих автономное электропитание. На лице Линн появилось испуганное выражение, и Дженет попыталась ее успокоить.

— На самом деле это даже к лучшему, — тоном знатока заявила она. — Вентиляция только разгоняла дым по всему зданию. Сейчас заткну вот эту щель и открою окна.

В дальней стене лаборатории было три больших окна, через которые в нее проникал неяркий свет уличных фонарей, достаточный, впрочем, для того, чтобы ориентироваться в тесноватой комнате, заставленной жесткими кушетками. И хотя при отключенной вентиляции запах дыма не усиливался, Дженет, обнаружив бумажные полотенца, принялась заталкивать их в щель под дверью. Покончив с этой работой, прошлась по лаборатории. Наткнувшись на огнетушитель, поставила его на стол, чтобы был под рукой. На всякий пожарный, усмехнулась она невольному каламбуру. Комната осветилась красными сполохами проблесковых огней пожарных машин, которые, выныривая из-за угла больницы, под визг тормозов выстраивались на автостоянке в непонятном непосвященному порядке. Дженет попыталась открыть окна, но рамы не поддавались.

— Вот видишь! Через пару минут все будет в норме, — подбодрила она Линн. — А мы до появления пожарных переждем здесь.

— А эта женщина из ЦРУ?

Дженет вздрогнула. Про Терминаторшу она забыла напрочь. Забыла предупреждение Крейса. Забыла, что Линн видела ее у себя в палате. Черт! Она подскочила к двери и осмотрела замок, запереть его можно было лишь при наличии ключа. Она прижала ухо к матовому стеклу, вставленному в дверную створку, и прислушалась. Одни только приказы и распоряжения пожарных, разносимые установленными на одной из их машин громкоговорителями. Дженет поспешно поискала глазами что-нибудь подходящее для того, чтобы забаррикадировать вход, взгляд ее остановился на лабораторном столе. Она не без труда доволокла его до двери, но здесь ее ждало разочарование. Столешница оказалась дюйма на два выше дверной ручки.

— Надо приподнять один край, а другой задвинуть под ручку, — предложила Линн.

Она сбросила с колен плед, выбралась из кресла-коляски и неверной походкой добрела до Дженет, ее шатнуло, и девушка оперлась руками о столешницу. Вдвоем они кое-как приподняли стол, уперли дальний его конец в дверную створку под ручкой замка и осторожно опустили свой край. Дженет попробовала повернуть дверную ручку, но та была надежно заблокирована и едва поддалась под ее ладонью. Линн доковыляла до кресла-коляски и буквально рухнула на сиденье, смахивая со лба крупные капли пота.

— А пистолет у вас есть? — вдруг поинтересовалась она.

— А как же! — Дженет похлопала по слегка выпирающей из-под свитера кобуре.

— Если появится наша общая знакомая, стреляйте. Мне все эти похищения надоели. С меня хватит!

— А мы до прибытия пожарных дверь открывать не станем.

— Дождемся, пока их соберется побольше, ладно? Лично мне эта тварь показалась очень опасной. Вам бы лучше выбрать удобную огневую позицию. А я устроюсь в противоположном конце комнаты. Тогда ей придется иметь дело с двумя целями одновременно.

Дженет согласно кивнула. Хотя в небольшом помещении их рассредоточение и не давало столь уж ощутимого преимущества, Линн демонстрировала неплохое тактическое мышление.

— Это отец учил вас таким вещам? — улыбнулась она.

— Он воспитывал во мне ситуативное чутье. Брал с собой на охоту. Ох, вы бы видели его в лесу! Он мог подобраться к оленю так, что тот и не подозревал о его приближении, пока отец не похлопает его хворостинкой. — Линн пристально посмотрела на Дженет изучающим взглядом и неожиданно спросила: — А вы сможете выстрелить? В живое существо? В женщину?

Первым побуждением Дженет было заявить: мол, а чего тут такого, конечно, смогу, я ж агент ФБР как-никак. Однако в глубине души она осознавала, что сказать куда легче, чем сделать, и ответит она на этот вопрос лишь в тот момент, когда нажмет на спусковой крючок. Если нажмет.

— Если не сможете, лучше отдайте пистолет мне. — Линн заметила ее колебания и правильно оценила нерешительное молчание. — Она ведь за мной пришла. А меня больше никто не похитит, будьте уверены.

Дженет взглянула в лицо девушки, на котором застыла маска непреклонной решимости. «Да, папина дочка, вся в него, ничего не скажешь», — подумала она.

— Выстрелю, если придется, не сомневайтесь, — наконец проговорила она. — Просто я не собираюсь открывать пальбу по первому же, кто откроет дверь. У нас на этот счет существуют строгие правила.

— Отец всегда говорил мне, агент Картер, что люди, о которых идет речь, взяли себе за правило не признавать никаких правил. Если не уверены в себе, отдайте пистолет мне.

Дженет пожалела, что с ними нет Крейса. Стараясь припомнить, чему их учили в полицейской академии, она вновь осмотрела лабораторию, оценивая ее с тактической точки зрения. В ней находились четыре большие лабораторные стойки, единственный стол, которым они забаррикадировали дверь, несколько застекленных шкафов и два столика с установленными на них компьютерами. Свет в коридоре по-прежнему не горел, и местами комната оставалась в густой тени. В одном из таких темных уголков за стойкой притаилась Линн, Дженет прошла к противоположной стене, перевернула мусорную корзину и уселась на нее позади кушетки. Переложила на нее перед собой кипу папок с какими-то бумагами. Теперь, если она чуть-чуть наклонит голову, увидеть ее с порога будет почти невозможно. У нее же самой будет удобный упор для прицельной стрельбы.

— Вы ближе к двери, — окликнула она Линн. — Как только она покажется, заговорите с ней. А я постараюсь не высовываться. Заметите у нее оружие, скажите: «Вот это сюрприз!» А если она направит на вас такую маленькую блестящую штучку, немедленно зажмурьтесь.

— Вы обещали мне объяснить, что происходит, — отозвалась Линн.

Дженет, понизив голос, рассказала ей об обстоятельствах взрыва в арсенале, о дворцовых интригах, которые плетут вокруг этого дела заинтересованные ведомства, и то немногое, что знала о преследовательнице Крейса. Линн выслушала ее, не проронив ни слова, и это побудило Дженет задуматься о том, известно ли что-либо девушке о профессиональном прошлом ее отца. На стоянку продолжали подкатывать все новые пожарные машины. Дженет подивилась столь большому числу прибывающих пожарных команд, ей представлялось, что к этому времени локальное возгорание должны были уже ликвидировать.

— Может, нам пора дать о себе знать? — посоветовалась она с Линн. — Попробовать разбить окно, к примеру, а? Правда, нас могут и не услышать...

Линн вскинула руку, указывая на дверь. Дженет обернулась и увидела за матовым стеклом темный силуэт. Она упала на колено и тут же поняла, что в таком положении не видит дверную ручку. Вновь вскочила на ноги — как раз вовремя, чтобы заметить, как та слегка шевельнулась. Дженет выхватила из кобуры пистолет и, пригнувшись, замерла в напряженном ожидании. Силуэт за дверью исчез, и она с облегчением перевела дух. Но в этот момент стеклянная панель брызнула тысячью осколков, и пожарный в низко надвинутой каске, защитных очках и респираторе просунул в комнату наконечник брандспойта. Дженет распрямилась во весь рост, чтобы привлечь его внимание, и тот, к ее удивлению, мгновенно развернувшись, направил тугую струю воды прямо ей в лицо. Ее отбросило в угол, пистолет покатился по полу. Сжавшись в комок и прикрывая голову руками, Дженет пронзительно кричала что-то нечленораздельное в надежде, что пожарный поймет свою ошибку и прекратит нестерпимую пытку. И почти в ту же секунду поняла, что как раз этого-то он делать и не собирается...

Обрушивавшийся на нее под сногсшибательным напором поток внезапно оборвался, и Дженет кое-как поднялась на четвереньки, перед принявшими на себя первый удар глазами плыли расплывчатые пятна и тени. Из другого угла комнаты в стремительной последовательности раздались воинственный вопль Линн, недолгое клокочущее шипение и глухой стук удара. Через секунду Линн уже была рядом с Дженет, дергая ее за руку и пытаясь поставить на ноги. Тяжело опираясь на ее плечо, Дженет, пошатываясь и натыкаясь на кушетки и лабораторные стойки, доковыляла до двери. По дороге споткнулась о свой пистолет, нагнулась, чтобы его поднять, и чуть не рухнула лицом в пол. Наконец они выбрались в коридор, где свет единственного переносного прожектора едва пробивался сквозь плотную завесу обволакивающей все пространство дымной мглы. Пригибаясь, словно под вражеским огнем, они бросились прочь от лаборатории.

— Что там произошло? — спросила на бегу Дженет.

— Она сдернула респиратор, склонилась ко мне и так жутко


Содержание:
 0  Сезон охоты : Питер Дойтерман  1  Глава 1 : Питер Дойтерман
 2  Глава 2 : Питер Дойтерман  3  Глава 3 : Питер Дойтерман
 4  Глава 4 : Питер Дойтерман  5  Глава 5 : Питер Дойтерман
 6  Глава 6 : Питер Дойтерман  7  Глава 7 : Питер Дойтерман
 8  Глава 8 : Питер Дойтерман  9  Глава 9 : Питер Дойтерман
 10  Глава 10 : Питер Дойтерман  11  Глава 11 : Питер Дойтерман
 12  вы читаете: Глава 12 : Питер Дойтерман  13  Глава 13 : Питер Дойтерман
 14  Глава 14 : Питер Дойтерман  15  Глава 15 : Питер Дойтерман
 16  Использовалась литература : Сезон охоты    



 




sitemap