Детективы и Триллеры : Триллер : 15 : Иэн Рэнкин

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35

вы читаете книгу




15

– И с тех пор вы его не видели?

Женщина покачала головой. Беседа протекала в Форте – в ее квартире на пятом этаже высотного здания, стоящего на самой окраине Лейта. Из окон узкой гостиной, не будь они такими грязными, открывался бы великолепный вид на побережье. В комнате стоял стойкий запах кошачьей мочи и объедков, но Ребус не заметил ничего, что говорило бы о физическом присутствии кошек. Женщину звали Дженни Белл, она была подружкой Дики Даймонда в то время, когда он исчез.

Когда Белл открыла дверь, Баркли послал Ребусу взгляд, который будто говорил, что он понял, почему Даймонд так исчез. На Белл не было никакой косметики, серая одежда висела мешком. Шлепанцы разлезались по швам, зубов не хватало – от этого щеки у нее втянулись, а протезы, которыми она, по всей вероятности, пользовалась в разговорах с гостями, она почему-то не вставила. Поэтому трудно было разобрать, что она говорит, особенно Алану Уорду, сидевшему на подлокотнике дивана; он так сосредоточенно вслушивался в то, что говорит дама, что брови его слились в одну.

– Я его в глаза не видела, – начала Белл. – Иначе он бы у меня получил по полной.

– А что вообще подумали, когда он слинял? – спросил Ребус.

– Ну, наверное, что он кому-то должен.

– А он действительно остался должен?

– Конечно, и первой – мне, – ответила она, тыкая пальцем в свой непомерно пышный бюст. – Он вытянул у меня почти две сотни.

– За раз?

Она помотала головой.

– Да нет, сегодня возьмет, завтра возьмет, так и набралось.

– И сколько времени он вот так вымогал у вас деньги? – поинтересовался Баркли.

– Четыре, ну, может, пять месяцев.

– Он здесь жил?

– Временами.

Где-то – в соседней комнате, а может, в соседней квартире – играло радио. За стеной две собаки затеяли шумную возню. У Дженни Белл был включен электрообогреватель, отчего в комнате стояла духота. Уорд и Ребус немного выпили, но Ребуса это обстоятельство не сильно волновало, он полагал, что запах и пары алкоголя не повлияют на густые ядовитые испарения, наполнявшие комнату. Бобби Хоган дал им адрес Белл, но сам, извинившись и сославшись на неотложные дела, поехал к себе в участок. Ребус был на него за это не в претензии.

– Мисс Белл, – обратился он к женщине, сидевшей напротив, – вы когда-нибудь бывали вместе с Дики на стоянке фургонов?

– Несколько раз на выходных, – подумав, ответила она, искоса бросив на Ребуса хитрый, плотоядный взгляд. Отвратительных выходных, мысленно уточнила она. Ребус почувствовал, как Уорда непроизвольно передернуло, когда он представил себе все, что там происходило. Глаза Белл сузились. Она устремила пристальный взгляд на Ребуса. – А ведь я вас раньше где-то видела, может такое быть?

– Может, – согласился Ребус. – Я иногда захожу выпить в бар по соседству.

Она покачала головой:

– Это было давно. В баре…

– Так я и говорю…

– А разве вы были не с Дики?

Ребус отрицательно замотал головой; Уорд и Баркли смотрели на него с подозрением. А Хоган уверял, что памяти у Белл никакой. Как он ошибался…

– Давайте вернемся к фургонам, – настойчиво напомнил Ребус, – где именно они стояли?

– Где-то по дороге на Порт-Сетон.

– Вы ведь знали Рико Ломакса, верно?

– О да. Отличный парень этот Рико.

– И он всегда бывал вместе с Дики на вечеринках?

Она решительно кивнула.

– Жуткие были времена, – произнесла она с улыбкой. – Никаких соседей, не с кем затеять скандал.

– Не то что здесь, хотите сказать? – спросил Уорд: как раз в этот момент кто-то за стеной поднял крик, укоряя свое чадо.

– Сколько можно напоминать, что за собой надо убирать!

Белл посмотрела на стену.

– Да, не то что здесь, – подтвердила она. – Для начала в этих проклятых фургонах было намного просторнее.

– А что вы подумали, когда услышали, что Рико убит? – спросил Баркли.

Она пожала плечами:

– А чего тут думать-то? Рико, он Рико и есть.

– И кто же он?

– Вы хотите спросить, что в нем было, кроме потрясающей способности трахаться? – Она засмеялась, издавая горлом какое-то кудахтанье и обнажая бледно-розовые десны.

– А Дики знал об этом? – полюбопытствовал Уорд.

– Дики присутствовал при этом, - объявила она.

– И не возражал? – поразился Уорд.

Она ответила ему удивленным взглядом.

– Я думаю, – начал Ребус, давая Уорду время побороть смущение, – мисс Белл хочет сказать, что Дики тоже принимал участие.

Какое-то время Белл, улыбаясь, наблюдала, как Уорд воспринимает внесенное Ребусом уточнение. Потом снова закудахтала…


– В Сент-Леонарде есть душ? – поинтересовался Уорд, когда они ехали обратно.

– Считаешь, необходимо помыться?

– Все бы отдал, лишь бы полчасика потереться мочалкой под горячей водой. – Он с таким ожесточением стал чесать ногу, что Ребус и сам почувствовал зуд во всем теле.

– Этого образа мне не забыть до могилы, – вдруг объявил Баркли.

– Ты имеешь в виду Алана под душем?… – спросил Ребус.

– Да ты же отлично знаешь, черт возьми, о чем я, – сморщившись, пробормотал Баркли.

Ребус понимающе кивнул. Оставшуюся часть пути они проехали молча. Ребус задержался на парковке, сказав, что хочет покурить. После того как Уорд и Баркли ушли, он вытащил свой мобильник и позвонил в справочную, где ему дали номер компании «Калдер Фармаси» в Сайтхилле. Он знал одного из фармацевтов компании, парня по имени Чарльз Шанкс, жившего в Данфермлине и в свободное время обучавшего кикбоксингу. Когда ему ответили, он попросил к телефону Шанкса.

– Чарльз? Это Джон Ребус. Скажи, у фармацевтов есть что-то похожее на клятву Гиппократа?

– А зачем? – В голосе слышалась насмешка… и легкая подозрительность.

– Просто хочу узнать, не у тебя ли берет методон один конченый торчок по имени Мэлки Тейлор?

– Честно говоря, Джон, не уверен, что смогу тебе чем-то помочь.

– Все, что мне надо, так это узнать, нормально ли он себя ведет, соответствует рамкам программы?…

– С ним все в порядке, – ответил Шанкс.

– Спасибо, Чарльз. – Закончив разговор, Ребус опустил мобильник в карман и пошел в участок. Фрэнсис Грей и Стью Сазерленд сидели в комнате для допросов и разговаривали с Баркли и Уордом.

– А где Джаз? – спросил Ребус.

– Он сказал, что пойдет в библиотеку, – ответил Сазерленд.

– Зачем?

Сазерленд пожал плечами, предоставив возможность ответить Грею.

– Джаз считает, что не помешает знать, что происходило в мире в то время, когда грохнули Рико и исчез мистер Даймонд. Ну а каковы ваши успехи в Лейте?

– Бар «Зомби» превратился в заведение самого низкого пошиба, – начал Уорд. – Мы побеседовали с прежней подружкой Дики. – Он изобразил на лице гримасу, которая должна была дать Грею понять, что он о ней думает.

– Ну и квартирка у нее! Грязная, запущенная, вонючая, – добавил Баркли. – Я всерьез подумываю, не купить ли какое-нибудь дезинфицирующее средство.

– Кстати сказать, – игриво заметил Уорд, – мне кажется, в далеком и туманном прошлом она оказывала Джону кое-какие услуги.

Грей удивленно поднял брови:

– Это правда, Джон?

– Ей показалось, что она меня узнала, – отмахнулся Ребус. – Но она обозналась.

– А она считает иначе, – настаивал Уорд.

– Джон, – взмолился Грей, – скажи честно, ты когда-нибудь трахал подружку Дики Даймонда?

– Я никогда не трахал подружку Дики Даймонда, – твердо сказал Ребус.

В этот момент открылась дверь и вошел Джаз Маккалоу. Он выглядел усталым, одной рукой тер глаза, а во второй держал кипу бумаг.

– Рад это слышать, – объявил он, имея в виду только что произнесенные Ребусом слова.

– Ну и что ты нашел в библиотеке? – спросил Стью Сазерленд таким тоном, словно был уверен, что Джаз не подходил к ней ближе чем на сто ярдов.

Джаз бросил бумаги на стол. Это были копии газетных статей.

– Смотрите сами, – прибавил он. Когда они разобрали листы со стола, он стал излагать свои аргументы. – В Туллиаллане у нас были газетные вырезки, но в них была информация исключительно об убийстве Рико, а расследовалось оно в Глазго.

Все сводилось к тому, что газета, выходящая в Глазго, – «Гералд» – освещала дело более полно, чем конкурирующие издания, выходящие на Западном побережье. А теперь, просмотрев газету «Шотландец», Джаз нашел несколько кратких упоминаний об «исчезновении местного жителя Ричарда Даймонда». Рядом с одной заметкой была помещена крупнозернистая фотография, на которой был изображен Даймонд, выходящий из зала суда и застегивающий клетчатый пиджак. Выглядел он так: давно не стриженные пряди закрывают уши, рот широко раскрыт, острые зубы выдаются вперед, косматые брови похожи на вытянутые в длину кочки, длинное костлявое тело, на шее что-то похожее на угревую сыпь.

– Красавец, ничего не скажешь, а? – заключил Баркли, откладывая фото.

– Ну и что нового для нас в этой кипе? – спросил Грей.

– Здесь сказано, что О.-Дж. Симпсон намерен разобраться с убийцей своей жены [25], – объявил Там Баркли.

Ребус посмотрел на первую полосу газеты. На ней был портрет спортсмена после его оправдания на суде. Номер был за среду 4 октября 1995 года.

– «Растет надежда, что тупиковое положение в Ольстере разрешится», – прочел Уорд следующий заголовок. Он обвел глазами всех, кто сидел за столом. – Это радует.

Джаз взял еще одну газету и разложил перед собой.

– Полиция оказалась несостоятельной в охоте на насильника, совершившего преступление в доме пастора.

– Это я помню, – сказал Там Баркли. – Тогда еще привлекли офицеров из Фолкерка.

– И из Ливингстона, – добавил Стью Сазерленд.

Джаз протянул газету Ребусу:

– А ты помнишь, Джон?

Ребус кивнул.

– Я тоже был в команде. – Он взял протянутую Джазом копию заметки и начал читать.

В газете говорилось о том, что в ходе расследования полиция исчерпала все возможности, так и не добившись никаких заметных результатов. Прикомандированных офицеров направляли назад в свои подразделения. Основная группа, состоящая из шести офицеров, будет продолжать тщательно обрабатывать информацию и отрабатывать новые версии. Из этих шестерых в конечном итоге осталось трое. И среди них Ребус. О самом преступлении в заметке говорилось не много. Столь жестокого преступления Ребусу не довелось видеть за все годы службы в полиции. Дом пастора стоял в Мюррейфилде, зеленом Мюррейфилде с его большими дорогими

домами и чистыми улицами. Вероятнее всего, первым этапом преступления было проникновение в дом со взломом. В результате налета было украдено серебро и другие ценные вещи. Самого пастора дома не было, он в это время навещал прихожан. Дома была его жена. Ранний вечер, освещение еще не включено. Вероятно, именно поэтому нападавший – судя по словам жертвы, он был один – и выбрал этот дом. Дом, стоящий рядом с церковью, скрытый за высокой каменной стеной и окруженный деревьями, был как бы отделен от внешнего мира. Нет освещения – значит, дома никого нет.

Будучи слепой, жертва не нуждалась в освещении. Она была наверху, в ванной комнате. Звон разбитого стекла. Она в это время наполняла ванну, возможно, и ослышалась. А может быть, это на улице шалили ребята и разбили бутылку. В доме была собака, но супруг взял ее с собой выгулять.

Она почувствовала сквозняк с лестницы. В вестибюле рядом с входной дверью был телефон, но она, поставив ногу на верхнюю ступеньку, услышала, как внизу скрипнула доска. Поэтому решила воспользоваться телефоном, стоящим в спальне. Она уже почти дотянулась, когда он нанес удар и, схватив за запястье, вывернул ей руку так, что она упала на кровать. Ей казалось, что она слышала щелчок выключателя прикроватной лампы.

– Я слепая, – взмолилась она. – Пожалуйста, не надо…

Но это его только распалило; закончив, он самодовольно рассмеялся, и этот смех стоял у нее в ушах все время, пока шло расследование. А как не посмеяться, ведь она не сможет его опознать. Изнасиловав ее, он сорвал с нее всю одежду, нанося жестокие удары по лицу, когда она кричала. Он не оставил ни одного отпечатка пальцев, лишь несколько волокон ткани с одежды и лобковый волос. Он смахнул телефон на пол и растоптал. Забрал всю наличность, мелкие фамильные драгоценности из шкатулки на ее туалетном столике. Ничего из украденного так и не всплыло.

Он не произнес ни слова. Она имела лишь смутное представление о его росте и весе, но не могла сказать ничего о том, как он выглядит.

С самого начала полиция решила не разглашать появляющиеся у следствия версии. Они принялись за дело с величайшим усердием. Бизнес-сообщество выделило пять тысяч фунтов в качестве награды за информацию. Лобковый волос дал полиции код ДНК, однако в то время базы данных пептидных карт ДНК еще не существовало. Поэтому сначала требовалось изловить преступника и только после этого проводить сравнительный анализ ДНК.

– Ситуация была скверная, – задумчиво произнес Ребус.

– Так этого мерзавца все-таки поймали или нет? – спросил Фрэнсис Грей.

Ребус кивнул.

– Где-то через год. Он снова проник в квартиру и изнасиловал находившуюся в ней женщину. Это произошло в Брайтоне.

– Сравнительный анализ ДНК? – предположил Джаз.

Ребус снова кивнул.

– Надеюсь, он сгниет в аду, – морщась от омерзения, воскликнул Грей.

– Он уже давно там, – успокоил его Ребус. – Его звали Майкл Вейч. Его зарезали в тюрьме уже через неделю. – Он пожал плечами. – Так уж получилось, что тут сказать?

– Да, так уж получилось, – повторил Джаз. – Я иногда думаю, что в тюрьме больше справедливости, чем в наших судах.

Ребус понимал, что своим рассказом он лишь положил начало, а теперь надо сказать: Ты прав… помнишь того бандюка, которого поставили на ножи в Барлинни? Кстати, его звали Берни Джонс. Но это было бы слишком. Скажи он так, это бы их вспугнуло, заставило быть настороже. Поэтому он сдержался и промолчал, прикидывая в уме, выпадет ли еще такой шанс.

– Во всяком случае, он получил то, что заслужил, – объявил Сазерленд.

– Но это не послужило утешением его жертве, – глядя на него, произнес Ребус.

– Но почему, Джон? – спросил Джаз.

Ребус посмотрел на него, а потом взял со стола еще один лист.

– Если бы ты просмотрел газеты еще за несколько недель, то обнаружил бы, что она покончила с собой. Перед этим она вела абсолютно уединенную жизнь. Не могла примириться с мыслью, что он еще где-то существует…

Ребус много дней занимался расследованием того, что произошло в пасторском доме. Проверял версии, подброшенные информаторами, желающими получить вознаграждение. Проверял все, даже самые слабые подозрения…

– Скотина, – с тяжелым вздохом прошипел Грей.

– Сколько еще жертв! – покачал головой Уорд. – А мы заморочились на этом поганом хапуге Рико Ломаксе…

– Похоже, работаем на износ? – Это сказал Теннант, стоящий в дверях. – Вы, наверно, здорово продвинулись, и я скоро смогу отрапортовать об этом начальству?

– Мы стартовали, сэр, – ответил Джаз уверенным голосом, однако глаза его свидетельствовали об обратном.

– На данный момент вы работаете с большим числом газетных публикаций, – отметил Теннант, всматриваясь в лежащие на столе фотокопии.

– Я просматривал их на предмет установления возможных взаимосвязей, – пояснил Джаз. – Вдруг в это время кто-то пропал или были обнаружены неопознанные тела.

– Ну и?

– Пока ничего, сэр. Хотя, мне сдается, я понял, почему детектив Ребус не проявил себя чрезвычайно полезным сотрудником, когда из Глазго прибыло подкрепление из Управления уголовных расследований.

Ребус недоуменно посмотрел на него. Неужто и вправду знает? Ведь Ребус здесь для того, чтобы неотрывно наблюдать за этим трио, а каждый их шаг, кажется, направлен только на то, чтобы не дать ему выполнить свою задачу. Сначала Рико Ломакс, теперь изнасилование в Мюррейфилде. Ведь между этими преступлениями существовала связь… и этой связью был сам Ребус. Нет, не только Ребус… Ребус и Кафферти… И если правда выплывет наружу, то на карьере Ребуса можно ставить точку.

Это будет почище автокатастрофы.

– Дальше, – приказным тоном потребовал Теннант.

– Его перебросили на другое расследование, сэр, перебросили вопреки желанию. – Джаз протянул Теннанту газетную публикацию об изнасиловании.

– А, помню, – задумчиво проговорил Теннант. – Ты ведь тогда сделал все возможное, Джон?

Ребус кивнул:

– Меня отстранили и перебросили на дело Дики Даймонда.

– Несмотря на твое нежелание?

– Несмотря на мое явное нежелание, сэр. Как я и говорил, я, как мог, помогал команде следователей из Глазго.

Теннант задумчиво промычал что-то невнятное.

– Ну так как, по-вашему, детектив Маккалоу, приближает это нас к раскрытию дела мистера Даймонда?

– По все вероятности, нет, сэр, – откровенно признался Джаз.

– Трое из нас ездили в Лейт, сэр, – неожиданно высоким голосом произнес Алан Уорд. – Для того чтобы побеседовать с двумя людьми, знавшими его. Возможно, Даймонд делил свою подругу с Рико Ломаксом, по крайней мере, об одном таком эпизоде нам известно.

Теннант молча уставился на него. Уорд слегка занервничал.

– Это произошло в фургоне, – продолжал он, стреляя глазами то в Ребуса то в Тама, ожидая поддержки. – Джон и Там тоже там были.

Брови Теннанта взметнулись вверх.

– В фургоне?

Громовой хохот раскатился по комнате, Уорд покраснел как рак.

– В Лейте, сэр.

Теннант повернулся к Ребусу:

– Полезная поездка, детектив Ребус?

– Чем-то похоже на рыбалку, бывали результаты и похуже.

Теннант снова задумался.

– Кстати о фургоне: есть хоть какой-то смысл этим заниматься?

– Возможно, есть, сэр, – ответил молчавший до сих пор Там Баркли. – Мне кажется, тут что-то есть, и мы должны докопаться до сути.

– Флаг вам в руки, – ободряюще произнес Теннант и, повернувшись к Грею и Сазерленду, спросил: – А вы в это время?…

– Работали на телефоне, – с достоинством отрапортовал Грей. – Пытались найти других подельников Даймонда.

– И тем не менее выкроили достаточно времени для прогулок, не так ли, Фрэнсис?

Поняв, что попал впросак, Грей почел за лучшее промолчать.

– Замначальника участка Темплер говорит, что вы суете нос в ее расследование.

– Да, сэр.

– Ей это совсем не нравится.

– И она пришла к вам поплакаться, сэр? – насмешливо-вызывающим тоном спросил Уорд.

– Нет, детектив Уорд… Как и положено, она просто поставила меня в известность, только и всего.

– Есть мы, и есть они, - не унимался Уорд, его взгляд метался по лицам Дикой орды, сидящей вокруг стола.

Ребус понял, что он имел в виду: это уже была не команда, а скорее группа, в которой налицо противостояния разных точек зрения.

Есть мы… и есть они.

Ребус этого не ощущал. Наоборот, в глубине души он чувствовал себя оторванным от всех. Ведь он был кротом, которого забросили, чтобы он повел за собой группу, а вместо этого он раскручивает дело, и, если успешно его завершит, для него это будет концом.

– Прошу считать это предупреждением, – обратился Теннант к Грею.

– Если я вас правильно понял, мы не должны относиться друг к другу по-братски? – спросил Грей. – Мы теперь вроде колонии прокаженных, так, что ли?

– Мы здесь потому, что нам оказала любезность заместитель начальника Темплер. Это ее участок. И если вы хотите пройти положенный курс… – Он на секунду замолчал, давая им время подготовиться к тому, что он скажет дальше. – Вы будете делать в точности то, что вам сказано, ясно?

Послышалось недовольное ворчание, в котором отчетливо улавливалось вынужденное согласие.

– А теперь за работу, – объявил Теннант, взглянув на часы. – Я еду обратно и надеюсь увидеть вас всех в Туллиаллане сегодня вечером. Вы остаетесь в городе и помните, что вы находитесь здесь только потому, что я за вас поручился…

После его ухода они некоторое время сидели, глядя в пространство и друг на друга, обдумывая, что делать дальше. Первым заговорил Уорд:

– Этому парню следовало бы сниматься в порнофильмах.

Баркли нахмурился:

– Это еще почему, Алан?

Уорд посмотрел на него.

– Скажи мне, Там, когда ты последний раз видел член такого большого размера?

Хохот частично снял напряжение. Но Ребус не чувствовал желания смеяться. Он мысленно представлял себе, как слепая женщина вдруг ощущает руку незнакомца, сжимающую ее грудь. О том, какой ужас она при этом испытала. В то время ему не давал покоя один вопрос, и он даже обращался за ответом к психологу: «Кому в такой ситуации должно быть хуже – слепой или зрячей?»

Психолог лишь покачал головой, не в силах дать ответ. Тогда Ребус, придя домой, сделал повязку и крепко завязал глаза. Он выдержал двадцать минут, потом плюхнулся в кресло, ноги были в синяках; он плакал, пока не заснул.

Сейчас он решил дать себе перерыв и пошел в туалет. Грей посоветовал ему строго придерживаться курса и не подходить слишком близко к «настоящим детективам». Когда он вошел в туалет, Дерек Линфорд, стоя у умывальника, стряхивал воду с рук.

– Нет полотенец, – объяснил он Ребусу и стал рассматривать свое отражение в зеркале.

– Я слышал, ты теперь сидишь в моем кресле? – сказал Ребус, подходя к писсуару.

– Не думаю, что у нас есть темы для разговора, не согласен?

– Вполне согласен.

Молчание длилось примерно с полминуты.

– У меня сейчас допрос.

Линфорд не мог удержаться, чтобы не сообщить об этом Ребусу. При этом он старательно заправлял прядь волос за ухо.

– Не смею задерживать, – отозвался Ребус.

Стоя лицом к писсуару, он буквально ощущал, как взгляд Линфорда сверлит ему спину. Дверь туалета раскрылась и снова закрылась. Пришел Джаз. Он начал было представляться Линфорду, но тот перебил:

– Прошу прощения, в комнате для допросов меня ждет подозреваемый.

Когда Ребус застегнул молнию на штанах, Линфорда в туалете уже не было.

– Я сказал что-нибудь не то? – растерянно спросил Джаз.

– Линфорд в рабочее время уделяет внимание только тем, кому он, по его мнению, должен лизать задницу.

– Перспективный карьерист, – со злобой сказал Джаз и понимающе кивнул. Подойдя к раковине, он вымыл руки под струей холодной воды. – Напомни, а то я позабыл, как называется эта песня группы «Клэш»?…

– «Перспектива карьерного роста» [26].

– Точно. Я всегда чувствовал какую-то неприязнь к «Клэш»: слишком все у них старо, и никакой политики.

– Понимаю, что ты имеешь в виду.

– Если группа хорошая, так она хороша во всем.

Ребус смотрел на озадаченное лицо Джаза: полотенца кончились, и вытереть руки было нечем.

– Экономят, – объяснил Ребус.

Джаз, вздохнув, вытащил из кармана носовой платок.

– В тот вечер, ну, помнишь, когда мы столкнулись… это была твоя подружка, да? – Он подождал, пока Ребус кивнул. – Сейчас у вас все нормально?

– Не совсем.

– Они ведь никогда не скажут, что довольны тобой, верно? А ведь если ты коп, любовная жизнь не может быть нормальной.

– Но ведь ты все еще женат.

Джаз кивнул.

– Женат, но это нелегкое дело, согласен? – Он замолчал. – Это дело об изнасиловании на тебя подействовало, я это заметил по твоим глазам. Когда ты читал газетную публикацию, ты словно опять погрузился в эти события.

– И не сосчитать, сколько таких случаев подействовало на меня за эти годы, Джаз.

– Почему ты все принимаешь так близко к сердцу?

– Не знаю. – Ребус секунду помолчал. – Может, потому, что я привык быть хорошим копом.

– Хорошие копы, Джон, отделяют себя от реальности барьером.

– А сам ты так делаешь?

Джаз помедлил с ответом.

– Работа прежде всего. Но она не должна быть причиной бессонницы, и ее ни с чем нельзя смешивать.

Ребус понял, что это удобный случай.

– А ты знаешь, мне тоже начали приходить в голову подобные мысли… Может, уже слишком поздно: ведь мне скоро в отставку.

– В смысле?

– В том, что, кроме жалкой пенсии, мне уже ничего не светит. Работа отняла у меня жену, ребенка… почти всех друзей, которые у меня были…

– Да… веселого мало.

Ребус кивнул:

– А что взамен?

– Ты позабыл про проблемы с алкоголем и нарушением дисциплины?

Ребус улыбнулся:

– А кроме этого, что еще?

– На этот вопрос, Джон, я ответить не могу.

Они помолчали, и после паузы Ребус задал давно подготовленный вопрос:

– А ты когда-нибудь переступал границу дозволенного, Джаз? Я не имею в виду мелочи, здесь мы все грешны… Я имею в виду нечто большее, что-то такое, с чем тебе пришлось бы учиться жить по-другому?

Джаз внимательно посмотрел на него:

– А у тебя такое было?

Ребус поднял указательный палец.

– Я ведь первый спросил.

Лицо Джаза стало мрачным и задумчивым.

– Возможно, – сказал он. – Однажды такое и случилось.

Ребус сочувственно кивнул:

– А ты когда-нибудь хотел повернуть все вспять и сделать так, чтобы этого не было?

– Джон… – Джаз осекся и после недолгой паузы спросил: – Мы говорим обо мне или о тебе?

– Мне думается, мы говорим сейчас о нас обоих.

Джаз подошел на полшага ближе.

– Тебе что-то известно о Дики Даймонде, скажи? Может быть, даже об убийстве Рико?…

– Возможно, – согласился Ребус. – Так это и есть, Джаз, твоя самая большая тайна? А что, мы с тобой сами не можем в этом разобраться? – Ребус почти перешел на шепот, как бы вызывая этим Джаза на откровенность.

– Я ведь почти тебя не знаю, – сказал Джаз.

– А мне кажется, мы уже достаточно хорошо знаем друг друга.

– Я… – Джаз сглотнул слюну. – Ты пока еще не готов, – произнес он, посмотрев на Ребуса как-то по-особому.

– Я не готов? Да о чем ты, Джаз?

– Джон… я не знаю, кто ты такой…

– Я постоянно думаю, как сделать мою жизнь на пенсии более безопасной. Дело в том, что мне нужна помощь, помощь тех, которым я могу доверять.

– Мы говорим о чем-то незаконном? Ребус утвердительно кивнул:

– Надо будет снова нарушить закон.

– И насколько это рискованно?

– Не очень, – подумав, ответил Ребус. – Вероятно, средняя степень риска…

Джаз уже открыл было рот для ответа, но в этот момент дверь туалета распахнулась и вошел Джордж Силверз.

– Привет, джентльмены, – с радушной улыбкой произнес он.

Ни Ребус ни Джаз не ответили на его приветствие, поскольку не могли расцепиться взглядами. Потом Джаз, склонившись к Ребусу, прошептал: «Поговори с Фрэнсисом», – и поспешно вышел. Силверз вошел в кабинку, но сразу же выскочил обратно.

– Черт возьми, нет бумаги! – закричал он, вне себя от раздражения. – А что это тебя так рассмешило?

– У нас большой прогресс, Джордж, – объявил Ребус.

– Значит, ты преуспел больше, чем вся наша компания, – пробормотал Силверз и скрылся в другой кабинке, захлопнув за собой дверь.


Содержание:
 0  Заживо погребенные : Иэн Рэнкин  1  1 : Иэн Рэнкин
 2  2 : Иэн Рэнкин  3  3 : Иэн Рэнкин
 4  4 : Иэн Рэнкин  5  5 : Иэн Рэнкин
 6  6 : Иэн Рэнкин  7  7 : Иэн Рэнкин
 8  8 : Иэн Рэнкин  9  9 : Иэн Рэнкин
 10  10 : Иэн Рэнкин  11  11 : Иэн Рэнкин
 12  12 : Иэн Рэнкин  13  13 : Иэн Рэнкин
 14  14 : Иэн Рэнкин  15  вы читаете: 15 : Иэн Рэнкин
 16  16 : Иэн Рэнкин  17  17 : Иэн Рэнкин
 18  18 : Иэн Рэнкин  19  19 : Иэн Рэнкин
 20  20 : Иэн Рэнкин  21  21 : Иэн Рэнкин
 22  22 : Иэн Рэнкин  23  23 : Иэн Рэнкин
 24  24 : Иэн Рэнкин  25  25 : Иэн Рэнкин
 26  26 : Иэн Рэнкин  27  27 : Иэн Рэнкин
 28  28 : Иэн Рэнкин  29  29 : Иэн Рэнкин
 30  30 : Иэн Рэнкин  31  31 : Иэн Рэнкин
 32  32 : Иэн Рэнкин  33  33 : Иэн Рэнкин
 34  34 : Иэн Рэнкин  35  Использовалась литература : Заживо погребенные



 




sitemap