Детективы и Триллеры : Триллер : 25 : Иэн Рэнкин

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35

вы читаете книгу




25

Когда Ребус, войдя в обеденный зал, увидел за одним столом всех пятерых членов Дикой орды, время завтрака уже заканчивалось. Он с трудом втиснулся в пространство между Стью Сазерлендом и Тамом Баркли.

– Так что там все-таки с Дики Даймондом? – спросил Баркли.

– Вчера ночью его задушили, – ответил Ребус, не отрывая взгляда от своей тарелки.

Баркли удивленно присвистнул:

– И что, нам теперь придется и это расследовать?

– Нет, этим будет заниматься Лейт, – успокоил его Ребус. – Тело было извлечено из воды в районе пристани.

– Но ведь здесь может быть связь с делом Ломакса, – возразил Баркли, – а им занимаемся мы.

– Черт возьми, – задумчиво произнес Сазерленд, до этого молча слушавший да качавший головой, – а ведь еще вчера мы с ним говорили.

– Да, забавное совпадение, – подтвердил Ребус.

– Джон считает, что это дело рук кого-то из нас, – неожиданно выпалил Алан Уорд.

У Сазерленда отвисла челюсть, и несколько мгновений он так и сидел с разинутым ртом, набитым недожеванной яичницей с беконом. Закрыв рот, он повернулся к Ребусу.

– Это правда, – подтвердил Ребус. – Даймонда задушили тем же способом, который демонстрировал Фрэнсис в комнате для допросов.

– Пожалуйста, не надо скоропалительных выводов, – взмолился Джаз.

– Точно, – поддержал его Баркли, – такие повороты годятся для мультфильмов о Супермене.

– Джон, ну подумай хоть одну минуту, – канючил Джаз. – Попытайся трезво взглянуть на вещи…

Ребус искоса бросил взгляд на Грея, сосредоточенно намазывающего тост маслом.

– Ну а ты что скажешь, Фрэнсис?

Прежде чем ответить, Грей пристально посмотрел на Ребуса.

– Я думаю, это просто навязчивая идея, запавшая тебе в голову… Ты потерял способность мыслить здраво. Может быть, пара дополнительных занятий с крошкой Андреа приведут твою голову в порядок.

Он потянулся за чашкой кофе, чтобы запить тост.

– Джон, а ведь он прав, – поддержал Грея Баркли. – Ну за каким бесом кому-то из нас убивать Дики Даймонда?

– Да потому, что ему было кое-что известно.

– Что, например? – спросил Стью Сазерленд.

Ребус медленно покачал головой.

– Если ты что-то знаешь, – манерно растягивая слова, произнес Грей, – так давай выкладывай, не стесняйся.

Ребус вспомнил, как всячески намекал Грею, – мол, я не только знаю Дики лучше, чем ты думаешь, но и Дики кое-что знает о смерти Рико Ломакса. И теперь в словах Грея ему слышалась явная угроза: будешь наезжать, я тоже не стану молчать. Но ребус предвидел такой оборот и был уверен, что у Грея нет на него ничего такого, что могло бы ему повредить.

Если, конечно, ему не удалось выбить из Пса Даймонда кое-какие признания…

– Доброе утро, сэр, – внезапно выпалил Джаз, глядя куда-то поверх головы Ребуса.

Теннант подошел к Ребусу сзади и побарабанил ему пальцами по плечу.

– До меня, джентльмены, дошли слухи, что ситуация несколько изменилась. Вы, детектив Ребус, присутствовали при вскрытии, так, может, введете нас в курс дела? Насколько мне известно, детектив Хоган еще не определился в отношении подозреваемых и готов рассмотреть наши выводы и предложения.

– Мне кажется, сэр, – подал голос Баркли, – это новое дело принадлежит нам по праву первой ночи, ведь не исключено, что оно связано с делом Ломакса.

– Баркли, не забывайте, мы – подразделение, действующее неофициально.

– Но ведь и в таком формате мы работаем достаточно успешно, – возразил Джаз.

– Ну, как сказать…

– Но вы ведь не будете возражать, чтобы Лейт получил в помощь пару толковых сотрудников?

– Откуда такая уверенность, что всем нужна ваша помощь? – пробурчал Ребус себе под нос.

– Простите, не расслышал… – переспросил Теннант.

– Нет смысла вмешиваться в это дело, сэр, если даже мотивы не установлены. Мы будем только мешать расследованию, а вовсе не помогать.

– Не уверен, что до конца понял, к чему вы клоните.

Зато Ребус был в этом совершенно уверен, потому что почувствовал, как в него буквально впились три пары сердитых глаз.

– Хочу обратить ваше внимание, сэр, что Дики Даймонда задушили, а когда мы еще днем его допрашивали, детектив Грей немного увлекся и тоже нехило его придушил.

– Это правда, детектив Грей?

– Детектив Ребус преувеличивает, сэр.

– Вы прикасались к свидетелю руками?

– Сэр, он откровенно над нами издевался.

– По-моему, сэр, – встрял Стью Сазерленд, – Джон делает из мухи слона.

– Муха может завести так же далеко, как и слон, – нравоучительным тоном проговорил Теннант. – А вы что скажете, детектив Грей?

– Да Джона попросту заклинило, сэр. Все знают, что он склонен принимать любое дело слишком близко к сердцу. Прошлую ночь я провел вместе с детективами Маккалоу и Уордом. Они могут поручиться за меня.

Оба свидетеля уже с готовностью кивали головой.

– Джон, – обратился Теннант к Ребусу, – ваше обвинение против детектива Грея основано на чем-либо, кроме того, что вы, по вашим словам, видели в комнате для допросов?

Ребус взвесил все, что мог бы сейчас сказать. Но не сказал ничего, а только покачал головой.

– Вы хотите взять назад свое обвинение?

Уставившись в тарелку с едой, до которой он так и не дотронулся, Ребус медленно кивнул.

– Вы уверены? Если Управление уголовных расследований Лейта все-таки обратится к вам за помощью, я должен быть уверен в том, что вы отправитесь туда как единая команда.

– Да, сэр, – выдавил из себя Ребус.

Теннант указал пальцем на Грея:

– Жду вас наверху через пять минут. Остальным – заканчивать завтрак. Встречаемся через пятнадцать минут. Я пока свяжусь с детективом Хоганом и выясню, в каком состоянии на данный момент находится дело.

– Спасибо, сэр, – сказал Джаз Маккалоу вслед Теннанту, который уже шел к двери.

В оставшееся время завтрака с Ребусом никто не разговаривал. Грей ушел первым, сразу же следом за ним ушли Уорд и Баркли. Джаз, казалось, специально задерживался, чтобы не оставлять Ребуса наедине со Стью Сазерлендом, но тот пошел налить себе кофе. Когда он вставал из-за стола, Джаз впился взглядом в Ребуса, но Ребус внимательно рассматривал яичницу у себя на тарелке. Сазерленд снова сел, поставив перед собой полную чашку, затем поднес ее ко рту и начал шумно пить.

– Сегодня пятница, – напомнил он. – День МУСОРРОВ.

Ребус знал, что это значит: Можно Удрать С Опостылевшей Работы Раньше Обычного Времени, завтра суббота, после уик-энда еще четыре дня – и курс закончен.

– Пожалуй, пойду к себе. Да начну укладываться, – сказал Сазерленд, поднимаясь.

Ребус кивнул, а Сазерленд вдруг остановился, словно хотел сказать что-то очень важное.

– Смелее, Стью, – подбодрил его Ребус, надеясь вызвать его на откровенность.

Подействовало. Сазерленд улыбнулся, словно Ребус ответил на какой-то мучивший его вопрос, отчего у Ребуса сразу улучшилось настроение.

Поднявшись к себе, Ребус начал было проверять сообщения, поступившие на мобильный, но тот вдруг зазвонил. Посмотрев на номер, высветившийся на дисплее, Ребус нажал кнопку.

– Да, сэр, – сказал он.

– Можешь говорить? – спросил Дэвид Стрэтерн.

– Мне скоро надо идти, так что у меня всего две минуты.

– Как дела, Джон?

– Мне кажется, я все провалил, сэр. Даже не знаю, как вернуть их доверие.

Если судить по звукам, которые послышались в трубке, Стрэтерн пришел в раздражение.

– Что у вас произошло?

– Не хотел бы сейчас вдаваться в подробности, сэр. Скажу лишь, что на данный момент я пришел к выводу: как бы там ни было с миллионами Берни Джонса, очень сомнительно, что какие-то существенные деньги есть у них сейчас. Хотя в первую очередь я всегда исходил из того, что те деньги у них.

– А сейчас засомневался?

– Я точно знаю, что они отнюдь не безгрешные ангелы. Мне неизвестно, были ли они замешаны в каких-то других аферах, но, если такой случай представится, они обязательно им воспользуются.

– И ни по кому из них нет никаких дополнительных подвижек?

– Практически нет, сэр.

– Это не твоя вина, Джон. Я уверен, что ты сделал все возможное.

– Может быть, даже немного больше, сэр.

– Джон, не беспокойся, я не забуду о твоих услугах.

– Спасибо, сэр.

– Ты, наверно, хочешь на этом закруглиться? Какой теперь смысл там торчать?…

– Честно говоря, сэр, я хотел бы досмотреть спектакль до конца. Осталось-то всего несколько дней, а если я вдруг уеду, обо мне распустят такие слухи, вовек не отмоешься.

– Разумно. В этом случае мы наведем на тебя подозрения.

– Да, сэр.

– Ну что ж, договорились. Если не возражаешь…

– Сейчас, сэр, мне не остается ничего больше, кроме как смеяться сквозь слезы.

Закончив разговор, Ребус неожиданно поймал себя на лжи: он хотел остаться не потому, что боялся сплетен, а потому, что надо кое-что довести до конца. Он позвонил Джейн и предложил вместе провести выходные. Она ответила:

– Ну что ж, как всегда, будем уверены, что ничто этому не помешает.

Да, с этим не поспоришь…

Дикая орда в полном составе снова собралась в той самой аудитории, где они раньше изучали материалы по делу Ломакса. Казалось, с их последней встречи времени прошло гораздо больше чем с того момента, когда они встретились впервые. Теннант восседал во главе стола, сложив руки перед собой.

– Джентльмены, служба криминальных расследований Лейта с радостью принимает нашу помощь, – объявил он. – Вернее, вашу. Руководить расследованием этого дела вы не будете – это, строго говоря, не ваше дело. Но будете передавать всю добытую информацию детективу Хогану и его команде, а они, в свою очередь, будут делиться своей информацией с вами. Вы передадите им все ваши записи, сделанные в рамках розыскных мероприятий по делу Ломакса. В особенности все, что касается мистера Даймонда и его окружения. Понятно?

– Нам предстоит перебазироваться в Лейт, сэр? – спросил Джаз Маккалоу.

– Да, и сегодня же. Все взять с собой. После уикенда вы вернетесь сюда на четыре дня для завершения курса; учтите, вас ждет напряженная работа. Учебный план предусматривал переподготовку, а также переобучение, суть которого в том, чтобы развить у вас навыки работы в команде в качестве эффективных членов оной… – Ребус ощутил, как взгляд Теннанта, когда он произносил последние слова, остановился на нем. – Подразделения, направившие вас сюда, должны убедиться, что здесь вы не напрасно провели время.

– А насколько мы преуспели в этом на данный момент, босс? – подал голос Сазерленд.

– Вы действительно хотите узнать это, детектив Сазерленд?

– Да, хотя после того, что вы сейчас сказали, мне кажется, я могу и подождать.

Все заулыбались – все, кроме Ребуса и Грея. Грей после недолгой беседы с Теннантом казался растерянным, а Ребус весь погрузился в себя – он старался понять, насколько опасно для него оказаться в Лейте. Но это же Эдинбург, в конце концов, а дома и стены помогают, – тем более что Бобби Хоган будет прикрывать ему спину.

Неужели к выходным он останется целым и невредимым?

Это казалось ему пределом мечтаний.


формирование доказательной базы против Малколма Нельсона шло успешно. Колин Стюарт из финансового управления прокуратуры прибыл этим утром в Сент-Леонард, чтобы заслушать отчет, как продвигается дело. Именно Стюарт и его команда юристов должны были решить, достаточно ли данных для передачи дела в суд. Судя по всему, он был результатами доволен. Шивон несколько раз приглашали в кабинет Джилл Темплер и просили пояснить кое-какие процедурные моменты, касающиеся обыска, проведенного в Инвереске. Шивон позволила себе задать и несколько собственных вопросов.

– Ведь чисто материальных доказательств у нас пока нет, согласны?

Стюарт, сняв очки, стал внимательно рассматривать стекла на свет, проверяя, не запылились ли они, а у Джилл Темплер, сидевшей с ним рядом, лицо просто окаменело.

– Мы нашли картину, – возразил он.

– Да, но она была обнаружена в незапертом сарае. Принести ее туда мог кто угодно. И главное, мы еще не исследовали отпечатки пальцев, поэтому не знаем, кто еще мог держать ее в руках.

Стюарт с удивлением взглянул на Темплер.

– Оказывается, у вас штатно служит Фома неверующий.

– Сержант Кларк любит выступать в роли адвоката дьявола, – кислым голосом объяснила Темплер. – Ей, так же как и всем нам, известно, что тесты, о которых она так печется, потребуют дополнительного времени и средств – в особенности средств – и, по всей вероятности, ничего не добавят к тому, что уже известно.

Ее слова были вольной интерпретацией железного правила, отступать от которого офицеры, задействованные в расследовании, никоим образом не должны: ни одно расследование не должно выходить за рамки утвержденной сметы. Билл Прайд наверняка больше времени прокорпел над колонками цифр, чем потратил на проведение следственных мероприятий. Это была еще одна область деятельности, в которой он преуспел: втискивание расследования в отведенную смету. Высшее начальство, сидевшее в Большом доме, считало это качество чуть ли не талантом.

– Я просто хочу обратить ваше внимание на то, что Нельсон представляет собой очень удобную мишень. Его ссора с Марбером произошла практически у всех на глазах. К тому же эта взятка за молчание и…

– Об этой взятке, сержант Кларк, известно только тем, кто участвует в расследовании, – напомнил Стюарт. Он снова водрузил очки на нос. – Или вы полагаете, что среди ваших офицеров есть такие, кто имеет связи с…

– Конечно нет.

– Ну а тогда?…

Тем и кончилось. Вернувшись на рабочее место, она позвонила Бобби Хогану в Лейт. Она собиралась это сделать как раз перед тем, как ее вызвали к начальству. Хотела узнать, сказали ли Александру о смерти матери и как он перенес это известие. Она даже собиралась навестить его бабушку, но понимала, что разговор предстоит не из легких. Тельме Дау нужно смириться с потерей Лауры и с тюремным заключением сына. Шивон надеялась, что она найдет в себе силы пережить это и обеспечить Александру все, что необходимо. Она даже решила обратиться к одному знакомому из социальной службы, который смог бы проследить, чтобы и ребенку, и его опекуну была оказана надлежащая помощь. Окинув взглядом комнату, она увидела, что былой накал, с которым шло расследование, поостыл. Телефоны умолкли. Народ стоял по углам, обсуждая слухи. В последнем вечернем выпуске новостей она видела Гранта Худа, который объявил, что обвинение уже предъявлено, в доме обвиняемого произведен обыск и кое-что из изъятого при обыске направлено на исследование. Информация была подана в самой обтекаемой форме, дабы не нарушать тайну еще не законченного следствия. Даже таблоиды не нашли места на первых полосах для убийства Лауры Стаффорд. ПОНОЖОВЩИНА В ДОМЕ С КРАСНЫМ ФОНАРЕМ – Шивон видела такой заголовок, а под ним фотография дома, где размещается «Парадизо»; рядом другая, поменьше – Лаура, более молодая, с длинными вьющимися волосами.

Сперва Шивон пришлось некоторое время поговорить с другим офицером.

– Шивон, он сейчас занят выше головы. Может, я могу чем-то помочь?

– Да нет… Так у вас тоже полный завал?

– Ну а как же, вчерашнее убийство… Грохнули одного мошенника по имени Дики Даймонд.

Они проговорили еще несколько минут, а затем Шивон, положив трубку, пошла через всю комнату туда, где Джордж Силверз и Филлида Хоуз над чем-то смеялись.

– Слышали, что случилось с Дики Даймондом? – спросила она.

– А что это за хрен? – удивился Силверз, а Хоуз молча кивнула.

– Ведь эта гоп-компания из Туллиаллана с ним тут как раз вчера занималась, – сказала она. – Сегодня утром Бобби Хоган первым делом бросился к нам с расспросами.

– Я думаю, мы все заслужили хотя бы кратковременный отдых, вы как считаете? – складывая руки на груди, заявил Силверз. – А то выловит, того и гляди, кого-нибудь еще…

– О да, Джордж, – язвительно поддакнула Шивон, – особенно ты заслужил, ведь ты проделал такую колоссальную работу и трудился буквально на износ…

Все время, пока она шла к своему столу, его пристальный взгляд сверлил ей спину. И тут в комнату вошла Тони Джексон; увидев Шивон, она радостно улыбнулась.

– Сегодня пятница, – сказала она, подходя к столу Шивон и наклоняясь к ее уху. Силверз сразу же обратил на нее внимание и стал приветливо махать рукой, растянув лицо в льстивой улыбке. Он все еще был уверен, что она состоит в близких отношениях с кем-то из важных персон. Она ответила ему легким взмахом руки. – Вот погань, – чуть слышно проговорила она, а потом снова наклонилась к Шивон. – Так ты все-таки идешь на это свидание?

Шивон кивнула:

– Извини, Тони.

Джексон пожала плечами.

– Ты себя обкрадываешь, не нас. – Она посмотрела на Шивон хитрым взглядом. – Все еще скрываешь от всех имя своего кавалера?

– Скрываю.

– Ну, это твое личное дело. – Джексон выпрямилась, собираясь отойти от стола. – Ой, чуть не забыла. – Из кипы, которую держала в руках, она достала один длинный факс и протянула Шивон. – Адресовано тебе. По ошибке пришло к нам. – Она подняла вверх руку с вытянутым мизинцем. – Доложите обо всем лично мне в понедельник.

– До мельчайших подробностей, – отрапортовала Шивон, глядя с улыбкой на удаляющуюся Джексон.

Но стоило ей пробежать глазами первые строки факса, как улыбка сошла с ее лица. Это был ответ из Управления криминальных расследований полиции в Данди на ее запрос относительно Эллен Демпси. Едва она приступила к чтению, как услышала знакомый голос:

– А ты, Шивон, все работаешь, все работаешь?

Это был Дерек Линфорд. Он расфрантился еще больше обычного – безукоризненно чистая рубашка, новый костюм, щеголеватый галстук.

– Собрался на свадьбу, Дерек?

Опустив голову, он оглядел себя.

– А что плохого в том, чтобы иметь представительную внешность?

Шивон пожала плечами:

– Если, конечно, это никак не связано со слухами, что к нам приезжает начальник полиции?

Линфорд удивленно поднял брови.

– А он что, собирается нас навестить?

Она посмотрела на него в упор и криво улыбнулась:

– Уж кому и знать, как не тебе. Надо же взбодрить команду, похвалить, как мы все усердно работали.

Линфорд засопел:

– А у тебя что, другое мнение?

– Уж если начистоту, у некоторых из нас еще остались кое-какие дела, с которыми необходимо разобраться.

Линфорд, наклоняя голову, пытался заглянуть в факс, лежащий на столе, и Шивон быстро повернула его лицевой стороной вниз.

– Скрываешь что-то от коллег, Шивон? – ехидно поинтересовался он. – Вряд ли это похоже на работу в команде, а?

– Что дальше?

– Может, ты осваиваешь не слишком удачный опыт детектива Ребуса? Смотри не наступи на те же грабли, а то тебя тоже попрут на курсы переподготовки…

Он повернулся, чтобы уйти, но она окликнула его.

– Когда начальник полиции будет пожимать тебе руку, не забудь… – подняв руку, она направила на него вытянутый указательный палец, – что это Дейви Хайндз обнаружил, что Марбер платил Малколму Нельсону. А ты занимался финансовыми делами Марбера и просмотрел всю банковскую отчетность по его счетам, а это проглядел. Помни об этом, Дерек, когда будешь принимать поздравления по случаю успешного завершения расследования. Он не сказал в ответ ничего и лишь посмотрел на нее с холодной улыбкой. Когда он ушел, она попыталась снова взяться за факс, но поняла, что не может сосредоточиться. Сложив распечатку, она отложила ее, решив вернуться к ней после визита начальства из Большого дома.


Придя в кафе «Паровозное депо», она села за столик у окна и заказала травяного чая. Две мамаши кормили детей из баночек детского питания. Других посетителей в кафе не было. Шивон отключила мобильный и достала ручку, чтобы помечать особо интересные места.

Бегло просмотрев факс, она поняла, что помечать придется чуть не весь текст. Наливая чай в чашку, она заметила, как дрожит рука. Шивон сделала глубокий вдох, надеясь успокоиться, и снова углубилась в чтение.

Деньги на создание таксомоторной компании Эллен Демпси не были даром неких таинственных бизнесменов; они были скоплены за несколько лет занятия проституцией. Она обслуживала клиентов по крайней мере в двух саунах и в обеих подверглась арестам, когда в заведения наведалась полиция. Между облавами был интервал в восемнадцать месяцев. В сообщении был также отмечен и такой интересный факт, что, когда Демпси работала в агентстве по вызову, ее вызывали на допрос в связи с тем, что у одного иностранного бизнесмена в аккурат после визита Демпси в его номер «случайно затерялись» деньги и кредитные карточки. Обвинений ей так и не предъявили. Шивон искала какие-либо свидетельства, что этими саунами владел Кафферти, но ничего не нашла. В сообщении были указаны имена, но это были имена тамошних предпринимателей, – один был грек, второй итальянец. После полицейских рейдов Государственная служба Ее Величества по налогам и сборам, Таможенное и Акцизное управления начали собственные проверки на предмет обнаружения скрытых доходов и неоплаченного НДС, в результате чего закрыли заведения и обратили свои взоры на других.

К этому времени Эллен Демпси уже управляла небольшой таксомоторной компанией. В сообщении отмечалось, что в этот период были зарегистрированы два незначительных случая, потребовавших вмешательства полиции: одного из водителей оскорбил пассажир, отказавшийся оплатить проезд. Этот пассажир – склонный после ночных возлияний вздорить по любому поводу – нашел в водителе готового к бою спарринг-партнера. Результатом было то, что оба провели остаток ночи в камере, но дело, ввиду малой значимости, до суда, не дошло. Второй случай был аналогичен первому, разница была лишь в том, что за рулем оказалась сама Эллен Демпси и прыснула в лицо клиенту из газового баллончика. В Шотландии использование газовых баллончиков запрещено, и за нарушение этого запрета Эллен Демпси было предъявлено обвинение. Пассажир клялся, что не собирался идти дальше дружеского прощального поцелуя и что они «давно знают друг друга».

Хотя последняя фраза не привлекла внимания следователей, Шивон хорошо представляла, что произошло в действительности. Один из прежних клиентов Эллен, очевидно не поверивший, что она больше не занимается тем, чем занималась в сауне, решил поднажать, уверенный, что своего добьется.

Но вместо желанного удовольствия его угостили спреем.

Возможно, это и послужило причиной, что она переехала в Эдинбург. Как она могла управлять легальным бизнесом из Данди и не опасаться вторжения призраков из прошлой жизни? Невозможно скрыться от прошлого, зачеркнуть то, кем она была раньше… Поэтому она и обосновалась в Эдинбурге, купила дом в Файфе – там, где ее не знают; там, где она может спрятать от мира свою прошлую жизнь.

Шивон подлила себе еще чаю. Чай почти остыл и стал очень крепким, однако помог хоть как-то упорядочить мысли. Перелистав четыре или пять страниц, она нашла ту, которую искала. На ней было имя, причем имя было не только подчеркнуто, но и обведено овальной рамкой. Это имя упоминалось в сообщении пару раз: один раз в связи с полицейским рейдом в сауну, второй раз в истории с газовым баллончиком.

Сержант уголовной полиции Джеймс Маккалоу.

Или Джаз, так, кажется, все его называют.

Шивон задумалась, может ли Джаз пролить свет на тайны Эллен Демпси; в том, что такой свет существует, она не сомневалась. Ей снова вспомнились слова Кафферти. В факсовом сообщении не было никаких указаний на существование у Демпси каких-либо «друзей». Она никогда не была замужем, детей у нее не было. Она всегда должна была заботиться о себе сама…

В ее памяти одна за другой всплывали картины: Джаз Маккалоу, забредший к ним в комнату, старается разнюхать подробности расследования дела Марбера… Фрэнсис Грей читает за столом протоколы допросов… Алан Уорд, пригласив Фил на ужин, вытягивает из нее информацию.

Может быть, Эллен Демпси… не замешанная напрямую в этом деле… заволновалась и обратилась к своим друзья? Джаз Маккалоу и Эллен Демпси?…

Совпадение или связь? Шивон включила мобильник и набрала номер Ребуса.

– Надо поговорить, – сказала она.

– А ты где?

– В Сент-Леонарде, а ты?

– В Лейте. Наверное, будем помогать расследовать убийство Даймонда.

– Ты со всей компанией?

– Да, а что?

– Хочу спросить у тебя кое-что о Джазе Маккалоу.

– А в чем дело?

– Да, может быть, и ни в чем…

– Ты меня заинтриговала. Не хочешь встретиться?

– Где?

– Может, приедешь в Лейт?

– А что, было бы кстати. Там и задам Маккалоу пару вопросов…

– Только не ожидай от меня большой помощи в этом деле.

– Почему? – спросила она, нахмурившись.

– Не думаю, что Джаз станет со мной разговаривать. Как, впрочем, и все остальные.

– Будь там и никуда не отлучайся, – попросила Шивон. – Я уже еду.


Сазерленд и Баркли прибыли в Лейт на машине Ребуса. Почти всю дорогу они проехали в молчании, которое лишь изредка нарушалось вымученными, ничего не значащими репликами. Наконец Баркли набрался смелости и спросил, может ли случиться, что Ребус откажется от своего обвинения. В ответ Ребус лишь покачал головой.

– С этим человеком бесполезно спорить, – пробурчал Сазерленд. – Слава богу, уже уик-энд…

На участке в Лейте атмосфера стала едва ли менее напряженной. Они подробно отчитались перед Хоганом и одним из его коллег. Ребус говорил мало, поскольку все его внимание было сосредоточено на том, чтобы троица не попыталась оставить хоть что-то недосказанным. Хоган почувствовал напряженность между людьми, сидящими в комнате, и взгляд, направленный на Ребуса, казалось, спрашивал о причине. Между прибывшими не было никакой открытости.

– Мы не хотим путаться у вас под ногами, – сказал Джаз, заканчивая отчет. – Если вы полагаете, что мы можем оказать содействие… – Он на мгновение замялся, а потом, пожав плечами, продолжил: – Вы окажете нам большую услугу, поставив дело так, чтобы мы работали здесь, а не в Туллиаллане.

Услышав эту просьбу, Хоган улыбнулся:

– Кроме нудной работы в офисе, ничего другого обещать не могу.

– Но это лучше, чем сидеть на уроке в классе, – сказал Грей, выразив, казалось, общее мнение.

Хоган кивнул.

– Ну тогда все, но, может быть, только на сегодня.

Комната для допросов выглядела старомодно: столы с обшарпанной фанеровкой и высокий потолок с облупившейся росписью. Чайник непрерывно кипел, и большая часть младших офицеров следила, чтобы в комнате был постоянный запас молока. Прибывшим из Туллиаллана не смогли выделить особого места, что было Ребусу в общем-то на руку: его одногруппники будут вынуждены молчать, раз им придется работать в одном помещении с местными полицейскими, и без того раздраженными их присутствием. После звонка Шивон прошло не менее двадцати минут, прежде чем Ребус увидел, как ее голова просунулась в приоткрытую дверь. Показав Хогану растопыренную пятерню и давая понять, что отпрашивается на пять минут, он встал и вышел к ней в коридор. Он понимал, что Хоган будет с нетерпением ждать возможности перекинуться с ним словом – ведь он чувствует, что не все в порядке, что что-то происходит, и ему не терпится узнать, что именно. Но Хоган возглавлял команду, значит, время у него расписано буквально по минутам. И он тоже не мог улучить момента, чтобы сделать что-то, не привлекая посторонних глаз.

– Давай пройдемся, – предложил Ребус Шивон.

На улице моросил дождик. Ребус поплотнее запахнул пиджак и вытащил сигареты. Он кивком дал Шивон понять, что они пойдут к пристани. Он не знал точно, где было обнаружено тело Даймонда, но предполагал, что где-то недалеко…

– Я слышала о том, что произошло с Даймондом, – сказала Шивон. – А почему с тобой никто не разговаривает?

– Просто небольшая размолвка. – Он пожал плечами и стал рассматривать тлеющий кончик сигареты. – Такое бывает.

– С тобой чаще, чем с остальными.

– Сказываются годы практики, Шивон. Так что у тебя за интерес к Маккалоу?

– Просто его имя кое-где всплыло.

– Где?

– Я занималась Эллен Демпси. Это владелица таксомоторной компании, на машине которой Марбер приехал в ту ночь домой. Демпси перевела свою компанию из Данди. А в прошлом обслуживала клиентов в сауне.

Ребус сразу вспомнил Лауру Стаффорд.

– Интересное совпадение, – пробормотал он.

– Причем не единственное: Джаз Маккалоу ее дважды арестовывал.

Ребуса эта новость так поразила, что он даже оторвал взгляд от кончика своей сигареты.

– И тут я вспомнила, сколько времени потратили Маккалоу и Грей, просматривая протоколы в нашей комнате для допросов.

Ребус кивнул. Он сам там был и видел все своими глазами…

– И Алан Уорд назначал свидание Фил, – продолжала Шивон.

– Да, и расспрашивал, – все еще кивая, подтвердил Ребус. Он вдруг остановился. Джаз, Грей и Уорд… – Как, по-твоему, все это делается с какой-то целью?

Она пожала плечами:

– Я пока ломаю голову над тем, есть ли какая-то связь между Маккалоу и Демпси. Возможно, они все еще контактируют…

– И он по ее просьбе вынюхивал новости по делу Марбера?

– Возможно. – Шивон немного помолчала. – Может, он не хотел, чтобы всплыло ее прошлое. Я думаю, она изрядно потрудилась, чтобы создать себе новую жизнь.

– Все может быть, – не очень уверенно произнес Ребус.

Он снова пошел вперед. Они были уже почти у пристани, тяжелые грузовики вереницей проезжали мимо, то и дело обдавая их клубами дыма и еони из выхлопных труб, вздымая колесами тучи пыли и песка. Они шли, отворачивая лица в сторону. Ребус смотрел на неприкрытую шею Шивон, длинную и изящную, мышцы, рельефно выделяясь, сбегали вниз. Он заранее знал, что с пристани они увидят на воде только масляные пятна да выброшенный за борт мусор. Это не место для последнего пристанища. Он взял ее за руку и повел в сторону аллеи. Та, по счастью, вела к одной из дорог, выходящих к полицейскому участку.

– Что ты собираешься делать? – спросил он.

– Не знаю. Наверно, надо послушать, что скажет Маккалоу.

– Вот в этом, Шивон, я совсем не уверен. Может быть, стоит это пока отложить и копнуть поглубже.

– Почему?

Ребус пожал плечами. Что он мог ей сказать? Что, по его мнению, Джаз Маккалоу, с виду спокойный и обаятельный семьянин, является членом преступной группы, совершившей убийство?

– Я думаю, так будет безопаснее.

Она посмотрела на него недоуменным взглядом:

– Потрудись объяснить.

– Да нет, ничего конкретного… просто у меня такое чувство.

– Чувство, что задать Маккалоу пару вопросов может быть опасным делом!

Ребус снова пожал плечами. Они уже миновали аллею и теперь, повернув направо, шли к заднему фасаду полицейского участка.

– Предполагаю, что это твое «чувство» как-то связано с тем, что с тобой никто не разговаривает?

– Послушай, Шивон… – Он провел рукой по лицу, словно пытаясь соскрести с него кожу. – Ты знаешь, я не сказал бы ничего, если бы не считал это важным.

Обдумав эту фразу, она в знак согласия кивнула. Они уже шли вдоль участка, и вдруг какой-то пьяный, шатаясь ковылявший по тротуару, заставил их сойти на проезжую часть. Когда мимо них, громко сигналя, неожиданно прогромыхала машина, Ребус потянул Шивон обратно на безопасное место. Кто-то куда-то спешил…

– Спасибо, – поблагодарила его Шивон.

– Делаю, что могу, – объявил Ребус.

Пьяный двинулся через дорогу, спотыкаясь и едва не падая. Они были уверены, что он доберется до противоположного тротуара. В руках у него была бутылка: никакой водитель не пожелал бы получить ее с размаху в ветровое стекло.

– Мне часто приходит в голову, что пешеходы должны носить с собой молотки специально для таких ситуаций, – сказала Шивон, глядя вслед удаляющейся машине.

На ступеньках участка, распрощавшись с Ребусом, она смотрела ему вслед, пока он не скрылся за дверью. Она хотела сказать ему что-то типа «будь осторожен» или «смотри в оба», но слова почему-то не шли у нее с языка. Но он кивнул ей и улыбнулся так, словно прочел их в ее глазах. Проблема не в том, что он считает себя таким уж крутым и крепким – как раз наоборот. Она опасалась, что он преувеличивает свою способность ошибаться. Он всего лишь человек, и, если для подтверждения этого необходимо переносить боль и терпеть неудачи, он был готов и к первому, и ко второму. Означает ли это, что у него комплекс мученика? Может, следует позвонить Андреа Томсон, может, стоит это обсудить. Но Томсон, конечно, захочет обсуждать ее, а к этому Шивон не была готова. Она думала о Ребусе и о тех, кто тревожит ее из небытия. Будет ли Лаура Стаффорд преследовать ее в снах? Может ли она стать первой из череды многих? Сжимая ручку входной двери в участок, она поняла, что облик Лауры в ее памяти уже начал тускнеть, терять отчетливость.

– Займемся лучше делами, – с глубоким вздохом сказала она себе.

Открыв дверь, она заглянула внутрь. Ребуса видно не было. Предъявив удостоверение, она вошла и поднялась на второй этаж, где размещался отдел криминальных расследований. Неожиданно ей пришло в голову, что Донни Дау, возможно, еще находится здесь в камере… Нет, он наверняка уже в Сафтонской тюрьме. Она легко могла бы это выяснить, но боялась, что, если увидит Донни, не сможет отнестись к нему иначе как к исчадию ада.

– Да это, никак, Шивон, я не обознался?

Услышав это, она вздрогнула. Перед ней стоял человек, только что вышедший из кабинета. В руках была голубая папка. Она заставила себя улыбнуться.

– Детектив Маккалоу, – отозвалась она. – Как странно, – ее улыбка стала еще шире, – а ведь я ищу именно вас…

– Что вы говорите?

– Есть разговор. Ненадолго.

Быстро глянув в оба конца коридора, он кивком указал на дверь, откуда только что вышел.

– Здесь нам не помешают, – сказал он, открывая дверь и пропуская ее вперед.

– После вас, – объявила она с улыбкой, которая словно примерзла к ее лицу.

Комната казалась почти необитаемой. Несколько старых столов, безногие стулья, стеллажи с выдвижными ящиками. Она оставила дверь открытой, но вдруг вспомнила про Ребуса… Ей не хотелось, чтобы он застукал ее здесь. Поэтому она все-таки закрыла дверь.

– Вы меня прямо заинтриговали, – сказал Маккалоу, бросив папку на стол и положив на нее руки.

– Да нет, ничего такого, – успокоила она его. – Просто нужно уточнить кое-какие детали, всплывшие в процессе расследования дела Марбера.

Он понимающе кивнул:

– Я слышал, вы нашли пропавшую картину. Теперь ждите повышения.

– Меня только недавно повысили.

– Ну и что? Это же вы практически раскрыли дело, а предел служебного роста – только небо.

– Не уверена, что дело полностью раскрыто.

Он помолчал.

– Да? Вот это уже любопытно.

– Поэтому-то я и хочу задать вам несколько вопросов, касающихся владелицы компании «MG кэбс».

– «MG кэбс»?

– Да, женщины по имени Эллен Демпси. Вы, я думаю, ее знаете.

– Демпси? – Маккалоу сосредоточенно нахмурился, повторив это имя несколько раз. Затем покачал головой. – Дайте какую-нибудь наводку.

– Вы знали ее в Данди. Она тогда была проституткой. Работала в ту ночь, когда вы проводили облаву в сауне. Вскоре после этого она бросила это занятие и стала владельцем компании, состоящей из пары такси. В одного клиента она прыснула из газового баллончика, и дело передали в суд…

Маккалоу закивал.

– Да, – сказал он. – Теперь я понял, о ком речь. Как, вы сказали, ее зовут? Эллен?…

– Демпси.

– Тогда она тоже носила эту фамилию?

– Да.

У него был такой вид, словно он старался, но никак не мог сопоставить имя с лицом.

– Ну и что там с ней?

– Я хотела бы знать, поддерживаете ли вы с ней связь?

Его глаза стали узкими, как щелки.

– А за каким дьяволом мне это надо?

– Не знаю.

– Сержант Кларк… – Он убрал локти со стола, лицо его приняло злобное выражение, ладони сжались в кулаки. – Довожу до вашего сведения, что я мужчина, живущий в счастливом браке – спросите любого… в том числе и вашего друга Джона Ребуса! Все это подтвердят!

– Послушайте, я и не подразумевала ничего такого. Может, это просто совпадение, что вы оба…

– Да, это может быть только совпадением!

– Хорошо, хорошо.

Лицо Маккалоу побагровело, ей было неприятно видеть его сжатые кулаки… Но тут дверь приоткрылась, и в комнату просунулось чье-то лицо.

– Джаз, у тебя все в порядке? – спросил Фрэнсис Грей.

– Отнюдь, Фрэнсис. Эта сучка только что обвинила меня в том, что я трахаюсь с какой-то старой проституткой, которую я в незапамятные времена арестовал в Данди!

Грей зашел в комнату, бесшумно прикрыв за собой дверь.

– А ну повтори. – Его горящие глаза, сузившиеся в щелки, так и сверлили Шивон.

– Я только сказала…

– Думай, что говоришь, лесбиянка хренова. Тот, кто оскорбит Джаза, будет иметь дело со мной, а уж я приложу все силы, чтобы все увидели, какой Джаз белый и пушистый, но, конечно, не из тех пушистых, которые интересны тебе.

Лицо Шивон полыхало.

– Погодите, – отрывисто проговорила она, пытаясь взять себя в руки. – Пока вы еще не совсем взбесились…

– Тебя что, детектив Ребус зарядил этой чушью? – прорычал Маккалоу, наставив на нее оба указательных пальца, словно в руках у него были шестизарядные кольты. – Ну, если это он…

– Детектив Ребус даже и не знает, что я здесь! – перебила Шивон неестественно звонким голосом.

Мужчины переглянулись. О чем они при этом подумали, она не знала. Грей встал между ней и дверью. Но она и не собиралась бежать.

– Самое лучшее для тебя, – предостерег Маккалоу, – это по-быстрому залечь в свою нору и закопаться там на всю зиму. Ты начала со сказок, а кончишь тем, что начальник полиции сварит тебя в кипящем масле

– Мне кажется, Джаз, как всегда, слишком великодушен в своих прогнозах, – произнес Грей, и в его словах ясно послышалась угроза. Он сделал шаг к ней, чуть отдалившись от двери, и она, распахнувшись, ударила его в спину. Это Ребус, толкнув дверь плечом, возник на пороге, глядя на присутствующих изучающим взглядом.

– Извините, что без приглашения, – сказал он.

– Ты, Ребус, головой-то думаешь? Во что ты втягиваешь свою подружку, забивая ей голову своими параноидальными фантазиями?

Ребус взглянул на Джаза. На нем лица не было, но Ребус не мог понять, искренняя ли это растерянность, и если искренняя, то чем такое состояние вызвано. Ведь его может спровоцировать и случайный поступок, и злонамеренная сплетня.

– Шивон, ты уже задала все свои вопросы?

Когда та кивнула, он поднял вверх кулак с оттопыренным большим пальцем и через плечо указал на дверь, давая понять, что сейчас ей лучше всего уйти. Она поколебалась, не слишком ли позволяет командовать собой, потом, кинув на Маккалоу и Грея испепеляющий взгляд, протиснулась за спиной Ребуса в дверь и, не оглядываясь, пошла по коридору.

Грей, злобно ухмыляясь, смотрел на Ребуса.

– Джон, прикрой-ка дверь. Может, обсудим кое-что прямо здесь и сейчас?

– Только не вздумай меня уговаривать.

– А почему бы и нет? Давай поговорим с глазу на глаз. Джаза в сторону.

Ребус застыл, держась за ручку двери и колеблясь, какое принять решение. И все-таки закрыл, тогда зловещая ухмылка, обнажившая желтоватые зубы, еще шире расплылась по лицу Грея.

И тут кто-то заколотил в дверь кулаком. Ребус отошел, и дверь опять распахнулась.

– Вы, как я вижу, удобно устроились? – спросил Бобби Хоган. – Предупреждаю, в моей смене сачков не будет.

– Да нет, просто надо кое-что обсудить, – успокоил его Джаз Маккалоу, и лицо и голос которого вдруг резко пришли в норму.

Грей стоял, опустив голову, и нарочито сосредоточенно поправлял галстук. Хоган разглядывал всех троих, пытаясь понять, что тут происходит.

– Ну вот что, – наконец решительно объявил он, – конференция окончена, ноги в руки и марш отсюда, займитесь наконец тем, что принято считать работой.

Принято… Ребусу подумалось, что Хоган и не представляет, насколько попал в точку. Всего за несколько секунд до его прихода три человека собирались здесь действовать таким образом, который меньше всего напоминает принятые нормы…

– Будет исполнено, детектив Хоган, – ответил Маккалоу, взял со стола папку и направился к двери.

Грей встретился глазами с Ребусом, и Ребус понял, что этому человеку стоило большого труда взять себя в руки. Очень напоминало эпизод, когда Эдвард Хайд решил, что больше не нуждается в Генри Джекилле [38]. Ребус как-то сказал Джазу, что у него есть шанс вернуться к прежней жизни, а вот Фрэнсису Грею он бы никогда такого не сказал. Его глаза неопровержимо свидетельствовали, что все человеческое в нем умерло, и Ребус совершенно не верил, что оно сможет когда-нибудь ожить.

– После тебя, Джон, – остановившись у двери, объявил Маккалоу, делая приглашающий взмах рукой. Выходя из комнаты вслед за Хоганом, Ребус ощутил дрожь и покалывание в спине, словно к ней приставили лезвие и оно вот-вот туда вонзится.


Содержание:
 0  Заживо погребенные : Иэн Рэнкин  1  1 : Иэн Рэнкин
 2  2 : Иэн Рэнкин  3  3 : Иэн Рэнкин
 4  4 : Иэн Рэнкин  5  5 : Иэн Рэнкин
 6  6 : Иэн Рэнкин  7  7 : Иэн Рэнкин
 8  8 : Иэн Рэнкин  9  9 : Иэн Рэнкин
 10  10 : Иэн Рэнкин  11  11 : Иэн Рэнкин
 12  12 : Иэн Рэнкин  13  13 : Иэн Рэнкин
 14  14 : Иэн Рэнкин  15  15 : Иэн Рэнкин
 16  16 : Иэн Рэнкин  17  17 : Иэн Рэнкин
 18  18 : Иэн Рэнкин  19  19 : Иэн Рэнкин
 20  20 : Иэн Рэнкин  21  21 : Иэн Рэнкин
 22  22 : Иэн Рэнкин  23  23 : Иэн Рэнкин
 24  24 : Иэн Рэнкин  25  вы читаете: 25 : Иэн Рэнкин
 26  26 : Иэн Рэнкин  27  27 : Иэн Рэнкин
 28  28 : Иэн Рэнкин  29  29 : Иэн Рэнкин
 30  30 : Иэн Рэнкин  31  31 : Иэн Рэнкин
 32  32 : Иэн Рэнкин  33  33 : Иэн Рэнкин
 34  34 : Иэн Рэнкин  35  Использовалась литература : Заживо погребенные



 




sitemap