Детективы и Триллеры : Триллер : Глава 11 : Мартин Смит

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37  38  39  40  41  42  43  44  45  46  47  48

вы читаете книгу




Глава 11

В каюте, где когда-то жила Зина Патиашвили, властвовали интим и уют. Включив свет, Аркадий почувствовал себя незваным гостем.

Динка была узбечкой, поэтому на подушке верхней койки стоял игрушечный верблюд из Самарканда. У «мамаши» Мальцевой имелись вышитые подушки, благоухающие пудрой и помадой. В ее альбоме с заграничными открытками пестрели минареты и руины храмов. Чеканка с портретом Ленина охраняла койку Наташи Чайковской. Рядом висел снимок матери, робко улыбающейся на фоне огромных подсолнухов, а по соседству – глянцевитое фото Хулио Иглесиаса.

Стеклянные абажуры в виде колокольчиков, висевшие перед иллюминатором, окрашивали переборки каюты романтическим темно-бордовым светом. Каюта напоминала морскую многоцветную раковину со множеством складок и углублений, полную волнующих ароматов, крепких, как ладан, – словом, жизнь, втиснутая в стальной отсек, вызывала легкое головокружение. Бросалось в глаза большее, чем в первый приход Аркадия, число фотографий, словно с уходом Зины исчезла последняя напряженность, сковывавшая трех оставшихся обитательниц каюты. Дверцу шкафа украшало еще большее число фотографий узбеков и сибирских строителей, улыбавшихся в водянистом отражении колокольчиков.

Когда вошла Наташа, Аркадий копался под полосатым матрасом Зины. Женщина была одета в синий спортивный костюм – универсальная советская форма для занятий спортом. На лице ее блестели капельки пота, однако помада на губах была свежей.

– Ты похож на ворону, – объявила она Аркадию, – которая выискивает падаль.

– Вы наблюдательны. – Аркадий, однако, не сказал, на что похожа она – на огромный автомобиль, от которого и пошло ее прозвище – «Чайка». Запыхавшаяся Чайка в голубом оперении.

– Я занималась гимнастикой на палубе. Мне сказали, что ты хочешь встретиться со мной здесь.

Руками в резиновых перчатках, взятых из лазарета, Аркадий тщательно ощупывал матрас и обнаружил в нем отверстие. Оттуда выскользнула магнитофонная кассета с надписью «Ван Хален». Порывшись в матрасе, он нашел еще три кассеты и маленький англо-русский словарь. Перелистывая его, Аркадий заметил, что некоторые слова подчеркнуты карандашом, как делают школьницы. Линии четкие, как и сами слова, целиком относящиеся к сексу.

– Главная улика? – усмехнулась Наташа.

– Не совсем.

– Разве при обыске не полагается присутствие двух понятых?

– Это не официальный обыск, я просто осматриваю вещи покойной. Может, ваша соседка погибла случайно, а может, и нет. Капитан приказал мне выяснить.

– Ха-ха!

– Совершенно согласен. Просто я когда-то работал следователем.

– Знаю. В Москве. И оказался замешанным в антисоветских кознях.

– Ну, когда это было… Я ведь уже год на «Полярной звезде». Большая честь, разумеется, вносить свой вклад в разделку рыбы для могучего советского рынка.

– Мы кормим советский народ.

– Замечательный лозунг. Однако за это время я не имел возможности совершенствоваться в своей профессия. До сих пор случая не было.

Наташа нахмурилась, словно перед ней лежала вещь, обращаться с которой она не умела.

– Если капитан приказал, ты должен выполнять его задание с радостью.

– Конечно. Существует, однако, одно «но». Наташа, мы вместе работаем на конвейере. Ты как-то обмолвилась, что кое-кто у нас – мягкотелый интеллигент.

– Да такие собственный член не найдут, если бы он иногда не чесался.

– Спасибо. А у тебя другое происхождение?

– Два поколения гидростроителей. Моя мать работала на верхней Братской плотине. Я была бригадиром на Богучанской гидростанции.

– И твой труд, конечно, был награжден по заслугам?

– У меня орден Трудового Красного Знамени, – Наташа восприняла комплимент как должное.

– И еще ты член партии?

– Мне оказали эту высокую честь.

– Но мне кажется, твой ум и инициативу в должной мере не ценят.

Аркадий вспомнил, как Коле отрезало палец пилой. Кровь фонтаном брызнула в лицо, на рыбу, залила все кругом. Именно Наташа среагировала мгновенно, туго перевязав Коле запястье косынкой, она заставила его лечь, приподняла ноги и всячески оберегала его, пока не прибыли носилки. Когда его унесли в лазарет, она излазила пол на коленках, пока не нашла отрезанный палец, чтобы его пришили обратно.

– Мне достаточно, что меня ценит партия. Зачем ты просил меня прийти сюда?

– Почему ты уехала со стройки и стала разделывать рыбу? На строительстве больше платят, идут северные надбавки. Ты работала на свежем воздухе – не то что здесь, в трюме.

Наташа скрестила руки на груди. Ее щеки порозовели.

Мужа подыскивает. Ну конечно. На стройках мужчин больше чем женщин, но это не то, что на корабле, где более двухсот здоровых мужиков вынуждены находиться в обществе примерно пятидесяти женщин, причем половина из них уже бабушки, так что выходит десять претендентов на одну. Наташа постоянно ходила по палубе в спортивном костюме или в пальто с лисьим воротником, а при малейшем намеке на погожий денек – в открытом платье с яркими цветами, в котором она походила на большую распустившуюся камелию Аркадий смутился от того, что не догадался раньше.

– Люблю путешествовать.

– Я тоже.

– Но ты не сходишь на берег в иностранных портах, сидишь на корабле.

– Я патриот.

– У тебя виза второго класса, вот почему.

– Это только одна из причин. Хуже того, что у меня и любопытство второго класса. И вообще, я настолько доволен своим конвейером, что не участвую в общественной и культурной жизни корабля.

– На танцы не ходишь…

– Именно. Словно я и не существую. Я ничего не знаю ни про американцев, ни про здешних женщин, ни, в частности, про Зину Патиашвили.

– Она была честной советской труженицей, которой нам будет очень не хватать.

Аркадий раскрыл шкаф. Одежда висела на плечиках по порядку: сначала вещички Динки, маленькие, как у девочки, затем платья «мамаши» Мальцевой, потом гигантское вечернее платье Наташи алого цвета, ее сарафан, тренировочные блеклые костюмы. Одежда Динки его разочаровала, он ожидал увидеть красочную узбекскую вышивку или парчовые шаровары, а вместо этого – китайский жакет.

– Ты уже забрал вещи Зины, – заметила Наташа.

– Да, они были очень аккуратно сложены, – ответил Аркадий.

В трех ящиках лежало белье, чулки, шарфики, шляпки, а в наташином ящике – еще и купальник. Четвертый ящик был пуст. Он проверил заднюю часть и дно, не приклеено ли там чего липкой лентой.

– Чего ты ищешь? – спросила Наташа.

– Не знаю.

– Ну и следователь!

Аркадий вынул ручное зеркальце из кармана и посмотрел под раковиной и скамейкой – может, там что спрятано.

– Разве ты не будешь снимать отпечатки пальцев?

– Попозже.

Аркадий проверил под койками и прислонил зеркальце к книгам, валявшимся на матрасе Зины.

– Мне необходим человек, знающий экипаж. Не из начальства, но и не простой рабочий, вроде меня.

– Я член партии, но я не стукачка. Поговори со Скибой или Слезко.

– Мне нужен помощник, а не осведомитель, – Аркадий снова раскрыл шкаф. – Здесь у вас столько укромных уголков, что можно спрятать что угодно.

– И что именно?

Он заметил, как она напряглась. Подумал, что к раньше это чувствовал. Наташа чуть-чуть наклонилась, когда он раскрыл ящик во второй раз. Конечно, дело в купальнике, зелено-синем бикини, который ей и на коленку не налезет. В тот теплый день Зина надевала его вместе с солнечными очками.

Моральный кодекс на судне походил на тюремные порядки. Тягчайшим преступлением – гнуснее, чем убийство, – считалось воровство. С другой стороны, поделить имущество покойника – это естественно. Однако присвоение купальника втайне могло стоить Наташе ее святыни – партбилета.

– Готов поспорить, что у вас в каюте, так же, как у нас, каждый что-то одалживает друг у друга. Иногда трудно разобрать, кому что принадлежит. Я рад, что мы его отыскали.

– Я взяла его для моей племянницы.

– Понятно.

Аркадий положил бикини на кровать. В зеркальце он заметил, что Наташа не сводит глаз со шкафа. Он отнюдь не стыдился своего приема – у него попросту нет ни средств, ни возможностей для расследования по всем правилам. Он снова внимательно оглядел вешалки. Обобщенно можно заключить, что русские женщины обретали рубенсовские формы, чтобы успешнее бороться с зимними морозами. Зина была грузинкой, с юга. Единственной из обитательниц каюты, кому могли бы подойти вещи Зины, была Динка, а единственной оставшейся вещью, которую могла бы носить Зина, был элегантный красный китайский жакет на подкладке. Во всех иностранных портах имелись убогие лавчонки, торговавшие дешевыми тряпками, которые могли позволить себе купить советские моряки к рыбаки. Частенько лавки размещались далеко от доков, и людям с советских судов приходилось вышагивать целые мили, экономя на такси. Там Динка могла бы купить такой красный жакет с золотыми драконами и карманами на кнопках, если бы не стала покупать ничего больше. Но дело было в том, что это плавание было первым в жизни Динки, а «Полярная звезда» не успела зайти еще ни в один порт. Аркадию стало стыдно за свой трюк с зеркальцем.

Когда Аркадий снял жакет с вешалки, Наташа уставилась на него, как девочка, впервые увидевшая колдуна.

– Вот это, – произнес он, – Зина одолжила Динке перед танцами.

– Да, – признала Наташа и добавила тверже: – Динка никогда ничего не воровала. А вот Зина вечно занимала деньги и никогда не возвращала Динка не воровка.

– Именно это я и хотел сказать.

– Зина никогда не надевала жакет, зато вечно с ним носилась, говорила, что приберегает его для Владивостока.

Наташа рассказывала с явным облегчением. Гардероб больше не притягивал ее взгляда.

– Носилась?

– Подшивала, штопала.

Аркадию жакет показался совсем новым. Он помял подкладку и прощупал борта. На этикетке было написано «Hong Kong. Rayon».

– Дай-ка нож.

– Минутку. – Наташа достала нож из фартука, висевшего на двери.

– Постоянно носите с собой нож, – процитировал Аркадий. – Всегда будьте готовы к внеурочной вахте.

Он пощупал подкладку на спине, в рукавах, затем швы у воротника и на бортах жакета. Когда он подпорол один шов, в ладонь Аркадию скользнул камень размером с леденец. Чем больше он подпарывал, тем больше камней сыпалось в подставленную ладонь, пока она не наполнилась алыми рубинами, фиолетовыми аметистами и темно-синими сапфирами, блестящими, но необработанными. Хотя камни были очень красивы, они не выглядели драгоценностями высшего класса.

Он высыпал их в карман китайского жакета и застегнул его, потом стащил с рук резиновые перчатки.

– Скорей всего, камни из Кореи, с Филиппин или из Индии. В эти страны мы не заходили, значит, Зина получила камни с другого судна. Слава Богу, что Динка не щегольнула в этом жакете перед таможенниками.

– Бедная Динка! – пробормотала Наташа, представив себе, как ее подружку зацапали бы с контрабандой. – А как бы Зина их пронесла?

– Проглотила бы, зашила жакет и надела его, идя по трапу. Через некоторое время камни снова бы оказались у нее в руках.

Наташа возмутилась.

– Я знала, что Зина бесстыжая. Грузинка, чего с нее взять. Но чтоб такое…

Чайка взирала на Аркадия с благоговейным трепетом. Хотя дело было в элементарной логике и удаче. Тут его осенило.

– Я вот не знал, что Зина была «бесстыжая». И вообще я толком не знаю экипаж. Поэтому, Наташа, мне и нужна твоя помощь.

– Почему моя?

– Мы полгода вместе работаем на конвейере. Ты старательна и умеешь держать себя в руках. Я доверяю тебе, а ты можешь полностью доверять мне.

Наташа посмотрела на жакет и купальник.

– А с этим что?

– Ничего. Я доложу, что нашел их под матрасом. По идее мы должны были обнаружить их еще раньше вместе с третьим помощником.

Наташа откинула со лба влажный завиток.

– Я не из тех, кто доносит.

Глаза у нее были чудесные, черные, как у Сталина, но мягкие. Впечатляюще, особенно в сочетании с синим костюмом.

– Не надо ничего доносить, будешь задавать вопросы, а ответы сообщать мне.

– Я не знаю…

– Капитану нужно выяснить, что случилось с Зиной Патиашвили, прежде чем мы придем в Датч-Харбор. Первый помощник говорит, что в противном случае команду не пустят на берег.

– Мерзавец! Только и умеет, что кино крутить. А мы четыре месяца рыбу чистили!

– Осталось отработать всего одну смену. Потерпи. Работать будешь со мной.

Наташа смотрела на Аркадия, словно впервые видела его.

– И ты не будешь проводить со мной антисоветскую агитацию?

– Все будет строго по заветам Ленина, – заверил он ее.

Последние колебания исчезли.

– Ты на самом деле хочешь работать со мной?


Содержание:
 0  Полярная звезда : Мартин Смит  1  Глава 1 : Мартин Смит
 2  Глава 2 : Мартин Смит  3  Глава 3 : Мартин Смит
 4  Глава 4 : Мартин Смит  5  Глава 5 : Мартин Смит
 6  Глава 6 : Мартин Смит  7  Глава 7 : Мартин Смит
 8  Глава 8 : Мартин Смит  9  Глава 9 : Мартин Смит
 10  Глава 10 : Мартин Смит  11  вы читаете: Глава 11 : Мартин Смит
 12  Глава 12 : Мартин Смит  13  Глава 13 : Мартин Смит
 14  Глава 14 : Мартин Смит  15  Глава 15 : Мартин Смит
 16  Глава 16 : Мартин Смит  17  Часть II ЗЕМЛЯ : Мартин Смит
 18  Глава 18 : Мартин Смит  19  Глава 19 : Мартин Смит
 20  Глава 20 : Мартин Смит  21  Глава 17 : Мартин Смит
 22  Глава 18 : Мартин Смит  23  Глава 19 : Мартин Смит
 24  Глава 20 : Мартин Смит  25  Часть III ЛЕД : Мартин Смит
 26  Глава 22 : Мартин Смит  27  Глава 23 : Мартин Смит
 28  Глава 24 : Мартин Смит  29  Глава 25 : Мартин Смит
 30  Глава 26 : Мартин Смит  31  Глава 27 : Мартин Смит
 32  Глава 28 : Мартин Смит  33  Глава 29 : Мартин Смит
 34  Глава 30 : Мартин Смит  35  Глава 31 : Мартин Смит
 36  Глава 32 : Мартин Смит  37  Глава 21 : Мартин Смит
 38  Глава 22 : Мартин Смит  39  Глава 23 : Мартин Смит
 40  Глава 24 : Мартин Смит  41  Глава 25 : Мартин Смит
 42  Глава 26 : Мартин Смит  43  Глава 27 : Мартин Смит
 44  Глава 28 : Мартин Смит  45  Глава 29 : Мартин Смит
 46  Глава 30 : Мартин Смит  47  Глава 31 : Мартин Смит
 48  Глава 32 : Мартин Смит    



 




sitemap