Детективы и Триллеры : Триллер : ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ : Уэн Спенсер

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10

вы читаете книгу




ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Среда, 24 июня 2004 года

Район Myн, Пенсильвания


Пока хаос у терминала не превратился в порядок, Макс ухитрился ускользнуть от полиции и ФБР. Он решил, что лучше уехать до того, как кто-нибудь догадается спросить, откуда взялся ребенок. Напарники разделились: один вел «хаммер», другой — «чероки», и к тому времени, когда они доехали до конторы, Укия еле держался за рулем. Макс открыл дверь джипа:

— Ты в порядке?

Я умираю от голода, а дома еды нет.

Старший детектив рассмеялся и взъерошил ему волосы.

— Потерпи, совсем немного осталось.

Через несколько минут появился Чино с тарелкой суши из японского ресторана на углу.

— Слушай, ты на мертвеца похож! И Макс тоже. Где ты его нашел? Тебя что, снова убили? Что случилось? Ты слышал о корабле?

— Корабле? — Укия бросал еду в рот, не чувствуя вкуса.

По всем каналам передают! Марсоход сломался и наткнулся на корабль пришельцев на Марсе! А потом он взорвался! Запись показывают по кругу. Слушай, а ребенок откуда? Макс велел купить детское кресло в машину, я решил, что он прикалывается.

— Долго рассказывать. Где Макс?

— Душ принимает. Он сказал, что вы уедете, как только он соберет одежду. В доме полно рабочих и уборщиков, тебе туда лучше не ходить. Я съезжу в «Бэбиленд» на Пенн-авеню, куплю кресло и через пять минут вернусь.

Укия пересел на пассажирское сиденье и немного подремал. Он не проснулся, когда Макс стал нагружать машину чемоданами; разбудил его только приход Чино с горячей едой.

— Я решил, что поесть вам не помешает. — Чино улыбался, пристраивая кресло в машине. — Какой милый малыш. Чей он?

— Мой.

— Укии.

— Ах ты, собака! — Чино был ошарашен. — А кто мать?

Юноша беспомощно поглядел на Макса.

— Потом все объясним. — И детектив захлопнул багажник. — Я завтра позвоню, скажу, что еще надо сделать. Береги себя, тут может быть неспокойно.

— А вы куда?

— Лучше тебе не знать.


Макс выехал из города у зоопарка, миновал Этну, остановился и сменил номера. Они проехали через Эллисон-Драйв, мимо «Макдоналдса», потом — через городок под названием Марс и остановились в гостинице «Резиденс-Инн» в Крэнберри.

— Здесь?

— Тут отдыхают семьями, — Макс надел темные очки, — так что с ребенком мы будем менее заметны.

Он зашел в гостиницу, записал их как трех взрослых, прибавив вымышленную мать; ребенка назвал Джоном Шмидом. Машину они припарковали сзади здания, поднялись на лифте на четвертый этаж. В номере оказались две спальни, крохотная кухонька, гостиная и две ванные. К стальной двери крепился магнит с надписью «не беспокоить». Укия разделся, принял душ, надел шорты и улегся в маленькой спальне. Макс установил детскую кроватку, покормил ребенка, сменил ему подгузник, уложил спать и сам лег в большой спальне.


За окном спальни стоял мощный фонарь, так что с опущенными шторами было невозможно определить, день на улице или ночь. Укии снился сон о том, что он маленький и беспомощный; он свернулся в незнакомой кровати в страхе, что Онтонгард вернется. Потом он полностью проснулся, вспомнил, что выпало на долю его Памяти, и пошел к кроватке.

— Все хорошо, малыш. Ты в безопасности.

Он поднял ребенка и прижал к себе. Касаясь его голой кожи, Укия с трудом мог понять, где кончается тело взрослого и начинается ребенок, настолько он воспринимал Память как часть себя. Кулачки младенца покрывала слюна, на голове остался тальк. Укия чувствовал, как болит вздутый животик малыша, так ясно, как будто больно было ему самому.

Макс с опаской вышел из своей спальни в брюках от спортивного костюма и белой майке, которая не скрывала следов того, что ему пришлось пережить. Он направил «ЗИГ-Зауэр» в потолок, осмотрел комнату, увидел юношу с ребенком и успокоился.

— Я и забыл, как часто малыши едят.

— Я тоже есть хочу.

Макс рассмеялся и убрал пистолет в кобуру под подушкой.

— Сейчас что-нибудь закажу.

Он узнал, какие из китайских ресторанов доставляют еду на дом, оставил заказ и принялся разводить молочную смесь.

— Больно, — безмолвно жаловалась Память, — больно.

Я знаю, Тыковка. — Укия уткнулся носом в мягкие черные волосики ребенка. — Срыгни, и все пройдет.

Макс взял ребенка на руки, похлопал по спинке, и тот срыгнул.

— Надо дать ему имя.

— Давай назовем его Макс.

Юноша взял малыша на руки, придерживая головку.

— Спасибо, не надо, — честно ответил старший детектив. — Старшего брата назвали в честь отца, и мы так мучились! Большой Боб и Маленький, Боб и Бобби, Старшой и Меньшой… Если уж нам суждено работать вместе, давай не усложнять себе жизнь. — Потом подумал и предложил: — Джон Орегон — и просто, и хорошо. Мало что в его жизни будет так же просто.

Живот у малыша больше не болел, зато стал мучить голод.

— Смесь готова?

— Наверное.

Макс достал бутылку из воды, проверил температуру смеси на запястье и протянул Укии.

— Ну что? Джон? Тим? Том?

Укия посмотрел на жадно сосавшего малыша.

— А ты что думаешь, ребенок? Тот поднял на него черные глаза.

— Киттаннинг.

— Киттаннинг?

— Там я родился.

Он хочет, чтобы его звали Киттаннинг. Макс нахмурился.

— Ну почему вы все такие странные?

— Прости.

— Ладно, Киттаннинг так Киттаннинг… Кит. Кит Орегон. А что, неплохо!

Зазвонил телефон, и Макс снял трубку.

— Да?

— Вы заказывали китайскую еду? — спросил женский голос.

— Да.

— Посыльный сейчас принесет ее в номер.

— Спасибо.

Они в молчании слушали, как в холле остановился лифт и к их двери двинулись шаги. Стук.

— Китайская еда!

Макс посмотрел на Укию.

— Человек, — прошептал тот. — У него еда. Больше в коридоре никого нет.

Беннетт открыл дверь, забрал еду и заплатил наличными. Снова раздались шаги, лифт уехал, и наступила тишина.

— Сколько мы будем прятаться? — нарушил молчание Укия.

— Денек-другой, а может, и неделю. Надо связаться с Лео и убедиться, что ребенка никто не заберет. Киттаннинг… С вами забот полон рот.

Макс включил телевизор. На экране показался марсианский пейзаж, затем корабль пришельцев. Макс переключил канал: корабль, большой и угрожающий, снятый камерами марсохода; его истинные размеры терялись в дымке. Следующий канал. Ослепительный взрыв, сияние, потом марсоход испарился в огне взрыва, и по экрану пошли серые полосы помех. Следующий канал давал покадровый анализ записи. Канал за каналом… Все обычные передачи отменили. На экране царили увеличенные фотографии, компьютерные модели, по которым пытались оценить размеры взорванного корабля, снимки поверхности Марса с телескопа Хаббла… Эксперты во всех возможных областях давали интервью, и ни один не сказал ничего существенного.

— Может, стоит отсидеться подольше, — сказал наконец Макс.

— Прости меня.

— Парень, учитывая, как все могло кончиться, нам с тобой еще жутко повезло!


Они спали, ели и смотрели бесконечные передачи про космический корабль, потому что больше по телевизору ничего не было. Макс купил проигрыватель видеодисков и десяток комедий — по его словам, триллеры теперь ему противопоказаны. Взяв с собой оружие и Киттаннинга, они каждый день выходили из номера, когда приходила горничная.

Звонили они только из машины. Индиго похвалила детективов за то, что они так ловко исчезли, и обещала в субботу встретиться с ними в торговом центре на окраине Гроув-Сити у шоссе 1-79, на полпути к тому месту, где жила семья Укии. Чино сообщил, что работа в конторе идет полным ходом, а ими самими никто не интересуется. Лео, их юрист, не смог добавить радости: законодательная система требовала регистрации новорожденного вместе с матерью. Лео обещал, что подумает, что тут можно сделать.

К субботе Макс все еще напоминал барсука, на Укии не было ни царапины.


Семью Укии поселили в очень приятном деревянном доме на берегу озера. От солнца и ветра его закрывали дубы и клены, а за деревьями открывались вода и небо. Мамы и Келли в летних платьях выбежали навстречу Укии и начали суетиться вокруг него; потом Макс и Индиго увели Келли на пляж, и Укия принес из машины спящего Киттаннинга.

— Кто это? — шепотом спросила мама Джо.

— Мой сын. Его зовут Киттаннинг.


Укия проснулся, услышав волчью песню. Ветер шуршал в кронах деревьев, гнал по ночному небу облака. Мама Джо сидела на веранде в своем фланелевом халате и смотрела на озеро.

— В Пенсильвании нет волков, — прошептала она.

— Есть. — Укия чувствовал, как близость Стаи щекочет кожу. — Только они бегают на двух ногах.

Он пошел вниз по ступенькам; мама шагнула к нему и обняла за плечи.

— Я знаю, что они зовут тебя. Ты только возвращайся.

В темноте, в кругу семьи — обеих семей — он наконец решился спросить ее:

— Мам, тебя волнует то, что я — не человек? Она рассмеялась и зарылась лицом в его волосы.

— Маугли, волчонок мой, я поняла, что ты не человек, когда увидела, как ты сидишь в снегу и ешь кролика. Иди побегай со своими братьями. Только не забывай возвращаться ко мне.


Содержание:
 0  Глазами Чужака : Уэн Спенсер  1  ГЛАВА ВТОРАЯ : Уэн Спенсер
 2  ГЛАВА ТРЕТЬЯ : Уэн Спенсер  3  ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ : Уэн Спенсер
 4  ГЛАВА ПЯТАЯ : Уэн Спенсер  5  ГЛАВА ШЕСТАЯ : Уэн Спенсер
 6  ГЛАВА СЕДЬМАЯ : Уэн Спенсер  7  ГЛАВА ВОСЬМАЯ : Уэн Спенсер
 8  ГЛАВА ДЕВЯТАЯ : Уэн Спенсер  9  ГЛАВА ДЕСЯТАЯ : Уэн Спенсер
 10  вы читаете: ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ : Уэн Спенсер    



 




sitemap