Детективы и Триллеры : Триллер : Глава девятнадцатая : Майнет Уолтерс

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24

вы читаете книгу




Глава девятнадцатая

Терри утаил от Дикона то, что он, на самом деле, все же встречался один раз с Билли перед самой его смертью. И было это на старом складе, рано утром, когда мальчишка сидел в кустах у реки и смотрел на воду. Над водой стлался легкий туман, который уже прогоняло появившееся солнце. Сам Терри говорил, что в это время ему было «плохо, хуже некуда, мать твою».

— Жизнь без Билли стала совсем другой. Ну ладно, он все время доставлял мне хлопоты, но я все же успел к нему привыкнуть. Понятно, что я хочу сказать? В общем, Лоренс был прав. Он был мне вместо отца. Нет, скорее вместо дедушки. И вот ни с того ни с сего я оборачиваюсь и вижу его. Я даже испугался, потому что не слышал, как он подошел. Странно, как со мной тогда сердечный приступ не приключился. — Он остановился и о чем-то задумался. — Честно говоря, я даже поначалу вообразил, что это привидение. Да и выглядел он ужасно. Я его таким не помнил: бледная кожа, и губы бесцветные, будто в человеке и капли крови не осталось. — При одном воспоминании мальчика передернуло. — Тогда я спросил его, где он пропадал и чем все это время занимался, и он ответил, что покупал грехи.

— Что-что? — удивился Дикон. — И больше ничего?

— Нет, он потом добавил кое-что, но я все равно ни черта не понял. Бессмыслица какая-то. Он сказал: «Некупленный грех — все равно, что невидимый червь».

Дикон задумчиво почесал подбородок:

— Наверное, он говорил, что «искупал» грехи, а не покупал их. Искупление грехов в принципе означает то же, что и покаяние. — Майкл опять замолчал, будто эти слова вызвали у него какие-то воспоминания. — У Блейка было одно стихотворение под названием «Больная роза», — наконец заговорил он. — Там описывается цветок, который умирает изнутри, потому что туда проник невидимый червь и гложет самое сердце этой розы. — Он уставился куда-то вперед. — Этот символизм можно трактовать как угодно, но сам Билли, очевидно, понимал этого червя как неискупленный грех. — Он вздохнул. — Но Билли не мог говорить о своем собственном искуплении грехов, потому что сам терзал себя за свои грехи, — медленно произнес Майкл. — Отсюда напрашивается вывод, что он имел в виду Аманду. Ты меня понимаешь?

— Конечно. Я же не совсем тупой. Ты еще говорил, что у нее там все пропахло розами. Да, именно к ней он и заставил тогда меня пойти.

— Как это «заставил»?

— Он, ничего не говоря, просто отправился туда. А мне только и оставалось, что последовать за ним. За всю дорогу Билли больше не произнес ни слова, потом зашел в ее гараж и закрыл за собой дверь.

Дикон посмотрел на подростка с удивлением:

— Ты знал, кому принадлежит этот гараж?

— Нет. Просто дом с гаражом, и все.

— Но откуда Билли мог знать, что дверь в гараж открыта?

Терри пожал плечами.

— Может быть, ему повезло? — высказал он предположение. — Другие-то были заперты.

— Неужели он так ничего и не сказал, когда заходил внутрь?

— Только попрощался.

Дикон покачал головой, сраженный тем, что Терри столь странное поведение Билли не удивило и не напугало.

— И ты даже не спросил его, зачем он пошел туда? И что все это могло значить?

— Конечно, спрашивал, но только он ничего не ответил. Он выглядел очень больным, и я испугался, как бы он не прогнал меня из-за того, что я всю дорогу ною и раздражаю его. Но Билли отличался упорством: если он что-то задумал, остановить его было невозможно.

— Почему же ты не начал волноваться, когда он не вернулся на склад? Почему не пошел назад в гараж и не забрал его оттуда?

На лице Терри вновь появилось обиженное выражение:

— Что-то вроде этого я пытался сделать. Я ходил вокруг входа на этот участок на следующий же день. Но Билли там не появлялся, хотя я ждал долго. Потом два дня подряд я боялся там торчать, иначе полицейские могли бы заподозрить, будто я что-то высматриваю. Потом я подумал, а вдруг Билли что-то там натворил, а попадет все равно мне, если меня задержат. Поэтому я рассказал обо всем Тому. Мы с ним покумекали и решили отправиться туда вместе, чтобы все разнюхать. И вдруг Том читает в газете, что наш Билли отдал концы как раз в этом самом гараже. — Его опять передернуло. — На этом все и закончилось.

— Ты можешь сейчас вспомнить, в какой день вы с Билли пошли к гаражу?

Терри напряг память:

— Да. Правда, Том уверял меня, что я всю ту неделю баловался коноплей, и поэтому у меня дни в голове перепутались. Конечно, это не совсем так, но все же доля правды тут имеется. Когда Аманда приходила к нам и сказала, что Билли уже похоронен, мы с Томом отправились на кладбище, чтобы проверить, правда это или нет. И вот там черным по белому было написано: Билли Блейк, умер 11 июня 1995 года.

Дикон сверился с календарем:

— Двенадцатого был понедельник, а патологоанатом рассчитал, что Билли был мертв уже пять дней, когда его нашли в следующую пятницу. Так когда вы с ним ушли к гаражу?

— Во вторник. В среду я ошивался в округе, пытаясь отыскать его, в четверг мы с Томом обсуждали, как поступить, и в пятницу решили действовать. Но вечером, перед тем как пойти туда, Том достал из мусорного бака свежий номер «Ивнинг Стандарт», и сразу увидел большой заголовок: «Бездомный умирает от голода». Он быстро прочитал эту статью, а потом заявил: «Терри, этот ублюдок уже несколько дней как умер, значит, ты предлагал мне отправиться поискать его труп».

Дикон ничего не отвечал, и пауза затянулась настолько, что Терри снова заговорил:

— Да, может быть, Том был прав. Может быть, это был вторник предыдущей недели, а я так накурился, что несколько дней у меня просто вылетели из памяти.

— Если верить полицейским, то Билли проник в гараж десятого числа, в субботу.

— Нет, — уверенно произнес Терри, — к гаражу он пришел точно не в субботу. В субботу хорошо подают, потому что приезжает много туристов. И тогда бы я не сидел на берегу, а ушел бы попрошайничать.

Дикон нащупал ключ в замке зажигания:

— Через сколько дней после смерти Билли к вам приходила Аманда со своими вопросами?

— Через несколько недель. К тому времени она уже заплатила за кремацию, и его похоронили.

Мотор заурчал, и машина тронулась с места:

— Почему же ты не сказал ей, что во вторник Билли был еще жив?

Терри безразлично смотрел в окно:

— По той же самой причине, по которой не стал говорить и тебе тоже. И вообще я не люблю об этом много думать. То есть, я хотел сказать: ты-то сам веришь в привидения?

Дикону сразу же вспомнился запах смерти, витающий в доме Аманды, и он снова задумался о том, что же служило для Билли «деус экс махина».

…Я верю в существование ада…

…Иногда мне снятся кошмары, будто я летаю в черном пространстве, там, куда не может проникнуть ничья любовь…

…Только божественное вмешательство может спасти душу, проклятую навсегда и обреченную существовать в одинокой и бездонной яме…

…Пожалуйста, прошу тебя, не задерживайся дольше, чем это необходимо…

* * *

Сержанту Харрисону спалось плохо. Его постоянно мучила мысль, что он чего-то упустил, чего-то недопонял. Проснувшись, он на некоторое время окунулся в бурное утро Рождества, когда дети с криками радости принялись вскрывать подарки. Потом жена засуетилась на кухне, готовя праздничный обед, и Харрисон постепенно забыл про работу. Он уже наслаждался отдыхом, когда в одиннадцать часов ему позвонили из участка и сообщили, что с ним срочно желает переговорить мистер Дикон.

— Он не стал уточнять, почему такая срочность, — объяснил дежурный офицер, — да и, честно говоря, я не воспринял все это слишком серьезно. Но вот только имя Найджела де Врие теперь у нас проходит в связи с другим происшествием. Полиция Гемпшира и Кента поднимает свои силы на поиски этого господина. Пока что доподлинно известно, что его «роллс-ройс» был найден вчера ночью в поле за Дувром. Как вы считаете, может быть, передать телефон Дикона начальству?

— Пока не надо. Я сам поеду туда. Позвони и скажи, что я уже в пути.

* * *

— Аманда, должно быть, совершила что-то страшное, раз Билли так завелся, — неожиданно заявил Терри. — Конечно, он отрицательно относился и к воровству, и к употреблению наркотиков, но он никогда не наезжал на парней, которые этим занимались. Ты понимаешь, о чем я говорю? Только убийство заставляло его и руки в огонь совать, и говорить о жертвах. Как тогда, когда Том забрал у нищего пальто в качестве оплаты за ночлег, а тот потом замерз насмерть. Вот тогда Билли провел ночь на холоде голым, чтобы принять вину на себя, и сам чуть не умер. И только когда Том все осознал, он с трудом заставил Билли снова одеться. Так ты считаешь, что она убила Билли, позволив ему изголодаться до смерти?

— Нет, — покачал головой Майкл. Его мысли текли примерно в том же направлении. — Барри прав. Она не стала бы мне рассказывать всю историю Билли, если бы боялась, что я смогу откопать что-нибудь неприятное для нее самой. В любом случае, мне кажется, что сам Билли не слишком-то заботился о себе.

…Мое собственное спасение меня не интересует…

— Тогда о ком он вообще заботился?

…Я до сих пор пытаюсь найти истину… Нет другого выхода из ада, кроме как через милость Божью… Я до сих пор пытаюсь найти истину… А для чего вообще нужно входить в ад?.. Я до сих пор пытаюсь найти Верити…

— Наверное, о Верити? — высказал предположение Дикон.

Терри поморщился:

— Верити сама себя убила.

…Вас и меня будут судить по тем усилиям, которые мы прилагаем для того, чтобы избавить души других от вечного отчаяния… Вам нравится страдать? Да, если это вызывает сострадание. …Нет другого выхода из ада, кроме как через милость Божью… Я до сих пор пытаюсь найти истину…

— Тогда, может быть, о Джеймсе?

— Да. — Терри кивнул. — Я считаю, что эта стерва убила своего мужа, а Билли каким-то образом видел это. Он как-то рассказывал, что раньше ночевал в западной части Лондона, перед тем как нашел склад. Там все и произошло. Но тогда я не обратил на это внимания, мне все показалось не таким уж важным. А теперь все становится понятным, правда?

— Да, — задумчиво произнес Дикон, вспомнив о реке в районе Теддингтона, где уровень воды оставался постоянным, потому что шлюзы надежно удерживали приливы.

* * *

Харрисон связался со старшим инспектором Форченом в Гемпшире.

— Я могу сообщить о возможном местонахождении де Врие в субботу ночью, — доложил он. — Он был в доме у женщины по имени Аманда Пауэлл, ранее известной как Аманда Стритер. Она является женой Джеймса Стритера, исчезнувшего в 1990 году с десятью миллионами фунтов. В соответствии с имеющейся у меня информацией, она и де Врие состояли в любовной связи с середины 80-х годов.

— Кто ваш осведомитель?

— Журналист Майкл Дикон. Он проводит независимое расследование исчезновения Стритера.

Наступила короткая пауза.

— Он звонил сегодня де Врие домой, назвавшись деловым партнером. Мы пришлем кого-нибудь допросить его. Что он за человек?

— Мне кажется, он пока что хранит собранную информацию в тайне, поэтому будет лучше, если ваш офицер сначала переговорит со мной. Ситуация сложилась непростая, и, вероятно, мое присутствие будет нелишним, когда вы все же начнете задавать ему вопросы. Кстати, он не единственный, кто замешан в этом деле. — И сержант вкратце пересказал историю Барри Гровера. — Правда, он не мог точно идентифицировать того мужчину, как Найджела де Врие, — предупредил Харрисон, — но в описании присутствует родимое пятно на правой лопатке, а это в вашем отчете значится в графе «особые приметы».

— Где можно найти Гровера?

— Он гостит у Дикона.

— А как насчет Аманды Пауэлл? Вы говорите, что позапрошлую ночь она провела дома. Она до сих пор находится там?

— Мы в этом не уверены. Наша машина дежурила возле ее дома примерно полчаса, но там не было замечено никакого движения. Мы также посоветовали полиции Кента установить наблюдение за домом матери Аманды в Изби. Сама Аманда недавно навещала ее и вернулась в Лондон только вчера поздно вечером.

— Где находится Изби по отношению к Дувру?

— В двадцати милях.

— Хорошо. Я приеду со своим помощником. — Он продиктовал номер телефона. — Эта линия будет открыта только для вас. Похоже, транспорта сейчас не много, так что ждите нас в час или к половине второго.

* * *

Когда Дикон и Терри вернулись домой, они застали Барри в приподнятом настроении. Оставленный наедине с вполне определенной задачей, он великолепно с ней справился, и теперь от плиты доносились восхитительные, вызывающие аппетит ароматы. Гровер весь светился, встречая Майкла и Терри у дверей. Дикон был поражен, насколько счастливым казался сейчас Барри и как сильно он отличался от забитого и невзрачного человечка, обитавшего в библиотеке редакции «Стрит».

— Да ты настоящий гений! — искренне похвалил лаборанта Дикон, принимая из его рук бокал охлажденного белого вина.

— Это совсем несложно, Майк. Я однажды прочитал, что индейку надо готовить в сильно прогретой духовке, и решил проверить это на опыте. Причем важно, чтобы мясо оставалось сочным, поэтому я нафаршировал идейку ветчиной и грибами, положив еще такой же слой начинки прямо под кожу.

Все это Барри объяснял тем же властным тоном, какой звучал всегда, когда лаборант рассказывал о своей работе. Дикону внезапно стало жаль его. Самооценка Барри оказалась настолько хрупкой, что он чувствовал себя человеком только тогда, когда возвышался над другими. Правда, Майкл все же предпочитал иметь дело с Барри-боссом, чем с Барри-плаксой. Единственное, что теперь беспокоило Дикона, так это то, что Лоренс был евреем и ветчина могла испортить праздничный обед.

— И еще я приготовил для Терри дополнительную порцию жареного картофеля, — закончил Барри.

— Здорово! — восхищенно воскликнул юноша.

— И еще. Майкл, ты уж меня извини, что я не спросил у тебя разрешения пользоваться телефоном, но я позвонил своей матери. Мне показалось, что она может волноваться за меня.

— Ну, и что же?

Удовольствию лаборанта не было предела.

— Волновалась, и еще как! Меня это даже удивило. Когда я задерживаюсь допоздна на работе, ее это ничуть не беспокоит.

Дикону очень хотелось предупредить Барри быть поосторожней и не очень-то радоваться. — Будь объективным… Материнская любовь подразумевает ревность… Если одиночество становится для тебя воспоминанием, для нее оно превращается в реальность… Она использует тебя… Но потом, решив, что уверенность Барри исходит от разговора с матерью, он придержал язык.

Терри, не обладавший ни тактом, ни чувствительностью, тут же высказался напрямую:

— Вот двуличная стерва, а? Ведь палец о палец не ударила, когда у тебя начались неприятности, зато теперь она, видите ли, волнуется, когда за тебя уже взялись товарищи, и ты в полном порядке. Я думаю, она теперь просто с ума сходит, узнав, что живешь у приятеля. Надеюсь, ты послал ее подальше? — резко закончил он свою гневную речь.

— Да нет, не такая она уж и плохая, — лояльно возразил Барри.

— Моя, наверное, тоже. Правда, теперь этого уже не узнаешь. Я сужу о ней только по тому, как она поступила со мной. Больше всего мне нравится мама Майка. Она, правда, чуточку напоминает дракона, но, по крайней мере, не лицемерит. — И он удалился в ванную.

Дикон наблюдал, как Барри неловко поправляет приборы на столе.

— Ну, у этого малого все разделяется на белое и черное, — попытался он оправдать Терри. — Он принимает людей такими, какими их видит.

«А может быть, это и правильно», — подумал про себя Майкл. Беседа Терри с его матерью по телефону стала для него настоящим откровением. («Здравствуйте, миссис Дикон. Счастливого вам Рождества! Знаете, что? Я еще немного поживу у Майкла. Я знал, что вас эта новость обрадует. Да, конечно. Мы обязательно приедем навестить вас. Как насчет следующих выходных? Обязательно. Вместе отпразднуем Новый год. Устроим настоящую вечеринку». И мать Майкла после этого сказала сыну: «Единственный раз в жизни, Майк, ты совершил поступок, который я полностью одобряю. Однако я могу и рассердиться, если ты не сдержишь слово. Этот ребенок заслуживает большего, так что не вздумай выбрасывать его, когда тебе попадется под руку нечто более привлекательное».)

— Ты считаешь, что он прав насчет моей матери? — заволновался Барри. Вот уже столько лет она не разговаривала с ним так тепло, и теперь Гроверу очень хотелось, чтобы Майкл протянул ему соломинку поддержки.

Но Дикону сейчас вспомнилось, как в участке Барри рассказывал о своей ненависти к этой женщине. А вот теперь он вздыхает и переживает за нее. Такая неискренность сразу не понравилась Майклу. Да и Харрисон был озабочен непонятным поведением Барри. Он даже послал машину в дом лаборанта, чтобы удостовериться, что с миссис Гровер ничего не случилось.

— Не знаю, — честно признался Дикон, дружески хлопнув Барри по плечу. — Но по законам природы отпрыск, в конце концов, должен начать жить своей собственной жизнью. На твоем месте я бы еще немного подразнил ее своей независимостью. Подумай сам: если она так испереживалась из-за одной ночи твоего отсутствия, то когда ты вернешься к ней через неделю, она станет настолько ручной, что будет у тебя, как говорится, с руки есть.

— Но мне некуда больше идти.

— Можешь пока что оставаться здесь, и мы вместе что-нибудь придумаем.

Барри повернулся и отправился на кухню, высвободясь из-под покровительственной руки Майкла.

— Когда ты говоришь, кажется, что все так просто решить! — вздохнул он и, приоткрыв духовку, заглянул внутрь.

— А все так и есть, — бодро отозвался Дикон. — Черт возьми, если уж я способен вытерпеть Терри, то почему же я не смогу смириться и с твоим присутствием?

Но Барри не хотел, чтобы его терпели, он жаждал любви.

* * *

— Честно говоря, я больше надеялся на похищение, — признался старший инспектор Форчен. — Ни жена де Врие, ни его коллеги по бизнесу даже не упоминали о денежных проблемах. Депрессией он не страдал. Правда, у него имелись какие-то темные делишки с женским полом, но с тех пор, как в мае к нему вернулась жена, он больше не ходил «налево». Конечно, полагаться на показания супруги в этом отношении не стоит, поскольку вряд ли ее муж стал бы посвящать ее в свои сердечные дела, но она настаивает на том, что в последние семь месяцев де Врие ни разу не контактировал с Амандой Пауэлл. В этом она готова поклясться.

— До субботнего вечера, — поправил Харрисон. — Должен сказать, что супруга де Врие, скорее всего, права в том, что в течение семи месяцев ее муж был полностью верен ей. Впрочем, не такой уж это и долгий срок. Особенно если учесть, что он решил вести нормальную семейную жизнь.

— Так что же могло случиться в субботу?

Харрисон покачал головой:

— Я не знаю. Может быть, Майкл Дикон спровоцировал что-то, когда заявился сюда в четверг.

— Меня волнует временной фактор, — признался старший инспектор. — Если верить полиции Кента, впервые «роллс-ройс» был замечен в поле вчера в обеденное время. Однако фермер никак на это не отреагировал, посчитав, что в его места заехала прогуляться влюбленная парочка. Он сообщил о машине в полицию уже вечером, когда стемнело. Она стояла на том же месте, и когда фермер подошел к ней поближе, выяснилось, что дверцы в автомобиле не заперты, а сама машина пуста. Аманду Пауэлл проинформировали о поступке Барри Гровера примерно в пять часов, поэтому эти два события никак не могут быть связаны между собой. Итак, получается, что Найджел исчез за несколько часов до того, как мог бы узнать, что за ним подсматривали.

— А если предположить, что наша парочка была замешана в заговоре, и именно они убили супруга Аманды в 1990 году?

— Возможно. Только у нас нет никаких доказательств. — Форчен несколько секунд что-то обдумывал. — Если честно, друзья мои, то я слабо представляю себе, что нам делать дальше. До звонка Харрисона у меня был пропавший человек и покинутый «роллс-ройс». Теперь у меня появилась его любовница, с которой он имел связь тридцать шесть часов назад. Он мог захотеть исчезнуть, или она — отделаться от него, что тоже не исключается, но этот мотив приходится вычеркнуть, потому что уж слишком рано мы обнаружили брошенную машину. И вот теперь мне не хочется кидать силы полиции на охоту за призраком. Если сложить вместе все имеющиеся данные, мы даже не можем с уверенностью сказать, что здесь было совершено какое-то преступление.

— Но у нас остается еще Майкл Дикон, — напомнил Харрисон.

— Да, — согласился старший инспектор. — И вдобавок дом Аманды Пауэлл. Я думаю, мы можем законным путем проникнуть в этот дом, чтобы проверить, не находится ли там де Врие, исходя из того, что это было последнее место, где его видели.

* * *

Лоренс прибыл с подарками, и Майклу пришлось помогать нести их последние три лестничных пролета, которые в квартиру на чердаке нужно было преодолевать пешком. У двери адвокат остановился обессиленный.

— Боже мой! — выдохнул старик, заходя внутрь. Он тут же ухватил Майкла за руку и сразу опустился на диван. — Я уже совсем не тот, что был когда-то. Сам бы я сюда ни за что не добрался.

— Я предупреждал об этом Майка, — объявил Терри. Правда, он забыл добавить, что сам ни за что не соглашался помочь Лоренсу, ссылаясь на то, что «вдруг этот старый педик опять начнет лапать меня». — А можно сейчас посмотреть подарки? — спросил мальчишка, жадно глядя на свертки. — Правда, мы, как назло, для вас ничего не приготовили.

Но лицо старика сияло и без подарков:

— Вы же накормите меня вкусным обедом. Что же еще можно пожелать? Но не могли бы вы сначала представить меня Барри? Я уже столько времени мечтаю с ним познакомиться!

— Да, это верно. — Терри схватил Лоренса за руку и увлек за собой. — Это мой приятель Барри, а это другой мой приятель Лоренс. Из этого следует, что вы между собой тоже друзья, поскольку вы оба — товарищи Майка.

Лоренс, сразу же безоговорочно приняв эти наивные рассуждения, взял руку Барри в свои ладони и радостно потряс ее.

— Мне очень приятно. Майк рассказывал, какой вы исключительный специалист в области фотографии. Я завидую вам, мой друг. Глаз художника — это драгоценный дар.

Дикон отвернулся, заметив, как зарделся от удовольствия Барри. Секрет Лоренса заключался в том, что все сказанное им звучало на удивление искренне. При этом невозможно было догадаться, действительно ли старик испытывал все те чувства, о которых говорил.

— Не желаете ли виски, Лоренс? — поинтересовался Дикон, направляясь на кухню.

— Благодарю вас. — адвокат похлопал по дивану рядом с собой. — Присаживайтесь сюда, Барри, а Терри пусть расскажет нам, кто же постарался так празднично украсить квартиру?

— Это все я, — с гордостью заявил парень. — Здорово, правда? Вы бы видели, на что это жилище было похоже до моего появления! Сюда даже заходить не хотелось. Пусто, никакого цвета и даже как-то враждебно. Вы понимаете, о чем я говорю?

— То есть не было дружеской атмосферы? — подсказал старик.

— Именно.

Лоренс окинул взглядом камин, где Терри расположил свои сувениры, которые он забрал со склада. Здесь красовались: маленькая гипсовая копия «Биг Бена», морская раковина и кричаще раскрашенный садовый гном, сидящий на поганке. Лоренс сразу поставил под сомнение тот факт, что это богатство принадлежало Майклу, и справедливо посчитал, что здесь тоже не обошлось без Терри.

— Ну, что ж, поздравляю вас, молодой человек. Теперь тут действительно царит дружеская атмосфера. Особенно меня сразил ваш гном, — объявил Лоренс, лукаво подмигнув при этом Дикону, возвратившемуся из кухни со стаканом виски.

— Я рад, что вам здесь нравится, — пробормотал Дикон, ставя на журнальный столик стакан для Лоренса и забирая с него свой. — Я как раз думал о том, что бы вам подарить в качестве сувенира на Рождество. Теперь ясно, что это будет гном. Правильно я говорю, Терри?

— Майк его ненавидит, — признался парень, снимая статуэтку с камина. — Наверное, потому, что я стащил его из чужого сада. — Вот, возьмите, Лоренс. Теперь он ваш. Счастливого Рождества, приятель.

Дикон злорадно оскалился:

— И вот что я посоветую. Если у вас в гостиной имеется камин, там самое место этому гному. Как говорит Терри, яркое пятно в комнате еще никому не мешало. — Он поднял стакан.

Лоренс поставил подарок на столик:

— Я сражен такой щедростью. Сначала вы меня приглашаете на обед, а потом еще и подарок! Мне кажется, я не заслужил всего этого. Мои сувениры весьма скромны по сравнению с таким чудом.

Дикон понимающе покачал головой. Его мучило предчувствие, что старик сейчас их посрамит.

— Значит, можно открывать подарки? — нетерпеливо произнес Терри.

— Конечно. Твой сверток самый большой, подарок для Барри завернут в красную бумагу, а Майклу я приготовил то, что находится в зеленой.

Терри раздал всем по свертку и тут же развернул свой:

— Вот это да! — изумленно воскликнул он. — Майк, нет, ты только посмотри сюда! — И он продемонстрировал потертую кожаную куртку военного летчика. У нее был цигейковый воротник, и на нагрудном кармане красовалась вышитая эмблема Королевских ВВС. — Да, такая штуковина стоит бешеных денег в Ковент-Гарден.

Дикон нахмурился, и когда парень начал примерять куртку, вопросительно взглянул на Лоренса, словно спрашивая: «А ты не пожалеешь?». Но адвокат только молча кивнул в ответ.

— Нет, такую штуковину в Ковент-Гарден ты не купишь, — заметил Дикон. — Она настоящая. Так на чем вы летали, мой друг? — обратился он к гостю. — Я полагаю, на «Спитфайере», не иначе?

И снова Лоренс кивнул:

— Но это было очень давно, а куртке нужен новый хозяин. — Он наблюдал за Барри. Тот положил свой сверток на колени, постукивая по нему пальцами. — А вы не хотите посмотреть, что там внутри, Барри?

— Я вообще ничего не ожидал. Это и так для меня большой сюрприз, — смутился Гровер.

— Тогда можете считать, что там двойной сюрприз. Пожалуйста, откройте. Иначе я буду волноваться, не зная, понравился вам подарок или нет.

Барри осторожно отклеил липкую ленту, затем также аккуратно, по привычке, развернул оберточную бумагу и вынул камеру «Брауни» в деревянном корпусе, тщательно обложенную несколькими слоями папиросной бумаги.

— Но это еще довоенный аппарат! — выдохнул Гровер, разглядывая камеру и держа ее, словно хрустальную. — Нет, я не могу принять такой дорогой подарок.

Лоренс протестующе поднял обе руки:

— Но тем не менее вы должны. Тот, кто определил возраст этого фотоаппарата, просто поглядев на него, имеет все права обладать им. — Адвокат повернулся к Дикону. — Ну, а теперь ваша очередь, Майкл.

— Я уже заранее смущен.

— Почему? Лично я просто в восторге от своего гномика. — Глаза его хитро блестели. — И, пожалуй, я поступлю именно так, как вы мне посоветовали: он будет стоять у меня на камине в гостиной. Особенно роскошно он будет смотреться рядом с моей коллекцией мейсенского фарфора.

Дикон едва сдержался, чтобы не рассмеяться, и развернул свой подарок. Увидев, что лежит внутри, он не знал, радоваться ему или нет. Конечно, материальной ценности эта вещь не имела, но эмоциональная цена ее была безграничной. Майкл замер, а потом начал аккуратно перелистывать странички дневника, рассказывающего о наиболее интересных днях из жизни Лоренса.

— Вы оказали мне большую честь, — признался Дикон. — Но я бы предпочел получить это в наследство от вас, как знак памяти.

— Ну, тогда бы я не получил никакого удовольствия. Я хочу, чтобы вы прочитали все это, пока я жив, Майкл. Тогда у нас будет о чем поговорить при встрече. Что касается вас, Майкл, то при выборе вашего подарка я руководствовался исключительно эгоизмом.

Дикон укоризненно покачал головой:

— Вы и так похитили мою душу, старый безобразник. Что вам еще хочется?

Лоренс протянул свою худую руку:

— Сына. Сына, который потом помолился бы за мою душу.

* * *

Запах гнили, который волной обдал полицейских, распахнувших дверь дома Аманды Пауэлл, был отвратителен. Стражи порядка непроизвольно отшатнулись. Такой густой и насыщенной оказалась эта вонь, что жгла глаза и ноздри, а кое у кого тут же вызвала приступ тошноты. Казалось, весь дом был пропитан чем-то, сильно напоминающим разлагающуюся кровь.

Старший инспектор Форчен прижал ко рту платок и сердито обернулся на Харрисона:

— Вы меня, что же, за дурака принимаете? Неужели вы не обратили на это внимание, когда были здесь вчера?

Харрисону пришлось присесть на корточки, чтобы успокоить желудок, готовый выплеснуть все содержимое наружу.

— Здесь с хозяйкой долгое время находилась наша сотрудница, — забормотал он. — Я попросил ее остаться с миссис Пауэлл, пока ездил к Дикону. Можете спросить у нее, ничего подобного тут не было.

— Запах исчезает, — доложил помощник Форчена из полиции Гемпшира, несмело подходя к двери. — Наверное, сквозняком продуло. — Он осторожно заглянул в прихожую. — Кажется, внутренняя дверь в гараж открыта.

Однако остальные полицейские не торопились входить внутрь. Они примерно предполагали, чего можно ожидать там, и знали, что природа не наделяет красотой тех, кто уже умер. Они полагали увидеть тут реки крови, сопутствующие сцене жестокой резни.

Однако когда они, наконец, набрались храбрости и из прихожей вошли в гараж, то обнаружили там один-единственный обнаженный труп мужчины, абсолютно целый и нетронутый, придвинутый к ряду запечатанных мешков с цементом. Мертвец сидел в углу и смотрел на вошедших широко раскрытыми невидящими глазами. Никто не осмелился произнести ни слова, но все одновременно подумали о том, как же могло замерзшее и чистое тело издавать столь омерзительный запах.


Содержание:
 0  Эхо : Майнет Уолтерс  1  Глава вторая : Майнет Уолтерс
 2  Глава третья : Майнет Уолтерс  3  Глава четвертая : Майнет Уолтерс
 4  Глава пятая : Майнет Уолтерс  5  Глава шестая : Майнет Уолтерс
 6  Глава седьмая : Майнет Уолтерс  7  Глава восьмая : Майнет Уолтерс
 8  Глава девятая : Майнет Уолтерс  9  Глава десятая : Майнет Уолтерс
 10  Глава одиннадцатая : Майнет Уолтерс  11  Глава двенадцатая : Майнет Уолтерс
 12  Глава тринадцатая : Майнет Уолтерс  13  Глава четырнадцатая : Майнет Уолтерс
 14  Глава пятнадцатая : Майнет Уолтерс  15  Глава шестнадцатая : Майнет Уолтерс
 16  Глава семнадцатая : Майнет Уолтерс  17  Глава восемнадцатая : Майнет Уолтерс
 18  вы читаете: Глава девятнадцатая : Майнет Уолтерс  19  Глава двадцатая : Майнет Уолтерс
 20  Глава двадцать первая : Майнет Уолтерс  21  Глава двадцать вторая : Майнет Уолтерс
 22  ПРИТЧА НАШЕГО ВРЕМЕНИ : Майнет Уолтерс  23  Эпилог : Майнет Уолтерс
 24  Использовалась литература : Эхо    



 




sitemap