Детективы и Триллеры : Триллер : ГЛАВА 52 : Стюарт Вудс

на главную страницу  Контакты  Разм.статью


страницы книги:
 0  1  2  4  6  8  10  12  14  16  18  20  22  24  26  28  30  32  34  36  38  40  42  44  46  48  50  51  52  53  54  56  58  60  62  63  64

вы читаете книгу




ГЛАВА 52

Майкл вошел в отель Биверли Хиллс, прошел сквозь центральный вестибюль и направился в сад, расположенный с противоположной стороны от входа. Распорядитель показал ему, как пройти в бунгало под номером четыре. Дверь открыл японец.

– Я – Майкл Винсент.

Мужчина поклонился, затем проводил его в гостиную. В противоположном конце помещения стоял большой обеденный стол, за которым расположились несколько мужчин, причем, за исключением троих, все были японцы. Навстречу Майклу с протянутой рукой поднялся Гарри Джонсон.

– Привет, Майкл, – дружелюбно произнес он, – Спасибо, что пришли.

Майкл кивнул, но даже не улыбнулся.

– Позвольте представить вам этих джентльменов.

Все сидящие за столом встали.

– Это, – сказал Джонсон, указав на седовласого японца, – мистер Матсуо Ямамото, глава компании, носящей его имя.

Японец поклонился. – Здравствуйте, мистер Винсент, – сказал он по-английски, с явным британским акцентом.

– Здравствуйте, – в свою очередь ответил Майкл, и, как его учили, слегка склонил голову.

– А это, – продолжал Джонсон, – консультант мистера Ямамото мистер Ясумура.

Сухощавый невысокий господин, стоящий рядом с Ямамото, молча поклонился.

Кроме них там были еще три японца, двое из которых производили впечатление менеджеров, третий меньше всего был похож на делового человека. Затем Джонсон представил Майклу двух европейцев, стоящих у стола.

– Это – Норман Гелдорф, глава компании Гелдорф и Винтер, занимающейся банковскими инвестициями.

Гелдорф крепко пожал руку Майкла, но казался чем-то озабоченным.

– А вот это – Томас Провесано, сотрудник мистера Гелдорфа.

Томми протянул ему руку. – Очень рад познакомиться с вами, мистер Винсент. Я много о вас слышал.

Джонсон указал на кресло. – Присаживайтесь.

Майкл уселся, и продолжал ждать, что же будет дальше.

– Майкл, я попросил вас придти, чтобы разрешить некоторые сомнения, возникшие у совета директоров.

Майкл нарушил свое молчание. Гарри, вы – единственный член совета директоров, которого я здесь вижу.

– Это верно, Майкл, но мистер Гелдорф является главным доверенным лицом частного треста, который контролирует сорок пять процентов акций студии Центурион.

Майкл очень удивился. – Я понятия не имел, что совет директоров владеет акциями Центуриона.

– Это, вероятно, то, во что вас хотел заставить поверить мистер Голдмэн, – произнес Джонсон.

– У меня было такое впечатление, что Лео контролирует свою компанию.

– Это не совсем так. Лео голосует контрольным пакетом, но, понимаете, он голосует при помощи акций владельца траста в дополнение к своим собственным.

– Понимаю, – сказал Майкл, делая вид, что удивлен.

– Я организовал эту встречу с тем, чтобы мистеры Гелдорф и Провесано обрисовали нам истинное положение вещей в отношении студии Центурион.

– Ясно. И мистер Ямамото тоже получил доступ к этой информации, не так ли?

– В настоящее время, мы с мистером Гелдорфом представляем голоса в контроле за Центурионом и уверены, что можем поделиться этой информацией с мистером Ямамото и его сотрудниками.

– А Лео в курсе?

– Нет. Он сейчас в Нью-Йорке. Мы с мистером Гелдорфом посчитали, что будет лучше, если мы проведем эту консультацию с мистером Ямамото в отсутствии Лео.

– Что же, полагаю, вы имеете на это право.

Впервые за все это время Гелдорф нарушил молчание. – Мистер Винсент, для траста, которым я руковожу, я хотел бы выяснить ваше мнение по поводу текущих производственных планов Центуриона. За исключением ваших собственных планов. Я уже имел честь узнать, как велик ваш вклад в прибыль нашей студии.

– Мое мнение? – удивился Майкл.

– Пожалуйста. Вы – единственный продюсер в совете директоров, не считая, конечно же, мистера Голдмэна, и мы хотели бы выслушать вашу точку зрения.

Майкл искусно изобразил колебание.

– Майкл, – сказал Гарри Джонсон, – мне хорошо известна лояльность, которую вы, должно быть, испытываете по отношению к Лео, но уверен, вы хотите процветания студии в целом.

– Конечно. Центурион создал все условия для моей успешной работы.

– В таком случае, прошу мне поверить, что ради интересов студии вы должны быть максимально честны, выражая свое мнение по поводу производственных планов.

Майкл взглянул на Джонсона и Гелфорда. – Вы можете дать гарантию, что то, что я скажу, останется в глубочайшем секрете?

– Несомненно, – одновременно произнесли оба.

Майкл глянул на свое отражение в полированной поверхности стола.

– У меня имеются некоторые сомнения в правильности выбранного студией направления.

– Какого рода сомнения? – поинтересовался Гелдорф.

Майкл посмотрел прямо на него. – Из истории Центуриона мне известно, что репутация студии и ее успех всегда были основаны на умеренных ценах на киноленты высшего качества, картины, которые заслужили свою долю академических наград и в целом принесли значительную прибыль предприятию.

– Это верно, – поддержал его Джонсон.

– Боюсь, что ситуация начинает меняться.

– Как так? – удивился Гелдорф.

– Текущие производственные планы основаны на двух проектах, требующих колоссальных бюджетных средств, и, к сожалению, не обеспечивают главного, то есть, продукцию высокого класса.

– Назовите их, – попросил Гелдорф.

– Это два пока что безымянных проекта – научно-фантастический фильм и другой – о войне во Вьетнаме.

– Вы читали сценарии? – поинтересовался Джонсон.

– Читал.

– И вы видели бюджетные планы по каждому из них?

– Да.

– И каково же ваше мнение в отношении потенциального успеха этих картин?

– Ну, несомненно, эти картины способны принести большие деньги…

– И что?

– Я считаю, что они обе – весьма рискованны, то есть в них заложено значительно больше риска, чем для рядовых кинолент.

– Почему? – спросил Гелдорф.

– Сценарий научно-фантастического фильма все еще не завершен, и имеется вероятность, что бюджет резко возрастет. Мистер Голдмэн рассчитывает сделать его, кажется, за восемьдесят миллионов долларов…

– Что вдвое превышает бюджет самой дорогой картины, выпущенной Центурионом, не так ли? – спросил Джонсон.

– Да, это так.

– И, по-вашему, есть шанс, что фильм не выйдет за рамки бюджета?

– Шанс есть, но не более.

– Майкл, а если бы вы взялись за этот фильм, какой бы реальный бюджет вы заложили?

– Не уверен, что мог бы снять его меньше, чем за сто двадцать пять миллионов.

– И сколько, считаете, можно было бы выручить от проката ленты в нашей стране?

– Ну, конечно, он покроет затраты, но не думаю, что сможет принести больше ста пятидесяти миллионов.

– И сможет эта сумма покрыть расходы на производство, печать и рекламу?

– Шанс на это невелик.

– Итак, Центурион, понесет убытки?

– Вероятней всего, да.

– Майкл, а как вы считаете, велика ли вероятность, что фильм соберет сто пятьдесят миллионов?

– Очень мала.

– Стало быть, Центурион понесет значительные убытки от этой ленты?

– Такое весьма вероятно.

– А как в отношении фильма на вьетнамскую тему? Что вы думаете о нем?

– Я считаю, что он предполагает очень серьезный взгляд на политическую подоплеку этой войны.

– И, что, сегодня есть спрос на столь серьезный фильм?

– Возможно. Но в этом я не совсем уверен.

– И какие подводные камни лежат на пути выпуска подобной картины?

– Предполагается снимать его на Филиппинах, а там недавно прошли выборы. Но там еще очень активно коммунистическое движение, и, кроме того, там много прочих трудностей, связанных со съемками в такой дали от студии.

– Понимаю. Кто-нибудь в последнее время снимал на Филиппинах?

– Фрэнсис Форд Каполла снял там фильм Современный Апокалипсис.

– И что случилось с бюджетом этого фильма?

– Он полностью вышел из-под контроля. Там прошли ураганы, эпидемии, словом, сплошные несчастья.

– Этот фильм окупил затраты?

– Не в курсе дела. Но сильно сомневаюсь, что окупил.

– Майкл, вам доводилось участвовать в просмотре ленты под названием Двигатель времени?

– Да.

– Что вы скажете по поводу этого фильма?

– Не думаю, что он может рассчитывать на большой успех.

– А почему?

– Да потому, что они начали съемки с очень сырым сценарием.

– Верно, что Лео Голдмэн был главным продюсером?

– Да.

– Мистер Винсент, – сказал Гелдорф, – какого рода фильмы с вашей точки зрения в настоящее время должны выпускаться студией Центурион?

– Что касается лично меня, то я стараюсь выпускать фильмы с разумным бюджетом, без участия высокооплачиваемых кинозвезд, со сценариями самого высокого качества. Фильмы с малой долей риска и высокой рентабельностью.

Гелдорф продолжал задавать вопросы. – Каково ваше мнение – мог бы Центурион выпускать такие кинокартины при условии смены владельца?

Майкл взглянул на Ямамото, и тот при этом слегка улыбнулся.

– Если достойное руководство позволило бы делать хорошие фильмы без вмешательства в производственный процесс, то да.

Гарри Джонсон поднялся со своего места. – Майкл, мы очень благодарны за высказанные вами мысли. Пожалуйста, примите к сведению, что ваши замечания будут строго конфиденциальны.

Он пожал Майклу руку. Все встали.

Майкл понял, что может уйти.


Спустя час, когда Майкл поставил машину на стоянку на улице, рядом с бульваром Сансет, возле его автомобиля остановился лимузин, заднее окошко которого слегка приоткрылось. Он увидел улыбающееся лицо Томми Про.

– Ход с туза, дружище, – сказал он. Норман Гелдорф собирается навестить Аманду Голдмэн.

– Это хорошо.

– Когда Голдмэн прилетает из Нью-Йорка?

– Завтра во второй половине дня.

– Организуй митинг в его офисе, ладно?

– Ладно, – сказал Майкл.

Окошко прикрылось, и лимузин отъехал.

Майкл вернулся в Центурион и поставил машину на стоянку прямо перед административным корпусом. Бегом он поднялся по ступенькам в офис Лео. Секретарша Лео сидела за своим столом.

– Привет, – сказал он ей. – В какое время завтра Лео должен появиться здесь?

– Он всегда приезжает прямо из аэропорта, – ответила она. – Стало быть, он будет здесь в четыре.

– Отлично. Можете записать меня к нему на прием в это время? Очень важно, чтобы мы увиделись, как только он вернется. Скажите ему, что я не приму никаких возражений!

Она открыла дневник расписаний. – Хорошо, вы записаны на четыре.

Майкл протянул руку к дверному звонку перед кабинетом.

– О, кажется, я кое-что забыл вчера на его столе.

– Конечно. Входите, – сказала секретарша.

Майкл вошел в офис Лео Голдмэна и прикрыл за собой дверь.


Содержание:
 0  Лос-анжелес Таймс : Стюарт Вудс  1  ГЛАВА 1 : Стюарт Вудс
 2  ГЛАВА 2 : Стюарт Вудс  4  ГЛАВА 4 : Стюарт Вудс
 6  ГЛАВА 6 : Стюарт Вудс  8  ГЛАВА 8 : Стюарт Вудс
 10  ГЛАВА 10 : Стюарт Вудс  12  ГЛАВА 12 : Стюарт Вудс
 14  ГЛАВА 14 : Стюарт Вудс  16  ГЛАВА 16 : Стюарт Вудс
 18  ГЛАВА 18 : Стюарт Вудс  20  ГЛАВА 20 : Стюарт Вудс
 22  ГЛАВА 22 : Стюарт Вудс  24  ГЛАВА 24 : Стюарт Вудс
 26  ГЛАВА 26 : Стюарт Вудс  28  ГЛАВА 28 : Стюарт Вудс
 30  ГЛАВА 30 : Стюарт Вудс  32  ГЛАВА 32 : Стюарт Вудс
 34  ГЛАВА 34 : Стюарт Вудс  36  ГЛАВА 36 : Стюарт Вудс
 38  ГЛАВА 38 : Стюарт Вудс  40  ГЛАВА 40 : Стюарт Вудс
 42  ГЛАВА 42 : Стюарт Вудс  44  ГЛАВА 44 : Стюарт Вудс
 46  ГЛАВА 46 : Стюарт Вудс  48  ГЛАВА 48 : Стюарт Вудс
 50  ГЛАВА 50 : Стюарт Вудс  51  ГЛАВА 51 : Стюарт Вудс
 52  вы читаете: ГЛАВА 52 : Стюарт Вудс  53  ГЛАВА 53 : Стюарт Вудс
 54  ГЛАВА 54 : Стюарт Вудс  56  ГЛАВА 56 : Стюарт Вудс
 58  ГЛАВА 58 : Стюарт Вудс  60  ГЛАВА 60 : Стюарт Вудс
 62  ГЛАВА 62 : Стюарт Вудс  63  ЭПИЛОГ : Стюарт Вудс
 64  Использовалась литература : Лос-анжелес Таймс    



 




sitemap